АСПСП

Цитата момента



Пессимист видит только бесконечный тоннель.
Оптимист видит свет в конце тоннеля.
Реалист видит тоннель, свет и поезд, идущий навстречу.
Самая маленькая декларация о принятии реальности

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Помните старый трюк? Клоун выходит на сцену, и первое, что он произносит, это слова: «Ну, и как я вам нравлюсь?» Зрители дружно хвалят его и смеются. Почему? Потому что каждый из нас обращается с этим немым вопросом к окружающим.

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/israil/
Израиль

ЧАСТЬ ПЯТАЯ. НЕУДАЧНИК

00

Вначале - темно. Все краски мира исчезли в один миг. Я не заметил, когда и как это произошло. Только что вокруг была дип-программа, а теперь - нет вообще ничего. Может быть, так и гибнут дайверы? Падая на самое дно виртуальногопространство. Сжигая мозг, и уже не ничего не воспринимая? Но темнота дробится на сетку крошечных квадратиков, меняет яркость. И краски возвращаются.

Я стою, прижимаясь лбом к стене. Нарисованной стене нарисованного дома. Странно. Словно я вошел в виртуальное пространство, вообще не включая дип-программу. Но я смотрю не на экранчики шлема, я, вроде бы, по-настоящему здесь! Только мир перестал быть реальным, стал нарисованным, мультяшным.

Отступаю от стены, квадратики сливаются, превращаясь в коричневые прямоугольники. Кирпичи. Смотрю в небо - темная синь с редкими звездами. Вдоль улицы - дома и дворцы, похожие на детские рисунки: четкие контуры, залитые краской. Этот домик из кирпича, этот забор - деревянный, в палисаднике - елочки… Вдоль улицы - стальные трубы с желтыми пятнами на острие. Фонари… Условность, сплошная условность. Районы поприличнее нарисованы лучше, но сейчас я где-то на окраине. Мир вокруг создан на простеньких программах, и поддерживается слабыми машинами. А самое смешное, что я - вполне настоящий. Разорванный в драке рукав рубашки, исцарапанные руки… Подношу ладонь к лицу - виден каждый волосок, видна грязь под ногтями и сбитая на костяшках пальцев кожа. Человек, попавший в мультфильм. Меня прошибает дрожь. Это что-то новое, такого еще не было никогда. Что сделала со мной дип-программа, прокрутившись тысячу раз? Что я с ней сделал, вынырнув из безумия? Со спины наплывает звук. Оборачиваюсь - по улице едет автобус. Огромная двухэтажная колымага, почти вся состоящая из стекла. Нарисован автобус довольно тщательно, у него даже вращаются колеса. К окнам прилипли карикатурные лица: взрослые, дети, старики. На боку – эмблема "Дип-проводника".

Стою, хватая ртом воздух, разглядывая неподвижные лица. Конечно, с чего им быть иными - мимику передают лишь очень хорошие, отлаженные, рассчитанные на постоянного пользователя программы. А это - туристы. Автобус останавливается, из него неуклюже выходят люди. Впереди - элегантный господин в ярко-красном комбинезоне, экскурсовод. Мужчины, все как один, в костюмах и галстуках, лишь единственный в группе негр одет в джинсы и безрукавку. Лица, невозмутимо правильные, как у второстепенных злодеев из детских мультсериалов. Женщины - в роскошных платьях, куда более проработанных, чем лица, в драгоценностях. Стайка карикатурно большеглазых детей. Группа стариков и старушек в шортах и с фотоаппаратами. Последним помогают спуститься пареньку в инвалидной коляске.

- Хей! - кричит мне экскурсовод и машет рукой. Рот у него открывается, но мимики тоже нет.

