АСПСП

Цитата момента



Часто смеяться и много любить; иметь успех среди интеллектуалов; завоевать внимание к себе со стороны честных критиков; ценить прекрасное; отдавать всего себя чему-то; оставить мир после себя чуть-чуть лучше, хотя бы на одного здорового ребенка; знать, что хотя бы одному человеку на Земле стало легче дышать от того, что ты жил, — всё это значит преуспеть.
Ральф Уолдо Эмерсон

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Если животное раз за разом терпит неудачу, у него что-то не получается, то дальнейшее применение программы запирается при помощи страха. Теперь всякий раз, когда нужно выполнить не получавшееся раньше инстинктивное действие, животному становится страшно, и оно пытается как-нибудь уклониться от его выполнения. Психологи хорошо знают подобные явления у человека и называют их фобиями…

Владимир Дольник. «Такое долгое, никем не понятое детство»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d3354/
Мещера
Змея Л12

Многие фантазии из этой книги также созданы в соответствии с правилами эриксонианского гипноза:

Солнышко Ф4
Солнышко Ф11
Солнышко Ф17
Солнышко Ф24
Солнышко Ф27

Некоторым недостатком классического НЛП и эриксоники можно считать веру в то, что возможна прямая передача успешной модели от человека к человеку. Существуют генетические, культурные, конституциональные различия, которые обычно недостаточно учитываются теоретиками и практиками НЛП. В своей работе как НЛП-терапевта я часто использую два различных подхода.

Первый тип — моделирование (достаточно хорошо описанный в начале раздела). Он позволяет начать изменяться тем людям, у которых к моменту начала трансформации действительно отсутствуют нужные им для выживания поведенческие и мыслительные модели. Процесс терапии в этом случае больше похож на обычное обучение: педагог сообщает о правилах русской грамматики, не ожидая, что учащиеся изобретут их сами; но сочинения, которые затем пишут ученики, абсолютно разные… Это обычно краткосрочная терапия (1—7 визитов), и того “запаса прочности” и гибкости, который получает клиент, достаточно, чтобы он мог развиваться и приспосабливаться к условиям своей жизни самостоятельно.

Вторая ситуация — когда со способностями, знаниями и навыками у человека относительный порядок, но он не может их применить из-за того, что гуманистический терапевт назвал бы “деформированной Я-концепцией”, а в НЛП это относится к классу убеждений (см. раздел “Страдания”). Естественно, если человек уверен, что “ничего не получится”, то он направляет все свои силы на то, чтобы подтвердить верность данного убеждения. Тогда процесс терапии смещается в сторону эриксонианского гипноза, привлекаются какие угодно подходы и теории, пока не будет выявлено и трансформировано мешающее убеждение. Освободившись от него (или целой серии его “родственников”), клиент избавляется от своего невроза или не испытывает нужды в психопатизации. Освободившаяся энергия направляется в творчество, усиление жизненной активности, преобразование окру­жения.

Змея Л11

В течение последних 10—20 лет в практической психологии и психотерапии начинают стираться границы классических теорий, постепенно вырабатывается достаточно понятный общий язык, багаж конкретных технических приемов, которые способны удовлетворить потребность клиента.

Змея К27

Естественно, в этом разделе я не могла описать все теории психологии и психотерапии, да и вряд ли это необходимо: специалисты их и так в институте учат, а если неспециалиста что-то очень заинтересует, то проще познакомиться с книгой автора этой теории или сходить на соответствующий семинар. Надеюсь, что этот раздел поможет определиться, какой из теоретических подходов более созвучен вашему представлению о себе, какой в большей мере способствует изменению сложившихся стереотипов и представлений, помогая выйти за рамки ограничений…

6. Страдания

В этой главе описаны наиболее типичные способы, с помощью которых человек организует себе невроз, а иногда — и окружающим тоже.

Солнышко К29

С1. Надо быть хорошим

АС

С детства, сколько себя помню, я знал: “Надо быть хорошим”. Хорошие мальчики хорошо кушают, не шумят, не бегают, не дерутся, вовремя ложатся спать… Хорошие школьники слушают учителей, прилежно выучивают все, что задано, не задают лишних вопросов, не возражают учителям… Я был уверен, что если я буду хорошим, то меня будут любить, заботиться обо мне. А как же иначе? Ведь я делаю все, как мне говорят.

