УПП

Цитата момента



Люди обычно переоценивают, что они могут сделать за год, и недооценивают, что могут сделать за десять лет.
Рекомендую проверить

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



«Твое тело подтверждает или отрицает твои слова. Каждое движение, каждое положение тела раскрывает твои мысли. Твое лицо принимает семь тысяч различных выражений, и каждое из них разоблачает тебя, показывая всем и каждому, кто ты и о чем думаешь, в каждое мгновение!»

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d4469/
Весенний Всесинтоновский Слет-2010

Мир дураков.

Но в любом случае в этом движении между тем, чтобы справиться с ситуацией или искать поддержку, мы мобилизуем свой собственный потенциал. Я бы сказал, что в этом - вся теория и ядро подхода.

Как я говорил раньше, нет лучшего средства понять среднюю зону, беспокоящий фактор, чем сновидение. Поэтому мы всегда работаем со снами и другими невербальными формами существования, чтобы опустошить, прочистить, -как бы вы это ни назвали, - эту раковую, больную часть личности.

Итак, кто хочет поработать над сном?

(На горячий стул садится Элен. Это яркая, полная женщина лет сорока).

Элен: Мы сидим кружком на энкаунтер-группе, и каждый находится в кресле руководителя. Комната все время меняется, это одна из двух комнат, которые я знаю: жилая комната Маслоу и твоя. Я знаю, что комната меняется посредством смены ковра: то он тонкий, красно-черный, пыльный, то толстый, ворсистый, с начесом.

Фриц: О'кей, пусть эти два ковра поговорят между собой.

Элен (улыбается): Я - толстый, колоритный, оранжевый, ворсистый, мягкий, богатый ковер. И, м-м, если вы сидите на мне, я мягко прогибаюсь. Мне нравится мой теплый, оранжеватый цвет.

- А я - тонкий, красно-черный, пыльный, сухой, пахнущий пылью ковер. Все, что дотрагивается до меня, делает мне больно, потому что я такой тонкий. Мною пренебрегают… Я чувствую себя одиноким, как будто никто обо мне не заботится, не чистит меня, и пр.

Фриц: Ты говоришь это мне. Что если сказать это другому ковру?

Элен: Я завидую тебе. Я действительно тебе завидую. Потому что люди любят сидеть на тебе, а когда они сидят на мне, они чувствуют свои кости. Мне хотелось бы, чтобы они хотя бы подкладывали под меня подушечки.

- Я (улыбается) не порицаю тебя за то, что ты мне завидуешь. Я очень хорош и мягок. Иногда люди плачут на мне, но вы не можете увидеть их слез, потому что я их впитываю целиком. Даже пятна на мне не очень видны, и у меня нет ничего лишнего, чтобы почувствовать жалость к тебе. Потому что я очень занят тем, что наслаждаюсь собой, и мне вообще-то не нравится смотреть на тебя: ты такой обветшалый. Я так счастлив быть собой! (Смеется) Да, мне как-то нехорошо по поводу тебя.

Фриц: Хорошо, давай сделаем то же самое с противопоставлением комнаты Маслоу и моей. Пусть они встретятся друг с другом.

Элен: Я вся отделана деревом прекрасной фактуры, мой ковер толстый и мягкий. У меня большие окна с красивыми деревянными наличниками, которые мешают заглядывать в комнату снаружи, и вместе с тем красиво обрамляют вид изнутри. Моя главная проблема состоит в том, что я плохо освещена. Половину времени у меня неправильное освещение и плохое отопление.

- Я - простая, содержащаяся в беспорядке, каменная комната с тонким ковром; моим камином не пользуются; из моего окна ничего не видно. Я так переполнена, я в таком беспорядке; я не даю поддержки. Но у меня есть нечто, чего нет у тебя. У меня есть звучание океана, очень близко, оно наполняет комнату почти все время. Моя система отопления хороша. У меня много отдушин с затычками.

- Похоже, что ты защищаешься и полна разочарования.

- Да, это так. Я чувствую себя немного печально. Потому что я - жилая комната Фрица Перлза, и во мне нет жизни, кроме звучания моря. Я сознаю свою пыль, беспорядок и суровость.

