УПП

Цитата момента



Простая и приемлемая ложь полезнее сложной и непонятной истины.
Вы не поняли?

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента




Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d4612/
Мещера-Угра 2011

Направление исследований Фрейда

Одна из ключевых тем трудов Фрейда — тема важности первых лет жизни человека для последующего развития его личности. Он был уверен, что дети переживают эмоциональные конфликты и что их будущее благополучие зависит от того, насколько успешно эти конфликты разрешаются. Фрейд считал, что, рассказывая о своих страхах, Ганс успешно справлялся со своими конфликтами и тревогами.

В отличие от большинства современных ученых, Фрейд полагал, что дети обычно проявляют сексуальную активность еще до полового созревания. Он утверждал, что детская сексуальность проявляется на разных стадиях развития, причем на каждой стадии основное внимание уделяется особой части тела. Фрейд был уверен, что случай маленького Ганса подтверждает правильность этой концепции. По его мнению, все дети проходят пять этапов развития: оральный, анальный, фаллический, латентный и генитальный. Первые три этапа приходятся на первые пять лет жизни ребенка. Ганс на момент завершения лечения проходил фаллический этап своего развития.

Фрейд считал, что на фаллическом этане, наблюдаемом у ребенка в возрасте от трех до пяти лет, происходит половая идентификация. Он предполагал, что на этом этапе Ганс, подобно всем мальчикам, страдает от так называемого Эдипова комплекса, который выражается в желании ребенка иметь половой контакт с родителем противоположного пола (в данном случае — с матерью) и устранить родителя одного с ним пола (т. е. отца — Макса Графа). Разумеется, Ганс понимал, что последнее для него невозможно из-за подавляющего превосходства отца в силе. По мнению Фрейда, Ганс боялся, что отец может увидеть в нем соперника и кастрировать его. Очевидно, что такие конфликты беспокоят ребенка, и один из способов, с помощью которых он пытается разрешить их, заключается в идентификации себя с родителем одного с ним пола. Согласно Фрейду, Ганс добился этого за счет выработки так называемого механизма отождествления с агрессором. Его действие можно наблюдать в последней фантазии Ганса, в которой он вообразил себя отцом своих собственных детей. Таким образом, утверждал Фрейд, все маленькие мальчики учатся отождествлять себя со своими отцами. Фрейд также предположил, что девочки страдают сходным комплексом Электры, но за подчеркнутое внимание Фрейда к мужскому развитию оппоненты обвиняли его в «сексизме» и «фаллоцентризме».

Фрейд верил, что бессознательное является частью разума, о которой мы ничего не знаем и которая содержит множество неразрешенных конфликтов, например связанных с Эдиповым комплексом. Эти конфликты влияют на наше поведение (страх Ганса перед лошадьми) и проявляются в наших фантазиях и сновидениях. Из-за своей угрожающей или обескураживающей природы конфликты проявляются в замаскированной форме и нуждаются в интерпретации, которая может помочь выявить их истинный смысл.

Зигмунд Фрейд

Какой же вклад внесло исследование случая Ганса в развитие психологии? Сторонники Фрейда утверждают, что оно продемонстрировало, как развиваются фобии у детей — просто как средство, позволяющее справляться с конфликтами и тревогами. Однако оппоненты выдвигают альтернативное объяснение. Одно из самых веских объяснений имеет отношение к выработке условной реакции страха посредством классического формирования условного рефлекса (см. также гл. 13): агония лошади, которую наблюдал Ганс на улице, и была фактической причиной его расстройства; явно выраженная реакция страха на это исходное событие распространилась на всех лошадей и породила страх перед улицей, где встреча с лошадьми была в то время практически неизбежной.

Фрейд был первым, кто предположил, что так называемое лечение разговором может применяться даже в случае таких маленьких детей, как Ганс. На протяжении всего исследования этого случая Фрейд демонстрировал свое глубокое уважение к взглядам Ганса. Действительно, однажды отец отругал Ганса за то, что тот желал смерти своей маленькой сестренке. Однако Ганс возразил, что в таком желании нет ничего плохого, поскольку оно является фактом, который может оказаться полезным для «профессора [Фрейда]». Фрейд сообщал, что он не мог рассчитывать добиться «лучшего понимания психоанализа от любого взрослого человека». Этот инцидент можно рассматривать как пример проявления «характеристик спроса»: участник (Ганс) дает ответ, который, как он считает, хотел бы услышать исследователь (Фрейд). Сам по себе этот инцидент может считаться аргументом против методов Фрейда. Несмотря на это, не будет серьезным преувеличением утверждать, что новаторское исследование случая Ганса, выполненное Фрейдом, сформировало общий подход к разработке методов психотерапевтического лечения детей, используемых в наши дни. Кроме того, идея Фрейда о важности роли бессознательного в определении нашего поведения стала теперь общепринятой.

