УПП

Цитата момента



Умная женщина та, в обществе которой можно держать себя как угодно глупо.
Поль Валери

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Невинная девушка имеет этот дар Божий - оценивать мужчину в целом, не выделяя (искусственно), например, его сексуальности, стройности и так далее. Эта нерасчленённость восприятия видна даже по её глазам. Дамочка, утратившая невинность, тут же лишается и целомудрия. И взгляд её тут же становится другим - анализирующим, расчленяющим, в чём-то даже нагловатым.

Кот Бегемот. «99 признаков женщин, знакомиться с которыми не стоит»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d4469/
Весенний Всесинтоновский Слет-2010

Часть 4. Вселенная наблюдателя, или Физика сознания

Глава 1. Труп Короткова

С питерским физиком Константином Коротковым я познакомился в середине девяностых годов прошлого века на почве его увлечения трупами…

Ну, не столько трупам и, сколько их свечением в электромагнитном поле высокой частоты. Объясняю подробно… Существует так называемый эффект Кирлиан. В конце тридцатых годов супруги Кирлиан из Краснодара обнаружили интересное явление. Если между двумя пластинчатыми электродами, создающими высокочастотное (1000-20000 Гц) электромагнитное поле, поместить какой-нибудь предмет, то он начнет светиться, излучая во все стороны коронный разряд. Если туда же сунуть фотопластинку, на ней останется изображение этого предмета в световой ауре. Сейчас эта методика носит название газоразрядной визуализации - ГРВ.

Вообще говоря, еще до супругов Кирлиан тем же самым занимался знаменитый Никола Тесла, который в конце XIX века с помощью обычного фотографического аппарата делал снимки свечения предметов в высокочастотном поле. А до Теслы аналогичные эксперименты проводил русский исследователь Наркевич-Йодко, который свой метод фиксации коронных разрядов назвал электрографией.

Выяснилось, что живые предметы дают несколько иное свечение, чем неживые. Свечение живых предметов (лист дерева, палец человека и т.д.) зависит от их внутреннего состояния, то есть может меняться. И на этом основана методика медицинского диагностирования болезней. Немецкий врач Петер Мандель проанализировал десятки тысяч снимков "ауры" пальцев у пациентов с известными диагнозами и составил таблицы соответствия: болезнь - соответствующая ей картинка ауры (думаю, уже нет смысла писать это слово в кавычках, поскольку из контекста ясно, что к мистической ауре оно не имеет никакого отношения - только к электрическим коронным разрядам).

Вообще, методик диагностирования в мире полно. Диагноз ставят по пятнам на радужной оболочке глаз, по химсоставу волос, по ногтям, по анализу крови, по изменению кожного электропотенциала. Опытные врачи могут поставить диагноз по походке, по внешнему виду больного… В общем, методик много, почему бы не быть еще одной - по ауре пальца?.. Внутренние проблемы человека всегда отражаются на его внешности, нужно только уметь замечать и правильно трактовать эти изменения - появление пятнышек на зрачках и ногтях, изменений осанки, появление провалов в световом ореоле вокруг пальца…

В России созданием диагностических приборов с выводом ауры пальца в режиме он-лайн на экран компьютера занимается как раз питерский физик Коротков. Прижимаешь палец к черному стеклышку, и на экране компьютера переливается аура пальца, похожая на солнечную корону во время затмения. Снимок ауры можно ввести в память компьютера и потом отслеживать динамику изменения состояния больного, сравнивая ауры. Сам же компьютер и анализирует изображения на основе методов нелинейной математики. Забавно…

Вообще в мире это направление сейчас набирает большую популярность. Когда я впервые встретился с Коротковым в середине 1990-х годов, он только начинал свой путь. А сейчас с помощью аппаратуры Короткова и по его методике делают прогнозы успешности операций в питерской Военно-медицинской академии… Его маленький исследовательский центр разросся до большого, сам Коротков стал профессором питерского и американского университетов. Только в одном ЛГУ у него восемь аспирантов и несколько в Америке. Два аспиранта Короткова недавно защитили кандидатские диссертации по методам математического анализа полученных аур.

