АСПСП

Цитата момента



Мужчина подобен единице, женщина — нулю. Когда живут каждый сам по себе, ему цена небольшая, ей же и вовсе никакая, но стоит им вступить в брак, и возникает некое новое число… Если жена хороша, она ЗА единицей становится и ее силу десятикратно увеличивает. Если же плоха, то лезет ВПЕРЕД и во столько же раз мужчину ослабляет, превращая в ноль целых одну десятую.
Самая древняя математика. А как у вас?

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



«– А-а-а! Нынче такие детки пошли, что лучше без них!» - Что скрывается за этой фразой? Действительная ли нелюбовь к детям и нежелание их иметь? Или ею прикрывается боль от собственной неполноценности, стремление оправдать себя в том, что они не смогли дать обществу новых членов?

Нефедова Нина Васильевна. «Дневник матери»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d542/
Сахалин и Камчатка

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОБЪЕДИНЕНИЕ

1. ПОБЕГ

Я стоял на террасе у входа на восточный мост. Солнце уже поднялось в зенит, и плечи щипало. За неделю, проведенную на острове, я успел загореть, облезть, и сейчас загорал снова.

Море выглядело непривычно спокойным. Всю прошедшую неделю непрерывно штормило, не слишком сильно, но нужно и тоскливо. То набегали тощие серенькие облака, то вновь палило солнце, но ветер не прекращался ни на минуту. К вечеру с точностью хронометра начинался дождь, а ветер усиливался до шквала. Впрочем, к утру все прекращалось.

Но сегодня у ветра наступил выходной. Флаг острова неподвижным бело-красным лоскутом свисал с древка на сторожевой башне. Розовая громада замка словно подтаяла, утрачивая грозные угловатые очертания. Кольцо стен, опоясывающее замок, походило на исполинскую мраморную корону, упавшую в незапамятные времена сверху. Между стенами замка и «короной» лениво ходила Таня, взбалтывая что-то в стеклянной банке. Наверное, крем, девчонки обещали испечь к обеду торт…

Я взглянул на сторожевую башню. Там было тихо. Дежурь на башне кто-нибудь из малышей, непременно пошел бы проверить, не задремал ли дозорный. Но дежурила Рита, а за нее беспокоиться не стоило. Вздохнув, я прошелся по террасе к северному мосту, потом к западному. Розовые каменные дуги казались абсолютно одинаковыми. Но на самом деле северный мост чуть уже западного, а на восточном более низкие перила. Это вымерили от скуки много лет назад, а потом вырубили стены на стенах замка. Каждый искал себе занятие на островах, хотя одно развлечение было на всех общим…

Дежурить на мосты я не ходил уже три дня. Так решил Крис, решил не объясняя причин, и я не стал спорить. Во-первых, боялся попасть на южный мост, а, во-вторых, серьезных стычек все равно не было. Даже с тридцаткой… Когда на следующий день после гибели ребят Тимур, Толик и Крис отправились на восточный мост, их встретила целая армия - семеро самых сильных и взрослых ребят тридцатого острова. Толик потом признался мне, что по-настоящему испугался. Но враги в бой не полезли. Они просто отдежурили до заката солнца, не пытаясь начать драки. Так продолжалось три дня. А потом тридцатка стала выходить на дежурства по-нормальному: двое, трое, четверо ребят. Вот только ни один из тех, кто дрался с тридцать шестым в тот проклятый день, на мосту больше не появлялся. Видимо их, опасаясь мести, направляли на другие мосты. Но Тимур все равно упорно ходил на восточный мост. Он ждал.

Прищурившись, я быстро взглянул на солнце. Раньше думал, что определять время по солнцу совсем несложно, этому даже не надо учиться. Посмотрел - и сразу понятно, сколько времени. Оказалось, что с непривычки можно ошибиться часа на два. Вот те ребята, кто жил на острове давно, умели определять время по солнцу. Часы на острове были только у Криса и Риты, поневоле приходилось выкручиваться. Толик тоже попал на остров с часами, но уронил их в воду, и они перестали идти. А у электронных часов Кости еще месяц назад кончились батарейки. Их сейчас носил Тимур - просто как браслет…

Похоже, что было около одиннадцати. До обеда далеко… Я прищелкнул языком. Мне хотелось чего-нибудь пожевать - не поесть, а так… Словно дома, где можно взять горсть конфет из кулька или набить карманы печеньем, выходя на улицу. Я задумчиво посмотрел на сторожевую башню. Рита там. В кухне одна Лера. А у нее выпросить можно все что угодно. Я неторопливо двинулся к одной из выходящих на террасу дверей. И в эту секунду за спиной сверкнуло, от стен замка полыхнул розовый отсвет.