- Я (улыбаясь) - комната десятков людей, и я чувствую свое тепло. И, кроме того, мне не очень нравится смотреть на тебя, потому что я чувствую, что имею гораздо больше, чем ты, и когда я смотрю на тебя, я вижу, чего не хватает.

Фриц: Скажи это еще раз.

Элен: Мне действительно не хочется на тебя смотреть.

Фриц: Еще раз.

Элен: Мне действительно не хочется на тебя смотреть.

Фриц: Громче.

Элен: Мне действительно не хочется на тебя смотреть!

Фриц: Скажи это всем своим телом.

Элен: Я не хочу на тебя смотреть!

Фриц: Теперь поменяй стулья.

Элен: Бога ради, я не говорила, что ты должна на меня смотреть! Не смотри, если не хочешь! Но не кричи на меня! (Кричит) Я ненавижу, когда на меня кричат! Я разозлилась! (Пауза) Ну вот, ты получила, чего хотела. У меня нет того, чего я хочу. У меня нет того, что мне нужно.

Фриц: Скажи это еще раз.

Элен: У меня нет того, что мне нужно. (Пауза, продолжает спокойно) И я не знаю, как это получить. Существуют структурные ограничения - камень, цемент, тонкость ковра. (Пауза) Я на минуту перестала дышать. (Глубоко вздыхает)

Фриц: Не можешь ли ты закрыть глаза, войти в свое тело и посмотреть, что ты чувствуешь физически.

Элен: У меня горят щеки, мой голос охрип. У меня сжимается горло. Я чувствую печаль, в горле и ниже, в груди. Я довольно глубоко дышу, и мне это приятно. Это успокаивает меня. Я облизываю губы, потому что они кажутся сухими. Я сознаю, как я сижу, это похоже на то, будто я собираюсь встать. Я защищаюсь и закрываюсь. Мое правое плечо наклонено вперед и правая рука находится в таком положении, будто я готова начать что-то делать. Фриц: Делать что?

Элен: Шлепать.

Фриц: Пошлепай комнату Маслоу. (Она делает это несколько раз). Теперь сделай это и левой рукой.

Элен: Я не хочу шлепать левой рукой. (Улыбается) Я хочу дотронуться до нее. (Вытягивает руку).

Фриц: Хорошо, можешь теперь делать это поочередно? Шлепать правой рукой, и трогать левой. (Она делает это три раза), Теперь сделай пожалуйста это для меня, даже если это покажется тебе фальшивым: поменяй руки. Шлепай левой рукой и дотрагивайся правой.

Элен: М-м-м-хм. Я могу дотронуться правой рукой.

Фриц: Что ты при этом чувствуешь?

Элен: Это приятно, мне это нравится. Я могу почувствовать также много правой рукой, как чувствую левой. Но я чувствую большое сопротивление против того, чтобы ударить левой.

Фриц: Скажи это комнате Маслоу.

Элен: Я не хочу ударять тебя левой рукой. Я действительно хочу только прикоснуться к тебе. Я не хочу тебя ударять.

Фриц: Попробуй еще раз.

Элен: Ударить?

Фриц: Да. Левой рукой.

Элен: Меня удивляет мое сопротивление. Я действительно не хочу.

Фриц: Скажи это еще раз.

Элен: Я действительно не хочу.

Фриц: Еще раз.

Элен: Я не хочу ударять тебя!

Фриц: И еще раз.

Элен: Я не хочу ударять тебя. (Улыбается, голос становится более нежным, просящим) Я не хочу ударять тебя. (Смех) Я не хочу ударять тебя. Я хочу только дотронуться до тебя.

Фриц: Теперь попробуй еще раз ударить.

Элен: Я могу это сделать, но в этом не будет моего сердца.

Фриц: Хорошо, попробуй.

Элен (смеется): Это не больно. (Дотрагивается обеими руками). Гораздо приятнее чувствовать обеими руками.

Фриц: Хорошо, ударь еще раз левой рукой. Мне видится тут что-то иррациональное, и я собираюсь поработать над этим.

Элен: Если я смотрю на тебя, я могу тебя ударить. (Ударяет стул, затем бьет его очень методично). У-м, если я смотрю на тебя, я могу тебя ударить, я могу тебя побить. Я могу действительно тебя ненавидеть. (Пауза). Ты сияешь. Я завидую тебе. Нет, я не завидую тебе. Черт возьми, я поняла, в чем дело. Ты просто другая. (Спокойнее) Я завидую тебе.