А вообще по методике Короткова в России уже защищены четыре технических диссертации и шесть медицинских. Плюс три диссертации в Америке. Там же, в США, вышло четыре книги… Сейчас Коротков вплотную работает с модным московским доктором Волковым и профессором Воейковым из МГУ. С помощью ГРВ-методики Коротков предсказывает успешность выступления спортсмена в соревнованиях. Точность прогноза - 80-85%. Физкультурники так впечатлились, что пригласили Короткова стать замдиректора НИИ физической культуры в Питере. Есть заказ от Госкомспорта на внедрение системы во все олимпийские центры России…

По поводу трупов…

Казалось бы, посмертные изменения в теле человека изучены так, что дальше некуда. Известно, что после умирания все процессы в теле происходят по ниспадающей, идет медленный распад. Падает температура, появляются трупные пятна, начинается мышечное окоченение, которое через сутки переходит в расслабление. Короче говоря, никаких тебе неожиданных всплесков - только плавное и монотонное падение кривых. Это и естественно, откуда же быть активности и всплескам, если гражданин умер?

Однако Константину Короткову такую странную и не укладывающуюся ни в какие рамки активность обнаружить удалось. Он измерял у "свежеумерших" людей интенсивность свечения пальцев руки. И был поражен: в течение нескольких суток после смерти трупы вели себя как живые. Исследовательской группой Короткова была обнаружена "колебательная активность параметров газоразрядного свечения". Которая почему-то особенно активизировалась по ночам.

Сказать, что Коротков был удивлен, значит преуменьшить. Когда-то он проводил серию экспериментов по регистрации свечения образцов мяса - как замороженного, так и свежего. Мясо вело себя, как положено мертвому предмету - без всяких аномальных выбросов и колебательных процессов, прогнозируемо, плавно и направленно-затухающе по мере разложения. Ожидалось, что так же будут вести себя и трупы. Да и как еще вести себя трупу? Вскакивать и размахивать руками? Так вот, считайте, что трупы вскакивали и размахивали руками. Только делало это не тело, а его световой электромагнитный фантом, который никак не хотел умирать. Лишь на вторые-третьи сутки все успокаивалось, и кривая показывала ровный фон.

Выяснилось, что поведение фантома зависит от характера смерти. Если человек умер от старости, кривые электромагнитной активности его клеток ведут себя спокойно и постепенно затухают к исходу третьих суток. А если смерть была неожиданной (автокатастрофа, подавился пищей, убит), клетки еще долго проявляли активность. Кривая шла вверх по ночам - свечение достигало максимума примерно с 9 вечера до 2 часов ночи, его интенсивность падала днем и совсем затихала к исходу третьих суток.

Но кривая-то кривой, а нам гораздо интереснее личные ощущения экспериментаторов. Сотрудники Короткова, проводившие съемки ночных энергетических всплесков, с первой ночи настаивали, что они чувствовали "присутствие сущности". То же самое отмечал и сам Коротков. Вот выдержки из его записей…

"Я вошел в подвал морга и направился к телу. И внезапно меня словно пронзило электрическим током. Волосы встали дыбом - я почувствовал приступ страха. Я попытался успокоиться, взять себя в руки - напрасно, страх не уходил. Сделав измерения, я побыстрее выскочил из помещения. Страх, хотя и в меньшей степени, повторялся до пяти часов утра. Но когда я вошел в подвал в шесть часов, все было спокойно.

На следующую ночь ощущение было гораздо слабее, на третью не чувствовалось совсем. Второй эксперимент - ощущения повторились.