Обернувшись, я уже догадывался, что это за свет. Ни один из последних вечеров в замке не проходил без разговоров об этом.

Метрах в двадцати от стен замка, на берегу озера, там, где высилась аккуратная горка белого песка, что-то происходило. Невысоко над песком, от силы метрах в трех, ворочалось в воздухе, разгоралось то слабее, то ярче, фиолетовое сияние. Больше всего оно походило на облачко или клочок тумана, подсвеченный изнутри яркой лампой. Но одновременно облачко казалось упругим и твердым. Может быть потому, что в глубине его явственно угадывалось что-то тяжелое, похожее на маленькую человеческую фигурку…

Я с радостным воплем скатился по лестнице вниз. Налетел на Таню, которая сразу все сообразила и бросилась за мной. Мы выскочили из ворот замка и остановились.

Фиолетовое сияние уже гасло. В воздухе же остался висеть неподвижный, словно залитый в прозрачную стеклянную глыбу, мальчишка лет двенадцати: в ярко-оранжевой майке, светлых бежевых брюках, с перекинутой через плечо спортивной сумкой. Но поразило меня не это - подобной картины я и ожидал. Самым удивительным оказалась поза мальчишки, его развевающиеся на несуществующем ветру волосы, взлетевшая вверх сумка, вздувшаяся на спине пузырем майка. Выглядел мальчишка так, словно его действительно сфотографировали в момент падения, а теперь подвесили в воздухе фотографию.

Миновала еще секунда, и все пришло в движение. Мальчик кувыркнулся и шлепнулся на песок. До нас с Танькой донесся его слабый вскрик. Не сговариваясь, мы бросились по пологому склону «посадочной горки».

Мальчишка успел подняться и теперь сидел, зябко обхватив плечи руками. Лицо его на глазах становилось белым, испуганным. Он торопливо переводил взгляд с нас на замок и обратно. Сумка валялась в стороне, и из открытого кармашка высыпались разноцветные фломастеры, ручки и маленький плоский калькулятор.

- Привет! - неловко улыбаясь сказал я. - Не бойся!

Новенький вскочил, метнулся к своей сумке, стал торопливо раздергивать застежку-молнию на ней.

- Ты чего? - Таня шагнула к нему, дотронулась до плеча.

Мальчишка замер. Потом жалобно, с вопросительной интонацией, произнес:

- Вэа из ай?

- Что? Так ты не русский? - Я понял вопрос, но не знал, сумею ли составить ответ на английском.

- Ху а ю? - глядя на меня тихо спросил мальчишка.

Таня хихикнула. Я строго посмотрел на нее, сказал:

- Он англичанин, ясно? Придется Криса ждать…

Если бы мне было известно, чем сейчас занят Крис, я не дожидался бы его возвращения на теплом песочке Тридцать Шестого Острова. Я спешил бы к нему. Но лишь вечером Меломан рассказал мне, как проходило их дежурство…

На южном мосту было неспокойно с самого утра. Крис пришел туда с Меломаном, рассчитывая если не отдохнуть, то хотя бы не ввязываться в драки. Но двадцать четвертый остров отправил дежурить на пост пятерых. Если они и не собирались напасть, то искушение оказалось слишком велико - такой численный перевес выпадает редко. Сдерживало их только то, что они хорошо знали Криса и побаивались с ним связываться. Но с каждым часом пятерка с двадцать четвертого все больше распаляла друг друга. Крис несколько раз оглядывался на далекий замок - не идет ли подмога? На сторожевой башне Рита, она должна понять, что такое пятеро против двоих. Но мост оставался пустынным.

…Крис не мог знать, что в эту минуту и Рита, и Димка, и младшие девчонки толкутся вокруг их новенького товарища, подсказывая и вспоминая английские слова, пытаясь с ним объясниться. А новенький стоит, озираясь, то и дело переводя взгляд на замок, и прижимает к груди спортивную сумку с расстегнутым кармашком…

Двадцать четвертый остров не мог упустить редкостного шанса. Рослый, постарше Криса, парень пошел вперед. Оттеснив плечом Меломана и доставая меч из перевязи, Крис выступил ему навстречу.

- Один на один?

Парень кивнул. Крис остановился, оценивая свои шансы. Шансов было немного. Своего противника он видел на мосту с детства. Когда Крис попал на остров, тот уже умел неплохо драться, и его редкие появления на южном мосту предвещали тяжелый день… К тому же он был сильнее.

Гортанно крикнув, парень прыгнул вперед. Крис уклонился, пытаясь ударить сбоку. Но тот отбил удар и отскочил назад.

