АСПСП

Цитата момента



Тот, кто работает с утра до вечера, обычно не имеет времени зарабатывать большие деньги.
Подумаю об этом, когда будет время

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Расовое и национальное неприятие имеет в основе своей ошибку генетической программы, рассчитанной на другой случай, - видовые и подвидовые различия. Расизм - это ошибка программы. Значит, слушать расиста нечего. Он говорит и действует, находясь в упоительной власти всезнающего наперед, но ошибающегося инстинкта. Спорить с ним бесполезно: инстинкт логики не признает.

Владимир Дольник. «Такое долгое, никем не понятое детство»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d4330/
Мещера-2009

Каталепсия как феномен сегментацииc "Каталепсия как феномен сегментации"

Вы можете обнаружить, что происходит с вашей рукой через локоть, затем через запястье.

(Пауза)

Вы видите, что произошло.

Сначала у всей левой руки была предельная подвижность,

затем стала меньше в локте,

затем, наконец, растущая неподвижность вниз к запястью,

и затем, наконец, пальцы.

Так что ваша рука замирала по частям.

(Пауза)

Теперь что, по-вашему, вы сделаете дальше?

Э: У всех пациентов есть собственные паттерны переживания гипнотических явлений по сегментам. Неважно, чтобы она знала, как она это делает, но такого рода описание позволяет мне оставаться с ней. Очень важно оставаться со своим пациентом.

Р: Так что это было косвенное наведение транса просто путем утверждения, что что-то происходит с ее левой рукой. То, что происходило, было постепенно распространяющейся неподвижностью (каталепсия) и онемением (анестезия). Эти реакции значительно индвидуализированы, и значительная часть искусства терапевта состоит в том, чтобы видеть их спонтанное проявление. Установив наличие этих гипнотических явлений, вы заканчиваете еще одним вопросом: “Что, по-вашему, вы сделаете дальше?”. Этот вопрос готовит место для еще одного открытого исследования любых других гипнотических явлений, которые она, может быть, готова испытать.

Вопрос, начинающий диссоциацию

Можете понять, что происходит?

С: Я в этот момент чувствую себя немного странно.

Э: Вы (Р.), вероятно, поняли, что сейчас произойдет. (Обращаясь к С.) Конечно, вы сознаете, что не совсем проснулись.

Э: Если она должна “понять, что происходит”, — это подтверждает, что что-то происходит.

Р: Она реагирует на ваш вопрос дальнейшей диссоциацией, на которую указывает это “странное” ощущение.

Р: Эти два ощущения катапультируют ее в транс тем, что вызывают сомнения по поводу ее психического состояния.

Э: Да.

Обусловленное внушение

С: Ничего, если я опущу руку?

Э: Тогда у вас глаза закроются.

(Пауза)

Р: Это еще одно обусловленное внушение: вы ассоциируете внушенное вами поведение (“у вас глаза закроются”) с неизбежным поведением, которое вот-вот проявится (она опустит руку). Ваше внушение едет на закорках у собственной мотивации пациента. Вы используете ее желание сделать одно, для того чтобы она приняла другое внушение, которое поддержит транс.

Завершение и ратификация транса

Я хочу, чтобы вашим рукам было очень комфортно,

и тогда вы можете проснуться с ощущением комфорта,

и вы можете проснуться только после того, как откроете глаза.

[Обращаясь к Р.] И каким бы ни было состояние транса, если у них глаза были открыты, вы говорите им сначала закрыть глаза и только потом открыть их, чтобы пробудиться. За этим стоит опыт всей жизни.

(С. пробуждается и меняет положение тела, немного потянувшись, прикоснувшись к своему лицу, поправив волосы, одернув юбку.)

Э: Ну, и как вы себя сегодня чувствуете?

С: Отлично.

Э: Устали?

С: Нет, прекрасно.

Э: Теперь, когда вы не в трансе, поднимите руку в то же самое неловкое положение и посмотрите, как она устает.

