УПП

Цитата момента



Я понимаю, что за все в жизни нужно платить. Но ведь можно же и поторговаться…
Умная женщина.

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Советую провести небольшой эксперимент. Попробуйте прожить один день — прямо с самого утра — так, будто на вас нацелены десятки телекамер и сотни тысяч глаз. Будто каждый ваш шаг, каждое движение и слово, ваш поход за пивом наблюдаются и оцениваются, имеют смысл и интересны другим. Попробуйте влюбить в себя смотрящий на вас мир. Гарантирую необычные ощущения.

Александр Никонов. «Апгрейд обезьяны»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d542/
Сахалин и Камчатка

Техника эмпатического «активного» слушания (эмпатического принятия)

По мнению Т. Гордона [1997], техника «активного слушания» составляет ядро психологической помощи ребенку в его личностном развитии. Она способствует формированию у ребенка позиции открытости и доверия к миру, готовности к сотрудничеству, открывая возможности усвоения культурно-исторического опыта в совместной деятельности со взрослым и создавая условия для формирования базовых психологических структур личности путем интериоризации внешних форм общения и деятельности (А.Н. Леонтьев, Д.Б. Эльконин, П.Я. Гальперин). Препятствием для формирования такой позиции открытости к развитию в сотрудничестве со взрослым являются неэффективные способы коммуникации, типичные для взаимодействия и общения ребенка со взрослым в семье. Таких типичных способов коммуникации двенадцать, и их можно разбить на четыре группы в зависимости от направленности речевого высказывания взрослого в коммуникации с ребенком [Гордон, 1997]:

  • высказывания с целью воздействия на поведение и деятельность ребенка;
  • высказывания, направленные на оценку личности ребенка;
  • высказывания, ставящие целью интерпретацию поведения и личности ребенка;
  • высказывания как уход от коммуникации с ребенком.

Рассмотрим эти способы коммуникации более подробно.

Высказывания с целью воздействия на поведение ребенка.

  1. Приказание, распоряжение, команда. Содержат прямую оценку того, что и как должен делать ребенок; не допускают возможности совместного обсуждения проблемы и поиска решений. Формулируются в повелительном наклонении в двух формах — запретительно-ограничительной («Не делай…») и в форме указания конкретного действия, обязательного для исполнения («Садись за уроки!», «Убери!»).
  2. Угроза, предупреждение, предостережение ребенка о возможных негативных для него последствиях невыполнения приказания и команды взрослого. Структура этих высказываний включает два компонента. Первый содержит описание нежелательного образца поведения и формально начинается со слова «если». Второй начинается со слова «то» и описывает те санкции, которым будет подвергнут ребенок в случае, если описанное действие будет совершено. Как правило, в угрозе и предостережении речь идет о наказаниях, лишениях, негативных следствиях поступка ребенка.

Оба эти вида высказываний в скрытой форме коммуницируют ребенку отсутствие уважения к его чувствам и желаниям, неприятие взрослым его как личности, недоверие к его компетентности и способности самому принять и реализовать решение. Приказания и угрозы вызывают у ребенка страх, переживание тревоги и незащищенности перед волей и властью родителей. Негативное аффективное переживание может привести к возникновению сопротивления и агрессии, раздражения и злости по отношению к родителям либо к формированию покорности и зависимости перед силой и властью. Ни тот ни другой вариант в большинстве случаев не прогнозируется родителями и уж тем более не является целью воспитания. Любая угроза или предостережение вопреки формально «запретительно-ограничительному характеру» как бы «приглашает» ребенка исследовать ее серьезность и реальность ее осуществления, т.е. провоцируют ребенка нарушить запрет. Вспомним, что непременным компонентом сюжета волшебной сказки является нарушение героем запрета, данного лицом, облеченным властью, с чего, собственно, и начинаются его приключения и испытания, представляющие, по сути, обряд инициации и переход в новый социальный статус (В.Я. Пропп).

