УПП

Цитата момента



Не плачь, потому что это закончилось. Улыбнись, потому что это было!
Я тебя люблю.

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Она сходила к хорошему мастеру, подстриглась и выкрасила волосы в рыжий цвет. Когда она, вся такая красивая, пришла домой, муж устроил ей истерику. Понял, что если она станет чуть менее незаметной и чуть более независимой, то сразу же уйдет от него. Она его такая серая и невзрачная куда больше устраивала.

Наталья Маркович. «Flutter. Круто, блин! Хроники одного тренинга»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d3354/
Мещера

СРЕДИННЫЙ ПУТЬ В СИСТЕМЕ ЦЕННОСТЕЙ

Согласно исследованиям психологов, система ценностей человека формируется в первые двадцать лет его жизни.

Система ценностей - это специфическая для каждого человека группа программ, определяющих на подсознательном уровне схему и стиль его мышления. Эта часть модели мира позволяет нам вырабатывать своё личное, субъективное отношение к происходящим с нами событиям, то есть определяет нашу реакцию на них.

Система ценностей помогает нам с определённостью различать, что хорошо и что плохо, что правильно и что неправильно, что нормально и что ненормально, что важно и что неважно или что приемлемо и что неприемлемо.

Правильно развитая система ценностей исключительно важна для построения гармоничной модели мира человека, поскольку именно система ценностей определяет цели и задачи, которые ставит перед собой человек, и способы, которыми он добивается поставленных целей, то, какие навыки и знания он хочет приобретать, а какими пренебрегает, то, каким образом он строит свои отношения с окружающими людьми.

Ярко выраженное полярное мышление в сочетании с чёткой, раз и навсегда определённой и неизменной системой ценностей определяет жёсткую модель мира, характерную для человека, привыкшего добиваться своего вне зависимости от обстоятельств и от мнения других. В случае, когда обстоятельства складываются благоприятно и когда в социальной среде поощряется система ценностей обладателя жёсткой модели мира, такая модель мира даёт свои преимущества. Её основным недостатком является слабо развитая способность приспосабливаться к изменяющимся условиям жизни.

С ярким примером жёсткой модели мира мы встречаемся в фильме Юрия Мамина «Фонтан», когда приехавший в Москву к дочери уважаемый в своём ауле житель иссушенной зноем среднеазиатской пустыни, обнаружив утечку воды из трубы, в разгар зимы отключает воду и отопление многоэтажного жилого дома и, забаррикадировавшись в подвале, категорически отказывается включить воду до тех пор, пока течь не починят. С жёсткими и бескомпромиссными системами ценностей или отдельными пунктами системы ценностей мы в своей жизни встречаемся сплошь и рядом. Особенно ярко с травмирующими последствиями подобной непримиримости приходится сталкиваться молодым людям, ещё не имеющим достаточного жизненного опыта, на основе которого они могли бы внести определённые коррективы в свою систему жизненных ценностей.

Недавно в телепередаче, в рубрике «Человек в маске», на сцену вышел бывший заключённый, назовем его Сергей, рассказавший печальную и трагическую историю своей жизни.

Когда Сергею было пятнадцать лет, его отец умер на работе от сердечного приступа. Мальчик, безумно любивший отца, очень сильно переживал, и мать отправила его в молодёжный туристический лагерь, чтобы он смог хоть чуть-чуть развеяться и оправиться от потрясения.

Домой Сергей вернулся без предупреждения, собираясь сделать матери сюрприз. К своему ужасу и негодованию он обнаружил её в постели с мужчиной. Пылая праведным гневом по поводу подобного предательства памяти отца, Сергей достал винтовку и застрелил обоих.

Затем был суд, приговоривший его к девяти с половиной годам тюремного заключения, три года в детской колонии и шесть с половиной лет во взрослых лагерях. Тётка, навещавшая Сергея в тюрьме, рассказала мальчику, что его отец не был образцовым мужем и обращался с матерью жестоко и сурово. Оказалось, что мать Сергея давно встретила другого мужчину и собиралась развестись с мужем, но от сына это до поры до времени скрывали, чтобы не травмировать его.

