АСПСП

Цитата момента



Мне хотя бы раз прожить с тобой всю жизнь.
И, клянусь, мне большего не надо!
Клянусь.

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



После тяжелого сражения и перед сражением еще более тяжелым Наполеон обходил походный лагерь. Он увидел, что один из его гренадеров, стоя на часах, уснул и у него из рук выпало ружье. Тягчайшее воинское преступление! Кара за сон на посту – вплоть до смертной казни. Однако Наполеон поднял выпавшее ружье и сам стал на пост вместо спящего гренадера. Когда разводящий привел смену, Наполеон сказал ошеломленному капралу: «Я приказал часовому отдохнуть!» Император был единственным, кто, кроме караульного начальника, имел право сменить часового на посту.

Сергей Львов. «Быть или казаться?»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d4097/
Белое море

Биолог девятнадцатого века Н.А. Северцов ввел понятия “ароморфоз” и “идиоадаптация”. Первое - это многостороннее развитие способностей. Второе - непомерное развитие лишь одной, паразитической, способности. Всасывания (у глистов) или высасывания (у вшей). Эксплуататоров называют паразитами… Они не могут ничего сотворить, чтобы обменяться честно. Они могут изобрести или усвоить лишь средство обмана. У них, троечников, хватало ума вступить в комсомол и занять секретарские места, чтобы потом обойти при распределении наивных отличников. А в наше время они умеют разработать чаще всего простенькие экономические комбинации, сообразить «кому-сколько», рассчитать степень риска. А то и просто верят в “авось”, пока за них не взялись. В эксплуататоры, т.о., идут по принципу “сила есть - ума не надо”. Нет-нет… нужны еще и наглость, манипуляции…

Подытожим: эксплуататоры - это неполноценные, искалеченные в нравственном плане «самонедостаточные» люди со смещенными ценностями, живущие не за свой счет, гиперкомпенсирующие свой комплекс неполноценности эксплуатацией.

А как чувствуют себя эксплуатируемые… Страдают от бедности. От осознания, что их эксплуатируют. Боязливо молчат. Строят свою психозащиту: плетью обуха не перешибешь, каждый сверчок знай свой шесток. Кому-то легче без забот: «Жираф большой, ему видней». Некоторые находят радость в мазохистском унижении.

А кто-то в революционном садизме. Но давайте подходить к вопросу психологично и диалектично. Учитывать историческую обстановку. В губернаторов стреляли гимназистки. Экстремисты с пограничной психопатологией легко подбивали их на теракты. Это было модой. Они ведь шли на каторгу, и у них был позитивный имидж. По дороге в Акатуй на каждой станции их встречали митингами поддержки. Время было «романтическое». Горький написал «Мать». А Толстой взывал к царю быть снисходительным к террористам. И не надо думать, что все затеяли большевики. В начале двадцатого века Ленина 12 лет не было в России. Царское правительство наделало множество ошибок. Сказано мягко. Кровавое воскресенье – ошибочка? Или Первая мировая война… И народ вышел на улицы. власть подобрали эсеры с меньшевиками и наделали много своих ошибок. А потом пришли большевики и наделали много своих ошибок. А в конце века «демократы» наделали много своих ошибок…

Да, с революциями что-то не получается. Много крови. Разруха. Марксистско-ленинские «этики» вслед за Лениным-Сталиным провозглашали, что низкопробные средства оправдываются высокой целью – счастьем всего человечества в будущем. Сходные мысли высказывал давным-давно Николо Макиавелли. Но почему мой внук должен жить за счет моих мук? А, кроме того, поймем одно трагическое обстоятельство, связанное с революциями. Эксплуати-руемые, победив, сами становятся эксплуататорами. Посетивший в 1920 году Россию Бертран Рассел рассказал о большевиках следующее. «Практически они одни обладают властью, вследствие чего могут иметь бесчисленные преимущества. Большинство из них – далеко не впадая в роскошь – питаются все же лучше, чем весь народ. Только люди с определенным политическим весом могут иметь телефон или автомобиль. Возможностей поехать куда-либо поездом, сделать покупки в советских магазинах (где цена примерно в пятьдесят раз ниже, чем на рынке), пойти в театр и так далее, конечно же, больше у тех, кто близок к власти, чем у простых смертных. И тысячами способов коммунисты могут достичь более благополучной, чем у остальных, жизни. К тому же они меньше обременены навязчивым вниманием со стороны полиции и Чрезвычайной Комиссии.» При этом недовольный новыми эксплуататорами народ восстает, и его подавляют. Кронштадтский мятеж, «антоновщина» в тамбовской губернии… Б. Рассел написал свое эссе в 1920 году, сразу же после революции. Еще жив и у дел Ленин. Но мы помним, что такое «Березка», боны, загранкомандировки, поликлиника для старых большевиков и прочие дискриминационные механизмы при «развитом социализме». Малейшие возможности для эксплуатации – и люди говорят себе и другим, что они имеют основания для привилегий. Неодолимо это желание сбросить с себя ярмо и надеть его на других. Расслоение увеличивается. Место ленинской гвардии заняли советские лидеры, выбившиеся через сталинские «призывы в партию», через РК, ГК и ЦК хрущевско-брежневского комсомола.