- Привет… - через силу улыбаюсь я. Удовлетворенный работник "Дип-проводника" поворачивается к своим подопечным:

- What attracts you most…

Слабое шипение - и голос экскурсовода становится едва слышимым Заглушая его раздается сухой, чем-то знакомый голос:

- Что вас наиболее интересует в этом районе Диптауна? Мы можем осмотреть известный… - заминка, - знаменитый, прославленный центр книжной торговли, где вашему вниманию предложат любые литературу… - заминка, - любые книги, журналы, газеты, бумажные носители информации, изданные со времен…

Хлопаю глазами, как ребенок, распотрошивший любимого плюшевого мишку и нашедший внутри грязные тряпки, мятые бумажки и чей-то нестиранный носок. А я так ценил программу-переводчик "Виндоус-Хоум"! Восхищался, как быстро и точно она переводит с любого из пяти языков Диптауна! Быстро - это верно. Но всю точность обеспечивают наши собственные мозги, выбирая из словесной каши адекватные слова.

- Также имеются, расположены, известные, популярные рестораны "Меч Артура" и "Четыре-десять". Если мы пройдем по сорок три улице еще сто метров или чуть более, то приблизимся к району развлечений для взрослых, совершеннолетних.

Легкий шум среди туристов - надо понимать, что они заулыбались.

- У вас есть два часа свободного времени, - вещает экскурсовод.

Кажется, я понимаю, где нахожусь. Вон тот безликий серый купол невдалеке - это "знаменитый, прославленный" книжный центр. Он носит имя какого-то американского президента, субсидировавшего его постройку. Если я на сорок третьей стрит, то меня отнесло на противоположный конец города. Ну и прогулочка! Испуганно смотрю на часы, и паника спадает. Из эльфийских владений мы вышли всего двадцать минут назад! Туристы разбредаются. Семейные пары - в рестораны, одиночки – большей частью в увеселительные заведения для взрослых. Паренек на коляске в сопровождении седой старушки и негра укатывает к книжному центру. Экскурсовод достает внушительных размеров сигару, явно не из дешевых, нарисованную лучше, чем его лицо, откусывает кончик, закуривает. Идет ко мне.

Неужели теперь так будет всегда? Хотел ли я такой победы над глубиной?

Нет. Я готов обманываться и дальше. Видеть город и людей, а не смесь детского рисунка и примитивного мультика. Я не судья этому миру, не равнодушный сторонний наблюдатель. Я часть глубины, плоть от плоти Диптауна…

Закрываю лицо руками, смотрю в темноту. Не знаю, кого просить, глубину или самого себя. И все же, прошу. Будь мной, глубина…

- Хочешь сигару, парень? - добродушно спрашивает меня экскурсовод. Он улыбается, протягивая мне портсигар. Воротник красного комбинезона полурасстегнут, из кармана выглядывает колпачок шариковой ручки и уголок блокнота. Ручаюсь, их раньше не было. Лицо открытое, располагающее, доброе. Такими и должны быть люди, водящие в глубину неопытных новичков.

- Спасибо, не курю…

Все нормально. Все, как прежде. Даже лучше. Я твой, глубина. Я могу быть настоящим человеком в настоящем Диптауне, или настоящим в мультяшном городе. Может быть, могу быть и рисунком, гуляющим среди настоящих жителей Диптауна. Спасибо, Димочка Дибенко. Ты хотел выбросить меня из игры. Может быть, даже, убить.

Но что-то пошло не так. Даже догадываюсь, что именно. Неудачник все-таки помог мне. Дал часть той силы, которой владеет сам. И вот ему спасибо - от души.

- Ну, как хочешь, - экскурсовод не обижается на мой отказ. Прячет сигару в карман. - А ты старожил, верно?

- Верно, - признаюсь я.

- Я - Кирк, - представляется мужчина. - Похож?

Наверное, он имеет в виду какого-то игрового или фольклорного персонажа? Никогда не интересовался нехитрой американской масс-культурой.

- Не очень, - отвечаю наугад.

- И правильно! - поддерживает меня Кирк. - Сходство должно быть внутренним!

Он пускает в небо струю дыма, ловко перекатывает сигару из одного угла рта в другой.

- Я из Сиэтла, - решает он продолжить общение, несмотря на то, что я так и не представился в ответ.

- А я из Санкт-Петербурга.

Кирк радостно бьет меня по плечу.

- Да! Знаю! Был у вас!