Даже длительное тюремное заключение не смогло примирить Сергея с терзающими его угрызениями совести, и, скорее всего, тяжёлое чувство вины отравит ему всю оставшуюся жизнь.

В данном случае мы видим, как следование собственным, далеко не плохим и отнюдь не порочным убеждениям лишило жизни двоих и исковеркало судьбу третьего человека.

Убеждения людей бывают самыми разными, и обычно сам человек, особенно находясь в социуме, разделяющем его систему убеждений, не замечает, насколько странными и зачастую нелепыми бывают его убеждения, но на стороннего наблюдателя они могут производить впечатление чего-то не слишком адекватного.

Мне довелось довольно долгое время прожить в Испании, к, особенно в первое время, многие убеждения испанцев удивляли и веселили меня. Так, например, я выяснила, что огромный процент жителей Испании среднего и старшего возраста относился к Соединённым Штатам Америки с нескрываемой ненавистью и отвращением, и эти негативные чувства со свойственным испанцам жарким южным темпераментом проявлялись почему-то в основном в отношении к джинсам и гамбургерам. Когда речь заходила о США, мужчины с нескрываемой гордостью декларировали, что они никогда в жизни не носили джинсы и ни за что на свете не наденут на себя это уродливое и тошнотворное творение американцев, а то, что они говорили по поводу продающихся в «Макдональдсе» гамбургеров, лучше не повторять. Однако молодое поколение, выросшее среди гамбургеров и джинсовой одежды, не разделяет этих убеждений, что нередко служит очередным основанием для непримиримого противостояния отцов и детей.

Поскольку наша система ценностей имеет самое непосредственное отношение к нашим взглядам на происходящие в жизни события и от неё во многом зависит наша способность адаптировать своё поведение к жизненным ситуациям, с которыми мы сталкиваемся, она в значительной мере определяет нашу способность быть счастливым и наслаждаться жизнью. Срединный путь в системе ценностей выражается в сознательном введении в модель мира новых жизненных ценностей таким образом, чтобы придать системе ценностей гибкость и гармоничность. В гармоничной модели мира редко встречаются крайние проявления приверженности какой-то конкретной ярко выраженной жизненной ценности, поскольку в ней всегда присутствуют противоположные полюса каждой жизненной ценности, и выбор стратегии поведения обуславливается интуитивно определяемым равновесием, центр которого смещается в ту или иную сторону в зависимости от ситуации.

РАВНОВЕСИЕ МЕЖДУ СТРЕМЛЕНИЕМ К ДОСТИЖЕНИЮ ЦЕЛИ И НЕ ОРИЕНТИРОВАННЫМ НА БУДУЩЕЕ ПОГРУЖЕНИЕМ В ПРОЦЕСС ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИЛИ СУЩЕСТВОВАНИЯ

Эти два противоположных полюса в системе жизненных ценностей отражают основное различие в культурах Запада л Востока. Жители Европы и США в первую очередь ориентированы на достижение определённых целей. В основном, они твёрдо уверены в том, что ценность человека определяется тем, чего он добился в социальном и профессиональном плане и что он совершил в этом мире.

Целиком ориентированный на достижение цели человек что-то приобретает в результате своих целенаправленных усилий, но многое и теряет. Так, чрезмерная сосредоточенность на работе может разрушать его семейные отношения, контакты с людьми и даже здоровье.

В случае, пока обстоятельства ему благоприятствуют, ориентированный на достижение цели человек может добиться превосходных результатов, выраженных в его финансовом положении, социальном статусе и т. д., но, если по какой-либо причине достижение цели становится невозможным, жизнь может потерять для него смысл и наступает тяжёлый эмоциональный кризис.

