УПП

Цитата момента



В конце концов каждый остается один; и вот тут-то и важно, кто этот один.
Из старого философского трактата

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Мои прежние мысли были похожи на мысли макаки, которая сидит в клетке и говорит:
— Если они там за решеткой такие умные, как ты говоришь, почему я этого не знаю? Почему они не демонстрируют? Почему нам не объясняют? Почему нам не помогают, то есть не дают целую гору бананов?

Мирзакарим Норбеков. «Где зимует кузькина мать, или как достать халявный миллион решений»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/israil/
Израиль

- А чем это там люди занимаются? - с интересом пригляделся демиург Шамбамбукли.

- У них там стройка века, - пренебрежительно отозвался демиург Мазукта. - Строят большой телескоп.

- Да? А зачем?

- Чтобы найти братьев по разуму, - Мазукта фыркнул. - Можно подумать, им собственных братьев мало! Нет, ты подумай: ну что они с этими братьями по разуму будут делать? Ведь, кажется, сколько раз я им давал такую возможность…

- Какую возможность? - удивился Шамбамбукли.

- Ну, эту. Братьев по разуму. Смотри сам, сколько есть частей света. И в каждой - своя раса. Разные культуры, разные языки, даже цвета все разного. Идеальные условия для контакта!

- Да какие же это братья по разуму? - засмеялся Шамбамбукли. - Это же всё люди!

- А люди друг другу, значит, не братья? - огрызнулся Мазукта. - Они что же, думаешь, мечтают встретить в космосе каких-нибудь членистоногих с рогами и хвостом? Не-ет, им подавай гуманоидов, и чтобы обязательно симпатичные. И свободно скрещивались. Ну вот, я им и дал, даже далеко ходить не надо, всё тут же, рядом, на родной планете. Так нет же, перегрызлись… И в космос вылезут - всех перегрызут. А вот не выпущу я их в космос! И телескоп им испорчу. И вирус в компьютер запущу.

- А это-то зачем?!

- А, ты не знаешь? Они работают над созданием искусственного интеллекта! Со своим еще не разобрались, а туда же… Ну посуди: я же наделил людей способностью к деторождению, верно?

- Верно.

- Они тратят годы - да что там годы, всю жизнь на это кладут! - чтобы сделать из своих детей, то есть разумных вообще-то существ, послушные машины. И ведь преуспевают, в большинстве случаев. Так при этом они еще надеются воспитать из машины разумное существо?

- А может, им просто тоже хочется почувствовать себя демиургами? - предположил Шамбамбукли.

- Перебьются! - жестко отрезал Мазукта.

Демиурги Мазукта и Шамбамбукли сидели на кухне и пили чай.

- Атеизм - это хорошо, - сказал демиург Мазукта.

- Правда? - не поверил демиург Шамбамбукли.

- Конечно! - ответил Мазукта. - Вот ты в детстве из дома убегал?

- Четыре раза! - гордо заявил Шамбамбукли.

- Тогда должен понимать. Атеисты - это ведь те же дети. Обиделись за что-то на родителей, и убежали. И целых полчаса будут думать, какие же они крутые и самостоятельные. А потом вернутся как ни в чем не бывало и скажут «здравствуй, папа, а где мой жареный телец?»

- А что папа?

- А папа погладит блудного сына по головке и ответит: «а поворотись-ка, сынку. Экой ты смешной какой! Сейчас я тебя отдеру ремнем по заднице, потом пойди помойся и причешись, а там уж, так и быть, можешь садиться к столу и есть вместе со всеми пшенную кашу»

- А что же в этом хорошего? - не понял Шамбамбукли.

- Хорошего..? - Мазукта мечтательно вздохнул. - Иногда они не возвращаются.

Шамбамбукли поперхнулся чаем.

- То есть как?

- Да вот так. Уходят, начинают вести свою собственную жизнь, а через некоторое время присылают телеграмму: «приезжай, мол, папа, тельцом угощу»

- И часто так бывает?