Эксперимент N3. Это был труп самоубийцы. Пройдя морг, я спускаюсь еще ниже, в подвал. Каталка находится в дальнем от двери конце подвала, метрах в двадцати от входа. Дохожу уже до середины подвала, когда вдруг чувствую направленный на меня взгляд. Каждому знакомо это ощущение, когда в транспорте или в толпе чувствуешь упирающийся в спину взгляд. Но в толпе можно оглянуться и увидеть источник. Здесь же никого, кроме меня, нет. И все же присутствие ощущается совершенно явственно. Я дохожу до каталки, включаю аппаратуру. Такое ощущение, как будто кто-то находится поблизости, со стороны наблюдает за всеми моими действиями. Спокойно, но не равнодушно. Почему-то возникает ощущение, что этот наблюдатель находится здесь по праву. В то время как я попал сюда случайно и неизвестно зачем. Страха нет, но есть ощущение, что я здесь лишний. Закончив измерения, я выключаю аппаратуру и медленно хожу по комнате. Удается установить, что наибольшее присутствие ощущается примерно в середине комнаты, в 5-7 метрах от тела… Наконец я решаю, что большего добиться вряд ли удастся, и направляюсь к двери. В этот момент я чувствую направленный в спину взгляд до самого выхода. И только захлопнув за собой низкую металлическую дверцу, понимаю, как устал за эти двадцать минут.

В целом впечатления моих сотрудников совпали с моими: присутствие ощущалось особенно сильно в первую ночь; днем не ощущалось; место, где присутствие было наиболее сильно, ни разу не совпало с расположением тела, как правило, оно было метрах в 3-5 от него. Ощущения и всплески экспериментальных кривых говорят о повышенной ночной активности. Чего?.."

Любопытно, что увлекающийся Коротков проводил даже эксперименты с Аланом Чумаком. Тот из Москвы воздействовал на воду, а Коротков мерил свечение воды.

- И при воздействии Чумака яркость свечения воды менялась, - констатирует Коротков.

- Константин Георгиевич, прекратите, мне страшно вас слушать! Вы говорите ужасные вещи! Хорошо еще, что нас никто не слышит, а то бы сожгли на костре - прямо во дворе Академии наук. Сто к одному, что официальная наука ваши идеи не приветствует.

- А что такое официальная наука? Академия наук? Академия наук отнюдь не представляет мнение всех ученых. Академия наук - оплот консерватизма в науке. Была масса случаев, когда Академии ошибались. Французская академия когда-то официально отрицала существование метеоритов, потому что небо - не твердь, а газ, атмосфера и никаких камней на небе быть не может. А крестьянские рассказы о падающих с неба камнях - просто сказки… Американская академия - всего за несколько лет до первого полета братьев Райт - заявила, что полеты на аппаратах тяжелее воздуха невозможны. Советская Академия наук объявляла генетику и кибернетику лженаукой… Так что я бы не стал ссылаться на Академии.

Наши академики когда-то говорили, что и нелокальные взаимодействия невозможны… Мы, кстати, до сих пор не понимаем, как телепортируется состояние одного фотона к другому. Возможно, это непонимание из той же серии, что и непонимание телепатической передачи информации… Но для нас, честно говоря, главное - медицинская серия опытов и спортивные исследования. Здесь у нас все основательно, официально, задействованы солидные научные организации и учреждения. То, что мы делаем по диагностике болезней с помощью ГРВ, ничуть не противоречит основам основ официальной науки. А все эти дистантные воздействия сознания - побочная ветка, увлечение. За "телепатию" нас только бьют. Кроме проблем, ничего мы с нее не имеем… Кстати, человеческие волосы ведут себя так же, как трупы: волос живет после того, как его срежешь, 5-6 суток, имея при этом колеблющийся сигнал свечения. Так что об открытии физиками души рано говорить.