Подобный кризис могут испытывать люди, привыкшие видеть цель жизни в труде и вынужденные уйти на пенсию. Даже если психотерапевт посоветует им-наслаждаться наконец заслуженным отдыхом и жить просто для себя, этот совет не принесёт никакой пользы. Всё дело в том, что такой человек не знает, как наслаждаться жизнью, и не представляет, как жить просто ради себя, а не для любимого дела или какой-то высокой цели.

С другой стороны, человек, ориентированный на то, чтобы «просто быть», не заботясь о завтрашнем дне и довольствуясь тем, что послали ему природа и судьба, может прожить великолепную жизнь, если ему удаётся без труда удовлетворять свои основные потребности, но, если ему придется для выживания совершать напряжённые целенаправленные действия, он часто оказывается неспособным к подобной деятельности.

Не случайно философия «недеяния» или «просто бытия» в основном характерна для стран с тёплым климатом и щедрой природой, в условиях которой для выживания человек может обходиться минимумом вещей.

Если на Востоке жизненная ценность «просто бытия» имеет глубокое философское осмысление, то в странах Африки и Латинской Америки свойство жить одним днём, настоящим моментом является естественным, как инстинкты животных. На эту тему даже есть забавный анекдот.

Лежит в Африке негр под пальмой. К нему подходит белый испрашивает:

- Ты что тут лежишь?

- Жду, пока кокос упадёт.

- А почему бы тебе не залезть на пальму и не нарвать кокосов?

- А зачем?

- Ты мог бы сложить кокосы в мешок, отнести на базар, продать, на вырученные деньги купить тачку, снова наполнить её кокосами, продать их, купить автомобиль и возить кокосы на рынок в автомобиле.

- А зачем?

- Как зачем? Чтобы потом хорошо жить и не работать!

- А я и так хорошо живу и не работаю!

Любая из жизненных ценностей, идёт ли речь о стремлении к достижению цели, о наслаждении бытиём или о чём-либо ещё, сама по себе не является плохой или хорошей. Проблема заключается в том, что набор ваших жизненных ценностей часто создаёт жёсткие, устоявшиеся и закостеневшие особенности вашей личности. До тех пор пока ваша система ценностей обеспечивает хорошую приспособляемость к окружающей действительности, вы чувствуете себя комфортно, но как только ситуация меняется и сама жизнь ставит под сомнение уместность ваших жизненных ценностей, вы испытываете сильную фрустрацию, и, если вы не научитесь быстро адаптироваться к новым условиям, вводя в свою модель мира новые, менее привычные вам жизненные ценности, вы не сможете чувствовать себя благополучно.

Последователи Шоу-Дао, стремясь максимально повысить способность человека к быстрой адаптации, вводили в свои модели мира огромное количество жизненных ценностей, обучаясь применять их в соответствующих контекстах. Как способность к устойчивому стремлению в достижении поставленной цели, так и способность наслаждаться бытиём, существовать моментом, не заботясь о прошлом и будущем, закладывались в структуру их личности, и равновесие между стремлением к достижению цели и просто бытиём достигалось за счёт умения мгновенно переключаться от одной программы к другой, в зависимости от ситуации.

То есть, если от воина жизни требовалась напряжённая целенаправленная деятельность, он умел действовать, полностью переключаясь на программу достижения цели, но он не совершал в этом направлении ни единого лишнего усилия, которое заставляло бы его тратить энергию понапрасну, и при первой же возможности переходил к программе наслаждения бытиём, поскольку именно эта программа позволяет в полной мере ощутить себя счастливым и удовлетворённым, отдохнуть, расслабиться и наполнить свой организм новыми жизненными силами.

О том, как добиваться равновесия между жизненными ценностями и как вводить новые жизненные ценности в свою модель мира, мы поговорим чуть позже. А пока, чтобы проиллюстрировать неприятные последствия, к которым может привести односторонний перекос в жизненных ценностях, я приведу одну историю из реальной жизни, уже описанную мною ранее в книге «Обучение женщиной».