- Никогда, - Мазукта мрачно уставился в свою чашку. - Но ведь помечтать-то можно?

- Ну и что мне теперь с тобой делать? - устало спросил демиург Шамбамбукли человека.

- А чего я такого натворил-то? - насупился человек.

- Да в том-то и дело, что ничего! А ведь мог бы.

- Да ну, чего я там мог…

- Хочешь знать? Ну, вот, например.

Демиург Шамбамбукли поставил на стол большую картонную коробку.

- Ты должен был прожить еще как минимум лет сорок! И нарисовать сотню картин. В том числе несколько шедевров. Вот, сам посмотри - твой почерк?

Он высыпал из коробки ворох картин и рисунков, человек ошеломленно сглотнул и протянул руку, не решаясь дотронуться.

- Вау… обалдеть! Красота какая! Ой, тут и подпись моя… А я даже не знал, что могу вот так…

- Уже не можешь, - жестко ответил Шамбамбукли. - Тебя нет. Ты не реализовался.

Он щелкнул пальцами, картины вспыхнули и превратились в кучку пепла.

- Ой! - огорчился человек. - Зачем же ты так?

- А ты зачем? - огрызнулся демиург. - Ведь тебе же ясно, человеческим языком, было сказано: «не возжигай огня перед спящим драконом». И что от тебя теперь осталось? Даже меньше, чем вот эта кучка!

- Ха! - фыркнул человек. - Да этой заповеди скоро три тыщи лет!

- Дракону, к твоему сведению, примерно столько же.

- А я и не зажигал никакого огня! Я ему только фонариком в глаза посветил. А три тысячи лет назад еще никакого электричества не знали.

- Ну и что?

- Ну и… ничего. Про фонарики - это уже не заповедь, это всякие богословы от себя потом добавили.

- Угу, - кивнул Шамбамбукли. - Значит, ты полагаешь, что я, когда творил мир, а потом, когда давал вам заповеди (кстати, я предпочитаю называть их просто «полезными советами», но это, по сути, неважно) - так ты полагаешь, что я ничего не знал про электричество? Только потому ,что вы его еще не открыли?

Человек насупился.

- Всё равно, огонь - это огонь, а электричество - это электричество, и нечего тут всякие сложности выдумывать.

- Пойди объясни это дракону, которому ты посветил в глаза, - пожал плечами демиург. - Я уверен, у вас выйдет очень интересная дискуссия.

Он вытащил из кармана платок и аккуратно смел пепел со стола в высокую, почти полную хрустальную вазу.

- Какая забавная пепельница, - заметил человек.

- Это не пепельница, - отозвался демиург. - Это Чаша Гнева.

- Мазукта, - спросил демиург Шамбамбукли, - а как ты относишься к свободе воли?

- Замечательно отношусь! - немедленно отозвался демиург Мазукта. - Обожаю свободу и вседозволенность.

- Правда?

- Честное слово! Я, знаешь ли, вообще ничего никогда никому не запрещаю. Уже давно.

- А мне говорили…

- Глупости тебе говорили!

- Но…

- Что «но», что «но»? На вот, сам посмотри.

Демиург Мазукта протянул демиургу Шамбамбукли подзорную трубу и показал, куда смотреть.

- Ну, что видишь?

- Демонстрацию вижу. Идут какие-то чудики с кадилами. А другие несут плакаты: «Мы любим нашего демиурга», «Да здравствует Мазукта, самый демократичный демиург!»

- И после этого у тебя еще остаются какие-то сомнения?

Шамбамбукли вернул подзорную трубу и смущенно уставился куда-то в сторону.

- А молнии? - тихо спросил он.

- Молнии? - удивился Мазукта. - Ах да, молнии! А без них, извиняюсь, никак.

Он прицелился и поразил громом небесным какого-то очкарика, показывавшего язык демонстрантам. Толпа вздрогнула, но не сбилась с шага, а всё так же ровно текла мимо обугленной кучки, только что бывшей человеком.