Но тут стали происходить странные вещи: одноклассники непонятно почему невзлюбили меня до такой степени, что несколько раз даже объявляли бойкот. Я точно знал, что хорошие дети не дерутся и не ябедничают учителю, поэтому молча терпел. А когда рассказывал об этом папе, тот говорил, что, наверное, это я плохой: я что-то сделал неправильно и ребята меня не любят. Но что же именно не так? Хотя, может, мне просто с классом не повезло, никто не смог понять и оценить, какой я хороший?

Папа сказал, что надо поступать в медицинский институт — ну, надо так надо. Не то, чтобы я не любил медицину или не хотел стать таким же знаменитым хирургом, как мой отец… Просто тогда, после школы, я не мог сам выбрать, что же я хочу. Сейчас я понимаю, что больше всего я хотел, чтобы папа похвалил меня, но это бывало так редко. Только когда я действительно был безупречным во всех отношениях. Я стал учиться в институте, делать все, что мне задавали, и еще читать дополнительную литературу, предложенную отцом. От усталости слипались глаза, я боялся заснуть на лекции или в морге прямо рядом с трупом… Это ведь нехорошо — быть таким несобранным? Но самое страшное случилось в интернатуре. Когда мне доверили вести больных, я знал, как правильно заполнять истории болезни, знал все лекарства и все симптомы. Мог повторить все это во сне, наизусть! И не имел ни малейшего представления, что же сейчас происходит с больным и что мне с ним делать. Я стал бояться, что другие заметят это, решат, что я глупый или нарочно не хочу лечить правильно… Через год этого кошмара я понял: практическая работа не для меня, но как сказать об этом дома? Что подумают родители, ведь они уже вложили в меня (дурака!) столько сил… Я стал подумывать о самоубийстве, и только одно меня останавливало: это неправильно, это грех. Родители никогда мне этого не простят. И тут случилось Чудо! Я переходил улицу и случайно попал под машину. Сложные переломы, травмы действительно не дают мне возможности выйти на работу, я лежу в больнице. Говорят, что врачей лечить трудно — и верно. Все заживает очень медленно, дает возможные и невозможные осложнения. Но я хороший больной — принимаю и выполняю любые назначения врача. Пока лежал, стал читать еще больше литературы, постараюсь поступить в аспирантуру. Отец хоть и говорит, что это правильно, но, наверное, в глубине души жалеет, что я не смог и никогда не смогу пойти по его стопам.

ДС

Казалось бы, какие страдания? Милый, обаятельный, вежливый, исполнительный сотрудник. Просто мечта! Что бы ни сказал, ни попросил — никогда не услышишь отказа. Правда, со временем выясняется, что это не гарантия того, что работа действительно сделана: находятся уважительные причины, человек искренне раскаивается, обещает сдать работу прямо завтра… И опять — ничего! При этом он пытается сохранить хорошие отношения со всеми сотрудниками. Всех выслушивает, пытается помирить друг с другом, всем помочь. К сожалению, количество и качество конфликтов растет, как снежный ком: ведь каждый спорящий получил подтверждение “Ты прав!”, и это подпитало его новой энергией. Естественно, возникает желание не работать с человеком вместе, ни в коем случае не поручать ему ответственных заданий. А лучше бы вообще написать прекрасное резюме и отправить фирме-конкуренту…

В семье любимой поговоркой становится “хотел как лучше, а вышло как всегда…” Страх испортить отношения с окружающими, не получить должного внимания и заботы приводит к тому, что свои собственные желания человек высказывает крайне редко, при этом старается выполнить чужие желания так, как он это понимает. И молча требовать ответного внимания на том же “телепатическом” уровне. Все члены семьи начинают чувствовать себя виноватыми непонятно в чем, ощущать, что чем-то обидели “страдальца”. Неизбежное охлаждение отношений, увеличение дистанции воспринимается как еще большая обида, вызывает у “страдальца” гнев и чувство вины одновременно… При нарастании напряжения до определенного предела организм тем или иным способом защищается от невыносимой ситуации: уходит в болезнь, вредную привычку, навязчивые состояния.

