АСПСП

Цитата момента



Трудно в жизни, легко потом!
Проверено

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Пытаясь обезопасить ребенка на будущее, родители учат его не доверять чужим, хитрить, использовать окружающих в своих целях. Ребенок осваивает эти инструменты воздействия и в первую очередь испытывает их на своих ближних. А они-то хотят от него любви и признательности, но только для себя. Но это ошибка. Можно воспитать способность любить, то есть одарить ребенка этим драгоценным качеством, но за ним остается решение, как его использовать.

Дмитрий Морозов. «Воспитание в третьем измерении»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d4330/
Мещера-2009
Текстовые иллюстрации

От «Дозора» до «Рассвета», и далее…

Рассказывает Михаил Кожаринов

«Дозор» — предыстория

Своими корнями наша история уходит в историю «Дозора» — педотряда коммунарского толка при лаборатории психологии подростка Института психологии АПН СССР, где работал Олег Всеволодович Лишин[5], руководитель объединения.

В начале 80-х годов «Дозор» увлекался темой «заражения» школ с более-менее нормальными директорами «вирусом коммунарства». Эти попытки проходили по одному и тому же сценарию. Сначала всё шло хорошо — проводили коммунарский сбор, выделяли сторонников, формировали актив при Совете дружины школы, который создавал «Советы дела» и начинал «будоражить» школу. Но потом ситуация неизбежно скатывалась к конфликту с существенной частью педагогов школы, при поддержке последних РОНО.

  • Коммунарский сбор — основной транслятор коммунарского движения. Совет Дела представляет собой штаб конкретного события, организуемого на сборе. В него входят как школьники, так и педагоги. Совет Дела, общий сбор, институт дежурных командиров — всё это важнейшие элементы организации самоуправления детских коллективов, основа коммунарской методики.

«Раскочегаренный» нами народ начинал вести себя излишне вольно. Поскольку и в комсомол он часто вступать не очень-то спешил (зачем, когда есть «Дозор»?), то в РОНО начинали поступать соответствующие «сигналы». И РОНО, как ему было и положено, оказывал ответное давление на директора. Как правило, директор не выдерживал и сам начинал свёртывать эксперимент. Актив уходил вместе с «Дозором», вливаясь в его ряды, и — новая попытка «поднять» очередную школу.

Вскоре одна из группировок, в которую входили и мы, осознала бесполезность этих попыток, так как нам противостояла СИСТЕМА. Вывод был сделан соответствующий: СИСТЕМЕ может противостоять только СИСТЕМА, иная — наша, но СИСТЕМА, как органичный комплекс различных структур и организуемых процессов. Отсюда и наше самоназвание.

  • Термин «Система» в тот период широко распространился среди неформалов. В Москве вокруг Рожбуля (точка потоков на Рождественском бульваре) существовала Система «Радуга», от нее отделилась и стала существовать независимо Система «Лесной народ», в Одессе в то же время существовала Система «Лес». Термин пришёл от хиппи: в широком смысле и с большой буквы Система — это вписки в разных городах и странах, система связей, всё сообщество хиппи.

Вскоре «Дозор» перерос в круг педотрядов-филиалов на базе различных вузов: «Метод» в пединституте имени Крупской, «Бриг» в МГУ, «Клинок» в г. Коломне и т.д. Естественно, встал вопрос о взаимодействии. Лишины отстаивали принцип автономии, то есть право руководителя не допускать никого в «свой огород», и даже вмешательство со стороны общего координационного центра считали недопустимым. Другая сторона отстаивала принципы Системы. Имея несколько педотрядов, то есть работая на несколько точек одновременно, «Дозор» должен, тем не менее, сохранять некоторое единство, и в частности, единство кадров. Если же в одном из филиалов дела идут не очень хорошо, то возможно перераспределение сил.

  • Из рассказа понятно, что спор шёл о модели построения консорции 2-го порядка: Круг или Система. Конфликт был усилен очередным «бунтом стариков», приведшим к очередному делению. Отметим, что подобные конфликты часто несут и позитивную функцию, способствуя осмыслению противоречий и развитию теоретической базы участников.