СЛАБЫЕ МЕСТА ЖЕСТКОЙ МОДЕЛИ МИРА

С Игорем Ваном (имя и фамилия изменены) я была знакома много лет, и мы дружили до самой его смерти.

В жилах Игоря текла редкая смесь китайской, украинской и русской крови. Его отец, полковник КГБ, был чистокровным китайцем. Когда-то он был разведчиком и долгое время проработал в Китае. Не знаю, правда ли это, но говорят, что, будучи заброшенным в Китай и собирая ценные для Советского Союза сведения, он устроился помощником гадальщика.

В обязанности отца Игоря входило подслушивать и запоминать, о чём разговаривают люди в приёмной, ожидая своей очереди попасть к знаменитому предсказателю судеб» а затем, перед приходом очередного клиента, передавать гадальщику собранные о нём сведения. Подслушивая заодно и беседы клиентов с самим гадальщиком, наш разведчик узнавал много интересной информации, пригодной для вербовки агентов и других целей.

Его характер вполне соответствовал выбранной им профессии, и отец Игоря был исключительно волевым, умным и целеустремлённым человеком.

Игорь был ребёнком от второго брака своего отца с мягкой и добросердечной украинкой, посвятившей всю жизнь заботам о муже и сыне. Двое детей от первого брака тоже жили вместе с отцом, и, несмотря на родство, они были полной противоположностью Игоря.

Видимо, они пошли в мать и, унаследовав от неё высокий рост, к сожалению, не могли похвастаться глубоким интеллектом бывшего разведчика. Кажется, они так и не получили высшего образования и занимались то ли ремонтом машин, то ли чем-то подобным этому.

Смуглый, низкорослый и черноглазый Игорь с детства отличался талантами во многих областях и обладал блестящим интеллектом. Обрадованный отец прочил ему блестящее будущее, внушая, что сын непременно должен стать академиком. Игорь пытался его не разочаровать.

Блестяще закончив психологический факультет МГУ, он успел попробовать себя в самых разных областях: он играл на пианино и на гитаре, пел, рисовал, писал стихи и рассказы, изучал боевые искусства, интересовался эзотерическими науками и ставил эксперименты в области парапсихологии.

Обладая ярким неординарным умом и несомненными задатками лидера, он неформально возглавил группу психологов-единомышленников, которые разделяли его интерес в области психотехники эзотерических учений.

С типично китайским трудолюбием и упорством Игорь неизменно добивался успеха в поставленных перед собой задачах, но эти успехи, дававшиеся ему слишком легко, не приносили удовлетворения.

С детства запрограммированный отцом на достижение небывалых высот как в социальной, так и в научной сфере, Игорь, несмотря на то что его успехам и жизни могло бы позавидовать подавляющее большинство советского населения, страдал оттого, что ему никак не удавалось взобраться на четко не очерченный, но настойчиво напоминающий о себе из глубин подсознания высокий пьедестал, который должен был отделить его от унылого быта и нужд других людей.

Целеустремлённость в достижении высокого социального и профессионального уровня и стремление к первенству во всём сделали его личность и характер жёсткими и бескомпромиссными.

Модель мира Игоря Вана обладала редкостной жёсткостью, став отражением столь же жёсткой и целеустремлённой личности его отца. Но, к сожалению, ситуация, в которой оказался сын, была гораздо менее благоприятной для подобной структуры личности.

Качества, необходимые разведчику, начавшему карьеру в суровые и опасные времена Вождя Всех Времён и Народов, и оказавшиеся поистине неоценимыми сначала во время работы на чужой территории, а затем в отнюдь не простой борьбе за место под солнцем в аппарате Комитета, были именно теми, которых требовал подобный образ жизни. Модель мира отца Игоря полностью соответствовала окружению, в котором он жил и которое не трансформировалось настолько, чтобы потребовалась радикальная адаптация к его изменениям.