Змея И14, И22, И18, И4

Кошмар

Самый страшный кошмар — это ответ на вопрос “Что же произойдет, если перестать быть хорошим?”. Это страх смерти. Он прячется под разными масками: “Люди увидят, что я плохой”, “Люди не захотят со мной общаться”, “Это огорчит моих родителей”… Но чуть глубже, за этими поверхностными кошмариками, сидит главный Страх: “Люди перестанут меня любить, уйдут, и я умру…” Чаще всего это совсем детский страх, отголосок родительских воспитательных мероприятий: “Будь хорошим, кушай кашу, а то я уйду, а тебя Бука заберет!” Для взрослого человека это пустые слова, а для ребенка — реальная и непонятная угроза самому его существованию…

Конечно, у каждого носителя страдания может быть какая-то своя вариация кошмара, но действительно ли важно и хочется сохранять этот (или похожий) детский кошмарик на всю жизнь?

Если надоело, то

Солнышко У11

С2. Надо поступать правильно

АС

Если задуматься, то можно узнать, правильно ты поступаешь или нет. Ведь в любом деле это заметно: правильно решенная задача, написанный диктант, составленный финансовый отчет. Я стараюсь всегда и все делать правильно, надежно, не оставляя каких-то недоработок и халтуры. За это меня и ценят сотрудники и начальники. К сожалению, не все могут так поступать, меня ужасно раздражает, когда я все сделал правильно, а они нет! Я стараюсь им объяснить или сам молча все делаю, это ужасно раздражает. Но ведь злиться — неправильно! Я долго искал те правила, по которым строятся отношения с людьми. Вот если бы где-то была написана такая инструкция о правильных взаимоотношениях! Все люди ее выучили бы, и не было бы никаких проблем…

В детстве я думал, что ответ на этот вопрос знают мои родители, ведь это они учили меня тому, что правильно, а что нет. И я всегда старался выполнять то, что они говорили, слушаться, поступать только правильно. До сих пор помню, как мама читала мне стихотворение Маяковского “Что такое хорошо и что такое плохо”. Все и было очень хорошо, в детстве, в первых классах школы: я слушался учительницу, родителей, отлично учился. Меня все ставили в пример, и я гордился этим. Но потом стало происходить что-то непонятное. Одноклассники стали часто драться, выяснять, “кто сильнее”, но я не хотел драться с ними — ведь это неправильно, им больно будет. Тогда они решили, что я слабак, не умею драться, и стали меня дразнить. Я спрашивал у мамы, что делать. Она сказала: не обращай внимания, они ведут себя неправильно, нельзя быть похожим на них. Я это понял и действительно перестал обращать внимание, но тогда мне стало совсем не с кем дружить. Конечно, дружить не обязательно — осталось больше времени на то, чтобы заниматься учебой, готовиться в институт.

И это оказалось правильно, я поступил с первого раза, без всякого блата. В институте я тоже учился легко и хорошо, я был уверен, что меня ждет хорошая работа, зарплата — ведь я был одним из лучших студентов курса. Но как раз тогда, когда я был на пятом курсе, началась “перестройка”, заводы закрылись, никто не хотел брать на работу молодого специалиста. Я остался при кафедре, но там по полгода не платили зарплату. Многие мои сокурсники занялись чем-то другим — кто коммерцией, кто уехал за границу. Но это же неправильно! Я же все делал действительно как положено, почему не могу рассчитывать на то, чтобы и ко мне относились как положено?! Но это не так… Я устраиваюсь на разные работы, в разные организации, все делаю как надо, однако мне никак не удается найти такое место, где бы меня могли оценить по достоинству или хотя бы сами работали с той же отдачей.

Родители говорят, что пора жениться, да я и сам знаю, что в моем возрасте положено иметь жену и детей. Я знакомлюсь с девушками, ухаживаю за ними, но никак не пойму, какие правила тут действуют — то ли нужно долго ухаживать (тогда девушка говорит: “Чего голову морочишь?”), то ли сразу в постель, как в американском кино? Но я так не могу. В общем, запутался я совсем. Предлагают пойти в Церковь Свидетелей Иеговы и жить по Божьим заповедям… Может, это выход?

