УПП

Цитата момента



С вами ссорятся - значит, вы нужны.
Ура, я снова нужен!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Где ты родился? Где твой дом? Куда ты идешь? Что ты делаешь? Думай об этом время от времени и следи за ответами - они изменяются.

Ричард Бах. «Карманный справочник Мессии»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d4330/
Мещера-2009

Составные утверждения

Парадигма шока и творческих моментов

Другая неожиданная форма сложного внушения использует момент шока и возникающий в результате его творческий момент (Rossi, 1973), во время которого начинается бессознательный поиск в рамках ассоциативных возможностей пациента (Erickson and Rossi, 1975). Следует несколько примеров.

Э: Ну, первый шаг — это, конечно, расплести ваши ноги

(Пауза)

и

расплести ваши руки.

Р: Эриксон начал гипнотический сеанс с привлекательной, но напряженной женщиной с этого небрежно брошенного утверждения, которое вызывает шок из-за сексуальных импликаций “не скрещивайте ноги”, потом он позволяет шоку установиться и начать момент креативности, с его быстрым выстраиванием нечетких смущающих и не до конца сформулированных вопросов, которые очень активизируют дополнительную бессознательную деятельность по поиску “правильной” импликации. Вторая половина — “расплетите ваши руки” — делает вышеприведенный сексуальный шок приемлемым ретроспективно. Сексуальный намек теперь рационализирован, как нечто, что на самом деле было непреднамеренным. Шоковый эффект, однако, остается в силе на бессознательном уровне. Упоминание “расплетите” во второй раз теперь переводит интенсивную умственную деятельность, начатую сексуальным шоком, в другие ассоциативные сети и дорожки, чтобы “расплести” и открыть исследовательские установки на многих уровнях.

Э: Я могу слушать шепот

(Пауза)

ветра в лесах.

Р: Здесь может быть шоковая реакция на слово “шепот”, которое, конечно, имеет множество импликаций на многих уровнях (секреты, секс и т.д.). Пауза позволяет шоку и творческому моменту стронуть высокий уровень бессознательного поиска, “ветер в ивах”* затем делает вышесказанное невинным, в то же время вызывая поэтическое настроение для аллегорической работы, связанной с мечтательностью, фантазиями и другими трансоподобными видами деятельности.

Э: Секреты, чувства, поступки и т.д.,

о которых вы предпочли бы не говорить,

(Пауза)

можно рассмотреть приватно и объективно внутри вашего собственного разума в вашем собственном трансе,

(Пауза)

чтобы получить помощь в решении проблемы.

Р: “Секреты” — еще одно шоковое слово, вызывающее творческий момент в рамках безопасности транса. Пауза позволяет активироваться шоку и внутреннему поиску в высшей степени эмоциональных воспоминаний. Потенциально тревожащие воспоминания потом становятся относительно безопасными, потому что ситуация определяется теперь как “частная” и “объективная”. Другая пауза позволяет этому безопасному исследованию продолжиться. Дальнейшее позитивное подкрепление добавляется затем в конечной фразе, утверждающей, что такой вид деятельности “поможет справиться с этой проблемой”. В этих примерах пауза является критическим элементом, позволяющим творческому моменту развиться в виде отклика на первую шоковую часть составного утверждения. Эта первая шоковая часть гипнотического внушения является, очевидно, наиболее полезной для того, чтобы вызвать высокую умственную активность и поиск, который затем может быть запущен в ассоциативные сети, открытые второй частью. Фактически, эта форма внушения позволяет человеку начать интенсивную умственной деятельность и затем сосредоточить ее заранее детерминированным образом на сфере проблемы.

Упражнения на составные внушения

1. В этом разделе мы предложили способ анализа составных внушений. Ясно, что требуется провести еще много фундаментальных исследований, прежде чем определить, функционируют ли составные утверждения согласно парадигмам последовательности принятия, теории научения или символической логики (или всех трех!). Исследователь может изучать эти вопросы, составляя и приводя в исполнение контролируемые эксперименты относительной эффективности этих парадигм. Клинически ориентированный читатель может исследовать этот вопрос, конструируя оба типа составных внушений на практике, для чтобы способствовать принятию внушения. Может оказаться, что некоторые клиницисты эффективнее работают с одной формой или с другой в зависимости от их личного стиля вербализации, динамики голоса и других характеристик.