- Молодец, Генка! - выкрикнул кто-то. Тот ухмыльнулся и снова бросился вперед.

Через минуту Крис разобрался в его манере боя. Генка нападал, пытался ударить и молниеносно отступал. Он не то, чтобы хорошо владел мечом, но взрослая уже сила делала каждый его выпад смертельно опасным. А уворачивался от ударов Генка с кошачьей ловкостью.

- Дай подменю, - сказал из-за спины Меломан. Крис даже не стал отвечать. Это был его бой. Игорю-Меломану не выстоять - ему просто не хватит сил парировать удары.

- Генка! Генка! - кричали четверо его товарищей. Нет, трое… Краем глаза Крис заметил, что один не кричал. И еще была какая-то странность в его облике, вот только какая…

- Бей тридцать шестых! Бей алощитников! Генка, руби!

Крис стал уставать. Пальцы онемели и с трудом сжимали холодную рукоять меча.

- Генка! Генка! Генка!

Он отбил удар, но стальной клинок, выбивая искры, скользнул вдоль лезвия его меча. Руку обожгло, по кисти разлилась липкая теплота. Крис перехватил меч в левую руку, отступил. Это был конец… Но и Генка остановился. С чего бы так? Неужели он пощадит его, как в прошлую драку Димка пожалел отставшую девчонку?

- Эй, щенки, - скучающим голосом произнес Генка, - кто хочет его добить? Может ты, Инга?

Инга еще не двинулась с места, а Крис уже понял - эта та самая девчонка. Вот почему она молчала… Девчонка шла к Крису, но ему не становилось страшно. И лишь когда Инга поравнялась с Генкой, Меломан, жарко дышавший за спиной, выдохнул:

- У нее деревянный меч!

Слишком громко, его услышали и враги. И сама Инга. Она повернулась к Генке:

- Защищайся!

Рядом с рослым, мускулистым Генкой Инга казалась еще младше. Хрупкая девчонка лет четырнадцати, темноволосая, с большими глазами. «Защищайся» прозвучало у нее скорее просительно, чем угрожающе.

- Ах ты, сволочь, - взревел Генка, - значит, верно…

Он выругался грязно и зло, у себя Крис никому не позволял так ругаться. И поднял меч над головой: таким ударом можно было разрубить напополам и взрослого. Но опоздал. Инга уже ударила - неумело, просто двумя руками пихнула меч вперед.

Генка схватился за вошедшее в тело лезвие, и удивленно уставился на Ингу - та, побледнев, отступала к Крису, и окровавленный меч выходил из живота Генки, полосуя ему пальцы.

- Паскуда, обоих вас кончать… - прохрипел Генка, опускаясь на мост.

Инга ткнулась спиной в Криса и замерла, продолжая сжимать выставленный вперед меч. Ее била дрожь. Крис обнял ее правой рукой, та была в крови, но девчонка не сделала попытки отстраниться.

- Ты знаешь, что перебежчик не возвращается на Землю, даже если его остров побеждает? - спросил Крис.

- Что? Знаю… - Инга вдруг обмякла, перегнулась, почти повисла на руке Криса, и в ране у него запульсировала дикая боль. Крис прошипел: «Отходим», и стал пятиться. Свернувшегося клубком Генку оттаскивали его товарищи, совершенно обалдевшие от случившегося.

2. РАЗОБЛАЧЕНИЕ

Никогда не поверю, что у меня был такой же ошарашенный вид после прибытия на остров, как у Тома. Мы еле-еле вытянули из него имя - от наших бесконечных «вот их ю нэйм?» в ушах звенело, когда он наконец его произнес. Потом мы повели Тома в замок, но он уперся, и пришлось остаться снаружи. Рита знала английский получше нас, наверное, ее учил Крис, но и она ничего не могла объяснить Тому. Он или молчал, или начинал говорить так торопливо и сбивчиво, что мы не могли разобрать ни слова. А еще Том постоянно щипал себя за руку и протирал глаза. Вначале мне это казалось смешным, потом стало жалко мальчишку. А затем снова разобрал смех. Я представил, что к вечеру Том окажется с красными глазами и в синяках. А все из-за недоверчивости…

- Что за шум? Пополнение прибыло?

Мы разом вскинули головы. С южного моста, облокотившись на перила, на нас смотрел Крис. Он разделся до пояса, но только разглядев обмотанную набрякшей футболкой правую кисть, я понял, что это не от любви к загару. Рита, сообразив в чем дело, ойкнула и метнулась к двери замка. Я побежал следом. Если Меломан остался дежурить в одиночку, его необходимо выручать… Но Крис выглядел абсолютно спокойным. Похоже, Игорю ничего не угрожало.