ДС

Деление мира на черное и белое, правильное и неправильное поначалу делает окружающую среду более определенной и безопасной: “Если я все делаю правильно, то и все вокруг должно быть правильным”. Когда эта детская логика сохраняется до более старшего возраста, она начинает вступать в естественные противоречия с реальностью, с жизненным опытом. Прежде всего так происходит потому, что определенных “правил”, таких же непреложных, как в арифметике или грамматике, почти нет в реальных человеческих взаимоотношениях. В каждой конкретной ситуации решение приходится принимать исходя из почти бесконечного множества переменных, и логически объяснить, что из этого “правильно”, а что нет, крайне сложно, а то и невозможно в принципе.

Носитель такого “страдания” регулярно сталкивается с тем, что люди вокруг следуют своей собственной логике поведения, а не тем нормам, которые он сам усвоил когда-то в детстве или почерпнул из какой-либо религии. В момент столкновения происходит “взрыв” большей или меньшей разрушительной силы: гнев, обида, попытки внушить окружающим свои представления о мире или молчаливый “уход в себя” с накоплением негативных эмоций.

Относительно неплохо такой человек может уживаться в структурах, близких к армейским: с четким уставом, распределением обязанностей, однозначно оговоренными правилами взаимодействия. К сожалению, в современном мире таких мест не так уж много, а во всех остальных случаях требуется поведенческая гибкость, умение понять и принять точку зрения многих разных людей, принять решение, взвешивая все “за” и “против” не только на логическом, но и на интуитивном уровне.

Особые затруднения вызывает взаимодействие с таким “правильным страдальцем” в семье. Ведь близкие сталкиваются не с эмоциональной реакцией “Я не люблю такое жаркое!”, а с обвинительной лекцией: “Надо резать мясо кубиками 3 на 3 см и обжаривать его не менее 10 минут…” А поскольку правила приготовления пищи, способы распоряжения семейным бюджетом и т.д. в разных семьях, естественно, различаются, то попытки навязать свой стандарт супругу сталкиваются с его (ее) аналогичным стандартом…

Достаточно успешным выходом, прекращающим этот тип страданий, является обучение хорошей интуитивной чувствительности и навыкам “вникания” в состояния и потребности других людей. И это удается, если на пути не возникает

Кошмар

Любимым кошмаром — спутником этого страдания — является страх перестать поступать правильно и требовать того же от других. Ведь это действительно страшно — оказаться в “неправильном” мире, где непонятно, кто “наши”, а кто “враги”, где правила игры меняются очень быстро и редко проговариваются вслух. Это может вызвать ощущение реальной физической угрозы существованию, но если такое состояние пройдено, прожито и осталось позади, то появляется доверие к своему телу и своему бессознательному. Тогда можно поступать как хочется и предполагать последствия своих поступков, реакцию на них со стороны других людей.

Если Вашу жизнь омрачал этот кошмар и уже несколько надоел, то можно направиться в

Солнышко У26
Солнышко Ф9
Змея Т3, Т4…

С3. Я никому не нужен

АС

Мне часто говорят, что я нужен — жене (чтобы зарабатывал побольше), начальнику (чтобы выполнять все его поручения)… Я понимаю, что это действительно так, и стараюсь делать все правильно, чтобы помочь окружающим, близким. Но когда я замечаю, что ко мне относятся слишком хорошо: звонят, приглашают в гости, на работе поздравляют с днем рождения, — то поневоле закрадывается мысль, что тут что-то не то, что я им зачем-нибудь нужен. Раньше я прямо спрашивал, что им от меня надо, но не все сразу хотят сказать об этом.