- А как же свобода воли?.. - совсем тихо прошептал Шамбамбукли.

- А это она и есть. В действии. Я, конечно, позволяю людям всё, что угодно, но и себя ни в чем не ограничиваю. А возможностей-то у меня побольше. Так что, люди, можете поступать как хотите - но тогда не обижайтесь, если и я буду поступать как хочу. А можете делать как я хочу, целее будете. Выбор совершенно свободный.

- Да где же тут выбор?!

- То, что он явный, еще не делает его менее свободным. Я ничего не скрываю. Не завязываю никому глаза, не напускаю тумана. Просто говорю: «налево пойдешь - голову потеряешь, направо пойдешь - живой будешь». Согласись, что утаивать такую ценную информацию - как раз и означало бы ограничивать чью-то свободу.

Шамбамбукли грустно засопел.

- Да брось ты! - хлопнул его по плечу Мазукта. - Не так уж и много людей мне приходится испепелять. А с каждым новым поколением - всё меньше и меньше. Это называется «селекция».

- Мазукта! - сказал демиург Шамбамбукли демиургу Мазукте. - Ты меня уважаешь?

- Пожалуй, - ответил Мазукта после некоторого размышления.

- Вот видишь. А ведь ты сам демиург. Почему же тогда люди меня не уважают? Своего создателя?

- А что ты сделал для того, чтобы тебя уважали?

- Нуу… Вообще-то, всё возможное. Землю я для них создал - заглядение, климат мягкий, дожди во- время, солнца в меру, природа изобильна. Научил их строить дома и возделывать землю, благословил здоровьем и потомством. Дал практически полную свободу воли, ни во что не вмешиваюсь, за добрые дела воздаю сторицей, к прегрешениям отношусь снисходительно… А они об меня разве что ноги не вытирают!

- Ну и правильно. А ты чего хотел? Откуда у них появится уважение, при таком-то отношении?

- Как откуда? Да я же для них всё…

- Ты для них - ничто! - перебил Мазукта. - Ну посуди сам. Вот приходит человек, например, к чиновнику. Какому-нибудь мелкому, управдому, например. Как он с ним разговаривает? Уважительно! Может, шляпу снимать и не станет, но уж за интонациями проследит. А если чиновник чуть повыше -то тут и шляпу снимут, и голову склонят. Совсем крупному чиновнику в пояс кланяются. А уж перед совсем- совсем крупным и на колени встанут, и сапоги оближут, и глаз поднять не посмеют. А всё почему?

- Почему? - как завороженный повторил Шамбамбукли.

- Власть потому что. А власть есть что?

- Что?

- Неприятности, вот что! - торжествующе провозгласил Мазукта. - Единственное, что может сделать чиновник - это либо доставить какую-то неприятность, либо избавить от неё. И всё-то у них надо вымаливать, выпрашивать, выклянчивать, и еще не факт, что удастся. А не понравишься - еще дополнительных несчастий огребешь. Вот такое обращение люди понимают!

- Но я же не чиновник…

- Ты выше! Значит, и вреда от тебя должно быть больше, чем от любого начальника! Если, конечно, ты хочешь, чтобы тебя уважали хотя бы как управдома. Устраивай наводнения, мор, глад, хлад - всё, что в твою деспотичную голову взбредет. И изредка, в ответ на неистовые молитвы, можешь милосердно кого-то пощадить. Сам удивишься, как резко возрастет твой рейтинг.

- Мазукта, - спросил демиург Шамбамбукли, - а из чего еще можно делать людей?

- Кроме грязи?

- Да.

- Из чего угодно. Это совершенно неважно. Но самое главное - пока создаешь человека, ни в коем случае не думай об обезьяне!

- Шамбамбукли, у меня для тебя подарок, - заявил прямо из дверей демиург Мазукта. - Подставляй руки.

Демиург Шамбамбукли послушно подставил ладони, и Мазукта посадил на каждую по маленькому пушистому комочку.