Создание отрядной системы «Рассвет»

Период начался с объединения двух отрядов, осколков дозоровского круга: РВО (разновозрастный отряд) «Рассвет» и педотряд «Ветер» (Пединститут, 1986). Соответственно и новаторские идеи были объединены. Со стороны «Рассвета» — идея переноса активности в педработе со школы на клубы по месту жительства и существенное расширение форм работы. Со стороны «Ветра» — идея сообщества педотрядов с единым кадровым составом и деятельностный подход в организации работы. Обе группы сохранили от «Дозора» традицию научного подхода к осмыслению своей деятельности. Лидеры обоих отрядов объединились в Ревком, взявший на себя функцию координации работы и переброски кадров.

  • Мы видим достаточно редкий случай создания Системы в результате кооптации двух коннективов. В обоих лидировали еретики, происходящие из одного коммунарского корня (что облегчило сближение) и несущие заряд для нового синтеза: идею Системы и опыт движения РВО. В дальнейшем материала для синтеза стало ещё больше. Рождение Системы всегда сопровождается появлением КРК — клуба руководителей клубов, в данном случае под именем Ревкома, и утверждением традиции перегруппировки кадров руководителей.

Вскоре «Ветер» начал давать регулярные выпуски. Выпускники-комиссары вливались в «Рассвет», вынуждая его почковаться и образовывать новые отряды, избегая «бунта стариков».

Пик почкования пришёлся на конец 80-х, когда количество отрядов выросло до 9. Почковаться было легко: к этому моменту сложился уже комплекс традиций, структурирующий годовую жизнь отряда. Его элементами были учебы, отдельные дела и структура, заимствованные у «крапивинских» РВО, а также коммунарские сборы, ролевые игры, поисковые экспедиции, строяки.

  • «Строяк» — определённая трансформация транслятора движения студенческих стройотрядов 60-х — 80-х. Отдельное субдвижение в рамках стройотрядов в 1970-80-е годы представляли ОСиПы — отряды студентов и подростков.

Облегчала процесс роста начавшаяся перестройка, тем более, что Система не возражала против такой формы легализации, как «внешкольная пионерская дружина» («Стрела» — кстати, первая подобная дружина в Москве), что было даже модно и поддерживалось властями. Люди продолжали ощущать себя системовцами — членами одного объединения.

С ростом педсостава Ревком (слишком узкий орган) пришлось ликвидировать, заменив его на ПИПЛ (Проблемную Исследовательскую Педагогическую Лабораторию). ПИПЛ взял на себя координирующую функцию. В него вошли фактически все новые студенты-педагоги — выпускники «Ветра», и также часть выпускников «Рассвета». Так как старые задачи были решены, то встал вопрос о новых — по известной формуле: «Всё, что не развивается — гибнет».

  • «Всё, что не развивается — гибнет». Это поэтически-философское выражение для неформальных сообществ имеет смысл самый прагматический. Нормальное и желательное состояние формальной структуры — от коммерческой фирмы до государства — стабильность. У неформалов так не получается, и, вероятнее всего, это один из фундаментальных признаков понятия «неформальность».

Из глубин дозоровского прошлого была извлечена ещё одна формула: «Системе можно противопоставить только Систему, Образу Жизни — только иной ОБРАЗ ЖИЗНИ». Такое понимание Системы расширяло понимание её от просто альтернативной педагогической организации до Социума. С этого времени слово «Социум» становится весьма популярным в Системе. Встал вопрос о создании Системы именно как комплекса различных структур общественной жизни. Такой переход в смене акцентов легко объясняется как положением студенчества ПИПЛа, которое было озабочено местом будущей работы (ситуация, достаточно частая для взрослых коммунарских клубов), так и эйфорией, связанной с успешным решением первой волны задач.

  • Система вошла в явную фазу подъёма. Увеличилось количество базовых коннективов. Отмечается эйфория, ставится амбициозная задача — превратиться в отдельный Социум.