…Внимательный читатель наверняка споткнулся о словосочетание "нелокальные взаимодействия". Глаз-ватерпас у тебя, читатель! Нелокалыцина - это именно то направление, куда я, аки пастырь, гоню послушных агнцев-читателей…

Глава 2. Эйнштейн, Подольский, Розен. Далее - везде

Первая треть XX века была отмечены крупными спорами, до которых широкой публике дела было мало, поскольку спорили физики и спорили как всегда о чем-то своем. И до сих пор еще многие граждане даже не подозревают, что спор этот касался всех нас. Потому что это был спор о реальности сущего.

Это был не просто спор. Это была последняя битва между силами света и силами тьмы! В городе Копенгагене сошлись два титана - Эйнштейн и Бор. Все-таки поразительные кульбиты порой делает история… Тот самый Эйнштейн, который своей теорией относительности разрушил фундамент классической физики, теперь яростно набрасывался на Бора, выступая защитником именно классической, объективной физической реальности. А Бор, как новое поколение физиков, выступал против реальности.

"Старое представление о рациональном и механистическом мире, которым управляют причинно-следственные связи, кануло в Лету, уступив место таинственному миру парадоксов и "потусторонней" реальности" - напишет об этом через полвека в книге "Суперсила" английский физик Пол Девис. "Потусторонняя реальность" - лучше о современной физике не скажешь…

Когда родилась квантовая механика - физика удивительная, непохожая на прежнюю, то даже ее создатель Макс Планк так и не принял в глубине души всей причудливости этой науки. А Эйнштейн попросту считал квантовую механику абсурдной теорией, называл ее "безумием". Кризис восприятия был так велик, потому что с появлением квантовой механики (и последующих теорий микромира) под ногами физиков полностью пропала опора в виде наглядных схем и понятных интерпретаций. Физика чем дальше, тем больше становилась математикой, то есть формульной абстракцией, которую иногда даже невозможно проверить опытным путем! Причем формулы порой выдавали попросту абсурдные решения. Тогда физики над формулами немножко изгалялись - проводили так называемую "перенормировку", а попросту говоря - подгоняли теорию под ответ. Но это было уже потом, а тогда, в Копенгагене все только начиналось…

Нильс Бор, возглавлявший в 1920-е годы XX века физический институт в Копенгагене, был лидером "темных сил", наступавших на привычную реальность. Эйнштейн был лидером "светлых сил" - защитников традиционной реальности. По правую руку от него сражался Вернер Гейзенберг. Этот рыцарь печального образа практически повторил путь Эйнштейна: он был в числе тех из молодого поколения физиков, кто своими славными деяниями громил фундамент Классики. Именно он открыл знаменитый принцип неопределенности - основу основ квантовой механики! А потом поднял меч в защиту старого мира.

Да если бы не "предательство" такими, как Эйнштейн и Гейзенберг, светлого и ясного ньютоновского мира, не пришлось бы потом его и защищать! Так всегда бывает - революции поедают своих героев… Вот что написал храбрый Гейзенберг позже в своей книге "Физика и философия" (характерное, кстати, названьице, не правда ли?!..):

"Я вспоминаю дискуссии с Бором, длившиеся за полночь, которые приводили меня почти в отчаяние. И когда я после таких обсуждений отправлялся на прогулку в соседний парк, передо мной снова и снова возникал вопрос: действительно ли природа может быть столь абсурдной, какой она предстает перед нами в этих атомных экспериментах?"

…Ах, Эйнштейн и Гейзенберг, не надо было вам открывать ящик Пандоры!..

Раз за разом, день за днем сходились в великой битве титаны. Эйнштейн, блестящий гений которого позволил ему когда-то раскачать и опрокинуть элегантное и совершенное здание прежней физики, наносил Бору удар за ударом. Каждый раз он выбрасывал противнику очередную мысленную задачу, которая логически разбивала внутренне противоречивый и потому неверный (как полагал Эйнштейн) Мордор квантовой теории. Но Бор был тоже не простак. Каждый раз он не без труда, но отражал выпады Эйнштейна.