В случае с сыном всё сложилось иначе. Аморфная вязкость застойного периода не давала Игорю возможности в полной мере применить свои таланты в той области, которая его действительно интересовала, - в исследовании возможностей человеческой психики, в развитии психотехник, которые для чуткого носа советской системы чересчур попахивали враждебной идеологией и столь чуждыми духу социализма эзотерическими учениями.

Тем не менее, Игорь защитил диссертацию и даже ухитрился опубликовать книгу о психотехнических упражнениях, рекомендуемых для подготовки спортсменов.

Игорь уже понимал, что его далеко идущим планам и мечтам о создании Института психотехники, который он сам бы и возглавил, не суждено было сбыться. Цель, так долго сиявшая перед ним, исчезла.

Что ему оставалось? Ходить на однообразную и скучную работу, не дающую особенного простора его уму, талантами амбициям? Всю жизнь существовать на одну, хоть и не совсем нищенскую зарплату научного сотрудника или психолога, позволяющую удовлетворить лишь минимальные потребности? Медленно стареть за написанием докторской диссертации, тема которой, скорее всего, будет ему неинтересной, поскольку исследование того, что его действительно волнует, в советской науке не поощряется?

Цель была недостижима. Потеряв цель, Игорь ошибочно решил, что потерял смысл жизни, или, возможно, жизнь его никогда не имела смысла.

В, поисках смысла жизни он обратился к эзотерическим учениям. Не помню, то ли на одном из последних курсов института, то ли сразу по его окончании, он услышал об одном из специалистов по восточным эзотерическим учениям и решил с ним поговорить. Так он встретился с Антоном Шалашиным, любившим делиться своими соображениями по поводу самосовершенствования. Беседы с ним в конце концов придали существованию Игоря новую цель.

Антон вдохновенно описал своему молодому другу неограниченные возможности, открывающиеся перед ним после подъёма кундалини, пробуждающего целый букет сверхспособностей, в том числе и ясновидение, которое можно использовать в самых разнообразных целях, например для игры в спортлото.

Шалашин рассказал о прелестях самокультивации с целью выделения астрального тела, тоже дающего целый ряд выгод» вроде безвизовых путешествий за границу, что в условиях жёстких ограничений социалистического лагеря звучало очень заманчиво. Антон не забыл упомянуть и о развитии третьего глаза с целью получения из акаши-хроники любой необходимой информации о прошлом и будущем и о многих других интересных перспективах.

Идея самокультивации и приобретения сверхспособностей необычайно увлекла Игоря, и, в отличие от Шалашина, не склонного к излишнему экспериментированию, он приступил к тренировками медитациям с истинно китайским упорством.

Но, к сожалению, его эксперименты в этой области тоже не привели к обнадёживающим результатам. Хотя он достигал всё более и более глубоких уровней транса, сверхспособности так и не проявлялись, и цель самокультивации тоже стала отходить на задний план, снова оставляя его без жизненных ориентиров.

Ещё одной проблемой Игоря стали его отношения с женщинами, Как это часто бывает с чересчур ориентированными на интеллектуальное развитие и достижение каких-то практических целей людьми, Игорь в вопросе взаимоотношений с женщинами, несмотря на свою подготовку психолога, был так далёк от реальности, что людям, не знающим его с этой стороны, было бы трудно в это поверить.

Единственной женщиной, с которой он был по-настоящему близок, была его мать, любившая его со всей безоглядностью. Постоянно подвергаясь в детстве агрессивным нападкам старших братьев, с которыми он никогда не мог соперничать из-за маленького роста и недостатка физических сил, вынужденный соответствовать жёстким и неизменно завышенным требованиям сурового и сдержанного отца, лишь в объятиях матери Игорь находил столь необходимую ребёнку ласку и поддержку.

Образ любящей, понимающей и поддерживающей его женщины прочно впечатался в жёсткую модель мира Игоря вместе с никогда не подвергавшимися критике установками, что его первой женщиной станет та, которую он захочет увидеть своей женой.

