УПП

Цитата момента



В этой жизни есть два типа людей: те, кто, входя в комнату, говорят: «А вот и я!», и те, кто произносит: «А вот и ты!»
Лейл Лаундес

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Устройство этой прекрасной страны было необычайно демократичным, ни о каком принуждении граждан не могло быть и речи, все были богаты и свободны от забот, и даже самый последний землепашец имел не менее трех рабов…

Аркадий и Борис Стругацкие. «Понедельник начинается в субботу»

Читать далее…


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d542/
Сахалин и Камчатка

ЧТО ХРАНИТ СЕМЬЮ БОЖИЕЙ СЕМЬЕЮ

Что же еще может стать регулятором отношений в семье? Совесть. Не со стороны, не от окружающих людей, а изнутри высвечивает она в человеке его недостатки. Она не зависит от мнений, не реагирует на отзывы и не прислушивается к взглядам на жизнь окружающих людей. Она есть то, что в супружеских отношениях сужает зону недозволенных поступков. Она в пристальном внимании держит человека на уровне высокой нравственности, не позволяя падений не только перед друзьями и соседями, не только перед мужем или женой, но и перед самим собой. Нередко она ведет его к поступкам, которые обыватель наперед принимает странными, неразумными, далекими от рациональности и умения жить. Если позиция "уметь жить" легко согласуется с зависимостью от мнения людей, то с совестью она ничего общего не имеет. "Честно жить" — вот труднейший постулат совести.

Чистота отношений вне совести невозможна. Именно в ней, в совести, проявляется сокровенное содержание человеческого «я». Муки совести становятся для человека переживанием чувства вины перед другим.

Совесть стоит на страже поступков, угодных Богу. Необязательно открывая себя, как наместницу Бога, она предстоит Ему и заставляет человека, следуя ей, невольно следовать Богу. Она — голос Божий в человеке. Поэтому она и не зависит от мнения окружающих людей. Напротив, нередко вопреки этому мнению заставляет идти за внутренней правдой. Она и судия, и мздовоздаятель, и примиритель с Богом.

Ею супруги преодолевают наступающую хладность или равнодушие друг к другу. Ею подвигаются они к примирению, хотя порою с трудом преодолевают в себе неуступчивость. Ею откликаются на просьбы друг друга, перешагивая через самоугодливую занятость своими делами и настроениями. Ею поддерживают друг друга в горестях, ею узнают и открывают в себе новые возможности ласки, внимания, тепла, бережности, чуткости, заботы к другому. Нужно только быть внимательным к ней. Нужно слышать и откликаться на ее движения, нужно всегда советоваться с нею, ценить ее, лелеять ее в себе и всегда поддерживать ее призывы. Нужно, преодолевая всего себя, сформировать навык скоропослушания ей. Нужно полюбить ее дыхание как жизнь. Нужно жить ею. Многое тогда в супружестве будет совершаться проще и легче, многое обретется такого, чего супруги не знали ранее.

Что еще хранит семью в правде отношений? Вера. Верою начинаются у человека отношения с Богом. Ею обращается он к Священному Писанию, затем к церковной жизни. Ею он испытывает в себе желание молитвы, потребность Богослужения, необходимость Таинств. Ею он становится восприемником благодати, слышит ее живительное участие, действием благодати начинает отличать грех от благочестия, добро от зла, правду от лжи, истину от прелести. Верою он обращается ко Христу и в Нем находит жизнь.

Вступая в супружество, верующий человек входит в новую жизнь, в благословение Божие. Верою он слышит над собой это благословение, чувствует его сердцем. Упованием на Бога он хранит это благословение. Он опытно знает, что, теряя благочестивую жизнь, он теряет и благословение Божие, а примиряясь с Богом в покаянии, вновь обретает его.

Вступая в Таинство венчания, человек слышит слова – «брак честен, ложе нескверно». И верою он слышит в глубине сердца своего, что и ложе нескверным, и брак честным делает вовсе не он сам, а Всемилостивый Бог. Верою он искал и просил благословения венчания и милостию Господь принял его в Таинстве Своего общения с ним, Своего вселюбящего благословения и теперь Собою совершает, оправдывает, примиряет с Собою супружеское ложе его. Ему же, человеку, всею супружескою жизнью своею предстоит еще восходить в чистоту отношений с другим, в ту чистоту, в которой все плотское и чувственное будет с годами изменяться на благодатное в благочестивой совместной их жизни. Чистота, святость будут входить в их отношения, совершая в них в доселе неведомое, очищая все греховное, преображая все человеческое, совершая обожение их.

