АСПСП

Цитата момента



Если вы крадете у современников, вас обругают за плагиат, а если у древних - похвалят за эрудицию.
Чарлз Калеб Колтон

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Как только вам дарят любовь, вы так же, как в ваших фальшивых дружбах, обращаете свободного и любящего в слугу и раба, присвоив себе право обижаться.

Антуан де Сент-Экзюпери. «Цитадель»

Читайте далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d3354/
Мещера
1.50. Клиентка пишет слова справа налево и вверх ногами: исследование работы левого и правого полушарий мозга с помощью словесных ассоциаций; формирование установки на обучение как сущность метода Эриксона

Эриксон: Почему Вы взяли только один карандаш?

Клиентка: С двумя у меня будет уж слишком глупый вид. Я буду походить на фокусника. (Держит два карандаша) Мне кажется, что я писала ими двумя одновременно.

Эриксон: А откуда у Вас такая уверенность?

Клиентка: Сама не знаю. Ведь это невозможно!

Финк: Невероятно!

Клиентка: Я просто ошеломлена!

Эриксон: А какие именно слова Вы написали одновременно?

Клиентка: Что Вы пытаетесь меня запутать? (Показывает два слова)

Эриксон: Вы и правы, и неправы.

Клиентка: Совершенно убийственное высказывание.

Эриксон: Вы правы. Ну, а если бы мне нужно было выяснить эти слова и у меня в каждой руке было по карандашу, что бы Вы мне посоветовали?

Клиентка: Попробовать написать что-нибудь? Вы что, издеваетесь надо мной? Вы когда-нибудь видели, чтобы я писала двумя руками?

Финк: Да!

Эриксон: Давайте же попробуем шутки ради: кладите эту руку сюда, а эту – туда – и попытайтесь повторить то, что здесь написано.

Клиентка: Нет, честное слово, Вы шутите. Не будете же Вы заставлять меня это сделать во второй раз.

Эриксон: Буду-буду. Я думаю, Вам понравится. Вперед. Другую руку тоже кладите на бумагу.

Клиентка: Вы что, в самом деле? Вторая рука даже не шевелится. Я такого еще не видела. Я даже забыла, как писать.

Эриксон: Так, конечно, у Вас тут черт ногу сломит.

Клиентка: Я должна в этом разобраться. Что же это такое получается?

Эриксон: Теперь остановитесь и посмотрите на то, что Вы написали.

Клиентка: Я пишу слова справа налево.

Эриксон: Совершенно верно. Вы одновременно пишете двумя руками – правой слева направо, а левой – справа налево. Что Вы об этом думаете?

Клиентка: Это выше моего понимания!

Эриксон: Смотрите – сейчас буквы написаны нормально. А можно их написать вверх ногами – если перевернуть лист бумаги и посмотреть его на просвет, Вы увидите именно такие буквы. Это слово написано и справа налево, и вверх ногами.

Клиентка: Кажется, я закончила!

Эриксон: Несомненно. Теперь Вы умеете писать по-всякому: и справа налево, и вверх ногами, и, кстати, Вы сразу определите, что это писали именно Вы!

Клиентка: Конечно! У кого еще получится такая путаница!

Эриксон: Если приглядеться, то можно прочитать слово "январь".

Клиентка: Боже ты мой!

Эриксон: Ну, теперь это совершенно очевидно, правда?

Клиентка: Поразительно!

Эриксон: Клиентка действительно писала обеими руками одновременно.

Росси: Мне кажется, что Вы заставляете ее писать всеми этими необычными способами для того, чтобы она сделала нечто необыкновенное, то, что она никогда не делала прежде. При этом формулируется установка на новое обучение. Это так? Неужели она смогла выполнить Ваше задание и писала слова справа налево и вверх ногами?

Эриксон: Попробуйте сами!

Росси: Невероятно! У меня не получается. (Он пытается написать буквы – A, X, R – справа налево и вверх ногами.) Потрясающе! Кстати, а само "произведение" клиентки сохранилось?

Эриксон: Нет.

Росси: Очень жаль. (Росси делает очередную попытку написать буквы новым способом и потешается над своей неловкостью.)

