АСПСП

Цитата момента



Средний возраст — это когда из двух искушений выбираешь то, которое позволяет тебе вернуться домой до девяти вечера.
Рональд Рейган

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Помните старый трюк? Клоун выходит на сцену, и первое, что он произносит, это слова: «Ну, и как я вам нравлюсь?» Зрители дружно хвалят его и смеются. Почему? Потому что каждый из нас обращается с этим немым вопросом к окружающим.

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d4612/
Мещера-Урга 2011

Изучение сопротивления

Иногда в инкаунтер-группах участники сопротивляются дальнейшему групповому процессу и защищают самих себя привычными ограничительными способами. В этом случае руководитель группы может использовать методики изучения сопротивления, приглашая клиента рискнуть продвинуться дальше по пути более глубокого сознавания себя. Одним из таких упражнений изучения сопротивления является упражнение, в котором участнику предлагается подумать о чем-нибудь таком личном, что будет трудно открыть группе. Участнику предлагается представить, что он открывает секрет конкретному члену группы, а затем предположить ответную реакцию реципиента. Таким образом, акцент в этой методике делается на описание участником предположений о том, как другие будут реагировать на его секрет, а не на открытие им самого секрета. Эта информация может оказаться и полезной обратной связью для остальных членов группы, и первым шагом на пути к большей открытости участника.

Подход к изучению сопротивления участников, основанный на фантазировании, может также оказаться полезным. В некоторых случаях используемые методики помогают «открыть дверь» в бессознательное, преодолевая сопротивление, которое создается сознательным «Я». Например, клиент может испытывать сильное затруднение, пытаясь ответить на вопросы руководителя. Однако, если клиент фантазирует, что вопрос задает не руководитель, а, например, старая, мудрая женщина, процесс нахождения ответов становится для него более легким.

Одним из наиболее предпочитаемых Шютцем (Schutz, 1967) упражнений в методике фантазирования, разыгрывания воображаемых ситуаций является упражнение, которое называется «фантазирование с закрытыми глазами». В этом упражнении руководитель группы предлагает конкретный образ. Участник, получив инструкции руководителя, закрывает глаза и начинает фантазировать. Одним из вариантов методики фантазирования является «фантазия о теле»: члены группы, лежа на спине с закрытыми глазами, мысленно совершают путешествие по собственному телу, зрительно представляя внутренние органы и полностью контролируя свои чувства и реакции. Если «путешественники» пугаются чего-то или ощущают сопротивление, а также встречают препятствие на своем пути, то руководитель поощряет их, убеждая или выдвигая новые идеи, которые помогают участникам фантазировать дальше. Упражнение «фантазия о теле» провоцирует выражение эмоционального конфликта в символической форме. Например, люди с постоянными спазмами в области живота могут обнаружить, мысленно совершив путешествие внутрь себя, заблокированное чувство одиночества и ощутить барьер, который мешает устанавливать контакты с другими людьми. После выполнения этого упражнения необходимо время для сознательной расшифровки и прояснения случившегося.

Методики фантазирования могут быть структурированными и неструктурированными. Во время неструктурированного фантазирования несколько членов группы ложатся на пол таким образом, чтобы их ноги соприкасались в середине, а тела располагались как спицы в колесе, и затем начинают спонтанно описывать свои зрительные фантазии. В случае структурированного фантазирования члены группы могут получить задание выбрать какое-либо животное и попытаться отождествиться с ним или представить магазин антикварных вещей и выбрать в нем какую-нибудь вещь для себя.

Сочувствие и поддержка

Некоторые методики в инкаунтер-группах направлены на создание атмосферы сочувствия и поддержки. На более поздних стадиях группового процесса больше пользы может принести упор на аффективную сферу (Schutz, 1958). Участники все больше эмоционально заинтересовывают друг друга, и проблемы привлекательности, доверия, близких отношений становятся актуальными. Наблюдения показывают, что на этой стадии руководитель группы поощряет участников не отговаривать друг друга от изучения возникающих новых чувств и переживаний. Стремление выразить поддержку, утешение или словесное одобрение тому члену группы, который испытывает боль или находится в состоянии конфликта, в большей степени может отражать тревогу самого помогающего, чем стремление «страдающего» к поддержке. Однако после конфронтации и обсуждения проблем участники действительно могут нуждаться в поддержке со стороны группы. Одни участники в период внутреннего беспокойства и растерянности очень хотят ощутить сочувствие, теплоту, но испытывают большие трудности в высказывании подобных просьб. Другие стесняются комплиментов и отвергают поддержку со стороны («А, чепуха! Не о чем говорить, мадам!»). Со временем группа становится способной обеспечить своего участника положительной обратной связью как самостоятельно, так и по инициативе руководителя. Руководитель также может предложить физические упражнения, которые актуализируют поддержку. Например, группа образует круг вокруг выбранного участника и затем толкает его с одной стороны круга на другую, причем участник должен закрыть глаза, полностью расслабиться и чувствовать физически поддержку группы. В другом упражнении участник лежит на полу с закрытыми глазами, а остальные члены группы мягко поднимают его, подбрасывают, а потом аккуратно кладут на пол.

Упражнения с прикосновениями могут проводиться в любое время. Однако когда упражнения, требующие более тесных физических контактов, применяются раньше времени, то такие физические контакты часто оказываются препятствием для настоящей близости.

Следующий отрывок, описывающий ситуацию в достаточно долгое время существовавшей инкаунтер-группе, иллюстрирует поведение участницы, решившейся попросить группу дать ей обратную связь и поддержать ее. Сара – 39-летняя женщина, страдающая от одиночества и неумения вовлечь других в свои проблемы. М. – руководитель группы (Shepard & Lee, 1970).