  1. Проповедь, нотации, морализирование — высказывания, апеллирующие к власти высших авторитетов. Здесь аргументами подчинения нормам и правилам, диктуемым родителями, являются мораль, нравственность, закон, долг, совесть, чувство вины и стыда. Такие высказывания также содержат описание требуемого поведения и непременно включают в свою структуру слова, выражающие долженствование: «должен», «обязан», «надо», которые соотносятся с теми самыми некритически усвоенными требованиями к себе, «непереваренными интроектами», приводящими, по словам Ф. Перлза, к невротизации и личностным расстройствам в зрелом возрасте. Гиперсоциализация, перфекционизм, высокая личностная тревожность, низкое самопринятие — вот далеко не полный перечень последствий нотаций для личностного развития ребенка. Такие высказывания подчеркивают низкий статус ребенка, его зависимое подчиненное положение, неравенство позиций ребенка и взрослого. Использование конструкции «Ты не должен делать так» подчеркивает некомпетентность и «порочность» ребенка, актуализирует у него чувство вины и стыда. Еще одним следствием использования нотаций и поучений может стать растущее с возрастом недоверие ребенка к мере компетентности и авторитету самого взрослого, постоянно ссылающегося на высшие авторитеты для доказательства собственной правоты. У ребенка постепенно зреет сомнение в уверенности взрослого в правоте своих действий и поступков.
  2. Советы и разъяснения содержат подробное описание родителем того, что и как нужно делать ребенку. Признавая несомненную важность и необходимость такой формы взаимодействия между ребенком и взрослым, нужно ясно отдавать себе отчет в том, что систематическое ее применение при ограничении самостоятельности ребенка, кооперации и сотрудничества в решении проблем неминуемо приведет к формированию зависимости ребенка от взрослого, его неспособности самостоятельно разрешать поставленные задачи, проявлять инициативу, блокирует развитие личностной автономии.
  3. Наставления, логическая аргументация, поучения. Особенность этого вида высказываний состоит в том, что, помимо описания образца желаемого поведения, они содержат аргументацию, почему нужно делать именно так, а не иначе. По сути, эти высказывания претендуют на то, чтобы свести все многообразие форм общения ребенка с родителем к научению, где взрослый выступает в роли носителя мудрости и жизненного опыта, умений и знаний, организующего и руководящего деятельностью ребенка, которому отводится роль некомпетентного исполнителя, неспособного к самостоятельным поступкам и решениям. Систематическое использование подобного вида высказываний, закрепляющего описанное выше распределение ролей в совместной деятельности, формирует у ребенка чувство личностной неадекватности и неполноценности, которое может стать основой формирования комплекса неполноценности, причиной борьбы за власть, превосходство, определить выбор неадекватных жизненных стратегий (А. Адлер). В подростковом возрасте подобная форма коммуникации может вызвать бунт и сопротивление подростка мнениям и воле родителей, в тяжелых случаях — негативизм и конфронтацию. Дефицит практики самостоятельного поиска и принятия решения приводит к задержке развития автономии и формированию зависимости от взрослого, конформности, инфантилизации и инвалидизации ребенка.

Высказывания, направленные на оценку личности ребенка

  1. Негативная оценка, осуждение, порицание, «приговор». Высказывания содержат прямую негативную оценку личности ребенка и его действий, указывают на несоответствие качеств личности, уровня достижений и поступков ребенка социальным ожиданиям и требованиям. Подобные высказывания негативно влияют на развитие Я-концепции ребенка, навязывая ему негативное представление о себе и своих возможностях, формируя неадекватно низкую либо искаженную самооценку. Следствием систематической уничижительной критики родителем ребенка может стать хорошо известный в психологии эффект Пигмалиона. Иными словами, подобная критика оказывает прямо противоположное намерениям родителей воздействие.

Вместо «исправления» ребенок, напротив, воплощая в себе худшие ожидания родителей, обнаруживает все те отрицательные черты характера и качества личности, с которыми они вели «непримиримую борьбу».

  1. «Наклеивание ярлыков», высмеивание, «обзывание», ругань. Наиболее резкая и грубая форма прямой оценки личности. Оказывает буквально разрушительное воздействие на развитие Я-концепции ребенка. Наиболее неблагоприятными эффектами являются формирование чувства отверженности и эмоционального неприятия, незащищенности, комплекса неполноценности, низкая степень самопринятия, оборонительно-агрессивная, враждебная позиция по отношению к миру. Систематическое использование родителями подобной формы высказываний должно быть квалифицировано как намеренная психологическая травматизация ребенка, эмоциональное отвержение, форма насилия и агрессии. Подобное обращение требует немедленных мер защиты психологической безопасности ребенка.
  2. Похвала. Как вид речевого высказывания, содержащего прямую позитивную оценку личности ребенка, она при неверном применении также может стать причиной негативных эффектов в его развитии. Похвала, далекая от реальности либо просто не соответствующая образу Я ребенка, т.е. представлению ребенка о себе и своих качествах, может быть воспринята им как насмешка и издевательство, или поставить под сомнение искренность родителей и понимание ими его чувств и переживаний, или будет воспринята как попытка взрослых манипулировать им. Наконец, избыток похвалы делает ребенка зависимым от социального одобрения, подкрепляет внутреннюю его неуверенность в себе и увеличивает тревожность. Неадекватная избыточная похвала, «захваливание», формирует у ребенка неадекватное представление о своих способностях и возможностях, искажает его восприятие мира и своих отношений с ним и в конечном счете является препятствием для его эффективного общения и деятельности. Чрезмерность и необоснованность родительской похвалы стимулирует развитие у ребенка истероидно-демонстративных черт и является атрибутом потворствующего типа воспитания.