Эриксон: По-моему, Вы переоцениваете мою наивность. (Наверное, Эриксон имеет в виду то, что сейчас он намеренно формирует у Росси установку на новое обучение, а тот этого даже не осознает.)

Росси: Это я-то считаю Вас наивным? Обо мне так тоже говорят. Печатными буквами у меня получается лучше.

Эриксон: А как Вы учились писать – сначала печатными буквами?

Росси: По-моему, да. Итак – главной задачей всех этих экзерсисов с написанием слов является формирование установки на новое обучение. При этом у пациента возникают совершенно новые цепочки ассоциаций, которые помогают ему в этом.

Эриксон: Но сами-то ассоциации уже существуют!…

Росси: Вы используете уже имеющиеся паттерны обучения. Но для того, чтобы их активизировать, Вы даете клиентке такие задания, которые заставляют ее отказаться от привычного способа письма и овладеть новыми, совершенно необычными навыками. И это становится своеобразной метафорой для того, чтобы указать клиентке какие-то новые пути для решения ее собственных проблем. Вы со мной согласны?

Эриксон: Гм.

Росси: Обычно во время сеанса гипнотерапии врач старается усилить любое внутреннее изменение пациента. Вы добиваетесь этого тем, что озадачиваете пациента головоломками и ему в голову приходят всякие неординарные мысли – пациент начинает видеть свои проблемы под другим углом зрения! Это так?

Эриксон: (Кивает утвердительно.) Вы знакомы с ассоциативным тестом Кента-Розанова? (И Эриксон начинает рассказывать, как его пациенты записывали свои ассоциации одновременно обеими руками, как они потом в устной беседе сообщали ему свои ассоциации – и эти ассоциации явно разделялись на "правополушарные" и "левополушарные". Эти исследования Эриксон проводил задолго до Спэрри. Существовала стандартная методика использования теста Кента-Розанова, и все были просто шокированы, когда Эриксон ввел свое "двустороннее" ассоциативное письмо.) У меня были сплошные неприятности в Вочестере (где Эриксон прошел путь от младшего врача до главного психиатра в период между 1930 и 1934 годами), потому что я все делал не так, как другие, и шел своим – единственно правильным путем! Росси: Шок был совершенно напрасен, потому что Ваши исследования "лево-" и "правополушарных" ассоциаций были предтечей классического труда Спэрри, посвященного работе полушарий головного мозга.

Эриксон: Конечно. Я учу клиентку таким вещам, которые бы она смогла сделать, вовсе не задумываясь над тем, сможет ли она с этим справиться. Именно это так ее и поражает ("Это выше моего понимания!" и "Поразительно!"); именно это помогает ей ассимилировать "трансовый" опыт.

Росси: И хотя клиентка ничего не помнит, именно он "трансовый" опыт – помог ей ослабить ее страхи. Но прежде чем окончить сеанс, Вы хотели бы удостовериться, что у клиентки полностью сформировалась установка на восприятие новой "трансовой" информации.

Эриксон: Да, на тотальное обучение.

Росси: И опять же – Вы не проводите постгипнотическое внушение и не призываете ее прямо к обучению и развитию; Вы вызываете установку на новое обучение, опираясь на скрытые способности самой клиентки. И Вы тем самым доказываете ей, что она может научиться многому, даже не зная, есть ли у нее к тому способности.

Вот то новое, что содержится в Вашем способе гипнотерапии: Вы вызываете определенную ментальную установку (по-другому, Вы активизируете процессы обучения), не сообщая пациенту о своих истинных намерениях. И в самом деле, сущностью Вашего метода является формирование таких ментальных установок, которые проводят соответствующую внутреннюю работу в соответствующее время. Вы стараетесь распространить принцип обучения на все: поскольку люди часто боятся новых ситуаций, Вы помогаете им использовать успешные результаты предшествующего обучения применительно к новым обстоятельствам.

Эриксон: (Эриксон приводит очередной колоритный пример обучающей ситуации: на этот раз он вспоминает, как жил на ферме и там объезжал лошадей. Так вот, оказывается, когда их объезжают, то необученную лошадь привязывают с двух сторон к обученным; а так как последние уже знают, как надо идти, то необученная лошадь учится всему просто автоматически!)