М.: Закрой глаза и начни описывать нам свои ощущения, а затем разреши своему телу делать все, что оно хочет делать. И если окажется, что ты хочешь, чтобы кто-то прикоснулся к тебе, то ты скажи нам об этом.
Сара (глаза закрыты): Ну… есть одна вещь, о которой я думала раньше. Я думаю, что мне понравится, если меня будут подбрасывать. Есть одна вещь, о которой я думала…

Группа поднимает Сару и подбрасывает ее три минуты, говоря в такт звук «ом», затем опускает на пол. Сара продолжает лежать с закрытыми глазами.

Сара: Я чувствую мир… я чувствую расслабленность, расслабленность. И я ощущаю удовольствие от того, что так много людей прикасалось ко мне.
М.: Что бы ты хотела именно сейчас? Как бы ты хотела, чтобы мы помогли тебе?
Сара: Ну, я хотела бы, чтобы меня спросили о чем-нибудь.
М.: Кто должен спросить тебя?
Сара: Ты.
М.: Что я могу сделать, чтобы ты ощутила что-нибудь очень важное для себя?
Сара: Я не уверена…
М. (после паузы): Что я могу сделать для тебя, чтобы доставить тебе наибольшее удовольствие именно сейчас?
Сара: Ты можешь взять мою руку.
(М. берет руку Сары и держит ее.)
Сара (продолжает): Что я действительно хочу узнать от всех вас, так это то, что вы думаете обо мне и что я делаю такого, что сохраняет между нами дистанцию и оставляет меня в таком… (Ее голос опять прерывается.).
Кари: Хрупкость, я чувствую хрупкость.
Сара: Ты имеешь в виду, что я ущербна?
Кари: Да. Может быть, ты упала, и какие-то маленькие кусочки потерялись.
Жан: Я чувствую некоторую беспомощность при тебе. Как будто ты сильная, как будто ты самодостаточна, и твоя самодостаточность как бы дает основания считать, что никто из нас не имеет того, чего бы ты хотела от нас получить.
М.: Я думаю так же – сильная и отстраненная от всех.
Шершонски: Те же мысли пришли и в мою голову. Самодостаточна. Я чувствую, ты знаешь, что я ничего не могу дать тебе, потому что ты кажешься, знаешь ли, ну, самодостаточной.
Бернард: Я чувствую немного другое. Я считал, что ты что-то хочешь от нас. Я же… не чувствовал себя способным дать это тебе. Гм… я считаю, что, когда я связываюсь с женщинами, я… жду от них чего-то противоположного. И, общаясь с тобой, я чувствовал, что я не уверен, что смогу, гм… не уверен, что буду настолько сильным, чтобы дать тебе то, что ты хочешь.
Сара: Ты считаешь, что я хочу так много, что ты не можешь мне это дать? Или что ты просто не знаешь, чего я хочу?
Бернард: Гм… складывается впечатление о твоей огромной уверенности, и, э-э… я не знаю… я колеблюсь попросить тебя пойти со мной в другую комнату и лечь со мной на пол… гм… в то время как я могу в группе обратиться с этой просьбой к другим девушкам. И хотя я чувствую, что тебе это, возможно, понравится, мне кажется, что я буду… гм… чувствовать себя с тобой не в своей тарелке, так как ты можешь почувствовать, что я смешон.
Сара: Гм-гм.
«Маленький принц»: Я бы хотел дать тебе что-то, но я, э-э, не знаю, что именно.
Сара: Как ты мог заметить, я не настолько хороша, чтобы не сказать, какой чертовщины мне на самом деле хочется.
«Маленький принц»: Именно это я и хотел сказать.
М.: Теперь-то ты знаешь, чего ты хочешь?
Сара: Да.

Затем на занятии Сара продолжает посвящать членов группы в свои проблемы и начинает исследовать трудности, пытаясь разобраться, что же она хочет от отношений с мужчинами.

Разнообразие видов инкаунтер-групп

Инкаунтер-группы могут отличаться по своим основным характеристикам. Например, наряду с группами, которые собираются регулярно, существуют группы «марафона», которые собираются один раз, но на длительный, от 12 до 48 часов, период с небольшими перерывами на отдых или сон. Этот вид групп был разработан Фредом Столлером (Stoller, 1972) и Джорджем Бахом (Bach, 1966), психоаналитически ориентированными психотерапевтами, которые экспериментировали с альтернативами традиционной терапевтической парадигме. Хотя группы «марафона», так же как и другие виды инкаунтер-групп, придерживаются тех же основных понятий, методика проведения этих групп позволяет усилить атмосферу доверия и открытости, а также уделить внимание каждому члену группы. Даже те участники, которые пассивно «уходили», отстранялись от участия в более классических группах, в группах «марафона» вступали в конфронтацию и вовлекались в групповой процесс. Очень трудно быть в стороне, если вы постоянно на протяжении двух или более дней сталкиваетесь с группой! Более того, продолжительные занятия предоставляют больше времени для обсуждения чувств, поэтому члены группы получают возможность полностью разобраться со своими проблемами. Утомление, которое неизбежно возникает из-за ограничения времени на сон и продолжительного эмоционального контакта, также может помочь участникам снизить защищенность и начать вести себя с большей долей риска. Однако сомнительно, чтобы чрезмерно утомленные члены группы могли обобщить свой групповой опыт таким образом, чтобы он привел к эффективным изменениям в их реальной жизни. Хотя сниженность защитных барьеров может помочь разрушить ригидные поведенческие стереотипы и выявить волнующие клиента проблемы, необходима определенная работоспособность для принятия и интеграции полученного опыта. Более того, некоторая психологическая защита может оказаться полезной для утомленных участников, так как помогает им высказывать суждения, которые не полностью отражают их стремления. Большинство современных руководителей групп «марафона» сознают подобную ситуацию и склонны в большей степени разрешать отдых и перемену деятельности, чем настаивать на непременном продолжении марафона.