Рита первым делом принялась перебинтовывать рану Криса. Откуда у нее взялись бинт и мазь, я так и не сообразил. В кармане она их таскает, что ли… Подойдя к ним, я спросил:

- Мне на южный мост?

Крис пожал плечами, с деланной небрежностью ответил:

- Как хочешь. Игорь может достоять и один, все разбежались.

Странно он на меня смотрел - насмешливо, и в то же время с уважением. Так смотрят на детей, сделавших что-то не по возрасту умное.

- У нас новенький.

Крис кивнул.

- Англичанин… или американец.

Вот теперь наш предводитель оживился.

- Двое в один день, совсем неплохо. Рита, бинтуй быстрее.

- А почему двое? - завязывая бинт спросила Рита. - Или англоязычные народы в бою стоят двоих?

Засмеявшись, Крис высвободил руку. Зубами и свободной рукой начал затягивать бинт потуже.

- Ты плохо бинтуешь, Рита. Надо делать повязку плотнее, тогда мазь быстрее всасывается… А в бою одинаковы все, иногда даже девчонки умеют сражаться. Соблаговолите обернуться, мисс Острый Язык.

Мы с Ритой обернулись одновременно. И я почувствовал, как у меня лицо растягивается в невольной счастливой улыбке. Присев на подоконник одного из открывающихся на террасу окон, поправляя обоими руками растрепанную прическу, на меня смотрела Инга.

- Ты…

- Нет, моя тень.

- Дима, вы знакомы? - удивленно спросила Рита.

Я замялся. Мы же собирались держать это в тайне… Но заговорил Крис:

- Первым ее вопросом был вопрос: «С Димой ничего не случилось?»

Инга покраснела. Но Рита не обратила на это ни малейшего внимания.

- Неужели с другого острова? Решила перейти к нам?

Крис пошел к лестнице и, уже спускаясь, крикнул:

- Рита, о том, что они знакомы, говорить не стоит. О'кэй?

Молча кивнув, Рита подошла к Инге, спросила:

- Ты не ранена?

На светло-желтой блузке Инги бурели подсохшие пятна.

- Нет, это не моя кровь.

Они не обращали на меня ни малейшего внимания. Стояли с видом давних подружек и разговаривали вполголоса.

- У нас хороший остров, вот увидишь. И девчонок четверо… пятеро теперь. Тане двенадцать, Лере десять, а Оля совсем малышка. У вас было много девчонок?

- Нет, трое. Лорка, Айна и я.

Рита сочувственно кивнула.

- Понятно… Пошли ко мне - переоденешься, а твою блузку постираем.

- Пойдем.

Я молча таращил на них глаза. Ну ладно, ставшая разговорчивой Рита - это еще куда ни шло. Но Инга, разыгрывающая из себя пай-девочку и глядящая на Риту послушнее, чем первоклассница на учительницу! Это не лезло ни в какие ворота.

Девчонки направились к двери. Я шагнул следом и ни с того ни с сего охрипшим голосом спросил:

- Инга, а…

- Вечером, Дима, вечером… - Инга повернулась и вдруг показала мне язык.

Вздохнув, я пошел к другой лестнице. Инга может злиться сколько ее душе угодно. Но прийти на встречу с ней я не мог.

Том оказался австралийцем. Когда я спустился, Крис уже пересказывал притихшим девчонкам его историю.

Пожалуй, он был единственным, кто мог поблагодарить пришельцев за свое похищение. Тома «сфотографировали», когда он падал с седьмого этажа. Как он ухитрился выпасть, Том не объяснил. Зато красочно описывал свои чувства в момент, когда вместо стремительно приближающегося асфальта под ним оказался тропический островок. Как он в смущении объяснил, первой его версией было то, что он попал в рай.

Предположение о рае Крис перевел, давясь от смеха. Но рассказывать Тому о нашей далеко не райской жизни не стал. Видимо, это было правилом - не вываливать на новичка сразу все ожидающие его трудности.

Глядя на постепенно оживляющегося Тома, с любопытством расспрашивающего нас об острове, о «волшебных» мостах, я не мог отделаться от мысли, что двойник его, то есть не двойник, а настоящий Том лежит сейчас на асфальте. И никакая мазь не сможет затянуть его раны…

Если у нас оставалось хотя бы сомнительное утешение - двойник на Земле, то этот мальчишка был один на всю Вселенную.