Росси: Послушайте, довольно говорить о лошадях. Неужели Вам не хватает людей? Хотя, конечно, Вас оправдывает то обстоятельство, что Вы и в самом деле изучали свой метод не в современной лаборатории, а на ферме.

1.51. Восьмой "визит" Февральского человека: как использовать отвлекающие маневры для того, чтобы ослабить сопротивление пациента и вновь погрузить его в транс; спонтанная возрастная регрессия к настоящему моменту времени; сомнамбулическое "трансовое" обучение

Эриксон: Как Вы считаете, можно Вас загипнотизировать?

Клиентка: Только не сейчас. Я совсем проснулась.

Эриксон: Вам бы хотелось всегда так делать (Показывает клиентке ее записи)?

Клиентка: Нет, не сказала бы. Сейчас точно не хочу. Это так необычно.

Эриксон: А как Вы обычно находите пульс? (Эриксон тянется к ее руке, как будто собирается найти пульс.)

Клиентка: Вы нашли его. Теперь считайте.

Эриксон: (Здоровается с клиенткой за руку) Привет.

Клиентка: Привет.

Эриксон: Какой сейчас месяц?

Клиентка: Февраль.

Эриксон: А какой год?

Клиентка: 1943-й.

Эриксон: А кто я?

Клиентка: Февральский человек.

Эриксон: Все очень просто, правда? Мы с вами всегда так здороваемся, верно? Это может произойти в любой момент, в любом месте – но только со мной Вы здороваетесь таким образом. И для этого есть вполне законное объяснение. А когда-нибудь мы опять пожмем друг другу руки – ну, скажем, 30 марта 1945 года. Вы не против?

Клиентка: Нет, конечно.

Эриксон: Решено. И я очень хочу, чтобы 30 марта 1945 года Вы во всем бы остались такой же, как сейчас. Я могу теперь попрощаться?

Эриксон: "А как Вы обычно находите пульс?"

Росси: Для чего Вы задаете свой вопрос именно теперь, когда клиентка начисто исключает возможность гипноза, так как "совсем проснулась"?

Эриксон: Мой вопрос: "А Вам бы хотелось всегда так делать?" – имеет смысл: "А Вам бы не хотелось всегда уметь делать то, что Вы делаете в состоянии транса?" Клиентка отвечает: "Это так необычно". Что ж, пусть будет необычно. А потом я пытаюсь нащупать у нее пульс.

Росси: Это я вижу. Когда Вы про него спрашиваете, Вы на полном основании можете прикоснуться к руке клиентки и сделать вид, что пытаетесь сосчитать пульс. И вполне естественно, что она удивляется, когда вместо этого Вы пожимаете ей руку, вслед за этим погружаете ее в транс и начинаете очередной – восьмой – "визит" Февральского человека. Все происходит так быстро, что она не успевает оказать Вам никакого сопротивления.

[В 1987] Вполне вероятно, что Эриксон расценил заявление клиентки о том, что она "совсем проснулась" как ее протест против его воли. Именно поэтому он и использовал отвлекающий маневр с пульсом – для того, чтобы пожать клиентке руку и как можно скорее начать наведение нового транса. Необходимо было продемонстрировать подсознанию, что гипнотическое состояние непосредственно вытекает из этого ключевого рукопожатия. Для того, чтобы подкрепить этот последний транс и повысить значимость факта рукопожатия, Эриксон обращается к прямому постгипнотическому внушению: "Мы с вами всегда так здороваемся, верно? Это может произойти в любой момент, в любом месте – но только со мной Вы здороваетесь таким образом. И для этого есть вполне законное объяснение." Эриксон придает слову "законность" определенный этический смысл, и тем самым успокаивает подсознание клиентки насчет того, что оно останется "в целости и сохранности".

Бросается в глаза то, что на этот раз Эриксон очень неожиданно прерывает свой "визит". Он нигде не просит клиентку проснуться. Одну из его последних фраз "Когда-нибудь мы опять пожмем друг другу руки ну, скажем 30 марта 1945 года" – можно с полным основанием отнести к постгипнотическому внушению. К нему же относятся и заключительные слова Эриксона: "И я очень хочу, чтобы 30 марта 1945 года Вы во всем остались такой же, как сейчас".