(С. поднимает руку и вскоре признает, что она начала уставать.)

Э: Нужно, чтобы они закрывали глаза, потому что опыт целой жизни стоит за тем, что глаза должны быть закрыты, перед тем как проснуться.

Р: Вновь вы используете привычный встроенный механизм для своих целей. Какие у вас с этим были случаи? Кто-нибудь когда-нибудь уходил из вашего офиса в трансе? Как долго вы оставляли людей в трансе?

Э: Люди выходили из офиса и затем возвращались обратно и говорили: “Вы бы меня лучше разбудили”. (Тут доктор Эриксон рассказывает несколько случаев, когда он позволил особенно компетентным гипнотическим субъектам оставаться в трансе так долго, как им было нужно, чтобы решить конкретную проблему — в одном случае даже в течение двух недель. Они продолжали свою нормальную повседневную деятельность, причем никто не заметил их состояния транса. Цель транса была в том, чтобы позволить им продолжать прорабатывать некоторую внутреннюю проблему.)

Р: Вы ратифицируете транс, заставляя ее, “пока она не в трансе, поднять руку в том же самом неловком положении и посмотреть, как она устает”. Это, конечно, указание, которое содержит сильное внушение, что ее рука устанет. Поскольку рука сильнее устает, когда она не в трансе, это ратифицирует то, что она была в трансе прежде.

Замешательство в динамике наведения трансаc "Замешательство в динамике наведения транса"

Р: Вы говорили прежде, что почти во всех ваших техниках наведение замешательства — это то, что разрывает их ощущение реальности. Оно разрывает их связь с нормальным состоянием бодрствования?

Э: Да, ведь обычно знаешь, что к чему, о себе и о другом человеке. Когда вы в замешательстве, то внезапно начинаете беспокоиться, кто вы такой, и другой человек начинает исчезать.

Р: Замешательство — это задвижка, которая открывает вход в транс?

Э: Да, если вы не уверены по поводу себя, вы не можете быть уверенным по поводу чего-либо еще.

Р: Фактически, они получают большую часть своего чувства реальности от вас, и если вы зароните в них сомнения..?

Э: В конце концов, оно заставит их усомниться в реальности всего в целом. Если вы чувствуете неуверенность в связи с чем-то, вы этого чего-то обычно избегаете.

Р: Я понял! Они начинают уходить от реальности, если они в ней не уверены.

Э: Совершенно верно! Они не знают, что она [реальность] такое.

Р: Если вы затем добавите к этому внушение приятной внутренней реальности, они охотно переходят к ней.

Э: Все лучше, чем это состояние сомнения.

Р: Особенно, если вы в первом ряду зрительного зала и все на вас смотрят.

Э: Хочется выбраться из этой ситуации, но идти некуда, кроме как в транс.

Р: Вот почему гипноз так хорошо работает перед аудиторией. Именно там эстрадные гипнотизеры получают хороший рычаг.

Э: Да, они просто пользуются этим и сознательно усиливают неприятное ощущение своей агрессивной манерой и применением различных трюков. Они сделают что угодно, чтобы убежать от этого. (Эриксон приводит пример того, как он создавал неприятные ситуации, чтобы “катапультировать” пациента в транс. Некоторые из них описаны в статье Росси (Rossi, 1973) “Психологический шок и творческие моменты в психотерапии”.)

Р: Это замешательство составляет основу многих ваших невербальных пантомимических техник?

Э: Совершенно верно.

Р: На этом основана ваша манера смотреть сквозь субъекта. Это все способы вывести субъекта из равновесия, способы заставить его усомниться в себе.

Э: Они начинают удивляться, но не знают, чему они удивляются, — это очень запутывает!

Р: Даже в чем-то таком простом, как фиксация взгляда: вы фокусируетесь на одной точке, но, если вы по-прежнему будете фокусироваться на ней, ваши глаза устанут. У вас начнет смазываться зрительный образ. Все эти детали вносят замешательство.