Наш Ответ-на-Вызов сводился к организации собственных ячеек в обществе и формированию такого типа выпускников, которые при выходе в Жизнь не будут хныкать «Какая жизнь ужасная!», (мода, появившаяся среди старых коммунарских клубов в то время), а сознательно начнут создавать для себя подобные ниши или, по крайней мере, искажать вокруг себя социальное пространство в этом направлении. То есть выпускники — это Люди-Бойцы!

  • Коммунарская среда к тому времени теряет пассионарность и переходит в мемориальную фазу. Описываемая Система выгодно отличается от основной массы участников движения и, благодаря верным социотехническим решениям (строительству Системы на базе широкого синтеза с иными движениями), успешно продлевает жизнь собственного «коммунарского куста».

При этом, исходя из деятельностных позиций, ниши по типу замкнутых общин рассматривались нами, как неизбежно вырождающиеся. Им противопоставлялась другая схема: открытые сообщества — своего рода предприятия-коммуны, которые действуют в рамках обычного общества, конкурируют и активно взаимодействуют с ним, искажая ЕГО пространство в НАШУ сторону. Историческим аналогом этого процесса мы видели явление распространения мануфактур в эпоху позднего феодализма.

На этом этапе произошло возвращение к идее создания школы, но она рассматривалась как часть Социума и должна была находиться при НАШЕМ ПРЕДПРИЯТИИ-КОММУНЕ, решая на первых порах лишь задачу «раздвоения» Образа Жизни отрядников.

  • Ещё одно свидетельство амбициозности Системы в этот период. С политологической точки зрения она представляет собой инициативу молодых марксистов, которые видят смену общественных формаций как смену различных систем организации труда и претендуют на создание зародыша новой формации. Отсюда появление темы «коммуны» и «предприятия», параллели с мануфактурами.

Среди конструкторов новой Системы, тем не менее, нашлась группа, выдвинувшая задачу создания конкретной НАШЕЙ ШКОЛЫ — учреждения среднего образования — в рамках какой-либо государственной экспериментальной площадки. Их тогда много появилось в школах — в поле движения новаторской педагогики.

Идея тут же получила бурный отпор со стороны «стариков». Во-первых, они не хотели лезть в школу старой государственной Системы, справедливо считая, что Система есть Система и, несмотря на все эксперименты, не даст развиваться шире весьма ограниченных рамок (практика многих дружественных команд подтверждала эти опасения). Во-вторых, «старики» научились реально оценивать свои силы и прекрасно понимали, что взвалить на себя весь объём обычной средней московской школы Система, даже если бы хотела, не может.

В результате дискуссии ПИПЛ пришёл к компромиссу: давайте готовиться к созданию школы! Как первый этап, рассматривалось создание профильных отрядов, дабы комиссары (будущие учителя) смогли бы отработать курсы по соответствующим предметам.

Первым шагом стало создание своего предприятия, которое занялось обычной коммерческой деятельностью в стиле того времени. Предприятие состоялось и открыло свои педагогические ставки. Потенциал Системы в смысле материального обеспечения резко вырос — Система, например, смогла регулярно оплачивать грузовики, забрасывающие на летние Игры необходимый реквизит.

Методология БРИГов (Большая Ролевая Игра) началась отрабатываться ещё с 1986 г. (Индейская Игра на островах озера Селигер в рамках «рассветовских» парусных походов, интеграция опыта малых ролевых игр, достаточно распространённых в коммунарской среде, с играми по мотивам произведений Вл. Крапивина). Эти Игры, как и рассветовский строяк 1987 г., стали легендарными событиями в истории «Рассвета», прославившими Систему далеко за пределами его ближайшего круга.

  • Система перешла к акматической фазе. Легендарные дела, сложность и разнообразие, высокая пассионарность. Начинаются столкновения амбиций, но их ещё удаётся локализовать. Упоминается создание Инкубатора и появление методологии полигонной Игры — БРИГа, ставшей впоследствии базовым транслятором движения ролевиков.