Возможно, наиболее спорными группами, составляющими небольшой процент всех инкаунтер-групп, являются группы «обнажения», которые были предложены Полем Биндримом. Обычно такая группа собирается в теплом бассейне, и упражнения по сенсорному сознаванию могут заканчиваться обнажением, которое, по мнению Биндрима, помогает участникам полностью снять всякую тревогу по поводу своего тела. Биндрим (Bindrim, 1968) предположил, что сознательное участие в группах «обнажения» приводит к усилению межличностной откровенности и к возникновению «обнаженно» честных взаимоотношений, а также к усилению чувства свободы и полноты бытия.

ОЦЕНКА

Хотя инкаунтер-группы имеют последователей и число их растет, у них есть и противники. Курт Бак (Back, 1972), один из наиболее последовательных критиков этого группового движения, предупреждает, что выявленная в инкаунтер-группах сильная тенденция группового процесса возбуждать интенсивные эмоциональные переживания не всегда есть благо. Когда самовыражение становится самоцелью, то символические утверждения и абстрактное теоретизирование теряют свою ценность. Хотя, согласно Баку, инкаунтер-группы направлены на установление контактов и развитие близости в отношениях, сильные эмоции, возникающие в момент межличностной «встречи», могут оказаться и не столь интимными, а тем более значимыми. Он утверждает, что каждый участник используется как инструмент или объект для формирования переживаний у других членов группы и отношения в группе не являются личностными и подлинными. Следовательно, по завершении курса обучения участники заботятся друг о друге не так, как они думали заботиться друг о друге в период занятий в группе.

Поскольку инкаунтер-группы приводят к возникновению уникального, интимного стиля общения, который противоречит социальным условностям, то члены группы часто испытывают трудности, возвращаясь в мир социальных условностей. Этот болезненный переход наглядно проиллюстрирован в кинофильме «Bob and Carol and Ted and Alice». Супружеская пара после прохождения курса обучения в мастерской Эсалена не проявляет терпимости к своим старым друзьям, так как считает их по сравнению с собой менее «открытыми» и более «неуверенными».

Хотя и не дидактично, но инкаунтер-группы формируют ценности, которые трудноосуществимы в повседневных социальных контактах. Так, у бывших участников при возвращении к обыденной жизни и при осознании, что другие не разделяют их новую систему убеждений и не относятся к ним как к близким, родным людям, может возникнуть существенное разочарование. Вероятно, наиболее сильный феномен «возвращения» бывает тогда, когда один из супругов возвращается из группы личностного роста и обнаруживает, что его (ее) супруга (супруг) не изменились и даже не поражены богатством его (ее) нового опыта. Опытные участники научаются снижать уровень своих ожиданий для сохранения того, что они получили в группе.

Трудности осуществления многих ценностей инкаунтер-групп в реальных социальных условиях приводят к тому, что некоторые люди становятся «завсегдатаями» этих групп. Множество «наркоманов» инкаунтер-групп переходят из одной группы в другую в поисках все более и более сильных и значимых переживаний, так как они не способны измениться или приспособиться к реальному миру и чувствуют себя в безопасности, комфортно только среди узкого круга участников группы. Если не происходит переноса полученного в группах опыта в реальную жизнь, инкаунтер-группы становятся неким подобием убежища для регрессивных и зависимых личностей.

Поскольку инкаунтер-группы вызывают изменения в человеке в любом направлении, то вероятность получения психологической травмы в них больше, чем в других видах групп. Недостатки инкаунтер-групп во многом остаются неописанными, так как к настоящему времени нет последовательной, направляющей психологической теории (Burton, 1969). В связи с тем, что философские основания теории инкаунтер-групп бросают вызов всей структуре социально принятых ценностей, не существует таких этических принципов, под которыми могли бы подписаться как все защитники, так и все критики этого группового движения.

Руководитель группы в существенной степени определяет, насколько полезным окажется групповой опыт. Было замечено, что талантливый руководитель оказывается очень влиятельным в стрессовых ситуациях, и члены группы, его горячие приверженцы, часто наделяют такого руководителя «магическими» качествами (Tucker, 1968). Такие руководители могут оказывать огромное влияние на мышление участников в эмоционально насыщенной атмосфере группы.

Во многих инкаунтер-группах проводится лишь минимальная работа по отбору кандидатов для того, чтобы определить, как они переносят рискованные ситуации и могут ли получить пользу от участия в группе. Хотя при этом руководители избегают оценивать кандидатов как здоровых или потенциально больных, необходимо отметить, что люди по-разному переносят сильные эмоции и ситуации межличностного конфликта. Для невежественного или психопатического участника эффект группы может оказаться отрицательным. Те группы, в которых возникают сильные эмоциональные конфронтации, могут быть безопасными для участников только в том случае, если руководитель проводит предварительный отбор кандидатов, отсеивая тех, кто не может получить пользы от группы или кому группа может принести вред.