Высказывания, ставящие целью интерпретацию поведения ребенка

  1. Интерпретация, постановка диагноза. Данный вид речевых высказываний претендует на интерпретацию мотивов, чувств и переживаний ребенка, определяющих его поведение. Имплицитно они содержат в себе оценку мотивов и чувств ребенка. Речевая их конструкция имеет вид «Я знаю почему…», «Ты ведешь себя так, потому что…». Подобные высказывания вызывают у ребенка переживание угрозы личностной безопасности, нарушают интимность личностного пространства, формируют чувство превосходства взрослого и зависимости от него.
  2. Вопросы, расследование, «допрос». Как правило, этот вид речевых высказываний предшествует интерпретации и диагнозу и разделяет с ним перечисленные негативные эффекты. Закрытые вопросы, т.е. вопросы, требующие односложного ответа «нет» или «да», порождают переживание дискомфорта в силу того, что они выступают как средство манипулирования партнером и порождают ощущение зависимости и беспомощности перед взрослым.

Уход от коммуникации

  1. Утешение, успокаивание. Вид речевых высказываний, направленных на устранение эмоционального дискомфорта, переживаемого ребенком, за счет отрицания значимости событий, его вызвавших, обесценивания чувств ребенка. Типичная речевая конструкция для данного вида высказываний: «Из-за этого события не стоит расстраиваться (плакать, огорчаться, переживать)» или просто «Не переживай». Очевидно, что здесь мы имеем дело фактически с приказанием взрослого в отношении чувств ребенка. Эффектом таких высказываний может стать переживание ребенком эмоционального отвержения взрослым его и его чувств, возрастание тревожности, связанной с угрозой вторжения в мир его внутренних переживаний.
  2. Отвлечение, внимание, уход. Речевые высказывания, содержащие предложение уйти от рассмотрения проблемы волнующей ребенка («Не стоит об этом говорить», «Это ерунда», «Дело выеденного яйца не стоит»). Прямой эффект таких высказываний состоит в изменении отношения ребенка к взрослому: установка на родителя как потенциального союзника и помощника в разрешении проблемы, ожидание сочувствия и поддержки сменяются чувством отверженности и потерей взаимопонимания. В дальнейшем опыт такого переживания приводит к отказу от контактов с родителем для разрешения трудных и конфликтных ситуаций.

Итак, все описанные выше двенадцать типичных способов коммуникации родителя с ребенком обнаруживают негативные эффекты для личностного развития последнего [Акслайн, 2000; Байярд & Байярд, 1995; Гиппенрейтер, 1993; Гордон, 1997]. Альтернативой таким способам коммуникации является, как уже отмечалось, техника эмпатического принятия — «активного слушания».

«Активное слушание», согласно Гордону, есть коммуникация с предоставлением ребенку обратной связи о его чувствах, переживаниях и эмоциональных состояниях. Обратная связь предоставляется через «Ты-сообщение», речевую конструкцию, начинающуюся со слова «Ты» и содержащую развернутое описание чувств ребенка. «Активное слушание» — это не просто высказывание, а определенная позиция в коммуникации, когда взрослый отказывается от оценок, советов, разъяснений, попыток анализа и интерпретации поведения ребенка и сосредоточивается на возможно более полном и четком понимании и описании чувств и эмоциональных состояний ребенка. Функции активного слушания (эмпатического принятия) включают объективирование в речи чувств и переживаний ребенка и, таким образом, коммуницирование их принятия. Это позволяет ребенку получить эмоциональную поддержку родителя, лучше осознать свои чувства и принять на себя ответственность за разрешение проблемы.

Техника активного слушания включает невербальные и вербальные компоненты. К невербальным относятся установление перцептивного контакта с ребенком (позиция лицом к лицу, визуальный контакт на уровне глаз); заинтересованность во взгляде и теплая улыбка родителя; ласковая, мягкая интонация, умеренная громкость голоса и средняя скорость речи; дистанция в пространстве между ребенком и взрослым в пределах 50— 70 см. К невербальным компонентам коммуникации можно также причислить ее построение по принципу предоставления инициативы самому ребенку: молчаливое, заинтересованное слушание, выражающее эмоциональную поддержку ребенка, с преобладанием ответных актов коммуникации. Невмешательство родителя в активность и деятельность ребенка в условиях доброжелательного к ней внимания также достаточно ясно сообщает ребенку о принятии.