Фриц: Пересядь.

Элен: Привет. Мне не понравилось, когда ты меня била. Я знаю, что у меня есть многое, чего у тебя нет, но я просто такая. Я ничего не отняла для себя у чего-то другого. У кого-нибудь, у тебя. Я оказалась такой, так же как ты оказалась такой, но я ничего не брала у тебя.

- Одна часть меня хочет защищать тебя, а другая часть хочет отшвырнуть тебя прочь. Хотела бы я, чтобы ты не была такой соблазнительной. Немного меньше соблазнительности. Я не могу вынести как раз этой чрезмерности.

Фриц: Скажи это еще раз с помощью левой руки.

Элен: Именно эту чрезмерность я не могу выносить. (Фрицу) Это не кажется правильным. (Пауза) Это так, я завидую твоей чрезмерности (Улыбается). Меня это удручает. Вроде как будто если бы я хотела чего-то, чего я действительно не могла бы иметь, и я не хотела удовлетвориться тем, что у меня есть.

Фриц: Скажи это группе.

Элен: Я не хочу удовлетвориться тем, что у меня есть. Фриц: Можешь ли ты рассказать об этом подробнее? Элен: Ну, у меня многое есть, но я представляю себе намного больше. И я хочу этого. И я готова упорно работать и потратить много времени и усилий, чтобы получить больше. То, на что я посмотрела, в большей степени мое. Меня волнует то, что свойственно мне, и я хочу иметь больше своего. Но это предполагает работу с другими людьми, и это пугает меня. Действительно пугает (улыбается Фрицу) в некоторых местах, а в других не пугает.

Фриц: О'кей, на этом я хотел бы остановиться. Я думаю, вы обратили внимание, что я делал. Я управлял совсем немного. Но когда я почувствовал и заметил нечто иррациональное, я проработал это место, пока вся тема не стала снова рациональной. Для этого нужно развить огромную чувствительность и интуицию. Речь идет о ключевой фразе. Если вы чувствуете, что дело дошло до ключевой фразы, до чего-то действительно фундаментального, тогда нужно усилить ее, проговорить снова, снова усилить, пока вся личность не проявится через нее. Тогда вы видите, что происходит нечто неожиданное. Вовлекается вся личность, все эмоции, и мы сталкиваемся с поворотной точкой в процессе развития.

Фриц и Фрейд

(В горячем стуле сидит Барбара - молодая женщина, лет тридцати восьми, очень неуверенная в себе. По профессии она - социальный работник; она работала с Фрицом раньше).

Барбара: Я хотела быть хорошей девочкой, и у меня был для тебя великолепный сон со множеством вкусностей. Я не устраивала этого специально, но что-то произошло, и может быть это тоже хорошо. Прошлой ночью в постели со мной произошло вот что, - со мной иногда, хоть и не часто, такое бывает, - я оказалась совершенно парализованной; я вообще не могла пошевелиться. Я не могла пошевелить пальцем, не могла открыть глаза, - ничего не могла сделать. Я была совершенно парализована. Я очень испугалась, но потом это прошло. Казалось, что это длилось очень долго, но я думаю, что на самом деле прошло несколько минут, а может быть даже и меньше. Но это было похоже на состояние, когда я ничего не могу сделать, и это заставило меня подумать о, м, моей неспособности обходиться с собой, когда я пугаюсь или сержусь. (Делает длинную затяжку сигаретой). Я становлюсь совершенно неподвижной, - так что я такая наяву, какой была во сне, я по-прежнему парализована.

Фриц: Хорошо. Не можешь ли ты пересказать всю историю снова, представляя себе, что ты отвечаешь за все, что происходит. Например: "Я парализую себя."