Так как Социум мыслился открытым, и эйфория расширения отрядного движения порождала мечты о расширении его на другие города, то была принята к реализации программа «Мост» — форсирование контакта с другими объединениями. С такими мыслями Система входила в новый этап своего существования в конце 80-х годов.

Время расколов

Программа «Мост» полностью провалилась. Сказалась типичная для многих коммунарских и РВО-шных групп тяга к замкнутости. Провозгласить лозунг активизации контакта было достаточно легко, выполнить же не так просто. Отряды упорно не понимали: зачем им эта активизация?

У Системы было множество Кругов: в Калуге, Ленинграде, Истре и Коломне, Симферополе, Киеве, Махачкале, Петрозаводске, Воркуте и т.д. Круг никогда не был столь широк. В любом эпизоде активно контактировали одновременно 3-4 города…

Но объединения круга, поначалу вполне воспринимавшие лозунги «Моста», провозглашённые лидерами Системы, достаточно быстро остывали и саботировали излишнюю, с их точки зрения, активность в области этих контактов. Так же вели себя и несистемные объединения: на словах все были за активизацию контакта, на деле же местная текучка всегда оказывалась актуальнее этих намерений; отсутствие реальной деятельностной основы брало свое.

  • Механическая попытка перенести системные отношения внутрь круга, естественно, оказалась обречена на провал, так как в круге руководители клубов не готовы жертвовать своей автономностью — у них иной приоритет ценностей и иная мотивация действий.

Вызрел конфликт и внутри Предприятия, вскоре разросшийся до открытого раскола. Как показала практика, это закономерный процесс, через который прошли многие педагогические объединения, создавшие коммерческие отделения для поддержки свой педагогической деятельности.

Время раскола совпало с идеологическим кризисом во всем обществе. Началась массовая переоценка ценностей, приведшая многих к конфликту с общепринятой идеологией Системы. В итоге существенная часть ПИПЛа вышла из Системы, включая и часть бывших лидеров.

  • Система вошла в фазу надлома: противоречия стали неразрешимыми, сменился поведенческий императив. Период характеризуется как кризис, отмечается несколько расколов.

Оставшейся части ПИПЛа пришлось многое переоценить и многому научиться, в частности, более терпимому отношению к расколам и разделениям.

Раскол с директорами был оценен как неизбежное проявление законов деятельности с её «сдвигом мотива на цель». Различные метания коллектива предприятия в поисках производственной и рентабельной деятельности, в том числе и для детей, привели к отрицанию конвейера (мы попробовали этот путь), как тупой деятельности, гасящей проявление творчества и соответственно коллективных связей.

В итоге путь Предприятия был поставлен в достаточно существенные рамки: требовалось не ЛЮБОЕ Предприятие, а с Явной и Очевидной ОПД-шной направленностью (коммунарский сленг, ОПД – общественно-полезная деятельность), с высоким уровнем ТВОРЧЕСТВА, с возможностью САМОУПРАВЛЕНИЯ. Обычный же бизнес начала 90-х часто противоречил этому. Кроме того, для нашего Предприятия важна была высокая степень КОЛЛЕКТИВНЫХ СВЯЗЕЙ, ПЕРСПЕКТИВНОСТЬ В РАЗВИТИИ…

Короче, подобрать такую деятельность для Предприятия, да чтобы она была рентабельной, не так-то просто. Отсюда стремление многих коммунаров избегать вообще каких-либо предприятий, как «неизбежно» вырождающихся в формальные, а свою деятельность строить исключительно в некоммерческой сфере, в бескорыстной общественной деятельности.

Стало понятным, что организация ПРОИЗВОДСТВА (тема, увлекавшая многих) — дело будущего, когда конвейер будет вытеснен автоматикой. Отсюда и наше сегодняшнее увлечение темой автоматики в рамках Школы. Но всё же задача создания «Нашего Предприятия» была признана РАЗРЕШИМОЙ.