- Ой, какие славные, - умилился Шамбамбукли, когда комочки открыли глаза и зашевелили розовыми носами.

- Ага, - кивнул Мазукта, снимая и встряхивая плащ. - Зайцы называются. Они белые и пушистые, как- раз для тебя.

- Спасибо.

- Да не за что, - пожал плечами Мазукта. - У меня их еще много.

Он прошел в комнату, понюхал оставленный на столе стакан с компотом, поморщился и перевоплотил его в чашку свежего кофе.

- Сколько я их сегодня от смерти спас, ты не представляешь! - произнес он, блаженно вытягиваясь в кресле. - Пожалел. Хоть и безмозглые, а всё- ж таки мои твари, грех было бросать. Ведь утонули бы.

- Где? - спросил Шамбамбукли.

- Где-где… в воде!

Шамбамбукли моргнул. Ему на секунду привиделась картина, как демиург Мазукта, почему-то в валенках и собачьем треухе, плывет на лодке по реке и собирает тонущих зайцев. Стоило потрясти головой, и видение пропало.

- Наводнение? - спросил он на всякий случай.

- Нет, потоп, - Мазукта отхлебнул кофе. - Да не бойся ты, ничего страшного не произошло. Смыло две- три деревеньки, делов-то. Могло быть и хуже.

- Еще хуже?

- Конечно. Я же говорю, потоп.

- Потоп - с большой буквы или с маленькой?

- Задумывался он как Всемирный, - Мазукта снова отхлебнул кофе, - но потом я решил, фиг с ним. Как-нибудь в другой раз.

- Ты так спокойно об этом говоришь…

- Знаешь, Шамбамбукли, - Мазукта поставил опустевшую чашку на стол и наклонился вперед, - когда количество миров у тебя перевалит за шесть сотен, ты тоже станешь относиться ко всяким апокалипсисам как к необходимой части своей рутинной работы. Вроде прополки сорняков. И не хочется, а надо.

- Ну а почему же ты в таком случае передумал? - спросил Шамбамбукли.

- Зайцев пожалел, - передернул плечами Мазукта. - Всех не спасешь, слишком их много. Да и в чем зайцы-то виноваты? Они, сам видишь, белые и пушистые. Жалко их.

Шамбамбукли задумчиво уставился на зверушек, которых продолжал держать в руках.

- В таком случае, - произнес он, - этому миру сильно повезло, что в нем существуют зайцы.

- Не без того, - легко согласился Мазукта. - В нем вообще много симпатичных существ. Куда ни плюнь, попадешь в кого-нибудь симпатичного. Что же мне, из-за каких-то там паршивых людей столько всякого зверья зря губить? Не дело это. Не по-хозяйски.

- А почему..? - начал Шамбамбукли и замолчал на полуслове. Мазукта искоса глянул на него и насмешливо фыркнул.

- Можешь договаривать, чего уж там. Ты ведь хотел спросить, почему я не могу уничтожить одних людей, а мир оставить в неприкосновенности?

- Нуу…

- Да ладно, не красней. Мне эта мысль тоже приходила в голову, но я её отверг. Сам понимаешь, глисты…

- Глисты?! - вытаращил глаза Шамбамбукли.

- Ну да, они самые. Хоть и не пушистые, а всё ж таки белые. Где им жить, если людей не станет? А потом, есть еще блохи, вши, кишечные палочки, вирусы всякие… Они, может, и не самые симпатичные твари на свете, но лично передо мной пока еще ни в чем не провинились. За что же мне им такую подлянку устраивать?

- Ты хочешь сказать…

- Да ничего я не хочу сказать! - Мазукта потянулся, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. - Шучу я, понимаешь? Шутки у меня такие. Обычный весенний паводок сегодня, вот и всё. А я тебе зайцев принес.

- Уф, - вздохнул Шамбамбукли и натянуто улыбнулся. - А я уж было подумал…

- Ерунду ты подумал, - Мазукта смачно зевнул. - А кроме того, люди тоже бывают белые и пушистые, сам знаешь.