Мне важно, действительно очень важно, чтобы вокруг были люди, чтобы с ними были хорошие взаимоотношения, тогда на какое-то время я могу почувствовать себя “на своем месте”. Но стоит кому-то проявить свое настоящее отношение ко мне — недовольство, раздражение, — и я опять убеждаюсь, что никому не нужен, им важно то, что я делаю (в лучшем случае), но не я сам. Однажды в юности такое состояние довело меня даже до попытки самоубийства. Я встречался с девушкой, и она говорила, что я для нее любимый, единственный… И вдруг я случайно заметил, как она идет по улице с другим парнем и улыбается ему, он держит ее за руку… Столько лет прошло, а картинка до сих пор стоит перед глазами! Я пришел домой и порезал вены, еле откачали в больнице. Потом девушка объясняла, что это был ее двоюродный брат, он приехал в отпуск из армии. Но мне было уже все равно… В больнице врач расспрашивал, как так получилось, почему я не хочу жить. Трудно сказать… Я вырос в семье, где нас было пятеро, я — средний. Родители все время работали, чтобы нас прокормить, мы помогали чем могли. Первую свою одежду я купил, уже когда уехал учиться в техникум и стал получать стипендию. Прежде мне приходилось донашивать вещи старших братьев и делать это аккуратно — ведь есть еще и младшие. Родители, конечно, заботились о нас как умели — пороли, если кто-то приносил из школы двойки или сильно шумел. Ну и ничего, все в люди вышли — работаем, никто в тюрьме не сидит… И все-таки я чувствовал, что не очень-то нужен родителям, да и они не раз говорили: “Вот народились на нашу голову, кому вы нужны!” Может, они и правы — я действительно делал меньше, чем им было нужно, иногда оставлял младших и убегал гулять. Но если все было хорошо, то мама радовалась, хвалила меня, что расту помощником, не то, что старший — балбес! Своих детей я тоже стараюсь в строгости воспитывать, вроде все правильно делаю. Но уже слышу от дочки: “Кому ты, папа, нужен! Мы сами лучше знаем!” Вот и детям уже не нужен стал…

ДС

Убеждение “Я никому не нужен” на первый взгляд беспокоит только его носителя, а окружающих даже устраивает. Ребенок, которому внушили эту заповедь с детства, может выбрать разные способы реакции: иногда он старается доказать всеми силами, что он нужен — хорошо учится, помогает взрослым. Иногда “сдается” и начинает протестовать: “Я вам не нужен, ну и что! Я сам проживу!” Тогда его поведение становится вызывающим, грубым, а в глубине все равно остается робкая надежда, что вдруг полюбят, вдруг стану нужен, хоть кому-нибудь? И тогда любая секта, банда, случайный взрослый, продемонстрировавший имитацию любви, приобретет верного раба… Но часто человек вырастает и сохраняет убеждение “Я никому не нужен”, оно становится щитом, защитой от попыток других людей полюбить или просто позаботиться. Тогда любые естественные, доброжелательные проявления со стороны знакомых могут быть восприняты как корысть, непонятные интриги и далеко идущие замыслы… Конечно, наибольшие проблемы у хозяина такого убеждения возникают в семье: ведь он уверен, что никому не нужен, боится, что его бросят, нуждается в непрерывных доказательствах любви. И в семье появляется патологическая ревность, подозрительность, иногда совершенно необъяснимые поступки (проверка “Вдруг разлюбит, если я сделаю это…”) Конечно, такой брак не очень долговечен, рано или поздно “половина” не выдерживает и уходит. Убеждение “Я никому не нужен, даже ей!” растет и укрепляется… В итоге результатом становится полное одиночество.

Но препятствует расставанию с этим убеждением любимый

Кошмар:

Вдруг решу для себя, что я кому-то нужен, а это окажется не так?”. Страх причинить себе такую боль “спасает” от возможности установить действительно приятные и доверительные отношения с людьми. Однажды моя подруга, детский психолог, изобрела хорошую технику борьбы с кошмарами у малышей: “Если ночью ты проснулся от страшного сна, обними себя руками крепко-крепко и скажи: “Я у себя есть!” И тогда кошмарики разбегутся…” Может быть, кому-то из взрослых похожая техника тоже пригодится, и четко осознав, что ты нужен хотя бы себе самому, можно будет найти множество других людей, которым ты тоже нужен. И не почему-то или за что-то, а просто так симпатичен… Чтобы сделать этот процесс более быстрым и более приятным, можно направиться в другие разделы книги.