Совершенно очевидно, что эти постгипнотические внушения должны завершить гипнотерапевтический сеанс, хотя в явном виде клиентке нигде не предлагается проснуться. С другой стороны, именно по этой причине она продолжит находиться в трансе вплоть до следующего рукопожатия Эриксона, только ориентирована она теперь на "нормальную" календарную дату – 30 марта 1945 года. К этому времени она все еще останется "такой же, как и сейчас". Транс, в котором пациент переориентирован на истинное время, называется сомнамбулическим трансом: хотя клиентка вовсе не спит и ведет себя совершенно нормально, ее тесная "трансовая" связь с Эриксоном сохраняется. Поэтому те гипнотерапевтические процессы, которые первоначально активизировал Эриксон, продолжают свое дальнейшее развитие на многих уровнях, но теперь уже автономно. Так пациенты учатся приобретать опыт сомнамбулического транса. И заканчивает Эриксон свой восьмой "визит" вопросом, который фактически является прямым внушением: "Я могу теперь попрощаться".

1.52. Как сохранить "трансовые" взаимоотношения в состоянии бодрствования; два уровня сообщений; структурированная амнезия; ратификация транса через временные искажения

Эриксон: (Следует обычное рукопожатие) Как поживаете?

Клиентка: Нормально.

Эриксон: Вы меня помните?

Клиентка: Да.

Эриксон: Как меня зовут?

Клиентка: Да у Вас целая дюжина имен.

Эриксон: И какие это имена?

Клиентка: Звучит очень глупо! Февральский человек!

Эриксон: Понимаете ли, я ведь небольшого роста, а февраль самый короткий месяц в году.

Клиентка: О, Господи!

Эриксон: Кстати, мне очень понравилось встречаться с Вами. Вы провели колоссальную работу, но она была проделана целиком в Ваших интересах и для Вашей же пользы. Поэтому время пролетело так быстро. А сейчас, я думаю, самое время для того, чтобы вернуть Вас в больницу.

Росси: [В 1987] Ставшее уже обычным рукопожатие приводит клиентку к настоящему времени, хотя она не теряет тесной "трансовой" связи с Эриксоном. Эриксон зондирует обстановку: "Вы меня помните?" и "Как меня зовут?" Клиентка отвечает несколько расплывчато: "У Вас целая дюжина имен", но все-таки потом уточняет: "Звучит ужасно глупо! Февральский человек!" Здесь можно уловить по крайней мере два уровня реагирования. На нормальном уровне бодрствующего сознания это имя звучит "ужасно глупо," потому что у клиентки наблюдается ярко выраженная амнезия и она не помнит своих встреч с Февральским человеком. С другой стороны, она все-таки упоминает имя Февральского человека, и следовательно, по отношению к Эриксону ответ звучит еще и на другом – "трансовом" – уровне. В ответном каламбуре Эриксона присутствует несомненная "кривая логика", которая удовлетворяет этим двум уровням реагирования. Правда, саму фразу: "Я не слишком высокого роста, а февраль – самый короткий месяц в году", – назвать каламбуром можно только с большой натяжкой, и потому вздох клиентки: "О, Господи!" – отвечает ее нормальной сознательной реакции на так называемый каламбур. С другой стороны – на "трансовом" уровне – Эриксон говорит ей: да, я связан с Февральским человеком совершенно особым образом, и по этой причине в наших "трансовых" взаимоотношениях буду выступать как Февральский человек.

Этот последний "каламбур" и реакция на него клиентки продолжает линию всех тех необычных игр, головоломок, шуток и затруднительных ситуаций, которые в начале сеанса Эриксон вставлял на каждом шагу. Как и они, этот каламбур вызывает структурированную амнезию, которую сменяет гипнотическая амнезия в отношении всего, что связано с Февральским человеком; именно это позволяет клиентке обрести свою истинную индивидуальность при сознательных взаимоотношениях с Эриксоном.

Поскольку в ответах клиентки можно уловить два уровня (один – уровень нормального бодрствующего сознания, и другой – уровень ее новых "трансовых" гипнотерапевтических отношений с Эриксоном), то Эриксон в своей заключительной речи обращается только к сознанию: "Вы проделали колоссальную работу, но она была проведена целиком в Ваших же интересах и для Вашей же пользы. Поэтому время пролетело так быстро" (здесь временные искажения ратифицируют транс).