До вечера мы ходили с ним по замку, знакомя Тома с расположением комнат, и потихоньку рассказывая все новые и новые детали Игры. К тому моменту, когда начали возвращаться с мостов ребята, Том знал все. К моему удивлению, отреагировал он довольно спокойно. Наверное, не воспринял рассказ всерьез…

Несколько раз мы сталкивались с Ритой и Ингой. Девчонки со скучающими лицами проходили мимо нас и тут же начинали хихикать. Я посмотрел на Криса - он улыбался. Происходящее его тоже забавляло, но я, хоть убей, ничего смешного не видел.

Первым пришел с дежурства Меломан. Удивленно взглянул на Тома, попытался что-то ему сказать по-английски, потом засмеялся и попросил Криса перевести: «Очень рад увидеть новое лицо, хоть это и эгоистично». Крис с серьезным видом перевел. А Меломан тихо спросил меня:

- Новенькую видел?

Я насторожился.

- Да.

- Красивая, правда?

Я растерялся. Мы с Ингой знакомы давно, так что я об этом не задумывался.

- Ничего…

Меломан хмыкнул, водружая на голову наушники.

- Ничего… Сказал тоже… Черт, опять звук тянет. На этих дурацких островах плейер плохо заряжается, словно от электрических ламп, а не от солнца.

Я насторожился.

- Здесь чужое солнце, Игорь.

- Я понимаю. И все равно обидно.

С восточного моста пришли Игорек и Януш. У Януша вид был довольный, у Игорька - скучный - верный признак того, что день прошел без стычек. Быстро взглянув на меня, Игорек отвел глаза. Иногда у меня возникало мерзкое чувство, что он знает, как я выследил его ночью в подвале…

- У нас новенький, - сообщил Крис.

Януш нерешительно улыбнулся. Тщательно выговаривая слова, спросил:

- Ты откуда попал?

Он был очень молчаливым, Януш. А в разговоре всегда старался говорить абсолютно правильно, хотя у него не слишком получалось.

- Он англичанин, - встрял Игорь.

- Австралиец, - поправил я.

- А, какая разница… - махнул рукой Меломан. - Главное, что знает только английский.

- Попади ты на восемнадцатый, - беззлобно сказал Крис, - тоже знал бы английский. А про тебя говорили бы: «Он турок».

На западном мосту показались три маленькие фигурки.

- Наконец-то, - с удовлетворением сказал Крис. - Хороший день.

Вечером я убедился, что появление Инги ошарашило всех куда больше, чем появление Тома. Может быть, потому, что перебежчики на островах куда большая редкость, чем обычное «сфотографированное» пополнение. А может и не из-за этого…

После ужина никто не спешил расходиться. Крис коротко пересказал нам последние новости с Земли, то, что знал Том: «Мировой войны нет, США вывели войска из какой-то страны, из какой - Том не помнит, а в СССР продолжается перестройка». Больше ничего о нашей стране Том не знал, ну а новости из жизни города Джералдтон нас не слишком интересовали. Крис продолжал беседовать с Томом, Януш лежал на диване, уставившись в потолок, а остальные постепенно собирались вокруг Инги.

Она сидела у камина, напротив нее верхом на стуле устроился Тимур. Инга что-то с улыбкой рассказывала, ребята, как завороженные, слушали. Некоторое время я оставался в стороне, потом не выдержал и подошел поближе.

- …а Гарик, он такой тощий, носатый, ну - кавказец, говорил, что лучше будет драться один против двоих, чем против того парня, который фехтует двумя мечами…

Лицо у Тимура было растерянно-довольное, уши горели. Я постоял, слушая Ингу, потом небрежно произнес:

- Инга, ты совсем Тимура заболтала. Я-то ладно, с семи лет тебя слушаю. А ребята с непривычки и поверить могут.

Наступила тишина. Тимур посмотрел на меня, потом усмехнулся и уставился на огонь. Инга с вызовом повернулась ко мне. Меломан покачал головой и включил свой плейер на полную мощность, Крис шагнул ко мне. И лишь Илья с восторгом спросил:

- Так вы знакомы, да? А чего раньше не говорили?

Я закусил губу. Глянул вбок, выискивая Игорька. И увидел, что он выскальзывает в полуоткрытую дверь.

- Крис… - выдохнул я. - Игорек.

Крис дернулся, словно его ударили. Помедлил неуловимую долю секунды. И закричал:

- Тим, Толька! Взять Малька!

Мы бросились к двери одновременно. Но первым, опередив и меня и Тимура, в коридор выскочил Толик.