Последнее критическое замечание по инкаунтер-группами касается недостаточности данных об отдаленных последствиях группового опыта. Необходимо подчеркнуть, что только недавно были проведены исследования по отдаленным последствиям некоторых групповых методик. Одной из главных проблем, связанных с изучением инкаунтер-групп, является определение подходящих переменных, описывающих результат проведения группы. В отличие от традиционной психотерапии, где изменение проявляется в исчезновении специфического симптома, инкаунтер-группы претендуют на такой результат, который выражается в развитии или изменении личности в целом. Данные исследований, подтверждающие приобретение опыта, довольно велики и в подавляющем большинстве положительны. Гибб (Gibb, 1971) и Роджерс (Rogers, 1970) цитируют исследования, в которых показано, что опыт участия в инкаунтер-группах помогает исследовать чувства, усиливает чувствительность к оттенкам межличностных отношений, повышает самооценку, увеличивает самопринятие. Бебоут (Bebout, 1973) добавляет, что инкаунтер-группы, несомненно, уменьшают отчужденность, решают многие личностные проблемы, вызывают положительные изменения в представлении клиента о самом себе.

Проблема продолжительных поведенческих изменений, которые происходят после приобретения группового опыта, требует глубокого изучения. Однако сторонники инкаунтер-групп утверждают, что даже временные изменения имеют значительную ценность, так как они демонстрируют саму возможность изменений. Рассказ студентки о том, как опыт участия в инкаунтер-группе помог ей осознать, что при желании она опять сможет снизить свою защищенность, стать более открытой и приблизиться к полному функционированию, иллюстрирует данную точку зрения.

Со временем мой «разрыв» с группой становился все более заметным. Всего лишь несколько раз мне удалось быть полностью откровенной с самой собой и рассказать об этом другим. И люди ответили мне состраданием и теплотой. Я находилась в полном согласии со своим внутренним миром, и каждая клеточка моей души была открыта другим. Что за ощущение! Я ходила в восхищении в течение некоторого времени, пытаясь сохранить это мгновение, пока все не возвратилось на круги своя и я опять не закрылась. Но эти изменения обязательно повторятся со мной и с теми, с кем я вместе все это переживала. Это был момент нашей общности (Keyes, 1973, р. 164).

Есть ли неудачи, негативные аспекты группового опыта? Несомненно, поскольку некоторые участники, освобождаясь от обычных защитных механизмов, не создают более адекватных способов поведения. Наиболее подробное исследование результатов группового опыта было проведено Либерманом, Ялом и Майлзом (Lieberman, Yalom & Miles, 1973). Авторы выделили десять видов психокоррекционных групп. Различия между ними были довольно неопределенными, поэтому их можно квалифицировать как инкаунтер-группы. Отмечая индивидуализированный характер воздействия группы на участников, авторы подчеркивают, что «если человек в результате участия в групповом процессе ощущает себя более дискомфортно в психологическом плане, использует менее адаптивные защитные механизмы или и то и другое вместе, если эти негативные изменения постоянны и не проходят по прошествии восьми месяцев после окончания занятий, то эффект участия в группе для этого человека оказался отрицательным» (Yalom & Lieberman, 1971, p. 17-18). Согласно оценочным данным этих авторов, для 9% всех выпускников, принявших участие в исследовании, групповой опыт был связан с психологической травмированностью. В то время как другие авторы – Гибб (Gibb, 1970), Росс, Клингфельд и Уитман (Ross, Klingfeld & Whitman, 1971), Хартл, Роубак и Абрамович (Hartley, Roback & Abramowitz, 1976) – привели данные, что число «неудачников» равнялось 1%. Исследование Либермана и др. подвергается и методологической критике (Rowan, 1975; Russell, 1978; Schutz, 1974).

В частности, спекулятивным был вывод Либермана и др. о том, что агрессивный, эмоционально стимулирующий участников руководитель группы будет иметь непропорционально высокое количество неудач, хотя исследование Расселла (Russell, 1978) показало, что лишь некоторые руководители групп в исследовании Либермана имели высокие оценочные показатели по такому качеству, как эмоциональное стимулирование, которое считается основным для руководителей инкаунтер-групп. Другим фактором, тесно связанным с отрицательным результатом участия в группе, является психологический портрет членов группы. Те участники, которые оказались «неудачниками», еще до начала занятий в группе были в большей степени, чем другие кандидаты, не уверены в себе, имели низкую самооценку, нереалистичные ожидания по отношению к групповому опыту, а также были склонны избегать стрессовых ситуаций. Иными словами, те члены группы, которые при стремлении к изменению и личностному росту психологически уязвимы, неадекватны в межличностных отношениях и не способны использовать опыт, полученный в группе, составляют группу риска. Наивные ожидания, что инкаунтер-группа есть единственный источник постоянных изменений, представляют собой большую опасность, чем небольшой и неизбежный риск негативного результата.

Наконец, для того чтобы оценить инкаунтер-группы, необходимо принять во внимание, что в 70-е годы, во времена расцвета движения инкаунтер-групп, защитники и критики разделились на два враждебных лагеря, представители которых либо критиковали эту форму психологического воздействия, либо полностью ее одобряли. Оценки и суждения различных авторов показывают всю сложность явления, а также то, что среди руководителей-практиков существует гораздо больше разногласий, чем единых мнений. Личный опыт и предвзятый анализ литературы могут воздействовать на чье-либо суждение. Так, Струпп (Strupp, 1973) и Хоуган (Hogan, 1976) при рассмотрении одних и тех же проблем пришли к совершенно противоположным выводам, а Арбакл (Arbuckle, 1973) ответил на критику инкаунтер-групп Коха (Koch, 1971, р. 49-50) следующим «уничижающим» высказыванием: «Он читал совсем другие книги, чем я. Используя такой же специально подобранный список литературы, какой использовал он, я могу прийти к выводу, что религия есть череда собраний, на которых (за плату) евангелист-психотик высвобождает группы неграмотных и полных страха людей из когтей дьявола».