2. Прослушайте магнитофонные записи терапевтических сеансов, чтобы изучить сложные предложения в речи пациента и терапевта. По мере того, как пациент описывает собственную проблему, изучите его сложносочиненные предложения, чтобы глубже взглянуть на ассоциативные паттерны, вызывающие комплексы, симптомы и т.д. В то время как терапевт разговаривает с пациентом, какие именно паттерны, ассоциации и поведение сознательно или не сознательно подкрепляются естественными сложносочиненными предложениями в его речи?

3. Сконструируйте гипнотические наведения, предназначенные для того, чтобы ассоциировать внушение с трюизмами, приемлемыми для отдельных пациентов. Спланируйте, каким образом различные гипнотические явления можно также ассоциировать с подобными трюизмами в составных утверждениях, которые легко принять.

Обусловленные внушения и ассоциативные сети

Другая форма сложных внушений используется, когда Эриксон создает условия таким образом, чтобы нормальный поток произвольных реакций пациента был связан с выполнением гипнотического внушения (“обусловленное внушение”). Гипнотическая реакция, занимающая невысокое место в поведенческой иерархии пациента, ассоциируется с паттерном реакций, которые высоко стоят в поведенческом репертуаре пациента и обычно уже находятся в процессе становления. Пациенты обнаруживают, что очень сложно остановить инерцию уже происходящего процесса поведения, так что они просто добавляют гипнотическое внушение как приемлемое условие для завершения поведенческого процесса, который уже начат. Обусловленное внушение просто “подсаживается пассажиром” в русло уже начавшейся формы поведения пациентов. Неизбежные и наиболее вероятные реакции оказываются связанными с выполнением гипнотического внушения. Эриксон переплетает свои внушения с естественным потоком реакций пациента таким образом, что вызывает разве что тень возражения. Простейшим примером обусловленного внушения может быть приказание матери “Закрой дверь, когда выходишь!”, когда Джонни выбегает за дверь. Уже происходящий поток поведения “когда выходишь” делается связанным с “закрой дверь”, поскольку мать имплицитно предполагает, что “ты не можешь выйти, если не закроешь дверь”. Другие примеры, используемые для углубления транса, приводятся ниже.

Ваши глаза устанут и закроются сами, пока вы смотрите в эту точку…

Вы обнаружите, что все больше расслабляетесь, и вам все удобнее, пока вы продолжаете сидеть здесь с закрытыми глазами…

Чувствуя себя все комфортнее, вы поймете, что вам нет надобности шевелиться, разговаривать или о чем-то беспокоиться…

Пока остальное ваше тело сохраняет неподвижность, столь характерную для хорошего гипнотического субъекта, ваша правая рука проведет карандашом поперек страницы и автоматически напишет что-то, что вы хотели бы испытать в трансе…

Связывание внушений в такие единые ассоциативные цепочки создает сеть взаимно подкрепляющихся директив, которая постепенно образует внутренне непротиворечивую реальность, называемую “трансом”. Именно построение таких ассоциативных сетей придает объемность и жизненность трансу как измененному состоянию сознания, с его собственными “верстовыми столбами”, правилами и “реальностью”.

Более сложной формой обусловленного внушения является пример, который Эриксон многократно использовал при демонстрациях с субъектом, у которого он наводил транс впервые, а также в частной практике с пациентами, которые были хорошо обучены трансу. Когда человек приближался к своему стулу, Эриксон обычно говорил: “Не входите в транс, пока не усядетесь глубоко вот на этом стуле, вот там”.

Не входите в транс

Э: Используйте отрицание, “чтобы обезоружить возможное сопротивление внушению”.

пока вы не

Э: Форма обусловленности, которая обеспечивает возможность транса в форме, приемлемой для пациента.

усядетесь глубоко

Р: Как часть потока неизбежного поведения, это создает установку принятия для сказанного прежде.

на этом стуле,

Р: Приемлемость директивы, которая придает еще одну положительную валентность всему предшествующему.

вот там.

Э: “Вот там” означает, что если они все-таки сядут на этот стул, то они принимают выбор войти в транс. Это предполагает, что есть еще другие стулья, на которые они могут сесть и не входить в транс.

Это сложное обусловленное внушение, таким образом, следует общей парадигме:

отрицание а внушение а условие а продолжающийся поток поведения.