Я приятно удивлен, но продолжение меня разочаровывает:

- Хороший городок, - делится Кирк впечатлениями. - Была у меня подружка… строгая такая девчонка! И вот, надо же, сломался карбюратор, когда под вечер проезжали Санкт-Петербург. Пришлось заночевать.

Он хитро подмигивает.

С удовольствием бы побывал на родине Тома Сойера, но сейчас меня это самомнение бесит.

- Я из другого Санкт-Петербурга. Который в России.

- Россия! - Кирк приятно удивлен. - И у вас есть Санкт-Петербург?

- Есть. А Сиэтл - это где? В Канаде, или в Мексике? - интересуюсь я.

Кирк жует свою сигару, не в силах понять, шучу я, или и впрямь не знаю столь выдающегося города.

- В Америке!

- В Южной, или Латинской?

Нет, он хоть и типичный, полноценный американец, но парень неплохой. Начинает хохотать и пихает меня в живот.

- Молодец! Здорово! Я к вам приеду. Попозже. Я в сорок пять лет планирую посетить Европу, заеду и к вам!

- Заезжай.

Я так вымотан дип-программой, что сейчас с удовольствием стою и веду этот нелепый разговор.

- Я вот туристов катаю, - продолжает Кирк. - Отцовский бизнес. Весело! Ездили по городу, девочка все просила показать дайвера. Я на какого-то парня показал, говорю: "Дайвер!" Чуть автобус не перевернули, все кинулись на ту сторону смотреть.

Мы вместе смеемся.

- Сюда редко заезжаем, - Кирк чмокает сигарой. - Но Сэм все просил показать книжный центр, решили остановиться тут… и ему близко, и ресторанчики рядом… и все остальное… Сэм - это тот, высокий, в джинсах, в рубашке с короткими рукавами…

- Негр, что ли?

Кирк поперхивается от такого оголтелого расизма. Как можно называть негра негром!

- Ну, я пойду, дела, - бормочет он, и быстро, не прощаясь, двигается к автобусу. Пожимаю плечами. Если бы вы знали, граждане могучей страны, как смешны и глупы ваши комплексы…

Но и мне пора. Поднимаю руку - и из-за угла с готовностью выезжает такси.

- Компания "Дип-проводник" рада приветствовать вас! – говорит водитель. Как по заказу - чернокожий, и я тихо смеюсь, забираясь в машину.

01

Едем довольно долго, "Дип-проводник" подключается к компании "Поляна" через кучу промежуточных хостов. Мой компьютер не такой мощный, чтобы полноценно держать весь дом, в котором я у самого себя арендую квартиру, поэтому "Поляна" размещена на чьем-то прокатном сервере, кажется – в Белоруссии. Не очень дорого, и довольно надежно, я не собираюсь менять этот порядок, даже купив вместо "пентиума" полноценную машину. По пути я развлекаюсь тем, что делаю мир вокруг то настоящим, то нарисованным. Это удается уже без всяких усилий. Более того - я начинаю менять восприятие пространства фрагментами. Нарисованная машина обгоняет нашу, настоящую. Настоящая девушка идет по нарисованной улице. Стоят и беседуют два паренька - один живой, а другой мультяшный. Если это и сумасшествие, то оно мне нравится. Делаю "Вольво", в котором еду, рисованным - и тяну руку сквозь стекло. Легкое давление на кожу - и ладонь чувствует ветер.

Немыслимо!

Мир вокруг принадлежит чужим серверам. Я здесь транзитом, возможно, сюда даже нельзя приехать обычным путем… а я могу в любой миг выйти, выпасть из несущейся машины. Что-то сместилось, что-то идет кувырком. Я уже не ныряю в глубину, я живу в ней!

За квартал до своего дома прошу водителя остановиться. Этот район мне хорошо известен, он принадлежит паре крупных российских банков. Разумеется, неофициально. Финансисты особого смысла в таких "капиталовложениях" не видят, но вот программисты, работающие в банковской сфере, устроили себе квартирки за казенный счет. Ну какой начальник из "новорусских" сообразит, что его компьютеры не только сводят дебет с кредитом, а еще и поддерживают часть площади Диптауна? Самое подходящее место для проверки обретенных способностей.