«Вот только это ровным счетом ничего не значит», - добавил он вполголоса - но так, чтобы Шамбамбукли не услышал.

- А как ты узнаешь, когда пора уничтожать мир? - спросил демиург Шамбамбукли демиурга Мазукту.

- Очень просто. Во-первых, я могу воспользоваться своим всеведением. Но тогда меня могут обвинить в предвзятости, и будут правы. Поэтому я предпочитаю другой способ.

- Какой?

- Да самый примитивный! Я устраиваю людям экзамен. Если выдерживают - молодцы, если нет… ну, тогда не молодцы. Сами виноваты.

- А что за экзамен? - заинтересовался Шамбамбукли. - Какие там вопросы?

- Разные, - ответил Мазукта. - Смотря какой билет выпадет. Вот вчера, например, я экзаменовал один мир, двести сорок шестой вроде. Испытание было самое простое: я являлся десяти случайно выбранным людям и предлагал им исполнение любого желания. При одном условии, что сосед получит вдвое больше.

- Я не понимаю… Ну, получит, ну и что?

- Ты не понимаешь, потому что ты демиург. А люди устроены иначе, они это очень даже хорошо понимают, и им от одной этой мысли делается скверно.

- Да почему же?

- Потому что так они устроены, я же тебе уже сказал.

- Это ты их так устроил?

- Нет. А может, да. Не помню. Неважно, мы не о том говорили.

- Ах да, экзамен. Ну так что?

- Первый опрошенный долго думал, а потом попросил выбить ему глаз.

- Зачем?!

- Чтобы соседу я выбил оба, это же очевидно.

- И ты выбил?

- Конечно. Я же обещал.

Шамбамбукли передернулся.

- А второй?

- Второй оказался чуточку умнее, он потребовал для себя тридцать два здоровых крепких зуба.

Шамбамбукли хмыкнул.

- Да, могу себе представить его соседа. А третий?

- Жалкий плагиатор. Тоже попросил выбить глаз. Четвертый задал мне довольно интересную задачу, он захотел стать женщиной.

- А его соседу ты устроил раздвоение личности?

- Нет, я его превратил в сиамских сестер. Пятый пожелал себе детородный орган длиной тридцать сантиметров. Думал, у соседа он станет шестьдесят… Фигушки, соседу я присобачил две штуки. Шестой тоже захотел стать одноглазым, седьмой и восьмой - тоже (у людей почему-то вообще довольно ограниченная фантазия), девятый затребовал себе мешок золота в надежде потом отобрать у соседа еще два…

- А какой был правильный ответ?

- Правильный? Правильно ответил только десятый. Когда я ему сказал, загадывай, мол, желание, а для твоего соседа я сделаю вдвое больше, он пожал плечами и ответил: «Ну, если так… Пусть тогда мой сосед живет долго и счастливо.»

- Ну?

- Что «ну»? Всё. Экзамен засчитан. Этот мир оставлен в покое еще на сто лет.

- Все равно не понимаю, - покачал головой Шамбамбукли. - В чем тут хитрость?

- Ты демиург, - пожал плечами Мазукта. - Люди устроены иначе.

Демиург Шамбамбукли сидел за столом, подперев голову рукой, и наблюдал, как крутятся колесики мироздания.

- Что это ты делаешь? - спросил демиург Мазукта.

- Сижу, - ответил Шамбамбукли. - Смотрю. Слушаю.

- Что слушаешь?

- Музыку сфер. Хочешь, тоже послушай.

Мазукта подошел и наклонился над мирозданием.

Гулко и торжественно шумел океан. Пронзительным фальцетом взвизгивала магнитосфера. Тропосфера негромко потрескивала и посвистывала. Атмосфера порывисто гудела и ухала. Материки натужно скрипели, ворочаясь на жестких плитах. Всё вместе звучало странно, но завораживающе. Мазукта прислушался и уловил голос ноосферы - мысли, поступки, разговоры людей сливались в один ровный неумолкающий гул, будто кто-то сыпал песок на железную крышу.