3. НОЧЬ ОТКРЫТИЙ И УТРО РЕШЕНИЙ

Игорька догнали, когда он отпирал ведущую в подвал дверь. Толик схватил его за плечо, дернул, разворачивая к себе, коротко выпалил:

- Стой… Куда бежишь-то…

Тускло, красноватым пламенем горящий в конце коридора факел окутывал их неясным полумраком. Игорек взглянул на Толика чужими, неподвижными глазами и тихо произнес:

- Я что, не могу идти, куда мне нужно?

- Да все ты можешь, только чего убегать-то? Слышал, Крис попросил подождать? И что тебе тут сдалось?

- Сейчас объясню…

Игорек резко, коленом, ударил Толика в низ живота. Тот скорчился, отступая на шаг, выдавил:

- Ты что, одурел?

Игорек уже раскрыл дверь, ринулся вниз - и полетел на пол, сбитый ударом Толика. Все еще морщась от боли, Толик чуть виновато сказал:

- Сам напросился, Малек. Своих так…

Ответный удар отбросил его к стене. Игорек опять бросился к двери - и натолкнулся на Тимура.

- Тебя же просили стоять на месте, - равнодушным, скучным голосом сказал Тимур.

Затравленно обернувшись, Игорек увидел подбегающего Криса. По лестнице сбегали остальные.

- Тим, пусти…

- Нет.

Сорвав с пояса кинжал, Игорек ударил Тимура.

Когда подоспели ребята, все уже закончилось. Игорек лежал на полу, раскинув руки, словно придавленный невидимым, страшно тяжелым грузом. Поддерживаемый Толиком Тимур стоял рядом, ощупывая правый бок. На прорванной футболке проступало маленькое алое пятно.

- Тим, держись… - Крис подхватил его под руку. Теперь они с Толиком держали Тимура с двух сторон. - Идти можешь?

Подоспевшая Рита сдавленно вскрикнула. От ран в печень умирали часто. И мазь не всегда помогала…

- Да все в порядке… - Тимур, с видимым усилием, улыбнулся. - Царапина… Кинжал-то деревянным остался. Бил насмерть, а захотеть моей смерти не смог.

Крис недоверчиво осмотрел ранку. Покачал головой.

- Повезло… А что… с этим?

- Минут через двадцать оклемается.

- Ясно.

Присев возле Игорька, Крис быстро и умело связал ему руки ремнем. Прижимающаяся к Рите Таня тихо заплакала. Илья раскрыл рот, собираясь что-то спросить, да так и не решился.

- Тащите его в Зал.

Закончив свою работу, Крис брезгливо отряхнул руки. Толик молча взвалил Игорька на плечи, понес, согнувшись. Сержан, не выдержав, схватил Криса за рукав, закричал:

- Да что происходит? Зачем мы за ним гнались? Отчего драка? Объясняй, командир! Ты приказывал догнать Игорька!

Крис поискал глазами меня, кивнул:

- Говори. Ты, кажется, знаешь больше меня.

Наступила тишина. Я облизнул пересохшие губы.

- Ну, если коротко… Он шпион.

- Чушь! - Сержан даже дернулся от возмущения. - Чей шпион? Двадцать четвертого острова? Или…

- Пришельцев.

Из Тронного Зала выгнали только младших девчонок. Леру и Олю без всякого сожаления отправили спать, они и возражать не посмели. А остальные молча слушали мой рассказ. Про то, как я встретил Ингу. Как мы догадались, что на островах живут двойники. Как выследил Игорька в подвале, за «докладом». И как мне целую неделю пришлось вести себя тише воды, ниже травы…

- Инга, - прервал я на мгновение рассказ. - Ты приходила на мост?

Она кивнула. И, помедлив, добавила:

- Четыре дня подряд.

Лежащий на диване Игорек зашевелился. Я посмотрел на него и закончил:

- Ну а сегодня… Видимо, нас с Ингой заметили на мосту, но не разобрались, с кем я встречался. Тогда и дали Игорьку задание: выяснить это. Сегодня он догадался и на радостях дал промашку. Слишком быстро бросился доносить, я сообразил, в чем дело. И Крис сообразил…

- Я давно догадывался, Дима. Я был бы очень и очень плохим командиром, если бы не догадывался. - Крис подошел к дивану. - Ты слышал, в чем тебя обвиняют. Ты уже минут десять как пришел в себя, Игорек.

- Руки развяжите, - тихо сказал Малек.

- Нет. Ты слишком хорошо дерешься. Странно, да? Меньше всех тренируешься, самый младший, а дерешься наравне со мной и Тимуром.

- Значит способный.

- Мы сейчас не шутим, Игорек. То, что рассказал Дима, правда?

- Нет! - Игорек приподнялся, сел. - Я шутил. Я решил его разыграть, а он поверил.