Солнышко У20
Солнышко У24
Солнышко Ф2
Солнышко Ф20
Солнышко С4

С4. Мне никто не нужен

АС

Со своими проблемами человек может и должен справляться самостоятельно. Я всего в жизни достигла сама, не благодаря, а вопреки! Родители-алкоголики никогда ничем мне не помогали, наверное, вообще не отличали от мебели. Так что примерно лет с шести (что было раньше, я просто не помню) я обо всем в доме сама и заботилась — что найду, то сварю и съем, во что найдется, в то и оденусь… В школу тоже всегда ходила сама и очень удивлялась, зачем моих подружек мамы чуть ли не до шестого класса водят за руку. И ведь неплохо училась — на “четыре” и “пять”! А потом поняла, что если сама зарабатывать не начну — можно и с голоду помереть, родители к тому времени из квартиры все, что было, пропили и стали поговаривать, что можно квартиру продать. Ну, я на все это плюнула и уехала — поступила на работу, комнату в общежитии дали. Стала вроде жизнь налаживаться, но тут перестройка — завод не работает, зарплату не платят. Подружки (странные они какие-то!) надеялись, что правительство, или директор завода, или еще кто о них позаботится: зарплату дадут, накормят, работой обеспечат. Как же! Я-то сразу поняла, что надеяться тут можно только на себя. Сколотили мы строительную бригаду, стали ездить, зарабатывать. Я и одна могу, не все ли равно, с какой бригадой работать, но тут бригадир обещал платить чуть больше. Стали зарабатывать прилично, ни от кого не зависели.

Все хорошо, одно непорядок — мне тридцать лет уже, а все незамужем… Вроде и пора бы уже давно, и мужики вокруг есть, но как представлю козла, как мой родитель! Не нужны они мне, я и сама проживу не хуже. Думала было ребенка родить — но зачем он нужен? Лишние хлопоты мне — как прокормить, одеть, да и у него непонятно как по таким временам жизнь сложится. Вот и живу одна. А что? Мне и вправду не очень-то кто нужен. Знакомые есть, конечно, и отношения с ними неплохие — не ругаемся, но в душу я никого не пускаю. Зачем? Какое кому дело, как я живу, что думаю? Из-за этого, конечно, обижаются, особенно народ в бригаде, соседка в общежитии, считают, что я слишком гордая, чтобы с ними разговаривать. А мне просто не нужно это! Я сама справляюсь. Девчонки пробовали мне жаловаться — то на начальство, то на родителей или кавалеров своих. Вот уже чего не понимаю! Зачем они это делают? Я, что ли, пойду с их проблемами разбираться? А когда говорю, как думаю — чтобы они сами что-то полезное сделали: с работы уволились, если начальство не такое, или парня выгнали, — то они обижаются: “Вроде бы ты и умная, но ничего не понимаешь!” А чего понимать-то? На свои силы рассчитывать надо.

ДС

Со стороны — самостоятельные, уверенные в себе, прямо иллюстрация к американской мечте: “self made man” — человек, сам себя сделавший. Почему же на российской почве это выглядит как-то странно? Ведь действительно заработать, прокормить себя, адаптироваться к каким угодно условиям этот человек может значительно лучше других. Но окружающим не хватает того тепла, личного, эмоционального общения, которое принято в нашей культуре. Страдание “мне никто не нужен” может быть поводом как для защитной гордости “Я все могу сам!”, так и для глубокой депрессии: “В жизни нет никого, на кого я мог бы опереться”.

Человек со страданием такого типа на работе старается четко определить свои функциональные обязанности и выполнять только их, избегает общих мероприятий-праздников, дней рождения. Конечно, это вызывает вначале скрытую, а потом и более явную неприязнь окружающих, создает неприятности начальнику: вроде и не уволишь, и придраться не к чему, но и работать нормально в такой обстановке невозможно. Причем сам носитель этого страдания-защиты может и не замечать растущей напряженности: “Хожу я на их пьянки, не хожу — кому какое дело? Я же их не спрашиваю, что они там после работы делают?” Для окружения такое восприятие мира выглядит как излишняя самоуверенность, гордость, пренебрежение со стороны сослуживца. Попытки наладить ситуацию, “поговорить по душам”, обычно еще больше усиливают конфликт.

Страдалец” может делать вид, обманывая окружающих и самого себя, что такое убеждение ему нравится, делает его сильнее, более независимым. Но реально оно снижает способность к выживанию, сводит почти к нулю вероятность создания семьи… Что же мешает избавиться от такого странного убеждения и начать жить нормально?



Страница сформирована за 0.63 сек
SQL запросов: 191