Социальная обстановка Северной Америки способствовала распространению инкаунтер-групп частично потому, что выдвижение системы ценностей этой формы групповой работы совпало по времени с ростом индивидуализма, отчуждения, погоней за успехом и счастьем. Некоторые рассматривают движение инкаунтер-групп как светскую замену тех функций, которые выполняли традиционные церкви (Sampson, 1971; Steinberg, 1975). Если это так, то можно провести параллель между психологическим эффектом инкаунтер-групп и мистической системой верований христианства, где особое внимание уделяется самораскрытию, честности, чувству общности, общению и второму рождению. Иногда странствующий руководитель инкаунтер-групп напоминает проповедника, проводящего свои собрания где придется. Возможно, то, что дало силу движению инкаунтер-групп, может превратиться в его тормоз. Капиталистическая, рыночная ориентация Америки, которая помогла инкаунтер-группами завоевать наиболее посещаемые центры личностного роста, может привести к возрастанию механистичности и последующему ослаблению этого движения (Steinberg, 1975). Хотя инкаунтер-группы могут дать опыт настоящего общения и искренних переживаний, те умения, которыми овладевают участники в этих группах, могут использоваться как с манипулятивными, так и с гуманистическими целями. Несмотря на то что участие в инкаунтер-группах помогает членам этих групп стать неподдельными и более открытыми опыту, некоторые участники учатся «продуцировать» чувства и играть фальшивые роли.

Ориентация инкаунтер-групп на активность и принятие риска отличает их от остальных видов групп. Часто люди обращаются к инкаунтер-группами, когда традиционная терапия не может удовлетворить их стремление к социализации и близости в общении. По многим параметрам инкаунтер-группы могут расцениваться как прогрессивное явление в психотерапии, которое раздвинуло рамки психотерапии и включило в нее людей, стремящихся расширить сферу самоосознания и улучшить свои межличностные контакты. Опыт инкаунтер-групп также используется традиционными организациями, такими, как церковные общества, учебные заведения и т.п. Движение инкаунтер-групп дает людям возможность ощутить вкус «общности», поэтому группы, имеющие другие цели и функции, используют методы инкаунтер-групп как свои собственные (Coulson, 1973). Однако некоторые философские аспекты, лежащие в основе инкаунтер-групп, в настоящее время уже не так интересуют студенчество, как это было несколько лет тому назад. Борьба за личную свободу и честность постепенно затухает и в некоторой степени заменяется возвращением к более стабильным ценностям, прагматизму, материальному успеху и достатку. Но, пока существуют одиночество, отчужденность, а также стремление личности к осуществлению своих потенциальных возможностей, будет и определенная необходимость в инкаунтер-группах.

РЕЗЮМЕ

Эксперимент в Национальной лаборатории тренинга привел к появлению огромного числа групповых форм психологического воздействия, многие из которых получили название инкаунтер-групп. Можно выделить группы, ориентированные на определенную задачу (группы Восточного побережья), и группы, ориентированные на чувство общности (группы Западного побережья). Наиболее существенным вкладом в движение инкаунтер-групп явились концепция сущностной встречи Карла Роджерса и концепция открытой встречи Уильяма Шютца. Роджерсовский подход основывается на его теории центрированного на клиенте консультирования и ставит целью достижение личностью неподдельности в отношениях с другими людьми. Подход Шютца основывается на его опыте работы в Институте Эсалена и направлен на интеграцию сознания и тела.

Основными признаками понятия инкаунтер-группы являются: самораскрытие, внимание к чувствам, сознавание себя и своего физического «Я», ответственность и принцип «здесь и сейчас». Сознавание себя включает изучение своих слабых и сильных сторон, а также сознавание своего физического «Я». Инкаунтер-группы, как правило, в значительной степени подчеркивают ответственность членов группы за свое поведение. Сведения об ответственности руководителя групп более противоречивы. Упор на принцип «здесь и сейчас» выражается в том, что члены группы фокусируют внимание на сиюминутные переживания и не апеллируют к прошлому опыту.

Последний признак понятия инкаунтер-группы затрагивает различие между психотерапией и группами роста личности. Инкаунтер-группы ориентированы на ускорение психологического развития нормально функционирующего индивидуума, на немедленный, но кратковременный эффект и поощряют самораскрытие руководителя группы. Хотя это сильно отличается от целей и методов традиционной психотерапии, различие между психотерапией и группами роста личности остается неясным. Самоосознание, развитие аффективной сферы рассматриваются в качестве целей, приемлемых как для невротических личностей, так и для относительно здоровых людей.

Активирующие процедуры, которые поощряют участников к межличностной коммуникации, построению доверительных отношений, изучению конфликтов и сопротивления, проявлению сочувствия и поддержки, в сильной степени привлекают руководителей инкаунтер-групп. Используются несколько альтернативных способов проведения инкаунтер-групп, например группы «марафона» и группы «обнажения». Возможно, наиболее спорным аспектом инкаунтер-групп является ценность такой их цели, как самовыражение. Движение инкаунтер-групп чрезвычайно популярно, но его критики указывают на отсутствие стройной психологической теории, предварительного отбора участников и адекватных сведений об отдаленных последствиях группового опыта. Очевидно, что личностные особенности участников и подходы руководителя к проведению группы являются критическими факторами успешности группы. Для членов группы, неуверенных в себе, неадекватных в межличностных отношениях, но стремящихся к изменению и личностному росту, эффект участия в группе с наибольшей вероятностью может оказаться отрицательным.

Литература

1. Arbuckle, D. Koch's distortions of encounter group theory. Journal of Humanistic Psychology, 1973, 13, 47-52.

2. Bach, G.R. The marathon group: Intensive practice in intimate interaction. Psychological Reports, 1966, 18, 995-1002.

3. Back, K.W. Beyond words: The study of sensitivity training and the encounter movement. New York: Russell Sage Foundation, 1972.