  • Этот важный вывод позволил сохранить курс на создание информального предприятия — задачи, от которой отказались и открестились большинство коммунарских групп. Это ещё одно свидетельство огромного запаса еретичности данного коммунарского объединения. Решение послужило тем удачным Ответом, которое позволило сохранить объединение в будущем рыночном обществе.

Другим важным нововведением в копилку идей стала тема ОТЧУЖДЁННОСТИ от РЕЗУЛЬТАТОВ ТРУДА. Возродившись во времена дискуссий с «директорским корпусом», эта терминология быстро стала достаточно популярной. Совпавши с темами «Как не стать винтиком?» и «Как не быть глупой овцой, которую куда-то гонят пастухи?», она поставила вопросы: о соотношении добровольности в продолжении работы и ответственности за взятое на себя дело; о двух недопустимых крайностях — позиции исполнителя и паразитизме и инфантилизме группы; о сознательности в выборе пути и проблемах манипуляции в педагогике.

  • Характерен круг вопросов в период надлома, ранее не ставившихся, так как на фазе подъёма царили императив долга и общая эйфория. Постановка проблем говорит о падении пассионарности, нарастании указанных явлений и готовности идти на конфликт ради своей правды.

Постепенно оформились новые традиции: право на отпуска в кризисные периоды, при которых человек освобождался от былых обязательств и существовал в режиме: где хочу — там и есть, с сохранением имеющейся зарплаты от предприятия. Решение о предоставлении его формировалось всем коллективом ПИПЛа. Вводились внутренние нормы трудовых отношений, например, процедуры перехода из одного подразделения в другое, увольнения, выхода из Системы. В оплате труда появились премиальные по принципу КТУ (Коэффициент Трудового Участия — идея взята из опыта «бригадных подрядов), оцениваемого во время регулярных откровенных разговоров.

  • Упомянут ещё один из элементов синтеза Системы — бригадные подряды, движение которых происходило в 1960-80-е годы и перешло к этому времени в мемориальную фазу. Интересно также упоминание о праве и процедуре выхода из Системы — социотехнически грамотном решении, защищающем Систему от псевдорелигиозных отношений замкнутости, свойственной некоторым религиозным, но не общественным организациям.

Предприятие, оценив старые ошибки, решило попробовать себя на рынке педагогических услуг, организуя педагогически ориентированные ролевые игры для только что появившихся лицеев и гимназий. Сначала всё шло неплохо — Предприятие выполнило ряд заказов под вывеской ЦРМ (Центр Ролевого Моделирования), заказчики остались довольны. Открылись радужные перспективы, в эту деятельность легко включались ребята, что делало реальным детское производство — нашу давнишнюю мечту. Рентабельность Предприятия была достаточно высокой — игра «Лесная Сказка», например, дала фонд заработной платы почти на полгода, не считая обильной матбазы, оставшейся за нами.

Время расколов сменилось стабилизацией. Была создана теория игровых алгоритмов, оформлено направление ролевого моделирования, используемая в Системе теория социотехники была переосмыслена и дополнена переработанными взглядами Берна, Гумилёва, Тойнби, Альтшуллера, «Лестницы Странников» и др.

Структурные изменения привели к тому, что колонны ПИПЛа куда-то пропали, а место их заняли бригады-микроколлективы по 7-8 человек. Смена названий хорошо отражала тот факт, что основными вопросами, которые решали бригады, были производственные, а не педагогические-отрядные.

  • Описан период инерции с его характерными признаками: стабилизация после эпохи надлома, переосмысление и оформление былого опыта, использование обильной материальной базы, отдельные легендарные дела.

Но началась гайдаровская либерализация цен, и денег у лицеев и гимназий сразу не стало. Это приблизило волну второго кризиса, который, вероятно, всё равно был бы. Проблема рыночного выживания встала столь остро, что сохранить свой потенциал без нового предпринимательского рывка стало уже невозможно. Аренда, коммунальные платежи и прочее — всё превратилось в совершенно бешеные для нас суммы. Апатия накрыла ряды пипловцев, производительность упала до минимальных показателей. Обострились все уже рассмотренные противоречия. Как раз тогда прошла новая волна расколов и уходов, завершившаяся официальным роспуском ПИПЛа (1993 г.).