- Врешь. Уже на другой день на тот мост, где должен был дежурить Дима, напали. Если бы я не перестраховался… Но я вспомнил Поля. Два года назад, после вашей ссоры, ты точно так же убежал на минуту после развода. И Поля убили, вместе со всеми, кто дежурил с ним на мосту. Сколько ребят ты предал, Игорек? Костя, Ромка, Игори, Поль…

- Неправда! - Игорьку было страшно, невыносимо страшно. Он ежился, отодвигаясь по дивану от Криса, лицо у него стало серым, неживым. - Крис, ну не так все это! Просто совпало…

Он вдруг заревел. Взахлеб, по-детски, уткнув лицо в связанные руки. Ребята смущенно переглянулись, Рита нерешительно шагнула к Игорьку. Сержан угрюмо произнес:

- Крис, это не доказательства. Действительно, могло совпасть.

Крис оставался невозмутимым. Дикая это была картина: плачущий, связанный мальчишка, над ним пылающие факелы, а рядом - высокий, взрослый парень, с холодным, спокойным лицом, забинтованной рукою и длинным деревянным мечом на поясе.

- Хорошо, Игорек. Возможно, я ошибаюсь. Сейчас мы сходим в подвал, все вместе, и посмотрим на ту странную доску. Даже попробуем прижать к ней руки и понаблюдаем, что произойдет.

- Гад… - прошипел Игорек, не поднимая лица. - Дурак. Ну идите, проверяйте…

- Для тебя, может, и гад, - согласился Крис. - Но не дурак!

Он рывком запрокинул Игорьку голову. Дернул за ремень, связывающий ему руки.

- Малек, да ты настоящий супермен! За две минуты наполовину перегрызть пластмассовый ремень!

- Сволочь! - захлебываясь слезами закричал Игорек. - А я тебя жалел, не говорил, что…

Крис с размаху ударил его по лицу.

- И не скажешь. Ребятам это не нужно, а со своими хозяевами ты все, наговорился… По-моему, он себя выдал, кто как думает?

- Не надо его бить! - выкрикнул Тимур.

- Бить придется, Тим. Он должен сказать нам, что знает. А он не захочет.

- Я ничего не скажу! Ничего!

- Скажешь. Рита, Инга, уходите. И захватите Илью.

- Почему? - возмущенно выкрикнул Илья.

- Тебе рано смотреть на то, что здесь будет. А девчонкам вообще не стоит.

Повернувшись к Тому, непонимающе наблюдавшему за событиями, Крис быстро заговорил по-английски. Том кивнул и вышел вслед за Ильей.

- Возьми его к себе в комнату, - крикнул им вслед Крис. И добавил, обращаясь к остальным: - Можете оставаться.

- Извини, Крис, но я, пожалуй, тоже уйду, - Меломан аккуратно смотал наушники, выключил плейер. - Он себя выдал, но я не хочу смотреть… на то, что здесь будет. Мне, наверное, уже поздно.

Крис кивнул. И повернулся к Игорьку.

- Ты будешь говорить?

Он замотал головой, со страхом глядя на Криса.

- Как знаешь.

- Ты не станешь ничего делать!

- Стану. - Крис взял в руки меч. Игорек взглянул на клинок и в ужасе отвернулся. Похоже, для него меч стал настоящим.

- Видишь, я не притворяюсь. Я потом возненавижу сам себя, но сейчас я вспомню Костю… Игоря…

Клинок приближался к лицу Игорька. Я зажмурился. И услышал визг:

- Я скажу! Все! Все!

По щеке Малька тянулась длинная царапина. Неглубокая…

- Я не сомневался, - откладывая меч произнес Крис. - Говори.

Он знал не слишком много. А может быть, не стал рассказывать всего, что знал…

Его «завербовали» через месяц после прибытия на остров. Семилетний мальчишка, выбравшийся ночью из замка - то ли на спор, то ли от излишней храбрости, он потерял сознание и очнулся в комнате с «круглыми серыми стенами». И на вопрос, заданный бесплотным нечеловеческим голосом, смог ответить лишь однозначно. Да, он был согласен рассказывать о происходящем на острове в обмен на обещание вернуть его домой. Вернуть, если он «все сделает правильно». И он остался.