Э: Совершенно верно.

Р: Так что замешательство на самом деле является основой всех техник наведения?

Э: Это основа всех хороших техник. Точно так же, как что-то такое простое, как закрывание глаз. Большинство работающих в гипнозе не знают, что, как только субъект закрывает глаза, он отрезает зрительное поле и на самом деле теряет что-то, но он не знает, что именно он потерял. Он думает, что просто закрывает глаза.

Р: Когда мы закрываем глаза, происходит очень многое, нам приходится отказаться от множества реальностей.

Э: Сосредоточившись на какой-то точке, вы автоматически отрезаете боковое зрение. Тогда точка становится все больше и начинает занимать все поле зрения. Вы знаете, что точка не может становиться больше, но это происходит!

Р: То есть это опять искажение реальности, и это опять же вводит их в замешательство.

Э: Они не знают, что делать, и тут-то терапевт может сказать им, что делать. Он создает субъекту ландшафт, который он должен пересечь, рассмотреть, организовать.

Р: Можем ли мы сказать в итоге, что основой хорошего гипнотического наведения является замешательство?

Э: Замешательство по поводу окружающей реальности, которая в обыденной жизни всегда ясна. Если она становится неясной, они хотят, чтобы она прояснилась в результате того, что им скажут. (Например, я не знаю, где я в этом городе: я где? Я не узнаю это место: это что?)

Р: Это обычно автоматически вызывает регрессию, между прочим. Это ассоциативно связывает их со временем, когда они были детьми и задавали подобные вопросы.

Э: Совершенно верно! И вы этого не требуете, но вызываете отношение принятия, и ваш самый невинный вопрос может ими интерпретироваться. Если вы знаете, как ставить вопросы, вы поставите его таким образом, что они выберут то, что вы хотите.

Р: Так что замешательство является самым главным явлением наведения?

Э: Ну, мы это назовем так: затемнение внешней реальности. Когда внешняя реальность затемняется, вы испытываете замешательство.

Р: Так что мы можем подытожить динамику наведения следующей диаграммой:

1. Затемнение внешней реальности

в

2. Замешательство

в

3. Открытость к поясняющим внушениям

в

4. Трансовая работа как таковая

Динамика наведения рукопожатием

Наведение рукопожатием — это одна из самых эффективных и завораживающих процедур, разработанных Эриксоном для введения в транс. Суть ее в неожиданности, которая разрывает обычные рамки существования субъекта, чтобы вызвать мгновение замешательства. Таким образом вызывается готовность к приятию проясняющих внушений и, вместе с тем, ожидание дальнейшего стимулирования и инструкций. В письме к Вайценхофферу 1961 года Эриксон описывал свой подход к наведению рукопожатием как способ вызвать каталепсию. Когда он отпускал руку субъекта, она оставалась зафиксированной в каталептической позиции или продолжала двигаться в любом заданном им направлении. Он использовал этот подход и как способ проверки гипнабельности, и как процедуру наведения. Необходимыми условиями для успешного наведения рукопожатием являются готовность субъекта к контакту, подходящая ситуация и приемлемость ситуации для продолжения этого опыта. Вот отредактированная версия его описания всего процесса и некоторых вариаций.

Наведение рукопожатиемc "Наведение рукопожатием"

Начало. Когда я начинаю с рукопожатия, я делаю это обычным образом. “Гипнотическое прикосновение” начинается, когда я отпускаю руку. Отпускание начинает трансформироваться от твердого рукопожатия в нежное прикосновение большим пальцем, легкий уход мизинца, легкое касание руки субъекта средним пальцем — ровно столько смутного ощущения, чтобы привлечь внимание. Как только субъект обращает внимание на прикосновение вашего большого пальца, вы переключаетесь на касание мизинцем, как только внимание следует за этим, вы переключаетесь на касание средним пальцем и затем опять большим.