Анализ случая маленького Ганса был сконцентрирован на изучении субъективных отчетов о происходивших событиях. Все отчеты были получены либо от Макса Графа, либо от Фрейда. Какое-либо независимое рассмотрение случая отсутствовало. Отец Ганса был ярым сторонником теорий Фрейда и мог предоставлять информацию соответствующим образом. Особые отношения Ганса с отцом-аналитиком делают этот случай уникальным и исключают возможность генерализации его результатов. Фрейд знал о возможности подобных критических замечаний, но утверждал, что особые отношения между Гансом и его отцом были одной из причин, по которым проведенный анализ оказался настолько успешным. Фрейд утверждал, что эти отношения пошли на пользу, а не во вред психотерапии, и что все психоаналитики должны стремиться к установлению прочных отношений со своими пациентами.

С момента своего возникновения и по сей день психоанализ вызывал и вызывает множество споров. С учетом свидетельств и интерпретаций, представленных Максом Графом и Фрейдом, не кажется удивительным, что история маленького Ганса рассматривается некоторыми учеными как наиболее фарсовая из всех известных историй подобного рода. Психоанализ был объявлен научной сказкой и абсолютно бесполезным средством терапии, способным оказывать лишь эффект плацебо. Психоанализ даже сравнивали с религиозным культом, верховным жрецом которого был Зигмунд Фрейд. Появились статьи, в которых содержались обещания «похоронить Фрейда»,[101] а сам он назывался лжецом и сексистом. Как автор «гипотезы совращения», он был признан ответственным за несчастья родителей, ложно обвиненных своими «пострадавшими» отпрысками, а в период его последующего отречения от этой гипотезы он обвинялся в надругательстве над детьми.[102] Люди удивлялись, как такая ложная теория психики человека могла оказывать огромное влияние на психиатрию в течение более чем полувека. Каким образом обманчивые идеи Фрейда, основанные на неубедительных доказательствах, оказывали эффект на психиатрию и на общество в целом (например, с точки зрения использования фрейдистской терминологии), и все это рассматривалось как одно из самых экстраординарных событий в истории развития мысли в двадцатом веке?

Однако со времен Фрейда психоанализ продолжал непрерывно развиваться. Сам Фрейд был продуктом своей эпохи. Его подход к изучению внутренней работы человеческого разума был для своего времени революционным. Возможно, он не выдерживает сравнения с сегодняшними научными методами, но он был ничем не хуже многих методов, использовавшихся в те годы. Фрейд был хорошо подготовленным ученым и считал себя «археологом разума», все глубже и глубже проникающего в область бессознательного. С первых дней своих экспериментов с кокаином, гипнозом и электротерапией (от которых он позднее отказался) Фрейд всеми силами стремился добиться успеха и оставить свой след в истории. Он понимал, что некоторые люди считают его маньяком, но был убежден в том, что с помощью своей теории бессознательного он сумел прикоснуться к одной из величайших тайн природы. Его внучка Софи Фрейд утверждала, что он всегда мечтал стать великим человеком. Немногие теперь сомневаются в том, что он достиг этой цели. Независимо от того, преувеличивал он значение получаемых свидетельств или нет, невозможно не восхищаться его волей и целеустремленностью в понимании и исследовании наиболее сложной структуры в нашем мире — разума человека. Какова бы ни была степень объективности представленных им данных, они, в любом случае, дают нам пищу для глубоких размышлений.

Возможно, современные критики психоанализа придают слишком большое значение сегодняшнему влиянию Фрейда. Великий математик А. Уайтхед[103] как-то сказал, что «наука, которая не решается забыть своих основателей, обречена», поэтому, вероятно, наступило время перестать держаться за Фрейда обеими руками. Современный психоанализ по-прежнему имеет как минимум три сильных аргумента в свою пользу. Во-первых, он подчеркивает особое влияние первых лет жизни ребенка на формирование личности взрослого человека; во-вторых, он акцентирует внимание на важности человеческих отношений для психического здоровья; в-третьих, обеспечивает нам язык для исследования и выражения самых разных чувств.[104] Например, при описании случая маленького Ганса Фрейдом впервые было использовано понятие переноса. Перенос — это смещение аффекта (неразрешенного конфликта) с одного объекта на другой. Например, Ганс перенес свой страх перед отцом на объект-заменитель, а именно — на лошадей. В результате объект, вызывающий фобию, стал полезным средством выражения его чувств.