Барбара: М-м, хорошо. М-м, я парализую… я парализую себя … Я делаю себя неподвижной. Я не разрешаю себе ничего чувствовать или вести себя каким-либо образом, если только я не уверена, что это хорошо и так принято. Я не даю себе убежать, когда я испугана; я не говорю людям, что боюсь; я не позволяю себе, м-м, защищаться, если я сердита или обижена. Я даже не даю людям узнать, что у меня есть дурные чувства. (Начинает плакать). Я не позволяю им увидеть, что иногда я их ненавижу, или что я испугана до смерти и м-м… Иногда я привожу себя, в наказание, в состояние паники, когда я боюсь делать что бы то ни было, Я боюсь даже дышать, и тогда я мучаю себя всеми теми дурными вещами, которые могут со мной случиться. Это все, что я могу придумать прямо сейчас.

(Шмыгает носом). Фриц, я не хочу плакать, потому что мне кажется, что это очень плохо для меня. Я думаю, что я прячусь за свои слезы. Но я не знаю, что я… прячу. (Барбара ударяет себя по бедру рукой, в то время как говорит).

Фриц: Не можешь ли ты сделать это снова? Правой рукой. Поговори с Барбарой.

Барбара (шлепая правой рукой по бедру и смеясь) Барбара, тебя нужно нашлепать!

Фриц: Нашлепай ее.

Барбара (продолжая шлепать): Ты плохая девочка, потому что ты фальшивая и нечестная! Ты лжешь себе и всем остальным, и я устала от этого, потому что это не работает!

Фриц: И что отвечает Барбара?

Барбара (более высоким голосом) Она отвечает, что ее никогда не учили делать что-либо еще.

Фриц: Скажи это в прямой речи.

Барбара: Я никогда не училась делать что-либо еще. Я знаю, что можно вести себя иначе. Я знаю, что можно делать что-то другое, но я не знаю, как это делать.

Фриц: Скажи это еще раз.

Барбара: Я не знаю, как это делать. Я могу делать что-то другое только когда чувствую, что меня защищают и поддерживают. Тогда я могу это до некоторой степени. Но если я во внешней, холодной ситуации, сама по себе, - я слишком боюсь. И я попадаю в неприятности. Я устраиваю себе неприятности.

Фриц: Да.

Барбара: И тогда я прихожу в бешенство от себя, после того, как я устроила себе неприятности, и тогда я наказываю себя, и наказываю, и наказываю. (Снова шлепает себя по бедру). И этому кажется нет конца, я никогда не буду удовлетворена. (Начинает плакать).

Фриц: Скажи это Барбаре: "Я никогда не буду довольна тобой. Что бы ты ни делала, я буду недовольна."

Барбара: Барбара, я никогда не буду довольна тобой. Что бы ты ни делала, это никогда не может быть достаточно хорошо!

Фриц: Не можешь ли ты сказать то же самое матери или отцу?

Барбара: Мама, неважно, что я делаю или сделала, это никогда не будет достаточно хорошо.

Фриц: Не можешь ли ты также сказать это и ей? "Мама, что бы ты ни делала, это недостаточно хорошо!"

Барбара: М-м, хм. Мама, что бы ты ни делала, это недостаточно хорошо.

Фриц: Скажи ей, что она должна делать.

Барбара: Мама, ты должна постараться узнать меня. Ты не знаешь меня. Я другая, а ты заставляешь меня притворяться… ты знаешь, у меня есть целая личность, специально для тебя. И это не для меня. Я совершенно не тот человек, каким ты меня видишь.

Фриц: Что она ответит?

Барбара: Разумеется я понимаю тебя, ты же моя дочь. Я понимаю все про тебя. И я знаю, что для тебя хорошо!

Фриц: Ответь ей.

Барбара: Мама, ты не знаешь, что хорошо для меня! Твой способ жизни мне не годятся. Он мне не нравится, я не уважаю твое отношение к жизни. Я не считаю его полезным. Я вижу, что твой способ жизни делает тебя одинокой, ты никогда не сходишься с людьми близко. Ты всегда слишком неодобрительна. Ты никого не любишь. Я не хочу быть таким человеком…

Фриц: Скажи ей больше о том, что она должна делать. Каким человеком она должна быть.

Барбара: Ты должна постараться понять, каково другим людям. Они переживают жизнь иначе, чем ты. Неужели ты не можешь хоть разок попробовать узнать, что значит быть кем-нибудь другим?

Фриц: Да. Я хочу, чтобы ты сделала еще один шаг. Поговори с ней в форме императива: " Будь более понимающей," — и т.п.