- Нуу… довольно мило, - согласился Мазукта. - И давно ты так сидишь?

- Почти шесть тысяч лет, - ответил Шамбамбукли, не сводя глаз с мироздания.

Мазукта присвистнул.

- Да- а… серьезно. А не хочешь пойти куда-нибудь, прогуляться?

- Подожди, - отмахнулся Шамбамбукли. - Оно сейчас остановится.

- Кто «оно»?

- Оно. Мироздание. Еще пара минут - и всё.

- О! - оживился Мазукта. - Конец Света! Что же ты сразу не сказал? Ну-ка, дай мне тоже посмотреть.

- Смотри на здоровье, - Шамбамбукли немного подвинулся, давая Мазукта лучший обзор. Тот присмотрелся - и нахмурился.

- Чего-то я не понимаю. А что произойдет-то? Солнце в полном порядке, наводнений не намечается, даже вулканы молчат. Как ты собираешься мир разрушить?

- Да никак, - пожал плечами Шамбамбукли. - Зачем разрушать? Сейчас завод кончится, и всё само остановится.

- Просто остановится - и всё?

- Ну да.

- Ин-те-рес-но, - протянул Мазукта и снова присмотрелся получше. - А почему люди такие спокойные? Как будто и не намечается ничего?

- А они не знают, - ответил Шамбамбукли. - Я им не сообщал.

- Ну ты просто зверь! - восхитился Мазукта. - Нет, не просто зверь, а Зверь! Даже не ожидал от тебя…

Мир на столе коротко звякнул и погас. Шамбамбукли вздохнул, достал из кармана ключик, вставил куда-то в недра мироздания и повернул. Снова заиграла музыка сфер, и завертелись колесики.

- Ты… чего это? - захлопал глазами Мазукта.

- Ничего. Завод кончился, сам не видишь?

- Вижу. Но зачем ты…

- Ну что тебе непонятно? - Шамбамбукли поднял на друга усталый взгляд. - Когда кончается музыка, я завожу шкатулку снова. И пусть себе дальше играет.

- И сколько раз ты её заводил? - прищурился Мазукта.

- Я не помню точно, надо посчитать. Каждые пять минут.

- Пять минут?!

- Ну да. Пружинка слабая, на большее её не хватает.

- Каждые пять минут - Конец Света?

- Ага. Так там время детерминировано.

Мазукта потряс головой.

- Шесть тысяч лет сидеть и поворачивать ключик… Шамбамбукли, и долго ты еще будешь всякой ерундой заниматься?

- Пока не надоест, - ответил Шамбамбукли.

- Шамбамбукли, ты когда-нибудь бывал в суде? - спросил демиург Мазукта демиурга Шамбамбукли.

- Нет.

- А Страшном Суде?

- Нуу… пару раз.

- Отлично. Тогда пойдем, поможешь мне.

- Куда? - на всякий случай испугался демиург Шамбамбукли.

- Судить будем. Демократично. А то как-то некрасиво получается, если обвинитель есть, а защитника нету. Вот ты и будешь защищать.

- Погоди, погоди, - Шамбамбукли поднял ладонь, останавливая Мазукту. - Для начала объясни мне, кого и за что надо судить?

- Людей, конечно! - фыркнул Мазукта. - Мне тут моя агентурная сеть сообщила, что люди творят себе кумиров почем зря. А я им, между прочим, запрещал!

- Агентурная сеть..?

- Ну да! Очень, знаешь ли, помогает, для пущего всеведения. Так вот, по словам моего агента, идолопоклонство достигло совершенно неприличного расцвета, и пора мне вмешаться.

- Да кто он такой, этот твой агент?!

- Шамбамбукли, - укоризненно произнес Мазукта, - неужели ты думаешь, что я могу вот так запросто кому-то постороннему, пусть даже тебе, раскрыть чужую, тщательно проработанную легенду?

- Ммм… нет.