Герберт Граф: взрослый Ганс

Итак, кем же стал маленький Ганс? Некоторые критики утверждают, что вмешательство Фрейда в жизнь Ганса лишило мальчика блаженного неведения и предопределило непростое будущее бедного ребенка. Ганса даже изображали жертвой психоанализа. Фрейд предсказал подобную реакцию в своей первой статье, посвященной этому случаю, написав: «Я должен спросить, какой вред был нанесен Гансу в результате вытаскивания на свет его комплексов, которые не только не подавляются детьми, но и порождают страх у родителей?» Фрейд утверждал, что врачи, которые неправильно поняли природу психоанализа, будут ошибочно думать, что нехорошие инстинкты будут усиливаться, если их сделать сознательными. Он доказывал, что результатом психоанализа стало выздоровление Ганса: мальчик перестал бояться лошадей и выработал более дружеские отношения с отцом. Им приводились следующие слова, сказанные Гансом отцу: «Я думал, ты знаешь все, как ты все знал о той лошади».

Фрейд потерял Ганса из виду в 1911 году, но позднее у них произошла еще одна встреча, на этот раз последняя. Весной 1922 года Герберт Граф, которому исполнилось к тому времени девятнадцать лет, вошел в приемный кабинет Фрейда. Фрейд описывал его как подтянутого юношу, у которого не наблюдалось признаков озабоченности или подавленности. Он выглядел не утратившим душевного равновесия, несмотря на то, что сильно переживал из-за развода своих родителей. Герберт продолжал жить с отцом (что подкрепляло убежденность Фрейда в более тесных отношениях между отцом и сыном), в то время как его сестра, которую он очень любил, предпочла остаться с матерью. Герберт рассказал, что когда он прочитал историю о маленьком Гансе, то не мог поверить, что она написана о нем!

Герберт Граф, как и его отец, посвятил жизнь музыкальному искусству. Проработав несколько лет в оперных театрах Германии, Швейцарии и Австрии, он перебрался в США в 1936 году в возрасте тридцати трех лет. Здесь его дела резко пошли в гору, и вскоре он занял престижный пост директора нью-йоркской «Метрополитен Опера». Позднее он все же решил вернуться в Европу. Он занимался организацией выступлений Марии Каллас во Флоренции и участвовал в постановке нескольких оперных спектаклей в Лондоне (в театре Ковент-Гарден) и в Зальцбурге. В 1960-1962 годах он был директором Цюрихской оперы, а затем возглавил оперный театр Женевы. Герберт Граф был также автором нескольких книг. В частности, в вышедшей в 1951 году книге «Опера для народа» (Opera for the People) он подробно рассказал обо всех аспектах постановки оперных спектаклей. Он был известен как большой знаток театра, как по-настоящему творческая личность и как человек, пользовавшийся особой любовью и уважением молодых артистов.

Герберт озаглавил свое интервью, данное еженедельной газете «Орега News»,[105] как «Воспоминания незаметного человека», намекая на то, что он всегда работал за сценой и никогда не представал перед зрителями при свете рампы. Его выбор театрально-музыкальной карьеры говорит о том, что он явно отождествлял себя со своим отцом, но его стремление руководить спектаклями из-за сцены свидетельствует и об отождествлении с Фрейдом, исполнявшим в процессе психоанализа свою невидимую постороннему глазу роль.[106]

Коллеги по работе и знакомые описывали Герберта как человека большого ума и огромного личного обаяния. Однако сообщается и о некоторых неприятных чертах его характера. Например, некоторые эти черты были видны всем, кому приходилось с ним работать, даже если эти черты в предыдущие годы остались не замеченными Фрейдом. Рассказывают также, что он был любителем тонких вин и хорошеньких женщин. Герберт, не создавший собственной семьи, по-видимому, так и не встретил своей настоящей любви. Кое-кто считает, что эти факты могут считаться свидетельствами (безусловно, очень ненадежными) того, что психоанализ оказался не столь успешным, как заявлял об этом сам Фрейд. Однако можно и утверждать, что карьера Герберта оказалась такой успешной вопреки сеансам психотерапии, а не благодаря им.

Герберт Граф умер от рака в Женеве в 1973 году. Несмотря на многие успехи, достигнутые им во взрослой жизни, он, возможно, навсегда останется более известным именно как маленький Ганс Зигмунда Фрейда.