Вербальные формы выражения эмпатии включают повторение «слово в слово» высказываний ребенка и парафразирование, предполагающее более полное и углубленное описание чувств и переживаний ребенка взрослым по сравнению с исходным высказыванием самого ребенка.

Эмпатическое принятие и активное слушание являются не просто техникой, а личностной позицией взрослого. Как указывает Гордон, для реализации активного слушания родителю необходимо иметь следующие установки:

  • хотеть услышать ребенка, поэтому активное слушание можно применять лишь тогда, когда у родителя достаточно времени, чтобы выслушать ребенка, а не прерывать его на полуслове;
  • желать быть полезным ребенку в решении его проблем, а не использовать технику активного слушания для того, чтобы заставить его действовать по желанию родителя, т.е. в манипулятивных целях;
  • быть готовым принять чувства и эмоции ребенка такими, какие они есть, не пугаться их, не оценивать и не осуждать, даже тогда, когда они вступают в противоречие с установками и моральными ценностями самого родителя, признать право ребенка на эти чувства;
  • искренне доверять ребенку и верить в его возможности справиться со стоящими перед ним проблемами, не пытаться из самых лучших побуждений и сочувствия и симпатии к ребенку сделать все за него, верить в возможности его развития как личности;
  • воспринимать ребенка как самостоятельную, независимую от вас личность со своей личной жизнью и правом выбора своей судьбы, не принимать на себя ответственность за фактически сделанный ребенком выбор. Ответственность родителя как воспитателя лежит в области создания психологических условий для обеспечения адекватной ориентировки ребенка в области исследования проблем и принятия решений, в то время как сам выбор осуществляется ребенком и в значительной мере определяется системой его базовых потребностей, мотивов и ценностей. Лишь искреннее принятие ценностных установок, перечисленных выше, позволяет родителю действительно реализовать технику эмпатического принятия во всем ее развивающем потенциале.

Техника эффективной похвалы

Выше уже отмечалось, что при неумелом использовании похвала может стать причиной нарушений и отклонений в личностном развитии ребенка. Это ни в коем случае не означает, что родители должны отказаться от похвалы. Напротив, похвала необходима для гармоничного личностного развития ребенка. Однако эффективная похвала должна отвечать ряду требований. Прежде всего, похвала не должна быть оценочной, т.е. не должна содержать прямых оценок личности. Оценочная похвала в воспитании ребенка не просто бесполезна, но и вредна. Причины негативного эффекта оценочной похвалы в том, что она, во-первых, подчеркивает отношения зависимости — подчинения между взрослым и ребенком, ибо тот, кто хвалит, присваивает себе право оценивать ребенка — особый статус во взаимоотношениях, ставит ребенка и его эмоциональное благополучие в зависимость от своего мнения. Во-вторых, оценочная похвала вызывает у ребенка тревогу и страх потерять расположение взрослого, подвергнуться наказаниям и санкциям за проступок, вызывает настороженность и агрессивно-оборонительную позицию. В-третьих, она становится источником неуверенности ребенка в своих силах — он боится не справиться с задачей, допустить ошибки, не добиться вновь высоких результатов, ставших причиной похвалы и поощрений, не поддержать уже завоеванную им «высокую планку» достижений. Если такой страх принимает хронический характер, то формируется выученная беспомощность, ребенок начинает избегать новых задач, предпочитая пассивность и бездействие опасности совершить ошибку и быть неуспешным. Мотивация избегания неудачи начинает доминировать. В-четвертых, похвала часто воспринимается детьми как попытка родителей ими манипулировать, управлять их поведением и деятельностью в своих интересах.

Похвала не должна быть сравнительной: нельзя сравнивать достижения, успехи, результаты, личностные достоинства ребенка и его сверстников. Каждый ребенок уникален и неповторим, и одно из проявлений индивидуальности ребенка связано с индивидуальностью его зоны ближайшего развития (Л.С.Выготский). Соответственно, оптимум достижений ребенка на актуальный момент развития отличается от достижений других детей. Похвала-сравнение не учитывает реальных возможностей и перспектив, не благоприятствует формированию у ребенка чувства самоценности и самопринятия, создает условия для образования негативной установки и даже зависти по отношению к более удачливому сверстнику. В этом одна из причин феномена «нелюбви» и неприязни в классе к сверстнику-отличнику, которого постоянно ставят в пример остальным учащимся. В том случае, когда достижения ребенка оказываются выше, чем у сверстников, похвала-сравнение может стать источником формирования у него позиции превосходства и пренебрежения по отношению к ним как менее успешным. И в том и в другом случае это препятствует развитию кооперации и сотрудничества, эмпатии и доброжелательности в отношениях со сверстниками, лишает ребенка возможности обрести хороших друзей.