Это возбуждение внимания есть просто возбуждение, которое не является стимулом для реакции.

Отход субъекта от рукопожатия останавливается этим возбуждением внимания, которое создает установку ожидания, выжидания.

Затем почти, но не совсем одновременно (чтобы обеспечить раздельное нейронное узнавание), вы касаетесь внутренней стороны руки (запястья) так нежно, что это едва намекает на толчок вверх. За этим следует точно так же едва заметное касание вниз, и затем я прерываю контакт так мягко, что субъект не знает, когда точно, — и рука субъекта остается не движущейся ни вверх, ни вниз, а в каталептическом состоянии. Иногда я касаюсь сбоку и посередине так, что рука оказывается в еще более жесткой каталепсии.

Завершение. Если вы не хотите, чтобы ваши субъекты знали, что вы делаете, вы просто отвлекаете их внимание, обычно каким-либо подходящим замечанием, и, как бы небрежно, заканчиваете. Иногда они говорят: “Что вы сказали? Я на секунду отвлекся и не обратил на это внимания”. Это немного расстраивает субъектов и показывает, что их внимание было так сфокусировано и фиксировано на своеобразном стимулировании ладони, что они на какое-то мгновение вошли в транс и не слышали, что говорилось.

Использование. Любое использование ведет к увеличению глубины транса. Любое использование должно выглядеть как продолжение или расширение первоначальной процедуры. Многое можно сделать невербально. Например, если субъекты просто смотрят на меня пустым взором, я могу медленно опустить глаза вниз, заставляя их посмотреть на их руку, которой я касаюсь, как будто говорю: “Посмотрите на это место”. Это усиливает состояние транса. Затем, независимо от того, смотрит ли субъект на вас, или на свою руку, или просто уставился в пространство, вы можете своей левой рукой коснуться его поднятой правой руки сверху или сбоку — пока вы только даете внушение на движение вниз. Изредка требуется подтолкнуть или сдвинуть вниз. Если требуется толкать или сдвигать с силой, то проверьте, нет ли анестезии.

У меня есть несколько коллег, которые не здороваются со мной за руку, пока я им не скажу, что ничего не сделаю, потому что у них появлялась глубокая перчаточная анестезия, когда я использовал эту процедуру с ними. Я здоровался с ними за руку, смотрел им в глаза, медленно и в то же время быстро придавал лицу неподвижное выражение и затем сосредоточивал взгляд на точке далеко позади них. Затем я медленно и неприметно убирал свою руку с их руки и медленно сдвигался в сторону, уходя с линии их взгляда. Я слышал разные описания этого, но наиболее “графично” было следующее: “Я о вас уже слышал и хотел встретиться с вами, у вас был такой заинтересованный вид, вы так тепло пожали мне руку, внезапно моя рука до плеча исчезла, и ваше лицо изменилось и стало таким далеким-далеким. Затем левая сторона вашей головы начала исчезать, и я мог видеть только правую сторону вашего лица, пока она тоже медленно не исчезла”. В этот момент глаза субъекта были направлены прямо вперед так, что, когда я сдвинулся влево из-под направления его взгляда, сначала левая сторона моего лица “исчезла”, а затем и правая тоже. “Затем ваше лицо вернулось, вы подошли близко, улыбнулись и сказали мне, что я вам буду нужен в субботу днем. Затем я заметил свою руку и спросил вас о ней, потому что не чувствовал ее до плеча. Вы просто сказали: пусть она немного так побудет, чтобы я приобрел опыт”.