Три лица Евы: история Крис Сайзмор

О множественном личностном расстройстве, называемом также диссоциативным расстройством идентичности,[107] было практически ничего не известно до тех пор, пока два американских психиатра — Корбет Тигпен (Corbett Thigpen) и Херви Клекли (Hervey Cleckley) — не опубликовали в 1950-х годах результаты своего исследования. Они описали одну свою пациентку, обладавшую тремя разными личностями, которую они называли Ева Белая, Ева Черная и Джейн. Каждая личность была самостоятельной и вела себя совершенно не так, как две другие. Снятый впоследствии и удостоенный многих наград фильм «Три лица Евы», сюжет которого основывался на этом случае, привлек к МЛР внимание многих. Этот случай, наряду с подобными, также захватившими воображение публики, способствовал изменению отношения к МЛР: теперь оно перестало быть практически неизвестным и стало все чаще выявляемым психическим расстройством. Однако в последние годы ученые задались вопросом: действительно ли МЛР существует как реальное заболевание или же оно является ятрогенным расстройством, т. е. порождением самих психотерапевтов?

Что такое МЛР?

Множественное личностное расстройство (МЛР) является диссоциативным[108] психическим расстройством, один из самых заметных симптомов которого заключается в том, что человек, страдающий этим расстройством, имеет по крайней мере еще одну «альтернативную» личность, также контролирующую его поведение. Эти «другие» личности проявляются спонтанно, а в исполнении своей главной функции они совершенно независимы друг от друга. В 1994 году в четвертом издании «Диагностическо-статистического руководства» Американской психиатрической ассоциации (так называемом DSM-IV) вместо МЛР стала использоваться аббревиатура ДРИ (диссоциативное расстройство идентичности). Хотя название этого расстройства в США изменилось, старое название (МЛР) по-прежнему используются в Великобритании, а также в этой главе, поскольку оно остается более известным и, возможно, точнее описывает этот феномен.

Изменение названия в США не привело к изменению перечня симптомов, которые являются настолько разнообразными и меняющимися от пациента к пациенту, что описание «типичного» случая МЛР представляет собой трудную задачу. Человек, страдающий МЛР, может иметь любое количество «других» личностей, обычно до двадцати или тридцати. Как правило, имеется одна «основная» личность, которая занимается решением проблем повседневной жизни. Эта личность обычно не знает о существовании других, а если и знает, то только косвенным образом (например, через свидетельства выполнения какого-то действия при отсутствии воспоминаний об этом). Каждая «другая» личность может знать о существовании всех остальных и иногда даже заключать союзы с одними против других! Многие из этих «других» личностей не до конца развиты и остаются фрагментарными. Они могут быть разных возрастов, полов и даже национальностей. Каждая личность уникальна и не похожа на других (что может проявляться в особых жестах, почерке, речи и выражении лица). Человек с МЛР может страдать галлюцинациями, причем настолько отчетливыми, что фактически будет видеть свою другую личность в зеркале.[109]

История МЛР

Хотя о расщеплении личности практически ничего не было известно до случая Евы, описанного Тигпеном и Клекли, изучение этого феномена имеет довольно долгую историю. Еще в 1784 году сообщалось, что сельскохозяйственный рабочий по имени Виктор Расе (Victor Race), живший в Суассоне (Франция), демонстрировал симптомы, сходные с симптомами МЛР. Однажды Виктор перешел в другое состояние сознания и вместо своего обычного тугодумия стал демонстрировать быстроту и ясность ума. Когда он вернулся в свое обычное состояние, то не сохранил никаких воспоминаний о произошедших с ним событиях и о своей трансформации личности.[110]

Возможно, самый первый подробный отчет об МЛР был опубликован Эберхардом Гмелином (Eberhard Gmelin) в 1791 году. В этом отчете содержалось описание двадцатиоднолетней женщины из Штутгарта, которая внезапно приобретала личные свойства и языковую манеру француженки. В своем новом состоянии она демонстрировала полную уверенность в том, что бежала в Германию от ужасов Французской революции. При этом она с трудом изъяснялась по-немецки и говорила с явным французским акцентом. Интересно, что женщина не знала о существовании своего альтернативного состояния.

Хотя позднее в литературе появились и другие отчеты о людях с синдромом множественной личности, самым известным из которых является выполненное Мортоном Принсом (Morton Prince) описание случая мисс Бошам (Beauchamp)[111] (на него ссылаются Тигпен и Клекли), подобные нечастые события привели к тому, что в медицинских кругах феномен МЛР оказался основательно подзабытым. Действительно, Тигпен и Клекли указывали на то, что «расщепление личности редко упоминается в психопатологии». Они резко изменили такое положение дел, опубликовав в 1954 году свое исследование случая Евы.[112]



Страница сформирована за 0.81 сек
SQL запросов: 190