Похвала, ставящая целью формирование у ребенка способности к саморегуляции и самоконтролю, также не должна содержать в себе прямой оценки. Дело в том, что любая похвала как способ воздействия на ребенка должна быть рассмотрена в двух аспектах: то, что говорит ребенку родитель, и то, что ребенок говорит себе сам [Ginott, 1972J. Второй аспект, часто скрытый от внешнего наблюдения, включает в себя оценку ребенком своих личностных качеств, знаний, умений и степени компетентности в деятельности; оценку ребенком характера своих взаимоотношений с родителем и отношения к нему родителя. Последняя осуществляется ребенком в терминах принятия — отвержения («любит — не любит»), уважения и доверия — неуважения и подозрения, понимания — непонимания [Столин, 1986; Спиваковская, 1985]. Наконец, ребенок сам оценивает уровень своих достижений в данной предметной области, меру приближения к цели и на основании этой оценки выдвигает и принимает новые цели деятельности. Таким образом, мы видим, что в акте коммуникации первый аспект похвалы, т.е. то, что мы говорим ребенку, представляет собой лишь вершину айсберга, основную часть которого составляет второй аспект похвалы — то, что ребенок говорит себе сам. Второй аспект похвалы, реализуемый на полюсе ребенка, представляет собой не что иное, как развернутую оценочную деятельность. Именно второй аспект похвалы составляет сферу формирования регуляторной способности ребенка. Если похвала уже включает прямую оценку, т.е. оценка дана в готовом виде, то отпадает необходимость постановки и реализации контрольно-оценочных задач самим ребенком. Напротив, если взрослый воздерживается от прямой оценки деятельности ребенка и его личности, лишь задавая критерии такой оценки, то это стимулирует развитие ориентировки ребенка и способности его к саморегуляции.

Продуктивная похвала, создавая зону ближайшего развития ребенка, должна строиться как реалистическое и объективное описание действий и усилий ребенка, их результатов и последствий как для него самого, так и для окружающих; содержать искреннее описание действительных чувств родителя, связанных с поступком ребенка.

Иными словами, продуктивная похвала должна задавать критерии оценки и ориентиры для ее осуществления, оставляя оценку самому ребенку. Эффективное исполнение продуктивной похвалы определяется наличием у родителя базовых установок на эмпатическое принятие ребенка, описанных выше. Безусловно, применение продуктивной похвалы должно быть соотнесено с возрастно-психологическими особенностями ребенка и дозировано в соответствии с возможностями ребенка самостоятельно осуществлять оценку своей деятельности и степенью компетентности в решении задачи. Поэтому для детей младшего возраста вполне допустимы и даже целесообразны как формулирование в прямой форме критериев оценки и соотнесение их с деятельностью ребенка и ее результатами, так и конечный совместный вывод о деятельности ребенка и ее успешности. Похвала взрослого должна стать зоной ближайшего развития способности ребенка к саморегуляции, основой для формирования реалистической позитивной Я-концепции [Бйякон 1986].

Техника использования «Ты-высказываний» и «Я-высказываний»

Техника использования «Ты-высказываний» и «Я-высказываний» составляет важный компонент метода конгруэнтной коммуникации. Она была разработана и апробирована в работах К. Роджерса, Т. Гордона, X. Джайнотта. «Ты-высказывания» представляют собой речевые высказывания, начинающиеся со слова «Ты», а «Я-высказывания», соответственно, со слова «Я». «Ты-высказывания» используются в ситуации активного слушания и представляют собой максимально точное и глубокое, развернутое описание чувств ребенка. Они также позволяют отразить и объективировать в речи чувства и переживания ребенка, обеспечивают более высокий уровень их осознания, а значит, открывают возможность сделать первый шаг на пути овладения чувствами и произвольного управления ими [Выготский, 2000]. Вербальное отражение эмоциональных переживаний ребенка взрослым обеспечивает эмпатию, позволяет адекватно сориентироваться в проблемной ситуации, принять ответственность за ее решение и осуществить правильный выбор.