Барбара: Будь более понимающей…

Фриц: Все императивы.

Барбара: Будь более эмпатичной! Будь более чувствительной! Не защищай себя до такой степени, тебе это не нужно! Не будь такой подозрительной, такой паранойяльной! Не верь в магию, это сумасшествие – верить в магию! Не будь всегда в двойной связке (double bind) (Прим.перев. Термин Грегори Бейтсона), когда ты пытаешcя быть такой хорошей, чуть ли не святой, этаким общественны образцом, матриархом, - и каждую минуту это ненавидишь Не делай этого.

Фриц: Теперь поговори таким образом с Барбарой. Толы императивы.

Барбара: Барбара, не будь беспомощной! Это сумасшествие… м-м… не бойся своих чувств! Ты должна выражать свои дурные чувства. Ты должна стоять за себя! Т должна быть реальной! Не играй в прятки, это дрянная игр (Начинает плакать). Не путайся и не играй в игры, заставлю других жалеть тебя или чувствовать себя виноватыми. И будет неудобно и они уйдут, а это не то, чего ты хочешь.

Фриц: Теперь больше подробностей. Возьми свои императивы и каждый раз давай Барбаре предписания - ч нужно делать, чтобы это выполнить.

Барбара: М-м… не будь подражалой, хамелеоном!

Фриц: Скажи ей, как ей этого достичь - не бы хамелеоном.

Барбара: Выясни, кто ты такая, и кем ты хочешь быть и что ты хочешь делать. Не пытайся найти, кому бы подражать все время. Ты подражала тысячам людей, и куда тебя это привело? Ты по-прежнему чувствуешь себя как пуст скорлупа. Тебе нужно решить, кто ты есть, и что ты хочешь делать!

Фриц: Скажи ей, как она может это сделать.

Барбара (сварливым голосом): Ты знаешь свои собственные вкусы, интересы и ценности. Ты давно уже это знаешь. Они никогда…

Фриц: Расскажи ей в подробностях, каковы ее интерес

Барбара: М-м, тебя интересуют тысячи вещей…

Фриц: Например?

Барбара: Например… ты любишь работать с людьми тебе хорошо, когда ты чувствуешь, что ты полезна, что даешь использовать себя продуктивным образом на пути других людей. Занимайся этим! И выясни, как это делать, чтобы ты чувствовала себя успешной и полезной. Фриц: Продолжай, начни это выяснять. Барбара: Ну, ты должна развить в себе… ты должна делать две вещи. Ты должна делать реальные усилия, чтобы учиться у других людей, которые опытнее и искуснее тебя, и в то же время ты должна быть собой. Ты не можешь подражать Фрицу или Вирджинии Сатир, или д-ру Делчампу, или другим консультантам с последнего семинара, на котором ты побывала. Не делай этого, это плохо! Потому что ты - не они, и ты не можешь делать точно такие же движения, как они, и говорить то, что они говорят, и быть полезной кому-нибудь. Они почувствуют, что ты фальшивишь.

Фриц: Ты упомянула мое имя. Скажи, что я такое? Что моего ты копируешь?

Барбара: Фриц, ты - человек, который работает с людьми и дает им использовать себя. Ты даешь людям использовать себя, чтобы расти.

Фриц: Гм.

Барбара: Я тоже хочу это делать, и я думаю, что то, что ты делаешь, действительно работает… но я не могу изображать Фрица. Это не будет работать, потому что я - не ты, и это было бы просто подражанием.

Фриц: Дай мне посмотреть, как ты подражаешь мне. Сыграй Фрица.

Барбара (смеется) Хорошо. Я буду работать с тобой?

Фриц: Да.

Барбара: Хорошо (смеется). (Длинная пауза) Ты хочешь работать?

Фриц: Да.

Барбара: Ты хочешь, чтобы я работала? С тобой?

Фриц: Да.

Барбара: Я не могу, Фриц. Я не могу работать с тобой.

Фриц: Конечно же, ты можешь.

Барбара: Нет.

Фриц (с огоньком в глазах): Ты - Фриц, ты знаешь все. (Смех) Ты так мудр.

Барбара: Это неправда. Я не знаю всего, и я не так мудра. Работу нужно делать тебе.