  • Система перешла в фазу обскурации.

Школа

На обломках ПИПЛа моментально возникло несколько групп, приняв форму привычных бригад. Интересно, что Система при этом не считалась распущенной, а был объявлен своего рода эксперимент: отряды продолжали работать, хотя их численность и упала всего до двух — «Застава» и «Буревестник». Потусовавшись около года, бывшие пипловцы сгруппировались, образовав четыре относительно устойчивые команды: вокруг созданной частной Школы, вокруг Отрядов, вокруг центра развития дошкольников (условно: детсад) и, наконец, вокруг ЦРМ, продолжающего пробиваться на рынке игровых услуг.

  • Грамотное социотехническое решение по созданию нескольких групп Ухода-и-Возврата позволило нащупать выход и сохранить объединение, совершив новый цикл синтеза и возрождения Системы в новом качестве. Заметим, что заблаговременно была создана база для создания Школы в рамках работы профильных отрядов: учителя со своими авторскими программами.

Вскоре Школа и Отряды проявили тенденцию к интеграции, договорились до принципов взаимодействия, включая финансовые вопросы; кадровый состав начал сливаться, как и в былые времена, при этом численность отрядов вновь начала возрастать.

Сама же идея Школы преобразовалась в ИСКОМОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ для новых условий. Но и старая идея Школы как части Социума сохранилась. Таким образом, Система была восстановлена. Школа изначально виделась нами как частная, так как лезть в рамки государственного образования мы очень не хотели.

Отстроив внутреннюю структуру, Школа начала пробивать «дорогу в мир». Методика Больших Ролевых Игр (БРИГов) расползлась после проведения Московских Хоббитских Игрищ по всей стране, породив толпы игроков-хоббитов. Поначалу Система игнорировала это «своё ужасное порождение», но потом обнаружила в нём некоторые остатки былых коммунарских групп, да и просто хороших людей и, вспомнив похороненную было программу «Мост», ринулась в бой. Было отмечено, что Игра дает большую перспективу в контактах по отношению к коммунарскому Сбору, так как способна собрать намного больше народу, то есть способна объединить намного больший круг, чем старая деятельностная основа.

Сложился устойчивый круг ролевиков, сотрудничающий с Хавской (под этим названием мы стали известны в неформальной среде): более интегрированный — Владимир, Калуга, и более автономный — Иваново, Харьков, Екатеринбург,
Питер и другие.

Кроме ещё одного отдельного отрядного круга, сложился круг контактов в среде педагогов-новаторов. Школа участвовала в многочисленных семинарах, конкурсах, проводила свои мастер-классы и совместные учебные лагеря с другими частными Школами по новаторским методикам. Большое количество городов на тот момент интересовалось подробностями организации Школы (Калуга, Иваново, Петрозаводск), прикидывая наш опыт на себя, и это вдохновляло.

  • Пройдя новый период синтеза в зонах контактов с «варварами» — ролевиками и педагогами-новаторами — возрождённая Система завершает фазу скрытого подъёма и входит в фазу явного: оформляются её коннективы, она обрастает несколькими уровнями кругов, относящихся к разным движениям, начинается её численный рост.

Необходимость соответствовать принципам ПРЕДПРИЯТИЯ-Коммуны существенно изменила и всю структуру Школы, делая упор на самоуправление педагогического коллектива, в отличие от принципов «директорской фирмы».

Что же касалось коммунарства в школе среди ребят — с этим у нас явно не ладилось. Коммунарские отношения успешно прививались в педагогическом коллективе, но оформить их в ребячьей среде и органично вписать в жизнь Школы мы не смогли. Атмосфера школы всё равно была качественно иной, чем в обычной государственной школе, но нам хотелось лучшего.

На этом этапе в Системе была проведена структурная реформа и введён статус акционера.