Народу здесь крутится изрядно. Центр города, рядом и жилые кварталы, и развлекательные центры. Я иду по тротуару, высматривая уголок потише. Вот этот подойдет. Крошечный скверик с маленьким фонтанчиком и парой скамеек, примыкающий к глухой стене высоченного здания. Устроен простенько, но со вкусом. По газону, не обращая внимания на табличку "Выгул собак запрещен!", рыженькая девушка прогуливает на поводке котенка. Хм. Что ж, в логике ей не откажешь - запрет не для них. Котенку явно надоел противный поводок, он то и дело останавливается и пытается содрать его лапкой. Улыбаюсь в ответ на строгий взгляд девушки, и секундным усилием на миг делаю ее нарисованной. Котенок остается настоящим. Он солнечно-рыжий, как и его хозяйка, бойкий и непоседливый. Виртуальные животные - это один из самых прибыльных бизнесов Диптауна, конечно, после игровых программ. Их обожают держать японцы - может быть, в их квартирках-пеналах невозможно завести настоящих? А еще покупают нарисованных псов-котов те бедолаги, что любят животных, и при этом страдают аллергией…

Сажусь на скамейку, рядом с тихо шепчущейся парочкой. Под шелест фонтана разглядываю глухую бетонную стену. Если я прав, то за ней - компьютеры очень известного банка. Попробовать, что ли?

Семь бед, один ответ. Я и так виновен в миллионных убытках. Снявши голову, по волосам не плачут… Успокаиваю себя осколками из кладези народной мудрости, но решиться никак не могу. Парочка обнимается, не обращая на меня никакого внимания. Хочется верить, что это влюбленные, которых в реальности разделяют тысячи километров, а не искатели безопасных приключений…

Вдоль стены носятся дети - девочка и два мальчика. В руках у них цветные мелки, и они с азартом покрывают стену граффити. Слышатся радостные вопли: "Янка, а у Андрюшки страшилище страшнее получилось!" "Севка, дай красный мелок, ну дай, а?" Видимо кто-то вывел своих чад на прогулку в виртуальность. Наконец дети утихают и начинают рисовать. Девочка рисует самурая с мечом, меч - почти как настоящий. Пухлый очкарик Сева бегает вдоль стены, изображая что-то вроде удава, проглотившего слона. Но удав обзаводится дулом, и я понимаю, что это всего лишь танк. Худой смуглый Андрей прилежно сопит, вырисовывая немыслимое чудище. Может, так и задумывал, а может, человека хотел нарисовать… Встаю и направляюсь к детям.

- Ребята, а дверь вы можете нарисовать? - спрашиваю у всей троицы.

Вопрос их явно озадачил, но посовещавшись, они все вместе начинают трудиться над требуемым. Дверь рисуется с азартом, взаимным отбиранием мелков и спором: надо или нет рисовать замочную скважину? Я терпеливо жду. Наконец рисунок окончен, и юные дарования требовательно смотрят на меня - оценю или нет?

- Здорово, - честно говорю я. - Спасибо большое!

Дверь и впрямь хороша. Она расположена между хоботом слона… то есть дулом танка, и самурайским мечом. Есть и замочная скважина, и ручка, и даже петли.

- Вы меня очень выручили, - признаюсь я.

Дети упрямо ждут.

Тогда я делаю улицу вокруг нарисованной. Глубоко вдыхаю, расслабляюсь, и превращаю дверь в настоящую. Это только иллюзия, только иллюзия, конечно же… Протягиваю руку, и тяну дверь на себя. Раз, другой. Никакого эффекта. И чего я ожидал?Со злостью пинаю настоящую дверь в нарисованной стене. И та распахивается. Открывается вовнутрь…

Надо же - получилось!

 Дети за спиной вопят - не испуганно, и не удивленно, а скорее радостно. Под эти крики я и вхожу в непроницаемую стену.

И попадаю в баню.