Для этого человеку в супружестве нужно будет отлагать свое самолюбие, гордость (довольство собою и самонадеянность), нужно будет преодолевать все посылы самоугодия (телолюбия, оправдания себя, саможаления), нужно будет высвободиться из сетей мира (человекоугодия и страха перед людским мнением), т.е. брак честен и ложе нескверное ему нужно будет приобретать со своей стороны всею жизнью, до самой смерти. Верою это и возможно будет совершать. Здесь полагается начало супружеской жизни так же, как при крещении полагается начало воцерковления. Благодатью в крещении человек в сердце усваивается Богу и Его Церкви. Но в какую меру дух человека усваивается Духу Божию, зависит от самого человека.

По описаниям древности в первые века христианства к Таинству крещения готовились около двух-трех лет, обретая не только знания веры, но уже в ходе подготовки меняя весь внешний порядок своей жизни и характер отношений с Богом и друг с другом по заповедям Евангелия. Кроме того, имели обильное участие просвещающей благодати во внутреннем человеке во время утреннего Богослужения – Литургии оглашенных. Неудивительно, что из купели крещения они выходили столь преображенными, что свидетели их крещения невольно восклицали и не могли не воскликнуть: «Христос Воскрес!» А в ответ им вторили восторженные свидетели крещения – «Воистину воскрес!»

Но никакого такого преображения не происходит с современными крещаемыми. Таинство ли угасло в силе? Нет. Люди не готовятся и не жаждут крещения должным образом. Поэтому крещение, совершаясь в наше время как Таинство, лишь открывает человеку возможность обожения. Само же обожение, т.е. очищение от страстей, преодоление их, обретение святости и соединение со Христом и через Него усыновление Богу-Отцу, человек должен будет совершать всею своею жизнью.

Так и в Таинстве венчания сегодня не происходит того, что было раньше. Почти нет сегодня молодых людей, которые всю свою жизнь с малых лет провели бы в глубоко набожной семье, сами имели бы искреннюю церковную жизнь, посвященную Богу, и теперь вступали бы в брак, чтобы вместе, помогая друг другу, продолжать свое усвоение Духу Божию, благодати Господа. Таинство венчания было бы для них, с одной стороны, завершением юности жизни вне супружеского попечения, жизни, совершавшейся под родительским благословением, а с другой стороны, началом жизни новой, в ответственности друг за друга перед Богом. Не только ради друг друга с помощью Божией, но и ради Бога с помощью друг друга. Ради этого соединения и взаимопроникновения двух названных смыслов и совершается Таинство венчания. Совершается, как полагающее начало и возможность брака честного и ложа нескверного. Из этого вовсе не следует, что любой характер отношений и любые чувствования супружеской близости теперь оправданы и потому возможны. Таинство венчания, так же как и Таинство крещения, соединяя нас с Богом, поставляет нас в сугубую ответственность перед Ним и открывает возможность иного, нового качества как вседневных отношений друг с другом, так и самой супружеской близости. Узнают это супруги с годами, благодаря воздержанию в дни постов и праздников. Здесь речь идет не о внешнем воздержании только, но больше и прежде всего о воздержании внутреннем, о добродетели воздержания, которая приходит, если отлагаться не только от предмета вожделения, т.е. от телесного желания друг друга, но и в сердце своем — от чувственного влечения. Тогда однажды можно услышать вкус воздержания. Если его удержать и в нем устояться во время поста, тогда приближение конца поста будет ожидаться с некоторым сожалением. Но тогда и супружеская близость после поста, исполненная любовью, будет иметь иной характер, в котором услышится «ложе нескверно», исполненное не только со стороны Бога (Его прощением и милостивым примирением с Собою), но и со стороны самих супругов. Этим-то воздержанием и тою сладостью и радостью любви друг к другу, которая выходит из воздержания, некоторые супруги к концу жизни или к какому-то моменту совместной жизни приходят к полному оставлению супружеской близости и начинают жить не столько во внешнем воздержании (оно в этом случае естественно), но в воздержании внутреннем, в добродетели воздержания. Если во внешнем воздержании супруги уклоняются друг от друга, то в добродетели воздержания они уклоняются в сердце от страсти, от чувственного влечения. В прежние времена это заканчивалось принятием монашества обоими супругами в конце своей жизни. Так поступало, мы знаем, немало княжеских семей и часть искреннего дворянства. Так поступают некоторые семьи и в наше время.

Святой Иоанн Златоуст в браке выделяет три стороны – физическую, нравственную и духовную, причем первая, как низшая, подчиняется высшей, духовной. От телесного соединения через нравственное совершенство супруги восходят к духовному единению любви. Последним с годами все более освящается первое. Равно духовное единение все более становится целью и реальным воплощением брака.