Во второй половине 1990 гг. Система провела ряд дел, ставших впоследствии легендарными в соответствующих кругах. В среде ролевиков — игры «Мир Призмы» и «Стругацкий цикл» БРИГов, чемпионаты РИ, охватившие в своем пике несколько городов, и городская игра «Вавилон». Среди педагогов-новаторов — серии мастер-классов по межпредметным связям в рамках традиционных «пакетов».

В это же время под влиянием одесской Системы «Версия» (г. Одесса), с которой мы познакомились, подружились и проводили много совместных мероприятий, началось увлечение Fidonet. У «Версии» к тому времени, кроме Фидо, уже был и полноценный Интернет. Вот тогда зародилась идея «сетей» как технологической базы принципиально новой степени интеграции объединений и распространения на этой базе «системных отношений» вширь. Легендарными делами тогда стали сетевой журнал «Бермудский треугольник» и фидошная эха SU.KOMMANDOR, модерируемая И. Иостманом (Воркута). А ещё одним легендарным делом Системы стала покупка в 1998 г. во времена дефолта собственного Дебаркадера и перестройка его из состояния «сарай на воде» в состояние «жилой дом — старшая школа», с возможностью круглогодичной эксплуатации здания. Другим — проведение по заказу торгового дома МLМ «Русская Линия» серии акций «уличного телевидения» в Камергерском переулке в центре Москвы.

В 1999 г. Система достигла пика своего развития. Часть её состава была привлечена руководством упомянутой «Русской Линии» для развития горизонтальных связей внутри корпорации. В Адлер был выслан десант — предпринята попытка выкупить частную школу «Лира», входившую в круг Системы, и обосноваться в новом городе, а Система достигла бы при этом нового уровня. Параллельно велось строительство Дебаркадера.

  • Система вошла в акматическую фазу. Внешняя деятельность становится очень интенсивной и насчитывает множество легендарных событий, оставивших след в неформальном поле. Сложность её нарастает: оформляется отрядный круг, осваиваются телекоммуникационные технологии. Растёт материальное обеспечение, множатся десанты.

Но тут разразился кризис: десант не смог укрепиться в Адлере и вернулся, состав его в большинстве покинул Систему, сохранив, впрочем, контакты на уровне круга; начался распад отрядов внутри Системы. От Школы отделилось несколько групп, создавших свои собственные проекты в области новаторской педагогики. Кризис был осознан как результат того, что в Системе возникла нехватка функциональных ниш. Было принято решение весь старый состав увести на Дебаркадер, а Хавскую оставить в управление выросшим молодым педагогам, что было и сделано.

  • Уже на новом цикле Система вновь входит в фазу надлома. И вновь это происходит на пятый год от начала зарождения коннектива-матки, нашедшей базовые формы её существования. Решение развести конфликтующие стороны на разные площадки позволило достаточно быстро пройти кризисный период. Тем не менее, потери были. Именно в это время погибли отряды, а оставшиеся отделились и вскоре образовали собственную полусистему, состоящую из туристических групп (см. «Рокада»).

Пытаясь удержать ситуацию «на плаву», Система свернула часть своих амбициозных программ и сосредоточилась на отстраивании различных структурных подразделений Школы: младшей, средней и старшей. Началась некоторая стабилизация, на базе которой была предпринята попытка создания сети компьютерных клубов в разных городах страны, приняты некоторые другие меры. Всё это рассматривалось, как попытка заложить материальную базу для появления новых точек развития, куда были бы впоследствии «транслированы системные отношения». В конце концов, эта попытка тоже закончилась провалом: у нас украли 60 компьютеров, остановив шествие компьютерных клубов по городам, а мы втянулись в криминальную разборку и постепенно свернули всё это направление. В Школе произошёл новый отток кадров, и пришлось отозвать часть кадров из городов на укрепление базового предприятия. Система закончила свой очередной цикл, необходимо было начинать новый.

  • Сначала фаза инерции, а потом обскурации. Знакомые признаки: оформление опыта, эксплуатация материальной базы, концентрация стабилизаторов на традиционных мероприятиях и отстраивание новых секторов еретиками на окраинах системы.


Страница сформирована за 0.77 сек
SQL запросов: 170