Вы даете поднятой правой руке (теперь каталептичной в позиции рукопожатия) внушение двигаться вниз легким прикосновением. В то же время другой своей рукой вы мягким касанием указываете левой руке субъекта двигаться вверх. Затем левая его рука начинает подниматься, а правая опускаться. Когда правая рука окажется у него на коленях, она остановится. Движение вверх левой руки может прекратиться, а может продолжаться. Я, скорее всего, коснусь ее еще раз и направлю ее в сторону лица так, чтобы она слегка коснулась одного глаза — это вызывает реакцию закрывания глаз и очень эффективно для наведения глубокого транса без единого сказанного слова.

Есть другие невербальные внушения, например, если мой субъект никак не откликается на мои усилия с его правой рукой и ситуация выглядит безнадежной. Если он не смотрит на мое лицо, мои мягкие, медленные, не соответствующие ситуации движения (помните, не соответствующие) вынуждают его посмотреть мне в лицо. Я “замораживаю” выражение лица, перефокусирую взгляд и медленными движениями головы направляю его взор к его левой руке, к которой моя правая рука медленно, по-видимому бесцельно, движется. Когда моя правая рука касается его левой легким, мягким, направленным вверх движением, моя левая рука с очень осторожной твердостью, ровно столько, сколько нужно, на мгновение нажимает на его правую руку, пока она не сдвинется. Таким образом, я подтверждаю и еще раз подтверждаю движение вниз его правой руки, внушение, которое он принимает вместе с тактильным указанием на левитацию левой руки. Это движение вверх поддерживается тем, что он уже какое-то время дышит в одном ритме со мной и что моя правая рука прикасается снизу вверх к его левой руке в тот момент, когда он начинает вдох. Это еще более подтверждается тем боковым зрением, которое у него осталось, отмечающим движение вверх моего тела, когда я вдыхаю и когда поднимаю тело и голову вверх и назад в тот момент, когда прикасаюсь к его левой руке снизу вверх”.

От описания Эриксоном его наведения рукопожатием у начинающего немного захватывает дух. Как это все удержать в уме? Как разработать такое мягкое прикосновение и такое умение? Сверх всего, как научиться использовать все, что ни случается в ситуации, как средство дальнейшего фокусирования внимания субъекта и внутренней вовлеченности, чтобы развивался транс? Очевидно, требуется определенное прилежание и терпение, чтобы развить такое умение. Здесь присутствует нечто значительно большее, чем просто определенная разновидность рукопожатия. Рукопожатие — это просто контекст, в котором Эриксон входит в контакт с человеком. Затем он использует этот контекст, чтобы направить внимание внутрь и тем самым установить ситуацию для возможного развития транса.

Когда Эриксон пожимает руки, сам он полностью сосредоточен на том, где находится внимание субъекта. Изначально внимание субъекта направлено на традиционную форму социального контакта. Затем, после неожиданных прикосновений, когда руку субъекта отпускают, возникает момент замешательства, и его внимание быстро сосредоточивается на руке. В этот момент “сопротивляющиеся” субъекты могут быстро убрать руку и завершить ситуацию. Субъекты, которые готовы испытать транс, будут любопытствовать, что происходит. Их внимание зафиксировано, и они остаются открытыми и готовыми для приема дальнейших направляющих стимулов. Направляющие движения настолько мягки и необычны, что мышление субъектов не имеет возможности их оценивать; субъектам дан быстрый ряд невербальных знаков, чтобы удержать их руку зафиксированной в одном положении (см. последний абзац в начале), но они этого не сознают. Их рука реагирует на направляющие прикосновения для создания неподвижности, но они не знают почему. Это просто случай автоматической реакции на кинестетическом уровне, который изначально не поддается сознательному анализу, потому что у субъектов не было никакого предшествующего опыта такого рода. Направляющие прикосновения, для того чтобы вызвать движение, достигают реакции на том же уровне со сходным провалом в осознании и понимании.