Классическим примером ассоциативной цепи, построенной из замкнутой сети обусловленных внушений, которые привели к драматическому переживанию зрительных галлюцинаций, амнезии и постгипнотических внушений, был подход Эриксона к наведению транса у “сопротивляющегося” субъекта из аудитории. Некий дантист очень хотел, чтобы его жена вызвалась в качестве субъекта демонстрации, чтобы приобрести опыт транса. Она упорно отказывалась и даже пыталась спрятаться за колонной аудитории. Эриксон заметил ее и стал действовать следующим образом:

Э: Я люблю добровольцев и, кроме того, люблю сам этих добровольцев выбирать.

Р: Это составное утверждение вводит приятное слово “добровольцы” и делает всех возможными добровольцами.

Кого я хочу выбрать, так это ту хорошенькую девушку в белой шляпке, которая все время прячется за колонной.

С: Всю дорогу от Колорадо-Спрингс муж уговаривал меня быть субъектом. Я сказала, что не хочу.

Э: Ну вот, обратите внимание, вы думали, что не хотите.

Э: Это утверждение подразумевает, что тот факт, что она не хотела, уже в прошлом — “думали, что не хотите”. Эта фраза является также двойной связкой, содержит еще одну импликацию, “думали, что вы не хотите” на сознательном уровне, может означать, что вы хотите на бессознательном уровне.

И теперь, когда вы уже совсем вышли из-за колонны, вы с таким же успехом можете подняться и на сцену.

Р: Это обусловленное внушение, где “совсем вышли” прицепляется “пассажиром” к ее продолжающемуся выходу из-за колонны.

С: [делая шаг вперед] Но я не хочу.

Э: Пока вы все идете, не впадайте в транс до тех пор, пока не усядетесь глубоко в этом кресле.

Э: Еще одно обусловленное внушение, использующее отрицание “не”, чтобы позволить признать и выразить ее отрицательное отношение, одновременно обезоруживая его.

Вот вы на сцене, и знаете, что вы не в глубоком трансе,

Э: Трюизм и успокаивающая реплика, что она не в “глубоком” трансе, предполагает, что она может быть в легком или среднем трансе.

но вы приближаетесь к стулу

Э: В сочетании с предыдущим предложением это предполагает, что она тем больше входит в транс, чем больше приближается к стулу.

и начинаете осознавать, что вам безразлично,

Р: “Начинаете” страгивает процесс ее внутреннего поиска, который сейчас использует ее отрицательное отношение “безразлично”…

входите вы в транс или нет.

Р: …чтобы “подвинуть” ее к возможности “вы войдете в транс”.

Чем ближе вы подходите, тем больше понимаете, как приятно было бы войти в транс.

Р: Еще одно положительное внушение, к которому добавлена положительная мотивация “приятно”.

Но не входите в транс полностью, пока не усядетесь глубоко на этот стул.

Р: Классическое обусловленное внушение, описанное раньше.

Глубоко усядетесь [говорится, пока она усаживается].

Р: Это коммуникация на двух уровнях, это утверждение с двойным значением: (1) “глубоко” сесть, (2) “глубоко” войти в транс. Ее усаживание на стул показывает, что она принимает утверждение на уровне (1), но, когда она садится, то, не сознавая этого, принимает внушение на уровне (2).

Э: Я ассоциировал каждое ее движение вперед с развитием еще одного кусочка транса, замыкая каждую частичку ее продолжающегося поведения на еще одно легко приемлемое внушение.

Вы уселись глубоко в кресле далеко от Колорадо-Спрингс.

Р: Странным образом это предполагает, что каждое движение от Колорадо-Спрингс было движением к ее нынешнему переживанию транса. Это углубляет значимость ее транса, придавая ему длинную предысторию.

Вы знали, что не хотите входить в транс.

Вы знали, что предпочли бы что-нибудь другое.

Пока вы это обдумываете,

Р: Серия из трех трюизмов, подводящая к последующему внушению.

тут есть еще кое-что.

Р: Внушение как таковое, которое вновь включает в ней внутренний поиск.

Так почему бы вам на это не посмотреть?

Р: Открытый вопрос, сосредоточивающий ее внимание. Это также косвенное внушение (“посмотреть на”), направленное на возможное переживание зрительной галлюцинации.

(Пауза)

С: [глядя на пустую стенку] Для меня такое удовольствие наблюдать за этими лыжниками через наше кухонное окно.