Незадолго до русской революции 1917 года, был написан пророческий роман Анатоля Франса «Восстание ангелов»… Сатана, поднявшийся против Бога и низвергнутый им в Ад, готовит новое восстание. Ему снится, что он победил и сам стал несправедливым Богом. Проснувшись, он решает навсегда остаться «в оппозиции». Франс создал поэтическую инверсию: под Сатаной он понимал разумное и доброе начало, которое клерикалы расценивали как злое.

Да, не окупается деструктивность революций. Кровавый террор был зазря. Руссо говорил, что народ имеет право на революцию, если король не соблюдает общественный договор об отчуждении народом части воли в его распоряжение. Наверное, Руссо был не прав: слишком уж кровавы революции. Но народ не спросит ни Бога, ни короля, ни философов. Революция – такая же стихия, как жадность. Народ не добрее своих царей, канцлеров и президентов. Не только каждый народ достоин своих правителей. Но и правители достойны своего народа. Народ был идеализирован романтиками, а потом «коммунистами», жившими на госдачах и вещавшими от имени народа. На деле же народ на жадность ответит кровожадностью.

Но, может быть, не будем испытывать очередные иллюзии, после которых снова будут коллизии. Невозможно пока что кардинально переделать народы и их царей. Надежды на то, что сразу ВСЕ люди примут парадигму неэксплуатации, иллюзорны. И поэтому нельзя, наверное, уповать на «последний и решительный бой». Все революции провозглашают себя истиной в последней инстанции. Большевистская - тоже. Цель была уничтожить эксплуатацию. А средство: всё отнять и передать государству. Но огосударствление собственности не привело к справедливости. Возникла каста коммунистических вождей – новых эксплуататоров. Обнищание народа достигло критического порога.

Итак, никто не виноват. Во всем виноват имидж. Ну а имидж возводится в абсолют общественным сознанием. Не одним философом, будь он сам Гегель, не двумя даже великими психологами, не пятью даже гениальными модельерами, а всем, «степ бай степ», народом. Но и из того, что никто не виноват, не стоит делать культ. Делать-то все равно что-то надо. Не пугаясь, что пробы чреваты ошибками. Все-таки мы продвигаемся потихоньку к идеалу, который маячит где-то вдалеке. Только из идеала не сделать бы идола, как говорил Эвальд Ильенков. В том числе, и из демократии. Казалось, демократия – и нет проблем. Но Гитлер пришел к власти «демократическим путем». Демократия не исключает черный ПИАР. При демократии можно купить голоса за бутылку или за обещание поставить телефон. Возможности манипулирования при демократии очень велики. Опять же прозорливый Анатоль Франс: в любом государстве богатство священно, в демократическом – священно только оно.

Так что же все-таки делать при «демократии»?

Возникла мысль: незаконные сделки с двумя третями (вспомним А.Бунича) аннулировать, народную собственность вернуть пока государству, лжецов наказать. Но кто-то выступает за амнистию даже незаконных сделок, если они свершены до последних трех лет. Наверное, это из стремления к миру. Но если народ пересмотрит вопрос о непересмотре приватизации, то будет опасность деструктивного протеста. Юрий Болдырев идет дальше Бунича: «По закону в начале приватизации должны были быть выпущены не обезличенные ваучеры, а «именные приватизационные обязательства». Так что, по его мнению, и третья треть приватизирована незаконно. Допустим, что Ю. Болдырев не прав и что сделки по обезличенным ваучерам можно считать формально законными. Но, по сути, и они несправедливые. В этих случаях надо расторгнуть договор о купле-продаже и вернуть покупателям их деньги с теми процентами, которые были бы им даны за кредитование. Но не по спекулятивной цене. Если они не согласятся, показать перед всем миром, что они гиперкомпенсирующиеся невротики. Не давать им возможность пройти во властные структуры.