Субъекты обнаруживают, что они реагируют необычным образом, совершенно не зная почему. Их внимание теперь направлено внутрь в напряженном поиске ответа и понимания. Это внутреннее направление и поиск является базовой основой “транса”. Субъекты могут настолько увлечься своим внутренним поиском, что обычные сенсорно-перцептивные процессы нашей ориентации в реальности на какой-то момент замирают. Субъекты могут потом испытать анестезию, провал зрения или слуха, искажение времени, “deja vu”, чувство дезориентации или головокружение и т.д. В этот момент субъекты открыты для дальнейших вербальных или невербальных внушений, которые могут усилить внутренний поиск (транс) в том или ином направлении.

Упражнения на невербальные подходы

1. Ключом к невербальным путям наведения транса является наблюдение, терпение и обучение шаг за шагом. Можно начать учиться наведению рукопожатием, выработав привычку тщательно наблюдать за глазами и лицом человека, когда вы здороваетесь с ним обычным образом. Следующей стадией может быть практика в том, чтобы отпускать руку чуть медленнее, чем обычно. Затем научитесь отпускать руку с колебаниями, тщательно наблюдая за лицом субъекта, чтобы “читать” невербальные реакции (например, сомнения, ожидания) на ваши колебания. По мере развития вашего опыта даже на этом уровне вы научитесь узнавать, кто может быть хорошим субъектом по степени восприимчивости к вашим колебаниям. Субъект, который “остается с вами” и позволяет вам устанавливать темп рукопожатия, очевидно более чувствителен и гипнабелен, чем человек, который кидается прочь. На следующем шаге можно отпускать руку только наполовину, так что субъект испытывает замешательство. Вы можете затем практиковаться окончательно отпускать руку так мягко, чтобы субъект не знал, когда именно это произошло, так чтобы рука на мгновение оставалась зависшей в воздухе. Можно усилить этот эффект, говоря так тихо, что внимание субъекта окажется еще более разделенным в попытках вас слушать. Конечная стадия — научиться добавлять направляющие прикосновения как стимулы добиться неподвижности (каталепсии) или движения (левитации руки). Сасердот (Sacerdote, 1973) описал сходную процедуру для наведения каталепсии невербальным образом.

2. Какие еще ситуации повседневной жизни вы можете использовать, чтобы научиться концентрировать внимание на внутренних ощущениях, для того чтобы вызвать транс?

Составное внушение

Парадигмы последовательности принятия, подкрепления или символической логикиc "подкрепления или символической логики"

На удивление простым методом Эриксона является его использование составных внушений. Составное внушение в его простейшей форме состоит из двух утверждений, связанных союзом “и” с небольшой паузой. Одно утверждение обязательно является очевидным трюизмом, который задействует последовательность принятия, тогда как другое является собственно внушением. В этом сеансе, например, когда С. начинает чувствовать, что у нее перестает двигаться рука, замирает и затем начинает чувствовать “покалывание”, Эриксон подкрепляет начинающуюся диссоциацию составным внушением.

Э: Это произойдет…

Р: Это первое утверждение — очевидный трюизм, поскольку это действительно происходит, как доктор С. сама показывает и описывает…

Э: …и…

Р: Союз “и” соединяет два утверждения.

Э: у вас не будет никакого контроля над тем, что происходит.

Р: Второе утверждение содержит собственно внушение, которое подтвердит диссоциацию, которую она в это время переживает. Значительно более сложное составное внушение со многими импликациями содержится в последнем утверждении Эриксона на этом сеансе.

Э: Теперь, когда вы проснулись…

Р: Это указывает на то, что транс завершен и подкрепляет ее состояние бодрствования. Она на самом деле знает, что транс завершен, это раскрывает ее для того, что последует.

Э: …держите вашу руку в том же самом неудобном положении…

Р: Слово “держите” предполагает, что она будет делать усилие, а слово “неудобном” предполагает, что это будет трудно. Это сильно подкрепляет вероятность того, что внушение, которое следует дальше, будет реализовано.

Э: и…

Р: Союз “и” ассоциирует внушение с предыдущими (что она уже не в трансе и что она может держать свою руку в неудобном положении).