Вот пример одного из таких поединков той серии битв, на которых, без всякого сомнения решалась судьба нашего мира… Да-да! Дело в том, что главное отличие старого, традиционного мира - его принципиальная предсказуемость, фатальность, тотальная причинность. Суть этого мира в том, что если бы мы знали все координаты и импульсы всех частиц во Вселенной, мы могли бы со стопроцентной точностью предсказать будущее. В светлом, ясном мире все частицы движутся по своим траекториям, в определенных направлениях, каждая имеет вполне определенную массу и скорость, каждая частица существует в реальности и "действует" сама по себе, вне зависимости от того, смотрит на нее кто-то или не смотрит. Если умрут все ученые в мире, все наблюдатели, смотрящие за миром, мир не изменится. Он объективен. Он существует сам по себе. Он абсолютен. В нем можно физически различить добро и зло. Одна причина порождает в нем одно конкретное следствие. В этом мире есть истина.

Новый, квантовый мир совсем другой. В нет ничего абсолютного. Он принципиально относителен. В нем нет точных местоположений. В нем нет траекторий. В нем нет направлений. Этот мир принципиально непредсказуем. Неопределенен. В нем нет четких ответов. Одна причина в нем может породить тысячи разных следствий. Одно следствие в нем может быть вызвано тысячью разных причин. А главное - в этом мире нет реальности в том ее понимании, которое существовало в ньютоновском мире. В нем действуют нереальные (виртуальные) частицы. То есть этот мир отчасти нереален. Больше того - облик этого мира зависит от сознания. От того, смотрит кто-то на этот мир или нет. Этот мир требует введения в физические формулы наблюдателя. В этом смысле он един - в него на равных входят мертвая материя и наблюдатель.

Подобная позиция выглядела слишком непривычно для позитивистского научного мышления. Поэтому, борясь с принципом неопределенности, Эйнштейн предложил остроумную схему. Вы говорите, ваш мир принципиально неопределенен? Что в нем нельзя одновременно точно узнать энергию частицы и момент времени, в который эта частица данной энергией обладает? Хм, это уже лазеечка для нарушения главнейшего закона Вселенной - закона сохранения массы-энергии, что уже само по себе - немалое преступление! Мы сейчас эту лазеечку в законе перекроем!.. Смотрите, в чем ваш прокол, господин рыцарь хаоса: время я измерю непосредственно, а энергию определю взвешиванием! Я взвешиваю частицу и таким образом узнаю ее массу - по моей же формуле E = mcE2! Вот и конец вашей неопределенности! Так сказал Эйнштейн…

Удар был силен. "На этот раз Бор был обеспокоен, и те, кто видел, как он провожал Эйнштейна в гостиницу, заметили, что Бор был сильно взволнован" - пишет Девис. Однако, проведя бессонную ночь, на следующий день Бор нашел эйнштейновскую ошибку: согласно эйнштейновской же теории относительности, гравитация замедляет течение времени. А при взвешивании частицы без гравитации не обойтись, и эффект замедления времени внесет в эти измерения свои коррективы. В пользу неопределенности… Победа опять осталась за Бором.

Однако самый тяжелый и решающий бой между тьмой кванта и светом классики закончился все же вничью. Эйнштейн, как показалось тогда ему и многим, нанес почти смертельный удар Бору. Но могучий Бор выстоял. Он отразил удар. Не так успешно, как прежние выпады. И потому вопрос о победителе той битвы остался неразрешенным. До поры…

Что же сказал Бору Эйнштейн в той схватке, когда мироздание зависло в точке равноденствия между ночным и дневным дозором?

Это случилось в 1935 году. И Эйнштейн был в той схватке не один. На его стороне сражались еще два рыцаря истины - Борис Подольский и Натан Розен. Они предложили мысленный эксперимент, который с тех пор получил название "эффект Эйнштейна - Подольского - Розена" или попросту ЭПР-эффект.