Р: Она реагирует на вышеприведенное буквально и “наблюдает за этими лыжниками” с “удовольствием”, которое Эриксон внушил ей чуть раньше.

Э: Отчего еще это так приятно?

Р: Еще один открытый вопрос, который позволяет ей привнести более личную ассоциацию, добавляющую удовольствие.

С: Я всегда держу приемник включенным, пока смотрю на лыжников. Так легче всего мыть посуду.

Р: Она добавляет музыку, которая также является частью этого ее переживания. Вызвать галлюцинаторное поведение проще всего, задействовав ассоциации пациента вместо произвольной темы.

[В это время муж встает в аудитории и говорит следующее.]

Когда она моет посуду, то смотрит, как лыжники катаются с горы, которая видна из нашего кухонного окна.

[Муж после этого посылает Эриксону записку, в которой просит его начать с ней гипнотическую подготовку к родам].

Э: Я думаю, вам, может быть, захотелось бы включить гипноз в вашу дальнейшую жизнь.

Р: Это открытое внушение, которое предоставляет новые формы выбора ее дальнейшего поведения.

Э: Может быть, вы спросите меня об этом, когда проснетесь.

Р: Это постгипнотическое внушение, которое дает ей возможность самой высказать свои пожелания и нужды в связи с будущей гипнотической работой. Неэтично и в высшей степени деструктивно для последующей трансовой работы вводить внушение относительно будущей подготовки к родам, пока она сама не высказала такой просьбы, будучи не в трансе.

С: [Она просыпается и осматривает сцену]: Я говорила моему мужу, что не хочу вызываться быть гипнотическим субъектом!

Я пряталась за колонной, а теперь я здесь?! Я, должно быть, была в трансе.

Э: Разве не замечательно, что вы так комфортно себя чувствуете?

Р: Вопрос, который является трюизмом (комфорт есть характеристика транса), вызывает положительные эмоции, чтобы лишить силы ее реакцию гнева.

С: Что я делала в трансе?

Р: Предполагается амнезия.

Э: Вы ведь действительно хотели бы знать, не так ли?

Р: Это заставляет собрать вместе следы ее переживания транса так, чтобы они готовы были войти в сознание.

С: Разумеется!

Э: Посмотрите-ка сюда! [Эриксон смотрит и указывает со значением на пустую стену, на которую она смотрела, когда в первый раз галлюцинировала].

С: Ой, они едут на лыжах! [Она продолжает активно галлюцинаторно наблюдать лыжников, описывая их движения].

Р: Ее сильная мотивация используется здесь, давая выход сознательному переживанию зрительной галлюцинации с открытыми глазами при взгляде на ту же стену. Транс реиндуцируется через удивление, которое позволило следам воспоминания принять галлюцинаторную форму.

[С. затем снова пробуждается с амнезией этого второго транса].

Э: Что, как вам кажется, вы делали в том трансе, когда только поднялись на сцену?

(С. говорит, что она, возможно, видела лыжников, и объясняет все детали так, как если бы она их прежде не обсуждала. Затем она продолжает вслух рассуждать, сможет ли она в будущем как-то использовать гипноз).

Р: Здесь она следует постгипнотическому внушению о возможности включения гипноза в ее будущее.

Э: Вы замужем.

С: У меня будут дети. [С. обсуждает возможность использования гипноза при родах. Несколько лет спустя она с большим успехом это сделала].

Р: Ассоциация с замужеством естественно вызывает связь замужество — деторождение — гипноз.

Упражнения с обусловленными внушениямиc "Упражнения с обусловленными внушениями"

1. Ценность наблюдения за регулярными повторениями форм поведения пациентов, подчеркивавшаяся в первой главе, теперь очевидна. Эффективность обусловленных внушений в значительной мере зависит от того, чтобы они по времени и по ассоциации хорошо входили в регулярные паттерны продолжающегося поведения. Чем больше пациент “замкнут” на определенные паттерны поведения, тем более мощным носителем оно будет для правильно “прицепленного” внушения.

Сформулируйте как простые, так и сложные обусловленные внушения, которые вы можете ассоциировать с любым более или менее автоматически продолжающимся паттерном ежедневного поведения, которое вы наблюдали у индивидуальных пациентов. Это может быть что-то простое, скажем, поощрение пациента продолжать любой длящийся паттерн ассоциаций или поведения. Постепенно вы научитесь добавлять модифицирующие внушения, которые структурируют дальнейшие терапевтические реакции.

