АСПСП

Цитата момента



Человек, который поставит себе за правило делать то, что хочется, недолго будет хотеть то, что делает.
И это здорово!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



— Я что-то начало объяснять?.. Видите ли, я засыпаю исключительно тогда, когда приходится что-нибудь кому-нибудь объяснять или, наоборот, выслушивать чьи-нибудь объяснения. Мне сразу становится страшно скучно… По-моему, это самое бессмысленное занятие на свете — объяснять…

Евгений Клюев. «Между двух стульев»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера-2010

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Нам остается кратко суммировать логику всей книги. Парадигматические сдвиги в истории психотерапии знаменуются сменой психотерапевтических «упований». Последнее из них, утвердившееся как доминирующее к 60-м годам минувшего столетия, выражается категорией переживания. Ключевой принцип нынешнего этапа развития мировой психотерапии заключается, на наш взгляд, в сознательном философском самоопределении психотерапевтических школ по отношению к религии, поскольку, по блестящей формулировке К. Ясперса, данной еще на заре психотерапевтической эры, именно «религия (или ее отсутствие) определяет цели психотерапевтического воздействия» (Ясперс, 1997, с. 945). Процесс такого самоопределения (хотя порой и недостаточно «сознательно-философского») уже интенсивно идет в зарубежной психотерапии, приобретая самые разнообразные формы от резкого отвержения религиозного сознания и церковных институтов1 до некритических форм слияния и ложных взаимоподмен. Отечественная наука способна внести в этот процесс принципиальный вклад, но лишь при условии вовлечения в философско-методологический оборот как наших культурных, духовных, философских традиций, так и традиций научно-психологических. Таков историко-научный контекст задачи построения психотерапии на основе синергийной антропологии (Хоружий, 1995, 1998). В синергийной психотерапии главным «упованием» становится категория молитвы. Отсюда первый шаг и исходная задача всего нашего исследования - сопоставить категории переживания и молитвы.

____________

1 В этом — продолжение отчетливо атеистической традиции З. Фрейда.

Решение этой задачи осуществлялось на территории общей психологии. Логика дела потребовала вовлечь в рассмотрение еще одну категорию - деятельности. Общим результатом рассмотрения был вывод, что деятельность, переживание и молитва, являясь самобытными, незаместимыми, несводимыми друг к другу конститутивными формами жизненной активности человека, могут вступать друг с другом в разнообразные отношения, которые существенно влияют на каждый из этих процессов. Методологический анализ категориальной триады деятельность - переживание - молитва порождает целый спектр важных и плодотворных теоретических задач, но в данном исследовании было выбрано лишь одно направление — изучение переходов процесса переживания в молитву и последствий таких переходов для переживания.

Далее следовал основной блок общепсихологического анализа, в котором рассматривалось влияние молитвы на переживание при трех различных фокусировках молитвы — на переживаемых обстоятельствах, на самом процессе переживания и, наконец, на личности. Исследование показало, что переживание и молитву в их взаимоотношениях нужно мыслить как две сложные структуры, которые могут «сращиваться» между собой разными элементами, взаимодействовать на разных уровнях, взаимоопосредовать друг друга и образовывать различные по форме душевно-духовные «функциональные органы».

В ходе акта «приемки - сдачи» этих результатов заказанного общепсихологического исследования потребовалось сформулировать методологические черты самого заказчика, синергийной терапии (статус «примыкающей стратегии», «психотехническое» устроение), что сразу же побудило к формулировке следующих общепсихологических задач, учитывающих эти черты. Была поставлена проблема участия другого в переживании и молитве субъекта, а главное участия другого в сопряжении переживания и молитвы. Культура утешения вообще, но в особенности опыт духовного утешения, были определены как релевантный эмпирический материал.

Культура утешения, в самом деле, — богатейшее опытное поле для культурно-исторического исследования, которое по своему составу и имманентному дискурсу наиболее соответствует участной методологии, характерной для психотехнического мышления (см.: Генисаретский, 1979; Пузырей, 1986; Василюк, 1992).