Игорек никогда не видел своих хозяев. Пришельцы так и остались для него бесплотным голосом - вначале из стен комнаты, где его продержали несколько часов, потом - из «каменной плиты» - устройства связи. С ним сделали что-то такое, давшее ему ловкость и автоматические, отточенные приемы боя на мечах, чтобы риск свелся для него к минимуму. А для врагов со своего острова существовал еще один прием, абсолютно неотразимый. Надо было лишь сообщить, кто и как ему мешает, и на каком мосту он будет дежурить. Остальное делали «враги» с чужого острова. Наверное, атаку готовили такие же «наблюдатели», как и сам Игорек, ведь и он помогал устранять мальчишек с соседних островов, подчиняясь приказам пришельцев. Он устроил драку, в которой убили Рауля с двадцать четвертого, и сам заколол Арнольда с двенадцатого. Не потому, что они чем-то ему мешали, и не из-за жестокости. Просто ему приказали. Подлецам во всем мире было бы очень скучно жить, не существуй такого понятия - приказ.

Почему пришельцев так заинтересовала и напугала ночная встреча Димы с кем-то из врагов, Игорек не знал. Но исправно сообщил, куда идет дежурить Дима.

Нападение не достигло своей цели, и Малька наказали. Электрический ток, как всегда, когда они были им недовольны. Но зато пообещали, что если он найдет таинственного Диминого собеседника, то это будет его последним заданием…

Игорек заплакал снова.

- Я был бы сейчас дома, с мамой…

Крис сочувственно кивнул:

- Какие же мы негодяи. Помешали ребеночку к маме вернуться… А что случилось бы с ними? С Димкой и Ингой?

- Не знаю…

- Все ты знаешь. Как выходишь на связь?

- Надо прижать руки к плите… И все.

- А как еще они могут следить за нами?

- В замке - никак. Они знают только то, что я им сообщаю. А на острове, на мостах, они сами все видят.

Толик недоверчиво хмыкнул. Крис пожал плечами:

- Врешь.

- Не врет, - вмешался я. - Я слышал из его разговора, что внутри замка они нас не контролируют.

Крис посмотрел на ребят:

- Что будем с ним делать? Дима, Тимур, Толик?

Никто не ответил. Крис сжал губы.

- Хорошо, тогда я решу сам.

Игорек напрягся.

- Ты заслуживаешь смерти. И мы приговариваем тебя к ней. Но приговор откладывается… на неопределенный срок. Тимур!

Тимур поднялся со стула, морщась потер бок.

- Отведи его в комнату под сторожевой башней, ту, что с железной дверью и без окон. И приходи на Совет.

- Не убежит? - задумчиво спросил Сержан.

- Нет, - Крис покачал головой. - Я сам там сидел… пять лет назад. Помнишь, Тим?

- Помню. Вставай!

Игорек вскочил. Тимур подтолкнул его к двери, вышел следом.

- А теперь, - сказал Крис, - будем решать, что делать нам.

Мы расходились уже под утро, в половине четвертого. Тимур с Янушем гасили недогоревшие факелы, а остальные быстро направились к своим комнатам. Перед дневными дежурствами надо было хоть немного поспать… Я долго шарил по стене в темном коридоре, пока не нашел свою дверь. Теперь мне предстояло жить одному. И я даже не мог решить, лучше ли это, чем ночевать рядом с врагом. Правое крыло замка, где находилась комната, было совершенно пустынно. Еще две комнаты в этом коридоре раньше занимали ребята, погибшие на восточном мосту. Погибшие вместо меня.

- Дима!

Меня тихо окликнули из темноты, и я испуганно обернулся. От серого проема окна отделилась тонкая фигурка.

- Вы так долго совещались, что я чуть стоя не заснула.

- Зашла бы в комнату… - растерянно сказал я.

Наступила неловкая пауза. Инга, невидимая в темноте, молчала, и я слышал лишь ровный шум моря за стенами замка.

- Мы не пытали Игорька, - сказал я наконец. - Он струсил, сам все рассказал.

- Мы видели с Ритой, как Тимур его запирал.

Инга, оказывается, стояла совсем рядом. Я почувствовал ее дыхание на щеке. Инга, наверное, тоже, потому что отодвинулась в глубь коридора.

- Я с Ритой разговаривала, спать всем не хотелось, - тихо произнесла она. - Потом вспомнила, что забыла тебе рассказать… Помнишь, я вечером Тимуру говорила, как о нем Гарик отзывался…

Я улыбнулся. Не потому, что мне стало весело.

- Помню.

- Гарик потом добавил, что мало нам… то есть им… этого самурая с двумя мечами, теперь еще один появился, ничуть не лучше. Это он про тебя.

- Он не самурай, он из Алма-Аты, - пробормотал я, чувствуя, как улыбка становится нормальной, а уши горят, как накануне у Тимура. Того и гляди, засветятся в темноте.

- Я пойду, Рита ждет, - Инга растворилась в ночи. А я еще с минуту стоял у двери, слушая удаляющиеся шаги.



Страница сформирована за 0.1 сек
SQL запросов: 176