2. Спланируйте, как вы могли бы использовать простые и сложные обусловленные внушения, чтобы вызвать психотерапевтические отклики.

3. Сконструируйте ассоциативные сети, которые облегчат гипнотическое наведение, а также любое конкретное гипнотическое явление. Работа Эриксона по составлению искусственных комплексов и экспериментальному неврозу (Erickson, 1944) представляет особенную ценность для изучения его метода конструирования ассоциативных сетей. Формулирование таких ассоциативных сетей может быть самой четкой иллюстрацией конструирования гипнотической реальности.

Многосоставные задания и серийные внушенияc "Многосоставные задания и серийные внушения"

Как мы уже видели, эффективнее предложить два или более гипнотических внушения, чем одно. Часто инерция выполнения одного простого задания поможет выполнению более трудного — как в случае с обусловленными внушениями. Серия “взаимосцепленных” внушений — еще один эффективный метод структурирования паттерна поведения. Выполнение одного пункта служит сигналом и стимулом для следующего. Эриксон часто использовал такие серии в ранние годы, когда учился и экспериментировал с гипнотическими реальностями. Он добивался, чтобы экспериментальные субъекты в лаборатории “вообразили и мысленно прошли шаг за шагом”, как они протягивают руку за воображаемым кусочком фрукта на воображаемом столе (Erickson, 1964). Когда человек реально протягивает руку и берет кусочек реально существующего фрукта, требуется серия взаимодействий стимул-реакция с реальными объектами взаимодействия вне пределов его собственного тела. Если выполнять это задание мысленно, то человек взаимодействует исключительно в рамках собственного разума, воспоминаниями сенсорных стимулов, перцептивными паттернами, кинестетическими сигналами и т.д. Эта внутренняя концентрация и использование внутренних психических программ и составляет сущность переживания транса. Еще одна ценная гипнотическая форма состоит в том, чтобы дать субъектам любое мысленное задание, требующее серии шагов, использующих их собственные внутренние программы. Из-за этого Эриксон часто дает серийные, множественные или сложные задания, так же как предлагает сложные высказывания. Его любимым словом, по-видимому, является “и”. “И” позволяет ему связать внушения в серию, так чтобы они взаимно усиливали друг друга и в то же время поддерживали субъекта в состоянии внутренней сосредоточенности. Фиксирование и концентрация внутреннего внимания на воображаемом задании, таким образом, является косвенным способом наведения транса. Эта внутренняя, наводящая транс сосредоточенность легко достигается, когда субъектов заставляют рассмотреть серию ранних воспоминаний, увидеть серию сцен или кинофильм (для визуалов), слушать внутреннюю музыку (особенно для тех, кто получил музыкальное образование) и т.д. Это является основой для подхода к наведению транса через фантазию и визуализацию (визуализация “дом-дерево-человек” или классная доска и т.д). Цепь небрежных, естественно звучащих внушений, образующих ассоциативную сеть, в особенности эффективна для вызывания постгипнотического поведения. Следующий пример из одного из ранних семинаров Эриксона (Erickson, 1939) особенно эффективен, поскольку это серия внушений, связанных с курением, является естественной, так как она использует естественные паттерны поведения и мотивации, общие для всех курильщиков. Субъект просто плывет вдоль естественной цепи поведенческих событий, которые уже более или менее являются встроенными. Проснувшись, субъект (1) обнаруживает, что доктор Д. тщетно обшаривает карманы в поисках пачки сигарет, (2) затем субъект предложит ему свою собственную пачку и (3) доктор Д. по рассеянности забудет вернуть сигареты, после чего субъект очень захочет получить их обратно, поскольку других у него нет. Естественный или “встроенный” объект этой серии внушений опирается на автоматическую и частично бессознательную манеру, в которой выполняются привычные паттерны поведения. Ранние стадии обучения трансу облегчаются при использовании паттернов поведения, с которыми субъект хорошо знаком. Они требуют мало или вовсе не требуют сознательных усилий, и, таким образом, вряд ли вступят в противоречие со все еще хрупкой природой раннего переживания транса.



Страница сформирована за 0.16 сек
SQL запросов: 191