«Я-высказывания» используются родителем в ситуации конфликта и конфронтации, столкновения интересов ребенка и родителя. Нередко поведение ребенка вызывает у родителя негативные эмоциональные реакции, ощущение психологического дискомфорта и неприязни, это затрудняет эмпатическое принятие ребенка, создает угрозу фальши и неискренности в детско-родительских отношениях. «Я-высказывания» позволяют родителю искренне и эмоционально честно выразить свои чувства по отношению к поведению ребенка в форме, необходимой, чтобы сохранить отношения уважения, эмпатии и принятия, вместе с тем побуждая ребенка изменить свое поведение с учетом интересов родителя [Байярд & Байярд, 1995; Гордон, 1997]. «Я-высказывания» представляют собой точное и аккуратное выражение родителем своих чувств в отношении поведению ребенка, они не содержат приказаний, советов и команд, т.е. готовых решений вопроса о выходе из конфликтной ситуации, оставляя его открытым, не таят опасности низведения и унижения личности ребенка, поскольку лишены оценочных суждений и предоставляют ребенку право принять на себя ответственность за разрешение конфликтной ситуации.

Структура «Я-высказывания» включает четыре компонента. Первый: точное и корректное описание чувств и эмоций, которые испытывает родитель в отношении поведения ребенка («Я огорчен», «Я расстроен», «Мне не нравится», «Я не люблю»). Важно отразить в «Я-высказывании» первичные чувства, т.е. те, что возникают сразу же в момент конфронтации или конфликта с ребенком, и быть предельно искренним в их описании. Не нужно забывать о том, что для ребенка особую значимость имеют невербальные компоненты коммуникативного акта. Дети, особенно младшие, чрезвычайно чувствительны к интонации, мимике, позе, жестам. Поэтому рассогласование между вербальными сообщениями, выражающими не истинные, а нарочито демонстрируемые родителем чувства, и невербальным сообщением об истинном эмоциональном состоянии взрослого, безошибочно декодируемым ребенком, приводит к нарушению сложившихся отношений доверия и взаимопонимания, рождает у ребенка неуверенность и тревожность.

Второй компонент представляет собой точную характеристику поведения ребенка или ситуации, вызывающей описанные выше чувства родителя. Обычно второй компонент высказывания начинается со слова «когда». Лучше, если описание поведения ребенка дается по возможности в безличной форме, поскольку использование местоимения «ты» может создать у ребенка впечатление, будто только его поведение раздражает родителя, и вызвать чувство обиды, переживание отвержения.

Третий компонент включает описание причин возникновения негативной реакции родителя. Как правило, конкретизации их предшествует оборот «потому что». Основная опасность формулирования третьего компонента «Я-высказывания» кроется в соскальзывании родителя на осуждение поведения и личности ребенка.

Четвертый компонент представляет собой описание возможных последствий поведения ребенка в случае, если оно будет продолжено. Здесь нельзя переходить к прямым угрозам в адрес ребенка, предупреждениям о вмешательстве взрослого в его поведение. Итак, полная структура «Я-высказывания» включает четыре компонента: описание чувств и эмоций родителя; характеристику поведения ребенка или ситуации, вызывающей эти чувства; описание причин возникновения аффективной реакции; указание возможных результатов и следствий продолжения поведения ребенка.

Поскольку третий и четвертый компонент «Я-высказываний», как указывалось выше, таят в себе угрозу перехода к неэффективной коммуникации, в ряде случаев оказывается целесообразно ограничиться лишь первыми двумя компонентами (например, при недостаточной коммуникативной компетентности родителей или когда партнерами по коммуникации оказываются дети младшего дошкольного возраста, которые еще не могут разобраться в причинно-следственной связи компонентов высказывания).

Проблема в использовании «Я-высказываний» в детско-родительских отношениях состоит в том, что дети часто их игнорируют. Тогда приходится их повторять. Нередко дети возвращают «Я-высказывание» взрослому, сообщая о своих желаниях и интересах («Я хочу…») и настаивая на них. В этих случаях родителю уместно перейти к развернутому формулированию запретов и ограничений, если они еще не нарушены, либо использовать технику разрешения конфликтных ситуаций (см. § 15).

§ 9. Социальный контроль: требования и запреты, их содержание и количество; способ контроля; санкции (поощрения и наказания); родительский мониторинг

Категория социального контроля отражает известное положение о том, что цель воспитания — управление процессом социализации ребенка. В таком случае контроль выступает как целенаправленное руководство родителем жизнью ребенка. Говоря о контроле, следует различать два основных подхода, определяющих положение родителя и ребенка в этом процессе. Первый, традиционный подход исходит из представления о ребенке как объекте воспитания, находящемся в подчинении у воспитателя, занимающего главенствующую руководящую позицию. Родитель определяет цели, ценности воспитания, методы и формы контроля, оценки и санкции, презентирует их ребенку и контролирует выполнение им необходимых требований и запретов. Второй подход провозглашает принципиальное равенство ребенка и родителя в воспитательном процессе. Ребенок наряду с родителем рассматривается как активный субъект воспитательного процесса, детско-родительское взаимодействие приобретает личностно-ориентированный, субъектный, диалогический характер. Со временем степень активности самого ребенка в воспитательном процессе возрастает, и в подростковом возрасте уже возможно говорить об изменении характера воспитания — переходе подростка к самовоспитанию.