Надо ввести прогрессивное налогообложение, а не только налог на роскошь. Это гарантия от резкого расслоения. Но прогрессивное налогообложение может прибить деловую активность, а должна быть стимуляция. И надо обеспечить баланс.

Надо вскрывать возможности экономических манипуляций: залоговые аукционы, искусственное банкротство, рейдерство. Будем учитывать, однако, что на каждое нововведение у эксплуататоров находятся лазейки. Поэтому надо изобретать все более ухищренные методы излавливания ухищренных лазеек.

Коррупция… Можно осуждать каждого данного взяточника, а можно понять, что он обыкновенный человек со своими слабостями. В этих условиях люди со слабостями (а где возьмешь столько "морально устойчивых"?) не могут вести себя иначе. Значит, надо изменить условия. Блюститель правопорядка с маленькой зарплатой превращается в нарушителя, ведь риск быть уличенным ничтожен, наказание маленькое, а взяточный доход велик. Поэтому надо серьезно увеличить зарплату и еще серьезнее увеличить ответственность. Если только первое, то в милицию просто никто не пойдет работать. Поэтому зарплату надо увеличить так, чтобы правоохранитель получал раз в 10 больше доцента, а вот ответственность за взятку или невыполнение обязанностей по защите доцента, учителя, продавца, медсестры, чтобы была, скажем, в 20 раз больше. Любому уволившемуся офицеру предпочтительнее получить 10-кратную доцентскую зарплату, рискуя здоровьем и жизнью в достойном деле защиты граждан, и быть уважаемым, чем получать взяточный доход в 30 доцентских зарплат с большим риском быть разоблаченным, 20-кратно наказанным, презираемым и ненавидимым. Предложения по кратности (в 10 раз, в 20) даны для понимания, это надо уточнить психометрическими методами. А где взять деньги на эту повышенную зарплату? Да как только правоохранители начнут реально бороться с коррупцией, а не встраиваться в нее, то начнут поступать спасенные от коррупционеров серьезные деньги. И их хватит не только на повышение зарплаты правоохранительным органам, но и на пенсии, стипендии, бесплатную медицину и на нормальную зарплату врачам и медсестрам. Да… надо еще убрать наказание за взяткодательство, его ввело лобби взяточников.

Не все беспросветно. Работает эффект накопления. Новые технологии (технические, социальные, политические и психологические) распространяются и вытесняют старые. И постепенно все улучшится… А если и не светит нам ничего в конце тоннеля. То стоит ли вообще стараться?.. СТОИТ. Потому что надо перед нашей совестью, чтобы мы с этой скверной не смешивались. Чтобы они, эксплуататоры, чувствовали свое бессилие. Они должны знать, что мы не западаем на их «ценности». Что их имидж – плохой. Что они - эксплуататоры, а не самоактуализирующиеся личности. Что они хотят жить за чужой счет. Что для этого они пользуются, по терминологии Толстого и Шопенгауэра, уловками. И одна из уловок – оправдание себя тем, что они не грабили сами, а им досталось все по наследству. Надо объяснить им и всем, что по наследству им досталось награбленное. И если они хотят быть хорошими, пусть, ладно уж, не всё, но многое, «отдадут бедным», как требовал Иисус Христос, оставив себе то, что надо для творчества.

Можно наживать – нельзя наживаться. Но надо не только жить за свой счет, а и дарить излишки. Не скапливать их у себя, не хвастать, что яхта у меня самая длинная. Впитать эту идею в себя каждому. Держать в себе как святыню. Как спасение и праздник души. Проповедовать. И пусть ее реализует каждый сам по себе и вместе с другими, мыслящими так же. Уточним и подчеркнем, что все это должно быть внутренне присущим качеством личности, а не навязанным с помощью устрашающих религиозных заповедей.

Надо отделить себя от эксплуататоров в своих глазах и в их глазах. Мы должны сказать себе и им, что мы не хотим быть ими и не хотим быть с ними. Не завидовать им, не тянуться за ними, не стараться не отстать или тем более не стараться перегнать. Не приобщаться к ним. Не искать среди них спонсоров. Не ходить на их тусовки. Не оказывать им такой чести. У нас – иной имидж.

Пусть они постепенно осознают, что их не любят. А легко ли быть нелюбимым? Это они, с детства недолюбленные родителями, сверстниками и женщинами, пытаются тщетно компенсировать этот дефект, эту беду. Пусть компенсируют в других формах.