- Вот и не задавай тогда таких вопросов.

- Ладно, не буду. А что от меня требуется?

- Защищать, - повторил Мазукта. - Я буду ругаться и метать в людей молнии, а ты - вставай грудью на их защиту и выдвигай разумные доводы, чтобы меня разжалобить.

- Хорошо, я готов. Откуда начнем?

- Да вон оттуда хотя бы, - Мазукта ткнул пальцем в сторону самого большого скопления народа. - Они как- раз собираются славить кумира - видишь, даже маечками над головой размахивают?

Через два часа демиурги вернулись домой. Мазукта был мрачен как туча, Шамбамбукли пребывал в прострации.

- Ничего не говори! - предупредительно вскинул руку Мазукта. - Подожди. Я сам.

Он заложил руки за спину и принялся нервно расхаживать из угла в угол.

- Нет, - наконец произнес Мазукта. - Это, конечно, ужасно, и пошло, и вообще… Но по большому счету, наказывать людей не за что. Если бы они разработали какое-нибудь заковыристое философское учение, или исказили мой светлый облик, или хотя бы нашли себе какого-нибудь приличного вольнонаемного бога - так ведь нет! Все эти «тумц-тумц, трым-пырырым», ну какая это для меня конкуренция? Несерьезно даже… Верно? Что скажешь?

- Ёнц, тонц! - невнятно ответил Шамбамбукли, покачиваясь из стороны в сторону и совершая странные пассы руками.

- Что?! - опешил Мазукта.

- Тыц, пыц, бака-бака… А? Ты что-то спросил? - Шамбамбукли вытащил из уха наушник и изобразил внимание.

- Да нет… ничего, - ответил Мазукта и вздохнул.

- Шамбамбукли, ты где?

Демиург Мазукта уже битый час бродил по зарослям, разыскивая своего друга.

- Пригласил, называется… новый мир посмотреть! Дикая природа, видите ли! Что я, природы не видел?

Мазукта боком продрался сквозь колючий кустарник и отпихнул ногой подкравшегося тигра.

- А где сам-то? Почему не встретил? Шамбамбукли! Ты где- е- е?

Изделека донесся приветственный окрик, и Мазукта поспешил на звук. Когда он, весь в репьях и колючках, выломился наконец на полянку, демиург Шамбамбукли встретил его счастливой улыбкой.

- А, Мазукта, здравствуй! Смотри, что у меня тут.

Мазукта подошел поближе, на ходу отцепляя репьи.

- И что же у тебя тут?

- Человек! - с гордостью заявил Шамбамбукли и продемонстрировал Мазукте человека. - Сам делал!

- Ну и что? - не понял Мазукта. - Человек, и что дальше?

- Да ты только полюбуйся! Какой смышленый!

Шамбамбукли жестом фокусника достал из кармана живого сенбернара и поставил на травку перед человеком.

- Это кто?

- Аф-аф! - сказал человек.

- Правильно! - умилился Шамбамбукли. - А это?

- Хрю-хрю, гули-гули, кря-кря! - опознал человек свинью, голубя и утку.

- Удивительные способности! - сообщил Шамбамбукли. - Всех животных называет. И прямо в точку!

- Грр! - человек указал пальчиком на увязавшегося за Мазуктой тигра. Мазукта снова дал тигру пинка и склонился над человеком.

- Ну, давай знакомиться, вундеркинд, - он приветливо улыбнулся и протянул человеку руку. Человек распустил губы и приготовился зареветь.

- Эй, ты чего? - опешил Мазукта. - Испугался?

- Не бойся, малыш, - Шамбамбукли усадил человека себе на колени, где тот сразу почувствовал себя увереннее. - Ну, улыбнись дяде. Скажи, «дя-дя»! Дядя хороший.

- Бяка! - твердо заявил человек, показал Мазукте язык и отвернулся.

Мазукта молча выпрямился во весь рост и ушел не оборачиваясь.



Страница сформирована за 0.74 сек
SQL запросов: 169