4. Bebout, J.A. A study of group encounter in higher education. Educational Technology, 1973, 13, 63-67.

5. Bindrim, P. A report on a nude marathon. Psychotherapy: Theory, Research, and Practice, 1968, 5, 180-188.

6. Burton, A. Encounter, existence, and psychotherapy. In A.Burton (Ed.), Encounter: Theory and practice of encounter groups. San Francisco: Jossey-Bass, 1969.

7. Carkhuff, R.R. & Berenson, B.G. Beyond counseling and psychotherapy (2nd ed.). New York: Holt, Rinehart & Winston, 1977.

8. Casriel, D. So fair a house: The story of Synanon. Englewood Cliffs, N.J.: Prentice-Hall, 1963.

9. Coulson, W.R. A sense of community. Columbus, Ohio: Charles E. Merrill, 1973.

10. Egan, G. Encounter: Group processes for interpersonal growth. Monterey, Calif.: Brooks/Cole, 1970.

11. Egan, G. The skilled helper. Monterey, Calif.: Brooks/Cole, 1975.

12. Gibb, J.R. Sensitivity training as a medium for personal growth and improved interpersonal relationships. Interpersonal Development, 1970, 1, 6-31.

13. Gibb, J.R. Effects of human relations training. In A.E.Bergin & S.L.Garfield (Eds.), Handbook of psychotherapy and behavior change. New York: Wiley, 1971.

14. Goldberg, C. Encounter: Group sensitivity training experience. New York: Science House, 1970.

15. Gustaitis, R. Turning on. New York: Macmillan, 1969.

16. Hartley, D., Roback, H.В. & Abramowitz, S.I. Deterioration effects in encounter groups. American Psychologist, 1976, 31, 247-255.

17. Hogan, D.B. The experiential group and the psychotherapeutic enterprise revisited: A response to Strupp. International Journal of Group Psychotheraphy, 1976, 26, 321-333.

18. Howard, J. Please touch. New York: McGraw-Hill, 1970.

19. Jourard, S.M. The transparent self: Self disclosure and well-being. Princeton, N.J.: Van Nostrand, 1964.

20. Kaiser, H. The problem of responsibility in psychotherapy. Psychiatry, 1955, 18, 205-211.

21. Kaplan, H.I. & Sadock, B.J. (Eds.). Sensitivity through encounter and marathon. New York: Jason Aronson, 1972.

22. Keyes, R. We the lonely people, searching for community. New York: Harper & Row, 1973.

23. Koch, S. The image of man implicit in encounter group theory. Journal of Humanistic Psychology, 1971, 11, 109-128.

24. Lieberman, M.A., Yalom, I.D. & Miles, M.S. Encounter groups: First facts. New York: Basic Books, 1973.

25. Luft, J. Group processes: An introduction to group dynamics. Palo Alto, Calif.: National Press, 1970.

26. Maddi, S. The existential neurosis. Journal of Abnormal Psychology, 1967, 72, 311-325.

27. Maslow, A.H. Toward a psychology of being (2nd ed.). New York: D. Van Nostrand, 1968.

28. Mintz, E.E. Marathon groups: Reality and symbol. New York: Appleton-Century-Crofts, 1971.

29. Mowrer, О.Н. The new group therapy. New York: D. Van Nostrand, 1964.

30. Mowrer, I.H. Peer groups and medication, the best «therapy» for professionals and laymen alike. In Where do therapists turn for help? Symposium presented at American Psychological Association, Division 29, Miami, September, 1970.

31. Peterson, R.L. Choice, responsibility, and psychotherapy. Psychotherapy: Theory, Research, and Practice, 1977, 14, 106-119.

32. Rogers, C.R. (Ed.). The therapeutic relationship and its impact. Madison: University of Wisconsin Press, 1967.

33. Rogers, C.R. Interpersonal relationships USA 2000. Journal of Applied Behavioral Science, 1968, 4, 208-269.

34. Rogers, C.R. Carl Rogers on encounter groups. New York: Harper & Row, 1970.

35. Ross, W.D., Klingfeld, M. & Whitman, R.W. Psychiatrists, patients and sensitivity groups. Archives of General Psychiatry, 1971, 25, 178-180.

36. Rowan, J. Encounter group research: No joy? Journal of Humanistic Psychology, 1975, 15, 19-28.

37. Russell, E.W. The facts about «Encounter groups: First facts.» Journal of Clinical Psychology, 1978, 34, 130-137.

38. Sampson, E. Social psychology and contemporary society. New York: Wiley, 1971.

39. Schutz, W.С. FIRO: A three-dimensional theory of interpersonal behavior. New York: Holt, Rinehart & Winston, 1958.

40. Schutz, W.C. Joy: Expanding human awareness. New York: Grove Press, 1967.

41. Schutz, W.C. Here comes everybody: Bodymind and encounter culture. New York: Harper & Row, 1971.

42. Schutz, W.C. Not encounter and certainly not facts. In J.W.Pfeiffer & J.E.Jones (Eds.), The 1974 handbook for group facilitators. La Jolla, Calif.: University Associates, 1974.

43. Shepard, M. & Lee, M. Marathon 16. New York: Putnam's 1970.

44. Steinberg, R. The encounter group movement and tradition of Christian enthusiasm and mysticism. Unpublished doctoral dissertation, York University, 1975.

45. Stoller, F.H. Marathon groups: Toward a conceptual model. In L.N.Solomon & B.Berzon (Eds.), New perspectives on encounter groups. San Francisco: Jossey-Bass, 1972.