Похоже на идеализм? … Пока да. Но когда он станет по-хорошему модным, это станет самой что ни на есть прагматикой. Когда эксплуататоры увидят, что большинство людей начинает ценить не караты на шее, а самоактуализацию и альтруизм, то их пыл пропадет. А не пропадет, чёрт с ними! Да, с ними действительно чёрт, а не Бог. Недаром Горький назвал золото жёлтым дьяволом. Ну, так и пусть продолжают гибнуть «за металл». Они, не мы.

Главное - это не они, а мы. В Освенциме заключенные из затравленных животных тогда снова становились людьми, когда преодолевали страх перед смертью. А в нашей обыденной жизни не надо даже этого. Расстаться надо только с желанием носить золотые аксессуары. Надо устранить это «золотое смещение» ценностей. Красное смещение, как говорят физики, грозит концом света. «Золотое же смещение» – угроза свету в душе каждого из нас. Откажемся, и не надо будет зарабатывать нечестным трудом деньги на престижные курорты, когда можно купить за во много раз меньшие честные деньги целый дом с целой усадьбой в деревне и дышать пречистым, как дева Мария, воздухом. К слову, это не расходится и с учением Христа: не заботьтесь даже о пропитании – Господь накормит вас, как кормит птиц. А до него Диоген сказал ученику Аристотеля Александру Македонскому: «Отойди, не заслоняй мне солнце!» - это в ответ на его вопрос, чем он, царь, может облагодетельствовать его, Диогена.

Ну, ладно, Диоген, Христос – преувеличения. Во всем должна быть мера достаточности и необходимости. От мороза в бочке не укроешься. (Все же не забудем о Фроммовском экзистенциальном обладании.) Но если нам нужен транспорт, чтобы ездить в деревню, то не обязательно же «Ауди». Ну, можно и «Ауди», если деньги на машину заработаны не ограблением. Но шестисотый «Мерседес» - явное излишество, нравственно преступное, если в это время кто-то умирает от нехватки лекарств.

И все же не всё идеализм. Есть реалистичная надежда на психологическое образование народа. В начале ХХ века почти поголовно народ не умел читать-писать, а в начале ХХ1 века – началась поголовная компьютеризация. Увеличивается тяга к научной психологии. Психология становится по-хорошему модной. И если девятнадцатый век был «биолого-физиологическим» (Дарвин, Сеченов, Павлов), если двадцатый век был «физическим» (атомники, компьютерщики), то двадцать первый век будет веком психологии. Самоактуализация вместо эксплуатации, самодостаточность вместо гиперкомпенсации комплексов неполноценности… Эти идеи могут взять верх. И мы, может быть, будем спасены… Но уповать нужно не на «последний и решительный бой», как это проповедовали страстные и пристрастные Маркс и Ленин, а на постепенное перевоспитание людей в духе самоактуализации и неэксплуатации, на постепенное изменение политической культуры каждой личности. Пусть воцарится постоянный, может быть, даже вечный поиск с постепенным приближением к справедливости.

 Надо перевоспитывать и просвещать народ, а не ханжески идеализировать его и вещать от его имени, как это делали большевики. Надо вовлекать народ в политическую полемику. Писать конфликтологические книги (понятные, а не заумные). Ведущая роль при этом должна принадлежать психологии. Психология сейчас занимается чем угодно: леворукостью, педагогической запущенностью, девиантным поведением… А конфликтология все еще не стала главной психологической дисциплиной.

Просвещать, чтобы люди осознали свои права и отстаивали их. И воспитывать в духе нравственных ценностей Христа, Толстого, Фромма и в целом гуманистической психологии. Но для этого наша интеллигенция сама должна встать вровень с имиджем интеллигенции в российской истории.

Пусть нынешние эксплуататоры, как герой «Новогодней сказки» Владимира Дудинцева, в прошлом бандит, сделают себе пластическую операцию, затворятся в лаборатории и откроют что-то важное для человечества, ничем другим не занимаясь. А если не хотят или пока не могут понять, насколько они несчастнее, то пусть мы им об этом будем говорить, корить их. А не работать на них и не смотреть завистливо вслед проглатываемому куску осетрины («с душком») или уносящемуся по шоссе джипу.

И, может быть, забрезжит свет в конце тоннеля. Когда-нибудь все же станет модно самоактуализироваться и стыдно эксплуатировать.

Статья опубликована в Известиях АКАДЕМИИ ИМИДЖЕОЛОГИИ http://www.academim.narod.ru/
Персональная страница А.П.Егидеса
Книга А.П. Егидеса «Лабиринты общения, или Как научиться ладить с людьми»
Личный сайт А.П. Егидеса http://www.egides.ru/
  • 1
  • 2


Страница сформирована за 0.53 сек
SQL запросов: 170