Своей финальной фразой: "А сейчас, я думаю, самое время для того, чтобы вернуть Вас в больницу" Эриксон возвращает клиентку к ее обычной роли медсестры. Вся ее практическая деятельность будет протекать как обычно. Но кроме того и одновременно с этим, на несколько ином уровне будут продолжаться и развиваться гипнотерапевтические отношения с Февральским человеком. Можно предположить, что в то время, как клиентка живет совершенно обыденной жизнью – та внутренняя работа, которая началась во время "визитов" Февральского человека, продолжается где-то на подсознательном уровне.

Итак, закончился первый гипнотерапевтический сеанс, проведенный Эриксоном. Длился он около двух часов и включил в себя восемь "визитов" Февральского человека. Следующий сеанс – второй будет примерно через два месяца, и главной его задачей будет закрепление и углубление тех результатов, которые были достигнуты в первом сеансе.

Сеанс II

МНОЖЕСТВЕННЫЕ УРОВНИ ОБЩЕНИЯ И СУЩЕСТВОВАНИЯ

2.0. Два уровня ответов – два уровня существования: как замешательство и внутренний конфликт указывают на возникновение нового и на множественные уровни существования

Финк: Как Вы считаете, мы вправе предъявить доктору Эриксону Ваши претензии? – Она говорит, что ничему не научилась.

Эриксон: А цветов-то сегодня нет.

Клиентка: Да, цветов нет.

Эриксон: А есть ли здесь что-нибудь, что Вам не нравится?

Клиентка: Вроде нет.

Эриксон: Получается, что Вы ничему не научились? Что Вы имеете в виду?

Клиентка: Мне казалось, что я узнаю что-то новое из области психиатрии и психологии, но этого не случилось.

Эриксон: Вы так в этом уверены?

Клиентка: Не совсем.

Финк: Я уже спрашивал ее насчет этого. Я думаю, она не в состоянии переубедить даже самое себя.

Эриксон: Почему так? Может быть, Вы все-таки считаете, что научились хоть чему нибудь?

Клиентка: Опять начинается. Я хочу сказать "нет", а говорю "да". Но ведь невозможно иметь одновременно два разных мнения. Или у Вас это получается?

Эриксон: Так все же: узнали ли Вы что-нибудь новое?

Клиентка: Да. Я полагаю, что именно это я и сделала. Получается, что человек может в одно и то же время думать о совершенно противоположных вещах.

Эриксон: Клиентка получила некую информацию на подсознательном уровне и пока еще не осознала ее.

Росси: Да-да. Вы проводите второй сеанс спустя два месяца после первого, и совершенно очевидно, что мисс С. начисто забыла, как Вы "навещали" ее в роли Февральского человека. Ее сознание, которое "жалуется" на то, что не обучилась ничему новому, "хочет сказать нет", но что-то внутри клиентки протестует и "говорит "да". Поэтому совершенно очевидно, что в клиентке сосуществуют два уровня или два совершенно противоположных принципа реагирования.

Это сплошь и рядом случается в повседневной жизни, и обычно человек переживает это как конфликтную ситуацию. Но чем совершенно поверхностно оценивать свои ощущения как внутренний конфликт, гораздо правильней понять свои колебания в смысле настройки на различные уровни существования. Ведь на самом деле наше замешательство и возникший конфликт говорят лишь о том, что где-то глубоко в подсознании спонтанно возникли какие-то новые представления о жизни, и теперь они взаимодействуют (а, возможно, и вступают в противоречие) со старыми представлениями, отношениями и прежним самосознанием.

2.1. Каким образом незнание указывает на амнезию "трансовых свиданий" с Февральским человеком

Эриксон: Мне бы хотелось узнать, знали ли Вы о цели Вашего прихода сюда.

Клиентка: Мне сказал доктор Финк.

Эриксон: А других причин у Вас не было?

Клиентка: Были. Я хотела встретиться с Вами, чтобы увидеть все своими глазами.

Эриксон: Что – все?

Клиентка: Гипноз.

Эриксон: А Вас когда-нибудь гипнотизировали?