46. Strupp, H.H. The experiential group and the psychotherapeutic enterprise. International Journal of Group Psychotherapy, 1973, 23, 115-124.

47. Tucker, R.C. The theory of charismatic leadership. Daedalus, 1968, 97 (3), 731-756.

48. Warkentin, J. Intensity in group encounter. In A.Burton (Ed.), Encounter: Theory and practice of encounter, groups. San Francisco: Jossey-Bass, 1969.

49. Yalom, I.D. & Lieberman, M.A. A study of encounter group casualties. Archives of General Psychiatry, 1971, 25, 16-30.

4. ГЕШТАЛЬТ-ГРУППЫ

ИСТОРИЯ И РАЗВИТИЕ

История гештальтподхода к групповой работе во многом связана с биографией его основателя Фрица (Фредерика С.) Перлза. Окончив Берлинский университет по специальности нейропсихиатрия, Перлз вместе с Карен Хорни в 1926 г. обратился к психоанализу и открыл свою собственную практику в соответствии с принципами фрейдизма. В 1933 г., когда к власти пришел Гитлер, Перлз эмигрировал в Южную Африку. В дальнейшем на него оказали заметное влияние философия экзистенциализма, гештальтпсихология и теория Вильгельма Райха о физиологических проявлениях психологических проблем.

Экзистенциализм, явившись в какой-то мере реакцией на разочарование, вызванное двумя мировыми войнами, суровой экономической депрессией и процессом дегуманизации, ввел в психологию представление о свободе человека и его ответственности за формирование собственного внутреннего мира (Cohen & Smith, 1976). Экзистенциальная философия помогла Перлзу отойти от психоаналитического подхода, согласно которому основное внимание уделяется истории индивидуального развития. Вместо того чтобы искать корни проблем в прошлом своих пациентов, Перлз начал всматриваться в настоящее, в то, как они приспосабливаются и живут в своем мире. При таком подходе терапия перестает быть системой извлечения значимой информации из памяти. Перлз считал, что информация, необходимая для терапевтического изменения, содержится в непосредственном поведении пациента; как тот вступает во взаимодействие с терапевтом и проявляет себя в этом взаимодействии.

Гештальтпсихология помогла Перлзу понять важность феноменологии текущего опыта. Он стал осторожен в интерпретации бессознательного, фокусируя внимание на видимых проявлениях проблем пациентов (Perls, 1969a). В то время как экзистенциализм пытается объяснить, как люди переживают свое существование в данный момент, академическая гештальтпсихология пытается ответить на вопрос, как они воспринимают свое существование (Kempler, 1973). Основатели гештальтпсихологии Келер (Kohler, 1947), Коффка (Koffka, 1935) и Вертгеймер (Wertheimer, 1945) подчеркивали активность воспринимающего, который структурирует дискретные события и придает им смысл. Свою теорию они противопоставили ранним теориям восприятия, сводившим психические процессы к простой сумме составляющих их компонентов и рассматривавшим воспринимающего как пассивного реципиента сенсорных качеств формы. Один из учителей Перлза, Курт Гольдштейн, применил положения гештальттеории в области мотивации человеческого поведения. Сам Перлз распространил положения гельштальттеории восприятия на изучение личности, использовав понятие «отношение фигуры и фона» для объяснения восприятия чувств, эмоций и телесных ощущений. Современник Перлза Курт Левин, эксперименты которого положили начало движению Т-групп, позаимствовал принцип целостности Гольдштейна для объяснения взаимодействия человека с его социальным окружением, а также социально обусловленных изменений личности.

Вильгельм Райх оказал влияние на представление Перлза о сопротивлении в терапии. Сопротивление – это термин, который используется для описания переживания внутренней преграды, возникающего у людей по отношению к возможным изменениям в поведении или при сознавании значимых переживаний. Сопротивление также можно рассматривать как защиту от стресса, обусловленного развитием и изменением личности. Райх, ученик Фрейда, выдвинул предположение, что сопротивление является частью так называемого «мышечного панциря», то есть физического выражения психологической защиты. Он верил, что сопротивление изменениям можно преодолеть путем использования методик прямого телесного контакта. Перлз заимствовал идею Райха о том, что сопротивление проявляется в невербальном поведении, или языке тела. Более полное описание терапии Райха будет дано в 6-й главе.

После переезда в 1946 г. в Соединенные Штаты Перлз разработал большинство своих оригинальных и продуктивных теорий личностного развития и терапевтического изменения. В 1952 г. он основал Институт гештальттерапии в Нью-Йорке. Это положило начало новому мощному психотерапевтическому движению. В 1964-1969 гг. Перлз жил в Институте Эсалена в г. Биг-Суре, штат Калифорния, где проводил семинары, терапевтические группы и курсы обучения гештальттерапии. В 1969 г. он переехал в Канаду для создания Института гештальттерапии. Зимой 1970 г. его не стало.

Перлз занимался такими различными вопросами, как теория поля Курта Левина, театр психодрамы, биоэнергетика и метод Александера. Из каждой области он извлекал то, что могло оказаться значимым для развития его собственной терапевтической модели. Подобно Левину, Перлз отказался от каузального подхода, поиска в поведении ответа на вопрос «почему?», при котором человек рассматривается как «пассивная пешка», управляемая силами среды, и сосредоточился на изучении взаимодействия активной личности и среды, поиске в поведении ответов на вопросы «что?» и «как?». Из психодрамы, биоэнергетики и метода Александера Перлз заимствовал упражнения и методики, видоизменив их в соответствии со своими теоретическими представлениями.