Духовное утешение формирует у человека тот или другой тип сочетания процессов переживания и молитвы. В конце нашего исследования была поставлена задача систематизации эмпирических форм сочетания переживания и молитвы и сделана первая проба их классификации. В связи с этим была сформулирована третья методологическая черта синергийной психотерапии — ее клинический характер.

Таким образом, начинает проступать методологический облик синергийной психотерапии. Если ее первая черта, то, что она является «примыкающей стратегией», определяет ее отношения с Православной духовной традицией, если вторая черта, «психотехничность», определяет отношения с психологией и задает эпистемологический тип, то последнее свойство, «клиничность», указывает на характерные отношения синергийной психотерапии с практическим опытом — открытость этому опыту, доверие прецедентному мышлению, ценность отдельного случая.

Проделанное теоретическое движение открывает целый веер дальнейших перспективных исследований. Это, во-первых, прямое продолжение сопоставительного анализа переживания и молитвы, но теперь с обратной стороны, со стороны переходов от молитвы к переживанию. Изучение молитвенной культуры переживания — так можно сформулировать эту исследовательскую задачу. Во-вторых, сопоставление деятельности и молитвы как общепсихологических категорий. В-третьих, теоретическое осмысление тех инноваций в теорию переживания, которые стимулированы ее встречей с категорией молитвы. Четвертое — изучение различных культурных традиций утешения, прежде всего духовного утешения. И, наконец, пятое — рефлексия опыта христианского консультирования и пастырского душепопечения с помощью полученных в данном исследовании теоретических средств и с перспективой построения синергийной психотерапии.

ЛИТЕРАТУРА

Абаев Н.В. Чань-буддизм и культура психической деятельности в средневековом Китае. Новосибирск: Наука, 1983.

Аверинцев С.С. Как служит Богу поэзия: Доклад на Конференции памяти отца Александра Меня (Москва, 7 сент. 1998 г.).

Антоний, митрополит Сурожский. Церковь и Евхаристия // Новая Европа. 1994. № 5. С. 35-50.

Антоний, митрополит Сурожский. Беседы о молитве. СПб.: Са-тисъ, 1996.

Антоний, митрополит Сурожский. Может ли еще молиться современный человек? Клин: Фонд «Христианская жизнь», 1999.

Антоний, митрополит Сурожский. Школа молитвы. Клин: Фонд «Христианская жизнь», 2000.

Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1979.

Бердяев Н.А. Философия свободного духа. М.: Республика, 1994.

Василюк Ф.Е. Психология переживания. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984.

Василюк Ф.Е. Уровни построения переживания и методы психологической помощи // Вопросы психологии. 1988. № 5. С. 27-37.

Василюк Ф.Е. От психологической практики к психотехнической теории // Московский психотерапевтический журнал. 1992. № 1.С. 15-32.

Василюк Ф.Е. На подступах к синергийной психотерапии: история упований // Московский психотерапевтический журнал. 1997а. №2. С. 5-24.

Василюк Ф.Е. Методика психотерапевтического облегчения боли // Московский психотерапевтический журнал. 1997б. № 4. С. 123-146.

Василюк Ф.Е. Методологический анализ в психологии. М.: Смысл; МГППУ, 2003.

Виндельбанд В. От Канта до Ницше. М.: Канон-пресс; Кучково поле, 1998.

Выгодский Л.С. Траурные строки (День 9 ава) // Новый путь. 1916. №27.

Генисаретский О.И. Проблемы ценностного самосознания. М., 1979 (рукопись).

Григор Нарекаци. Книга скорбных песнопений. М.: Наука, 1988.

Гриц И.Я. Удивление как основа преподавания Священного Писания//Нарния. Служение детям. 2004. № 2. С. 12—15.

Джеймс У. Многообразие религиозного опыта. М.: Наука, 1993.

Ильин И.А. Аксиомы религиозного опыта. М.: Рарогъ, 1993.

Иоанн Лествичник, преп. Лествица. Сергиев Посад: Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1991.

Иоанн Златоуст. Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста. Т. 7. Кн. 1. СПб.: Издание Санкт-Петербургской Духовной Академии, 1901.

Кант И. Сочинения: В 6 т. Т. 4, ч. 1.М.: Мысль, 1965.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.