Хитроумная схема трех рыцарей, общей дамой сердца коих была объективная истина, нацеливалась на основу основ теории неопределенности - может ли частица одновременно обладать определенным положением и определенным импульсом. То есть существовать в классическом смысле этого слова. Мир тьмы, мир неопределенности, ставящий под сомнение самою физическую реальность, гласил: знать все невозможно! Потому что ничего определенного не существует! Все размыто, искажено… В частности, мы не можем совершенно точно одновременно узнать координаты и импульс элементарной частицы. Либо вы меряете с точностью, где находится частица, и тогда вы не знаете ничего об ее характеристиках (импульсе), либо вы точно узнаете свойство частицы, но не знаете, где она находится.

Это непредставимо для обычного мира. Если летит пуля, мы в любой момент знаем, где она находится и какова ее скорость. Странно, если бы узнав, где пуля, мы тем самым автоматически закрывали себе знание о ее скорости. И наоборот, узнав скорость, мы полностью теряли бы информацию о ее местоположении… Где ружейная пуля, чья скорость 800 м/с? Как где? На траектории полета!.. А вот и нет, а вот и нет! Нет у нее никакой траектории! И координаты нет. Теперь пуля вполне может оказаться в Антарктиде или на Луне. Возможен вариант: есть точная координата пули на траектории (в 30 см от ружейного ствола), но тогда нет точной скорости. То есть скорость может быть нулевой. Или бесконечной.

…Запускаем ракету. Какова ее скорость через секунду после старта? - Десять метров в секунду, товарищ полковник!.. - А где она? - А кто ее знает! Квантовая механика, товарищ полковник. Теперь уже непонятно…

И прав ведь товарищ полковник в своем справедливом возмущении! Действительно, что это за блажь такая? Не может Родина стрелять вслепую. А как же баллистика? Есть же такая наука - баллистика! И этой науке все равно, какой массы пуля - хоть 9 граммов, хоть тонна, хоть с электрон размером… Подставь в формулы, получишь результат - где пуля и что с ней в данный момент происходит. Увы! В микромире баллистика работать перестает. Как же тогда рассчитывать прицел?

Хитрые люди могут спросить: а как мы детектируем электрон - как узнаем, что он пролетел именно через эту щель? Ну, например, ставят фотонный детектор, и по рассеянию света делают вывод. "Ага! - воскликнет читатель, сторонник определенности, - Так вы забомбардировали несчастный электрон фотонами, а после удивляетесь, что он полностью изменил свое поведение! И еще сознание свое приплели зачем-то!"

Да, доля истины в этих рассуждениях есть. Если мы детектируем с помощью фотонов пулю (то есть попросту смотрим на ее полет, ловя глазами отраженные фотоны), то никак, конечно, на пулю мы этим не влияем. Во-первых, фотоны от пули и так отражаются, потому что Солнце светит, а во-вторых, что пуле фотон? Меньше, чем слону дробина! А вот электрончик - маленький, ему от фотонов больно. В микромире, чтобы получить информацию, мы воздействуем на объект сравнимыми с ним штуковинами. И, естественно, вносим при этом сильную помеху. Подставьте под пулю не фотоны, а сравнимую с ней вещь - деревянную щитовую мишень, например, и увидите, как повлияет это "измерение" на траекторию и скорость пули.

Но вот ведь какая штука… Если даже мы поставили всего один детектор на одну щель, и электрон не детектировался, то есть пролетел через другую щель, где его фотонами не бомбардировали, все равно интерференционная картина пропадает!.. Откуда электрон узнал, что его "секут" на второй щели? Квантовая механика объясняет это чудо так: та компонента (часть) волновой функции, которая подверглась бомбардировке фотонами, изменила поведение электрона - превратив его из туманного облачка в шарик, пролетевший в другую щель.

Бр-р-р… Что это еще за компонента такая? А это просто кусок формулы! Поведение электрона описывается формулой, как сумма возможных состояний. Упрощенно это можно записать так:

Состояние электрона = электрон пролетел через первую щель + электрон пролетел через вторую щель.