Можно ли в воспитании вообще обойтись без контроля, требований и запретов, не ограничивают ли они свободу ребенка? Однако, как справедливо указывает Р. Дрейкурс и В. Зольц [1986], личная свобода невозможна без признания права на свободу за другими. Поэтому для обеспечения свободы каждого человека необходима дисциплина, определенные ограничения, ответственность за их исполнение.

Социальный контроль является важнейшим. компонентом процесса воспитания в семье и, как система родительской дисциплины, включает:

  • систему требований и запретов;
  • способ контроля исполнения требований и запретов;
  • систему санкций (наказаний и поощрений);
  • родительский мониторинг.

Требования и запреты

Система требований и запретов конкретизирует социальные ожидания в отношении уровня достижений ребенка, его поведения и деятельности, преломленные через систему ценностей и целей воспитания его родителей. В практике воспитания необходимо различать декларируемые и реальные его ценности и цели. Родителями декларируются, как правило, социально одобряемые, гуманистические ценности воспитания, но реальные его ценности и цели зачастую оказываются весьма далекими от них.

Я. Корчак, говоря о воспитании ребенка в семье, использовал понятие «воспитывающая среда», т.е. тот дух, который царит в семье и выражает принятые в ней ценности, нормы и правила. Догматическая среда насаждает ценности традиций, авторитета, необходимости их сохранения как жизненного императива; труда как закона, самоограничения и самопреодоления. Результатом развития ребенка в такой среде становится пассивность, исполнительность, отсутствие инициативы и творчества. Идейная среда исповедует ценности уважения к человеческой мысли, определяя развитие в ребенке активности, творчества, готовности к самоизменению. Среда безмятежного потребления, реализующая ценности потребительского общества, формирует отношение к труду, работе как средству получения материальных благ и привилегий, лишенному для личности самостоятельной ценности. Среда внешнего лоска и карьеры культивирует приоритет успеха, достижений, власти, следствием чего становится формирование тщеславия, жадности, враждебности к окружающим людям [Корчак, 1990]. Таким образом, важны не декларируемые, а реально принятые в семье жизненные ценности, определяющие конкретную систему требований, предъявляемых в процессе воспитания к ребенку.

Каждый родитель мечтает вырастить «хорошего ребенка». Однако достаточно часто под «хорошим» подразумевается «удобный» ребенок — послушный, исполнительный, конформный, проявляющий ответственность в границах тех заданий и обязанностей, которые поручает ему взрослый. Это может быть работа по дому, домашние задания, уход за младшими братьями и сестрами и пр. Вместе с тем вряд ли можно предположить, что родители, задаваясь целью воспитать «хорошего» ребенка, хотят видеть его безынициативным роботом-исполнителем, безропотно выполняющим работу, порученную ему лицом, наделенным властью. Конечно, нет! Противоречие состоит в том, что многие личностные качества, которые родители действительно хотят видеть в своем ребенке — творчество, смелость, самоуважение, целеустремленность и настойчивость в достижении поставленной цели, — в повседневной жизни и общении с ним могут быть «не удобны» родителю. Особенно остро это чувствуется на этапе их становления и формирования в детские годы, причиняющих родителям лишние хлопоты и волнения.

Требования и запреты являются крайне важным и совершенно необходимым компонентом воспитания, выполняющим ряд важных функций. Во- первых, они объективируют реальные, а не декларируемые цели воспитания ребенка. Во-вторых, в них представлены образцы и правила социально желательного поведения и деятельности ребенка. В-третьих, они создают условия для формирования способности ребенка произвольно регулировать свою деятельность и общение в соответствии с заданными нормами и правилами. Необходимость, соблюдения ограничений и запретов обеспечивает развитие саморегуляции и самодисциплины. Требования и запреты позволяют также структурировать и организовать среду, обеспечивая безопасное, т.е. прогнозируемое и поддающееся разумному контролю со стороны ребенка, пространство жизнедеятельности. Известно, что ситуация неопределенности, непредсказуемости, дефицит наличной информации становятся причиной, порождающей тревожность и негативные эмоциональные переживания (Н. Симонов). Введение ограничений/регулирующих отношения ребенка с социальным и предметным окружением, снимает неопределенность, повышает прогнозируемость изменений, уверенность в себе, способствует актуализации чувства личностной безопасности.