Клиентка: Да.

Эриксон: И кто?

Клиентка: Доктор Финк и, кажется, мисс Джонс.

Эриксон: А еще кто-нибудь гипнотизировал?

Клиентка: Нет.

Эриксон: И что Вы думаете о гипнозе?

Клиентка: Что это очень хорошая вещь.

Эриксон: А Вам бы хотелось, чтобы Вас сейчас загипнотизировали?

Клиентка: Конечно.

Эриксон: А зачем Вам это нужно?

Клиентка: Да просто, чтобы узнать что-нибудь новое.

Эриксон: И Вы на самом деле этого хотите?

Клиентка: Да.

Эриксон: А можно мне Вас загипнотизировать?

Клиентка: Не знаю.

Эриксон: Может быть, Вы хотите сказать что-нибудь еще?

Клиентка: Я хочу этого. Но сама не знаю почему.

Росси: Ответы клиентки совершенно четко указывают на полную "сознательную" амнезию предыдущего сеанса. Интересно, это проходит потому, что она исключительно хорошо поддается гипнозу или ей просто необходима дальнейшая терапия?

Эриксон: Да нет, если уж Вы начали курс лечения, Вы постепенно становитесь самим собой.

Росси: Последний ответ клиентки: "Я хочу этого. Но сама не знаю почему" – тоже совершенно отчетливо демонстрирует амнезию предшествующего транса.

Эриксон: Правильно.

2.2. Наведение транса с привлечением движений рук и неявных указаний: использование "скрытого наблюдателя"; "трансовый" самоконтроль; сигналы, которые подает пациент из "глубины транса"

Эриксон: Ну и как мне Вас гипнотизировать?

Клиентка: Давайте подумаем. Существует ведь много способов, правда? Когда доктор Финк гипнотизировал меня в первый раз, я сидела с поднятыми руками.

Эриксон: (Поднимает руку клиентки) А сейчас Вы можете заснуть?

Клиентка: Наверное, да.

Эриксон: А Вам этого хочется?

Клиентка: Да.

Эриксон: Тогда начнем. Вы начинаете засыпать. Вы закрываете глаза и начинаете засыпать глубоким-глубоким сном. Устраивайтесь поудобнее. Устройтесь поудобнее и постарайтесь получить удовольствие от своего сна. Вы совершенно расслабились. Вы расслабились, Вам удобно сидеть и Вы спите очень-очень крепко. У Вас глубокий и крепкий сон. Вы крепко-крепко спите. А чтобы я узнал, что Вы спите глубоким сном, Ваша левая рука сейчас медленно поднимется вверх. Но только сделайте это именно тогда, когда будете крепко спать. А чтобы я понял, когда Вы последуете моему указанию и заснете крепким сном, которому ничто не мешает, Ваша правая рука тоже может подняться вверх. А сейчас Вы уже подняли левую руку, чтобы показать, как глубок и спокоен Ваш сон. А теперь поднимается Ваша правая рука – чтобы дать мне знать, что Ваш сон не прервется. Все хорошо, правда? Вам удобно? Вас все устраивает? Хорошо. А теперь опустите руки. Расслабьте их и устраивайтесь поудобнее. Я могу говорить вслух сам с собой или с кем-нибудь еще, и это Вас совсем не тревожит, верно? (Клиентка кивает, а Эриксон повторяет доктору Финку движения ее рук.) Смотрите – сначала поднимается левая рука, затем – правая. А потом я говорю ей, чтобы она опустила руки. Так как левая рука поднималась первой, она и опускается первой – а вслед за ней и правая рука. (Обращается к клиентке) Я с кем-нибудь разговаривал?

Клиентка: Да.

Эриксон: И Вы обратили на это внимание?

Клиентка: Да.

Эриксон: Вам понравилось то, что я сказал? Каждому человеку нравится, когда он что-то делает хорошо. Этому стоит поучиться, правда? Вам это было известно? Вы согласны научиться этому, даже если это будет непросто? Мы давно с Вами не виделись, верно? (Пациентка кивает.) Прошло много времени – недели, месяцы. Я не ошибаюсь? А Вы можете мне точно сказать, как давно это было? Очень давно, так ведь? А какой сейчас день?