Мамардашвили МД. Форма превращенная // Философская энциклопедия. Т. 5. М., 1970. С. 386-389.

Мотовилов Н.А. Беседа преподобного Серафима Саровского о цели христианской жизни с симбирским помещиком и совестным судьей Николаем Александровичем Мотовиловым // Преподобный Серафим Саровский и его советы: Сборник. М.: Русский Духовный Центр,1993. С. 58—96.

Магдалена Иисуса. Иисус Владыка невозможного. М., 1993.

Московский психотерапевтический журнал. 2003. № 3. (Спецвыпуск по христианской психологии.)

Московский психотерапевтический журнал. 2004. № 4. (Спецвыпуск по христианской психологии.)

Московский психотерапевтический журнал. 2005. № 3. (Спецвыпуск по христианской психологии.)

Нил Сорский, преп. О борьбе с грехом и страстями по учению преподобного Нила Сорского. Псков: Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 1993.

Пестов Н.Е. Современная практика православного благочестия: В 2 т. СПб.: Статисъ, 1999.

Плутарх. Слово утешения к жене // Московский психотерапевтический журнал. 1994. № 4. С. 149—156.

Пузырей А.А. Культурно-историческая теория Л.С. Выготского и современная психология. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1986.

Роджерс К. Искусство консультирования и психотерапии. М.: Эксмо; Апрель Пресс, 2002.

Сартр Ж.-П. Очерк теории эмоций // Психология эмоций. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. С. 120-138.

Скурат К.Е. Христианское учение о молитве и ее значении в деле духовно-нравственного совершенствования // Богословские труды. Сб. 33. М., 1997. С. 5-62.

Соловейчик Й.-Д., рав. Молитва как диалог // Сидур. «Врата молитвы». Иерусалим; М.: Маханаим; Сифрият Бейт-эль; Институт изучения еврейских рукописей в России, 1994. С. ХХХ-ХХХIV.

Спиноза Б. Этика // Избранные произведения: В 2 т. Т. 1. М.: Гос. изд-во полит, лит., 1957. С. 359—619.

Старец Силуан. Жизнь и поучения. М.: Воскресение, 1991.

Столин В.В. Самосознание личности. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1983.

Тиллих П. Избранное: теология культуры. М.: Юрист, 1995.

Трубецкой Е.Н. Этюды по русской иконописи // Избранные произведения. Ростов н/Д.: Феникс, 1998. С. 338—441.

Узнадзе Д.Н. Психологические исследования. М.: Наука, 1966.

Флоренская Т.А. Я — против «я». М.: Знание,1985.

Флоренская Т.А. Диалог в практической психологии. М.: Институт психологии АН СССР, 1991.

Флоренский П., свящ. Столп и утверждение истины. М.: Т-во Типографии А.И. Мамонтова, 1914.

Флоренский П., свящ. Из богословского наследия // Богословские труды. Сб. XVII. М.: Издание Московской Патриархии, 1977. С. 85-248.

Флоренский П.А. Имена. Харьков: Фолио; М.: АСТ, 2000.

Хоружий С.С. Диптих безмолвия. Аскетическое учение о человеке в богословском и философском освещении. М.: Центр психологии и психотерапии, 1991.

Хоружий С.С. Аналитический словарь исихастской антропологии // Синергия. Проблемы аскетики и мистики Православия. М.: Изд-во Ди-Дик, 1995. С. 42-150.

Хоружий С.С. К феноменологии аскезы. М.: Изд-во гуманитарной литературы, 1998.

Хоружий С.С. О старом и новом. СПб.: Алетейя, 2000.

Хоружий С.С. Опыты из русской духовной традиции. М.: Издательский дом «Парад», 2005.

Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: В 2 т. М.: Рус. яз., 1999.

Чуковский К.И. От двух до пяти. Киев: Госиздат детской литературы УССР, 1958.

Якобсон Р. Лингвистика и поэтика // Структурализм: «за» и «против». М.: Прогресс, 1975. С. 193—230.

Ясперс К. Общая психопатология. М.: Практика, 1997.

Языкова И.К. Богословие иконы. М.: Общедоступный Православный университет, 1994.



Страница сформирована за 0.62 сек
SQL запросов: 191