Э: …посмотрите, как сильно она устает.

Р: Собственно внушение. Естественно, она быстро признает, что рука у нее устала, тем самым ратифицируя то, что состояние транса отличалось от состояния бодрствования. Здесь есть еще импликация — в трансе можно делать разные вещи. Вот еще примеры составных утверждений.

Э: Просто смотрите в одну точку, и я буду с вами говорить.

Р: В этом примере терапевт контролирует свое собственное поведение (“и я буду с вами говорить”) и одним тем, что говорит, он фактически подтверждает внушение (“смотрите в одну точку”).

Э: На самом деле нет ничего важного, кроме деятельности бессознательного разума, и она может быть такой, какой только пожелает ваш бессознательный разум.

Р: Важность бессознательной деятельности внушается и затем подтверждается трюизмом о том, что она свободна.

Э: Мы знаем, что бессознательное может видеть сны, и вы можете легко забыть этот сон.

Р: Это косвенное внушение видеть сон само по себе является научным трюизмом. Оно поэтому подкрепляется трюизмом, что сон можно забыть. Простое упоминание “вы легко можете забыть” является также косвенным внушением амнезии.

Э: У вас изменилась скорость дыхания, пульса и кровяное давление.

Вы невольно проявляете неподвижность, какую может показывать хороший гипнотический субъект.

Р: После начального периода наведения транса, когда субъект на самом деле сидит очень тихо, это утверждение об изменении функционирования тела является трюизмом, открывающим последовательность принятия, которая позволяет терапевту косвенно внушить “вы… хороший гипнотический субъект”.

Э: Вы можете продолжать с удовольствием удобно расслабляться какое-то время, и после того как проснетесь, вы сможете рассказать то, чем хотите поделиться, и вы можете оставить остальное в своем бессознательном, где оно может продолжать свою конструктивную работу.

Р: После продуктивного терапевтического сеанса награда “удобно расслабиться”, как правило подкрепляет все, что произошло прежде, в то же время открывая последовательность приятия для постгипнотического внушения: с одной стороны, вспомнить, а с другой — забыть. “Вы можете позволить остальному остаться в своем бессознательном” является косвенным внушением на амнезию, позволяющим бессознательному продолжать терапию самостоятельно, свободно от ограничивающего и полного предрассудков влияния как терапевта, так и пациента.

Из этих примеров становится очевидно, что составные утверждения состоят из двух частей:

1. Трюизм, состоящий из приемлемого факта, который может создать последовательность принятия для внушения или подкрепить его. Если трюизм имеет мотивирующее свойство для пациента, то он тем более эффективен.

2. Внушение как таковое, которое может стоять до или после трюизма.

Когда трюизм стоит перед внушением в составном утверждении, он порождает последовательность принятия для внушения, которое затем будет дано. Когда трюизм следует за внушением в составном утверждении, трюизм в таком положении функционирует как усилитель внушения. Как можно видеть из приведенных примеров, Эриксон использует обе формы. Являются ли обе формы равносильными, это предмет дальнейших исследований. Если являются, это покажет, что закон перестановки (при котором от перестановки трюизма и внушения сумма не меняется), столь обычный в символической логике, может применяться также к нашему случаю составных утверждений. Это будет предполагать, что такие гипнотические формы следуют типам законов, которые мы находим в символической логике (Henle, 1962). Если окажется, что подкрепляющая форма (в которой трюизм следует за внушением) более эффективна, тогда, по-видимому, классические законы теории научения больше подходят для понимания составных утверждений в гипнозе. Если окажется, что форма последовательности принятия (при которой трюизм предшествует внушению), более эффективна, это будет свидетельством в пользу того, что позитивные ожидания, которые Эриксон полагал столь важными, на самом деле являются более значительным фактором в гипнотическом внушении.



Страница сформирована за 1.41 сек
SQL запросов: 191