Клиентка: Воскресенье.

Эриксон: А какой месяц?

Клиентка: Июнь.

Эриксон: А год?

Клиентка: 1945-й. (Мисс С. вполне ориентируется во времени.)

Эриксон: …Мистер А. и мистер В. в закрытой комнате спорят на какую-то тему. Сколько человек в комнате? Бетти (жена Эриксона) быстро ответила: "Шесть: мистер А; тот человек, которым себя считает мистер А; тот человек, о котором мистер В. думает, что он мистер А.; то же самое в отношении мистера В." Я подготавливаю клиентку к такому пониманию, задавая ей свои вопросы "Я с кем-нибудь разговаривал?" и "Вы обратили на что-нибудь внимание?" Надо сказать, что она отвечает утвердительно. Я ненавязчиво учу ее не на все обращать внимание.

Росси: То есть,Вы советуете ей пренебречь определенной информацией на сознательном уровне с тем, чтобы принять ее на подсознательном?

Эриксон: Да. Это то, что Хилгард называет "скрытым наблюдателем". Я совершенно намеренно обращаюсь здесь к этому явлению.

Росси: Давайте подведем итог. Вы, как обычно, используете свой любимый прием с поднятием рук при наведении транса. Сначала следует обычная формула внушения: "Засыпайте. Расслабьтесь. Чувствуйте себя удобно", – а затем, чтобы клиентка смогла дать Вам знать, заснула ли она по-настоящему, Вы даете ей скрытое указание: "А чтобы я узнал, что Вы спите глубоким сном, Ваша левая рука сейчас медленно поднимается вверх". Чуть позже Вы дополняете эту директиву другой: чтобы клиентка показала Вам, когда она "заснет крепким сном, которому ничто не мешает", она должна поднять свою правую руку. Она выполняет Вашу просьбу и кивает в ответ на Ваш вопрос-утверждение: "Мы давно с Вами не виделись, правда?" Она уже явно погрузилась в транс, и теперь можно начать работу с возрастной регрессией: "Прошло много времени – недели, месяцы. Я не ошибаюсь? А Вы мне можете точно сказать, как давно это было?" Вы, конечно, надеялись, что клиентка вернется ко времени Вашего последнего "визита" в образе Февральского человека, а затем Вы перенесете Вашу встречу на несколько месяцев вперед – к моменту второго сеанса. Но не тут-то было – из ответа клиентки следует, что она ощущает себя в реальном времени – возрастная регрессия никак себя не проявила. Может быть, это случилось потому, что со времени первого сеанса минуло два месяца, и клиентке требуется больше времени для того, чтобы восстановить свой "трансовый" опыт работы с возрастной регрессией.

Эриксон: Да нет, клиентка сама собой управляет.

Росси: Что Вы под этим понимаете?

Эриксон: Она начинает осознавать, что спит, а я, в свою очередь, разрешаю ей знать о том, что она будет спать долго-долго и и ничто ее не побеспокоит.

Росси: То есть перед нами стадия "трансового" самоконтроля, которая по времени предшествует возрастной регрессии?

Эриксон: Да. Она должна управлять собой для того, чтобы определить, в каком времени она находится. Она может себя контролировать…

Росси: …для возрастной регрессии per se. Милтон, Вы можете еще что-нибудь добавить? Получается, что пациент как бы со стороны наблюдает свое погружение в транс? Он сам управляет гипнотическим процессом?

Эриксон: Не будете же Вы останавливаться на середине пути. Неужели Вам будет достаточно двух третей или трех четвертей? Восьмидесяти процентов? Клиентка должна знать, как "далек и долог" наш путь. А самоконтроль необходим для того, чтобы она была уверена в том, что полностью отвечает на вопросы.

Росси: Как Вы считаете, такой самоконтроль всегда присутствует, когда пациент находится в трансе?

Эриксон: Нет, только когда он должен выполнить мое указание.

Росси: Когда Вы ставите перед пациентом новое условие, он сам начинает Вам помогать, да?

Эриксон: Клиентка должна понять, насколько глубок ее транс. А вот когда она окончательно погрузится в него – она сможет совершить определенные действия.



Страница сформирована за 0.7 сек
SQL запросов: 191