Хотя гештальттерапия формировалась как метод индивидуальной психотерапии, групповая ее форма стала наиболее распространенной. В середине 60-х гг. Перлз объявил о своем намерении оставить индивидуальные занятия и перейти к групповым формам работы (Perls, 1967). Однако обычная гештальт-группа сильно отличается от групп других видов. Если Т-группы и инкаунтер-группы вовлекают в работу всех членов группы и поощряют взаимодействие между ними, гештальттерапия, как ее описывал Перлз и как ее практиковали многие его ученики (Simkin, 1968), представляет собой договорное общение группового лидера и отдельного участника, который добровольно решается стать пациентом, сев на так называемое эмоционально «горячее место», то есть на стул рядом со стулом терапевта. Остальные члены группы без комментариев наблюдают за терапевтическим процессом, взаимодействием терапевта и клиента. Хотя в некоторых упражнениях гештальттерапии могут участвовать все члены группы, чаще всего им отводится роль молчаливых зрителей и выразителей групповой поддержки. Ценность групповой работы Перлз (Stevens, 1977) видел в том, что члены группы, наблюдая за поведением работающего пациента, начинают лучше понимать себя и собственные проблемы. Члены группы могут отождествиться с пациентом, находящимся на «горячем месте». Кроме того, по принципу цепной реакции при возникновении сильного эмоционального переживания у одного члена группы аналогичные переживания могут возникнуть и у остальных. Таким образом, предполагается, что наблюдение само по себе способствует изменению.

Некоторые гештальттерапевты используют групповое взаимодействие и поддержку в большей степени. В частности, в центрах личностного роста на Востоке терапевтическая работа не ограничивается общением руководителя группы с одним членом группы, в терапевтический процесс вовлекаются другие члены группы. «Горячее место» превращается в «блуждающее горячее место», на котором оказывается то один, то другой член группы (Polster & Polster, 1973). И хотя в течение определенного времени в работе задействован один член группы, другие, если захотят, могут спонтанно вмешаться в разговор. Возрастает понимание того, что все происходящее в группе в любой момент имеет какое-то отношение ко всем членам группы и обсуждаемым проблемам. Таким образом, члены группы непосредственно вовлекаются в групповой процесс и попадают под воздействие индивидуальной терапии.

В последнее время растет понимание того, что гештальттерапия вполне совместима с изучением группового процесса и групповой динамики. В тех гештальт-группах, которые признают важность групповых процессов, ярко проявляется социальная взаимодействующая природа индивидуально-личностной работы (Zinker, 1977). Если какой-то член группы просит о помощи, то наверняка найдутся и члены группы, которые негативно отнесутся к его просьбе, и члены группы, которые окажут помощь и поддержку. В такой модели все межличностные действия и попытки общения индивидуумов признаются необходимыми и поощряются. В настоящее время на переднем крае изучения внутриличностных, межличностных и групповых уровней деятельности находятся группы Гештальтинститута в Кливленде (Kepner, 1980). Если женщина злится на мужчину – члена той же группы, – руководитель может начать работать с ее чувством злости по отношению к мужчинам в целом или исследовать ее взрыв ярости как отражение групповых проблем (как, например, это происходит в тэвистокских группах).

Гештальтметод предполагает, что группу ведет сильный, активный руководитель, который поощряет проявление независимости у участника. В тех группах, которые основываются не на принципах гештальта, руководитель может поощрять спонтанное взаимодействие, используя модель инкаунтер-группы или Т-группы и применяя гештальтметод тогда, когда он наиболее подходящ и продуктивен. Начиная с 60-х годов, когда гештальт-группы стали достаточно популярными, они вошли в число основных видов консультирования и терапии.

ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ

Хотя Перлз (Perls, 1969a) отрицал теорию, а любое теоретизирование, в особенности философско-психологического рода, называл «слоновьим дерьмом», его терапевтический подход основывался на пяти ключевых теоретических понятиях: отношение фигуры и фона, сознавание и сосредоточенность на настоящем, противоположности, функции защиты, зрелость и ответственность.

Фигура и фон

Первым из этих основополагающих понятий является понятие отношение фигуры и фона. Исследователи восприятия в русле гештальттеории обнаружили: люди организуют поступающую информацию таким образом, что важные и значимые события занимают центральное место в сознании, а менее важная информация отступает на задний план. Перлз применил это положение к описанию функционирования личности и предположил наличие ритмической смены процессов формирования и завершения фигуры, когда в качестве фигуры выступает потребность, например, получить поддержку или выразить гнев.

Гештальттеория утверждает, что человек функционирует на основе принципа саморегуляции. Он поддерживает свой динамический баланс, или гомеостазис, при помощи постоянного сознавания тех потребностей, которые возникают в нем самом и вызываются средой, и удовлетворения потребностей по мере их возникновения, в то время как все остальные, не связанные с этим процессом объекты или события отступают на задний план.

Отношение между фигурой и фоном есть одно из важнейших понятий гештальттеории. Процесс саморегуляции организма приводит к формированию фигуры, или гештальта. Основное значение слова «гештальт» можно определить как рисунок или конфигурацию – специфическую организацию частей, составляющих определенное целое, которую нельзя изменить без ее разрушения (Latner, 1973). Гештальтобразования возникают только на каком-то фоне или с определенным задним планом. Мы выбираем из фона то, что важно или значимо для нас, и это важное или интересное нам становится гештальтом. В перцептивной ситуации, изображенной на рис. 4, фигурой могут быть либо ваза, либо два профиля. В группах фигурой обычно является то чувство, которое преобладает над всеми остальными чувствами и мыслями. Например, чувства гнева, разочарования, страха, радости, сексуального желания или любви легко могут стать фигурами, в то время как остальные компоненты нашего опыта отступают на задний план.

 



Страница сформирована за 0.67 сек
SQL запросов: 191