Требования конкретизируют позитивные ожидания, предъявляемые к ребенку, т.е. описание того поведения и тех результатов и достижений, которые хочет видеть родитель. Запреты определяют негативные ожидания, т.е. формы поведения и личностные качества ребенка, которые родитель хотел бы избежать — «чего нельзя делать». Формулирование ожиданий в виде требований является, безусловно, более продуктивным. Требования задают положительный социальный эталон поступков и качеств, образец для подражания, стимулируют мотивацию достижений и активность ребенка. Запреты, напротив, ограничивают активность, приводят к формированию зависимости, пассивности, безынициативности ребенка, стимулируют развитие мотивации избегания неудач и блокируют формирование мотивации достижений. .

Желательно, чтобы количество запретов в воспитании ребенка было сведено к минимуму. Однако существуют запреты, которых избежать невозможно. Содержание их, помимо внешнего ограничения, включает и сущностную сторону — социально одобряемую и поощряемую ценность, определяющую отношения человека с миром людей и миром предметов. Основные необходимые запреты касаются:

  • здоровья ребенка (запрет на действия, которые могут повредить его здоровью и жизни самого ребенка);
  • физической и личностной безопасности окружающих людей (запрет на действия, которые составляют угрозу жизни, здоровью и противоречат норме уважения личности другого человека);
  • сохранности материальных, культурных и духовных ценностей (на деструктивные разрушающие действия в отношении природной и культурной среды).

Таким образом, все многообразие запретов, по сути, может быть сведено к трем указанным группам. Разумным количеством ограничений и запретов будет минимальное число конкретизации описанных выше четырех важнейших компонентов социального контроля. Основным принципом введения ограничений для родителя должно стать стремление сократить до минимума их количество.

Количество и содержание требований должно соотноситься с возрастом и индивидуальными особенностями ребенка, а также с воспитательными ценностями родителя. В зависимости от соответствия требований возрастно-психологических индивидуально-личностным особенностям ребенка можно говорить об их чрезмерности — сверхтребовательности родителя к ребенку — или о строгости воспитания. В противоположном случае речь идет о недостаточности требований — вседозволенности или попустительстве в отношении воспитания ребенка. Соотношение требований и запретов уточняет характер социального контроля в воспитательном процессе. Если в воспитании преобладают запреты, то следует говорить об ограничительном характере контроля, если требования — о формирующем типе контроля, т.е. о целенаправленном воспитании в ребенке определенных качеств и способностей.

Важное значение для эффективности воспитания имеет форма презентации ребенку требований и запретов. В работах X. Джайнотта [1986], Т. Гордона [1997], Ю.Б. Гиппенрейтер [1993], Г.Л. Лэндрета [1994], О.А. Карабановой [1997] сформулированы принципы предъявления требований и запретов. Для того чтобы требования и запреты действительно были приняты ребенком и выполнялись, воспитателю необходимо руководствоваться определенными правилами.

Во-первых, запреты должны предъявляться в императивной форме, носить всеобщий характер, иметь равную и незыблемую обязательность для всех, исключать возможности «двойного стандарта» и «двойной морали».

Во-вторых, запреты должны предъявляться в безличной форме. Следует избегать «Ты-высказываний», высказываний типа приказов, команд, прямых распоряжений, формулировок, оскорбляющих и унижающих достоинство ребенка, проявлений неуважения к его личности.

В-третьих, запреты должны быть предъявлены в вербальной (словесной) форме, ясной и понятной для ребенка. Аргументация в пользу необходимости соблюдения запретов должна указывать на последствия и результаты поступков ребенка, нарушающих запреты и правила, для других людей [Hoffman, 1975]. Обсуждение последствий нарушения запретов должно быть на языке, понятном ребенку.

В-четвертых, предъявление запретов должно осуществляться до нарушения правил, а не в его момент. Родителям необходимо уметь предвосхищать нарушение запретов и невыполнение требований, не дожидаясь момента, когда запреты будут нарушены, а требования не выполнены. Подобно тому как проще предупреждать, а не лечить болезнь, проще и эффективнее предупреждать нарушения детьми запретов, а не иметь дело с уже совершившимся фактом. Поведение родителей должно носить прогнозирующий, предвосхищающий характер, поскольку важно точно определить оптимальный момент «интервенции». Тактика его в конфликтной ситуации будет различна в зависимости от того, наличествует ли еще только угроза нарушения запрета или запрет фактически уже нарушен, причем очевидно социально неадекватное поведение ребенка. Установление ограничений и запретов в игре как в первом, так и во втором случае осуществляется в несколько шагов, предпринимаемых в неодинаковой последовательности [Ginott, 1972; Лэндрет, 1994].

В первом случае ребенок выражает явное и однозначное намерение нарушить запрет. Последовательность шагов родителя должна быть следующей.



Страница сформирована за 0.56 сек
SQL запросов: 191