Или короче: Е = Ф1 + Ф2

где Е - функция электрона,

Ф1 - состояние электрона, соответствующее пролету через первую щель,

Ф2 - состояние электрона, соответствующее пролету через вторую щель.

То есть полностью поведение электрона описывается как сумма всех его возможных состояний. Это и есть знаменитая вол новая функция.

При измерении, то есть при воздействии или на "сам" электрон или на некую "виртуальную" его часть, то есть попросту на одно из формальных слагаемых в формуле, электрон локализуется в пространстве. То есть обретает в нем конкретное место взамен размазанного.

Еще раз, это важно: детектируя электрон, мы можем облучать фотонами не только его самого, пролетающего через щель, но и тот кусок формулы, которая "пролетает" (описывает пролет) через другую щель - эффект будет один! То есть, либо "живой" электрон пролетает через щель, и мы это прямо фиксируем детектором (интерференционная картина при этом пропадает), либо электрон пролетает через другую щель, где нет фотонного детектора, и мы облучаем фотонами ту часть электрона, которая не пролетает через эту щель (интерференционная картина при этом тоже пропадает).

Мистика какая-то, правда?

Вывод: воздействие локализует частицу. Она перестает описываться волновой функцией. И становится конкретной штукой в конкретном месте. Это называется редукцией волновой функции. Еще раз: редукция волновой функции - это когда мы путем воздействия на частицу превращаем ее из размазанного, вероятностного состояния в определенное. То есть измерение не выясняет истину, а присваивает частице эту истину.

Вот против чего так яростно выступал Эйнштейн. Ему вообще все это активно не нравилось. Неопределенность не нравилась… И он придумал, как эту неопределенность перехитрить.

Ладно, рассуждали Эйнштейн, Подольский и Розен - три героя, решившие перехитрить принцип неопределенности, - пусть мы не можем измерить у частицы импульс и координату одновременно. Но узнать можем! Это делается так.

Нужно "спутать" две частицы, чтобы их свойства были взаимосвязаны. Аналогия далекая, но тем не менее… Это, примерно, как в бильярде - бьем шаром по шару, шары разлетаются… Суммарный импульс шаров до соударения равен суммарному импульсу после соударения - простая механика, закон сохранения импульса, в школе проходят. То есть измерив импульс у одного шара, мы можем вычислить импульс другого, не измеряя его скорости.

Сталкиваем две частицы, они разлетаются, поделив импульс. Далее мы измеряем координату у первой частицы и импульс у второй. И таким образом узнаем и координату первой частицы (которую измерили непосредственно), и ее импульс (который просто вычислили, измерив импульс у второй частицы). Такова была схема мысленного эксперимента, предложенная троицей ЭПР.

Это было сильным ударом, от которого великий Бор покачнулся. Спор их в тот день закончился вничью. Бор назвал натяжкой рассуждения Эйнштейна. Эйнштейн полагал, что импульс, как объективная характеристика, уже имеется у частицы. И путем вычисления мы его узнаем. Бор же считал, что, пока мы импульс не измерили, приписывать частице конкретное значение импульса нельзя: импульс присваивается измерением, стало быть, мы не обманули неопределенность.

Много позже, а именно в 1960-е годы физик Джон Белл из швейцарского ЦЕРНа, размышляя над ЭПР-парадоксом, формализовал эту придуманную схему, написав некое математическое неравенство, которое позже назвали неравенством Белла. Из формулы вытекало, что если в эксперименте справедливость неравенства подтвердится, значит, прав Эйнштейн. Если не подтвердится - Бор.

Такой эксперимент удалось поставить только в 1982 году. Поставил его Ален Аспек. Результат эксперимента с двумя поляризованными фотонами неопровержимо показал: прав был Бор. Никакой "объективной физической реальности", о которой грезил Эйнштейн, в микромире не существует.



Страница сформирована за 0.1 сек
SQL запросов: 171