Древние римляне, знавшие толк в этом деле, а вместе с ними экономные финны и азартные русские, лопнули бы от зависти. Огромный мраморный зал, стеклянный купол вверху припорошен снегом, сквозь который бьет холодное зимнее солнце. В центре зала - круглый бассейн, в котором остывает десяток мужиков. За окнами - горы и склон, по которому носятся, вздымая фонтаны сухой снежной пыли, еще несколько банщиков, видимо самые отважные. Распахивается тяжелая деревянная дверь, и из парной с воплем выносится тощий парень. Прыгает в бассейн, поднимая волну, начинает прыгать на месте. У стойки бара, завернувшись в простыню, пьет пиво лысый толстяк, снисходительно поглядывая на бассейн. Искушение скинуть штаны и присоединиться к компании велико. Ай дабанковские программисты, ай да молодцы! Хорошо устроились! Только интересно, не обливаются ли они потом в реальности, пока полируют себя веничками в парилке?

И все-таки я вошел!

Колонны, опоясывающие бассейн, пока прикрывают меня от чужих взглядов, но долго это продолжаться не может. Одетый в бане – фигура заметная. Поворачиваюсь к стене - двери уже нет. Ну и не надо. Вхожу в стену. Баня, это здорово, но мне интересно другое. То, что вообще не имеет выражения в виртуальности…

Но, кажется, я опять попал не туда. Мрачноватое безлюдное помещение, по центру идет ряд чанов, в которых шумно плещется вода. Вдоль чанов ползет лента конвейера, из отверстий в потолке сыплется в чаны что-то, похожее на стиральный порошок. Все это похоже на какую-то жутко автоматизированную прачечную из старого фантастического романа. Я уже собираюсь идти дальше, когда один чан наклоняется, и вываливает на конвейер свое содержимое.

Много грязной воды и пара килограммов денег.

Я так потрясен, что выскакиваю из виртуальности, даже забыв пробормотать стишок про глубину. На экранах шлема были цифры. Аккуратные столбики цифр, таблицы, невразумительные фразы. Я снял шлем. Конечно, к чему оформлять графически процесс перекачки денег с одного счета на другой, а тем более их "отмывания". Но вот мое умненькое подсознание, привыкшее к картинкам, постаралось на всю катушку!

Очень сильно болела голова. Результат многократной дип-программы? Или последствие того перенапряжения, что я испытывал сейчас? Какая разница. Я достал из стола начатую пачку анальгина, заглянул в холодильник. Одна банка "колы" еще завалялась. Давясь, прожевал таблетки, запил газировкой. Потерпи немного, мой несчастный организм. Самое главное еще впереди.

Перед тем как вернуться в прачечную, я глянул на часы: без четверти два. Пожевать бы чего-нибудь. В чанах гулко ухают лопасти, отстирывая деньги. По конвейеру ползут доллары, марки и рубли. Я гляжу на этот бесконечный поток, за которым стоит то ли чей-то пот, то ли чья-то кровь. Что будет, если я возьму с конвейера пару миллионов? Почему-то уверен, они окажутся на моем счете. Может быть, я подключусь к изолированной банковской сети и, сам того не ведая, отстучу на клавиатуре приказ о трансфере денег. Может быть, компьютеры банка сами произведут все операции, повинуясь лишь моему желанию. Я теперь не просто вор, стойкий к гипнозу глубины. Я - сама глубина. Часть ее…

Наклоняюсь, поднимаю стодолларовую купюру. Можно даже запомнить ее номер. Можно сделать так, что по документам банка она вообще не появлялась здесь. Все теперь можно - или почти все. Бросаю бумажку обратно на конвейер, иду к стене. Шаг - и мир тускнеет, падает вниз, превращается в плоскую схему под ногами. Огромный лист, раскатанный в пустоте, я парю над ним, вглядываясь в нити улиц. Вот и мой дом. Ныряю к нему, пробиваю плоскость схемы, чувствую асфальт под ногами. Никаких больше усилий, никаких стишков и просьб к глубине. Я ведь не прошу свое тело дышать!

Вика и Неудачник о чем-то разговаривают, стоя у подъезда. Потом Вика замечает меня, и растерянно замолкает.

Машу рукой, иду к ним, а Вика бежит навстречу.



Страница сформирована за 0.68 сек
SQL запросов: 172