По учению Иоанна Златоуста в человеческую природу Творцом вложено таинство естественного стремления друг ко другу. При вступлении в Церковь это таинство получает высшее освящение и делается образом духовного союза Христа с Церковью – «великого таинства веры». «Скажу и то еще, что брачный союз – таинственное изображение Церкви. Христос пришел к Церкви, из нея произошел и с нею соединился духовным общением». «Некогда Церковь (т.е. вообще человечество) была нечиста, порочна, безобразна. И Христос не отвратился от ея безобразия, но изменил неприятный вид ея, пересоздал, исправил, простил ея грехи… И не только то удивительно, что Он, взяв некрасивую, безобразную, гнусную, старую, не отвратился от нея, а еще предал Себя за нее на смерть… И в последствии, видя ее часть оскверняющеюся и получающею нечистоту, Он не отвергает и не отстраняет ее от Себя, но постоянно врачует и исправляет. Сколько людей, скажи мне, после приятия веры, согрешили? Он не отвратился от них». Соединяясь в браке, супруги идут к нравственному преображению и от него восходят к святости союза и святости личной. Общий брак, общие и должны быть дела добродетели. Один союз и единая цель этого союза – восполнение духовно-нравственных свойств супругов. Следовательно, в христианстве брак является не просто нравственным отношением, но более священным — таинством. Таинством единения со Христом и во Христе.

Благодать, сообщаемая через Таинство брака брачующимся, — Сила Божия — освящает и одухотворяет их союз. «Таков брак, бывающий о Христе, — говорит св. Иоанн Златоуст, — брак духовный и рождение духовное, не от кровей, не от болезней… И брак не от страсти, не от тел, но весь духовный, душа при этом соединяется с Богом союзом неизреченным, какой Он только Один ведает; почему и сказано: «прилепляйся Господеви, един дух есть с Господем» (1Кор. 6,17)».

Но не против соития супружеского говорит здесь святитель, а о необходимости возвышения всех отношений супругов, в том числе и близости. «Не супружество есть зло, а невоздержание». «Если некоторые находили в браке препятствие к добродетели, то пусть они знают, что не брак служит препятствием к добродетели, а воля, злоупотребляющая браком, подобно тому, как не вино производит пьянство, но злая воля и неумеренное его употребление». «Пользуйся браком умеренно, и ты будешь первым в Царствии Небесном и удостоишься всех благ». Отсюда, если в брачной жизни естественные влечения получают извращенное направление, то виною этого является человек, не желающий сдерживать грубо-чувственные влечения своей природы и подчинить их руководству разума, просвещенного Христовым учением. В пределах нормальных удовлетворение естественных влечений не есть зло, а лишь неизбежный момент в исполнении заповеди Божией: «раститеся и множитеся». «Это дело у нас унижено оттого, что их (супружеские отношения) портят, между тем как брак честен и ложе нескверно. Что за стыд – дело чистое? Зачем краснеть от того, что честно?»

Наставляя молодых, святитель говорит им: «Не в теле красота, но красота тела зависит от того образования и цвета, который отпечатлевает душа в существе его. Итак, люби душу, которая сообщает телу такое благообразие. В самой сей жизни все прекрасное зависит от души… В ком бесстыдна душа, у того и самый вид отвратительнее вида всякого зверя; напротив, стыдливая душа и самый вид делает кротким и любезным». Особенно радеет святитель о сохранении супругами добрачной чистоты. В брачном союзе, говорит он, будет больше «страха Божия и брак будет подлинно честный, связывая тела чистые и нескверные», если до брака было сохранено целомудрие. «Кто был целомудренным до брака, тот останется таким после брака». Дети, рожденные в целомудренном браке, будут добродетельными и нравственно чистыми, так как от своих родителей получат в наследство добрую настроенность.[37]

О том же говорит и св. Кирилл Иерусалимский: «Да пребудут в благой надежде брачные, кои живут, как должно в браке по закону, а не по любострастию, следуя необузданной воле; кои знают время воздержания, дабы свободно заниматься молитвой; кои в церковных собраниях с чистыми одеждами имеют и чистые тела; кои вступили в брак для деторождения, а не по любострастию».

Добавим к этому слова о. Петра Серегина, духовника Пюхтицкой обители из его дивной книги «Шесть сотниц».

«Необходимо нам, чтобы сила любви в нашем сердце возрастала; но – чтобы возрастала вся любовь, т.е. не усиливалась бы низшая любовь против высшей; чтобы любовь к человеку не препятствовала любви к Богу, а любовь к себе (заботы о себе) не пересекала бы любви к ближнему».

«Если мы хотим быть там, где Он – Господь наш, — т. е. в Церкви торжествующей, мы должны здесь, на земле, переродиться силой благодати (не без участия нашей воли) из плотских в духовных, и должны отречься, во-первых, от ласкательства тела и чувства человеческой приятности (ласкосердия); во-вторых, от угождения людям больше, чем Богу; от связей с людьми по плоти (родных), дружбы мирской и даже духовной, оставив только святое послушание, действующее во спасение; от психологии пола, в самых тонких проявлениях, доступных контролю нашего разума, совершенствуя этот нравственный контроль при помощи благодати, утончая (изощряя) его, чтобы стать непостыдными делателями в винограднике Божием – Церкви Его святой».



Страница сформирована за 0.77 сек
SQL запросов: 171