Фриц: Хорошо. Я очень стараюсь. Я бы хотел работать, но я не могу. У меня появился блок (бурное веселье при каждом ответе Фрица).

Барбара: Побудь своим блоком.

Фриц: Но я не вижу моего блока.

Барбара: Ты меня не слушаешь.

Фриц: Да-да, я слушаю очень внимательно, я как раз услышал, как ты сказала: "Ты меня не слушаешь".

Барбара: Хорошо, давай попробуем что-нибудь еще. Притворись, что ты где-то там.

Фриц: Там?

Барбара: М-м, гм.

Фриц: Где? Здесь, здесь, или здесь, или здесь? (Указывает на разные места в комнате)

Барбара: Выбери, что хочешь.

Фриц: Выбери за меня.

Барбара: Мне кажется, что ты смеешься надо мной. Может быть, ты пытаешься…

Фриц: Я? Смеюсь над тобой? Как бы я посмел! Ты так знаменит, я таю от почтения. Я бы не посмел смеяться над тобой. Как можно?

Барбара: Давай тогда попробуем что-нибудь. Можешь ли ты станцевать свое почтение ко мне?

Фриц: О да. (Смех) Но я пока не могу. Ты должна дать мне музыку.

Барбара: М-м, попробуй услышать музыку у себя в голове.

Фриц: Но, видишь ли, я немузыкален.

Барбара: Мы все музыкальны.

Фриц: Тебе это удалось! (смех)

Барбара: Я заметила, что чтобы ни происходило, дело возвращается ко мне. Что бы я ни предложила, ты говоришь "нет, сделай это за меня, я не знаю, как это делать."

Фриц: Конечно. Если бы я не был таким неспособным, я бы не был здесь. Это моя болезнь, разве ты не видишь?

Барбара: Поговори со своей болезнью.

Фриц: Но моей болезни здесь нет. Как я могу говорить со своей болезнью? И даже если бы я мог ей что-то сказать, болезнь не стала бы меня слушать, потому что в этом и состоит болезнь.

Барбара: Я буду слушать. Получил ли ты свою болезнь от кого-то?

Фриц (медленно) Да.

Барбара: От кого?

Фриц: От Зигмунда Фрейда. (В этот момент в группе слышно много смеха).

Барбара: Мне кажется, что Зигмунда здесь нет, он…

Фриц: Но за семь лет я заразился.

Барбара (хихикая): О, у меня на три года больше, потому что я провела с аналитиком десять лет. Не говори мне, как это плохо! Можешь ли ты поговорить с Зигмундом?

Фриц: О нет, не могу. Он мертв.

Барбара: Ты изменился. Впервые ты ускользаешь. Что ты сознаешь сейчас?

Фриц (сдержанно): Большую печаль, что Фрейд умер, прежде чем я действительно мог поговорить с ним как человек с человеком.

Барбара (мягко): Я полагаю, ты все же можешь поговорить с ним. Не хочешь ли ты это сделать?

Фриц: Угу.

Барбара: Хорошо. (Пауза) Я бы хотела послушать.

Фриц: Теперь я завяз. Мне хотелось бы сделать это. Мне бы хотелось быть твоим пациентом в этой ситуации, и… (говоря очень медленно). Профессор Фрейд… великий человек… но очень больной… вы не можете никому позволить к себе прикоснуться. Вы получили возможность говорить, как обстоит дело, и каждое ваше слово - святое писание. Я хотел бы, чтобы вы меня послушали. В определенном смысле я знаю больше, чем вы. Вы разрешили вопрос о неврозе. И вот теперь я здесь… простой гражданин… милостью Божьей обнаруживший простой секрет, что то, что есть - есть. Даже не я это открыл. Это открыла Гертруда Стайн. Я только копирую ее. Нет, "копирую" - это неправильно. Я обрел тот же способ жизни, думания, как она. Не как интеллектуал, но как человек-растение, человек-животное. Именно здесь вы были слепы. Вы морализировали и защищали секс, вырывая его из контекста жизни. И вы упустили жизнь.

В комнате несколько мгновений стоит тишина. Затем Фриц поворачивается к Барбаре:

Твоя копия Фрица была недурна (Целует Барбару). Ты нечто для меня сделала.



Страница сформирована за 1.48 сек
SQL запросов: 190