Маленький рост Игоря, несмотря на его привлекательную внешность, не способствовал его успеху у девочек, и, упорно занимаясь учёбой, музыкой и чтением книг, он так и не научился понимать представительниц противоположного пола, адекватно их оценивать и правильно с ними обращаться. Отчаянно комплексуя по поводу своего роста, Игорь считал его чуть ли не главной причиной всех своих проблем, завидуя высокими крепким братьям.

Женился он лет в двадцать пять, на женщине на десять лет старше и на голову выше. Она была психиатром и тоже интересовалась психотехниками и эзотерическими учениями. Его женитьба полностью соответствовала его модели мира, и жена стала первой женщиной, с которой он вступил в сексуальную связь.

Достаточно быстро его семейная жизнь пришла к полному краху. Реальность настолько отличалась от картин супружества, представленных в его модели мира, что эта первая, но жестокая и непонятная неудача в достижении цели нанесла ощутимый удар, надломивший жёсткое здание его модели мира. Цель построения счастливой семьи больше не могла придавать осмысленность его бытию.

Смерть матери от рака крови порвала последнюю нить, привязывающую его к жизни.

Приблизительно месяц спустя Игорь погиб, бросившись под колёса поезда.

Самое печальное для меня в этой истории то, что сам Игорь был блестящим психологом, а его жена - квалифицированным психиатром, и оба они, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что происходит, не сумели, не захотели или не смогли предотвратить надвигающуюся трагедию. Возможно, жена, отчасти подсознательно, сама провоцировала его на этот шаг, отчаянно не желая развода и предпочтя такой исход. Это уже не важно. Обидно то, что молодой талантливый психолог погиб в возрасте двадцати девяти лет из-за непонимания того, что происходит с ним самим, из-за незнания самых простых и элементарных вещей, которые даос впитывает буквально с молоком матери.

Пожалуй, слово «незнание» тут не подходит. В данном случае проблема возникла не столько из-за незнания - в силу своей профессиональной подготовки Игорь был просто обязан их знать, - а, скорее, из-за неумения использовать полученные знания, превратить их из абстрактных правил и схем в осознание, в позитивное жизнеутверждающее начало, помогающее ему перестраиваться, адаптируясь к изменяющимся жизненным ситуациям.

На этом примере мы видам, как здоровый, умный, высоко образованный, хорошо обеспеченный в материальном плане человек, к тому же психолог по специальности, чувствует, что его жизнь - это сплошная цепь разочарований и крушений надежд. Почему же он не смог применить опыт психолога к своей собственной жизни, не смог преобразовать свою личность таким образом, чтобы получать удовольствие от своей жизни и деятельности?

Ответ очень прост: в системе жизненных ценностей Игоря главный акцент делался на стремлении к достижению цели, определяющей смысл его существования. С детства на мальчика возлагались большие надежды, и вся его жизнь была направлена на то, чтобы эти надежды оправдать. Игорь рос, неуклонно двигаясь от одной намеченной цели к другой. В этом постоянном стремлении к чему-то он не научился просто жить, наслаждаясь самим существованием, получая удовольствие от окружающего мира, от любви к другим людям и от себя самого.

Возможно, если бы он родился в США, где смог бы сполна применить свои научные таланты, его жизнь сложилась бы по-другому и сейчас он был бы знаменитым учёным, автором десятков книг. Его подлинная трагедия была не в том, что он родился не в то время и не в том месте, а в том, что, находясь, по сравнению со множеством людей, в прекрасных условиях для выживания, он так и не сумел адаптироваться к этим условиям.

Вывод прост - чем более гибкой и способной к адаптации будет ваша модель мира, чем больше жизненных ценностей будет в неё включено, тем выше ваши шансы на то, что ваша жизнь будет творческой, интересной и счастливой.



Страница сформирована за 0.66 сек
SQL запросов: 190