УПП

Цитата момента



Почему я беспокоюсь о будущем? Видите ли, я собираюсь провести в нем большую часть оставшейся жизни.
Ч. Кеттеринг

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Смысл жизни в детях?! Ну что вы! Смысл вашей жизни только в вас, в вашей жизни, в ваших глазах, плечах, речах и делах. Во всем. Что вам уже дано. Смысл вашей жизни – в улыбке вашего мужчины, вашего ребенка, вашей матери, ваших друзей… Смысл жизни не в ребенке – в улыбке ребенка. У вас есть мужество - выращивать улыбку? Вы не боитесь?

Страничка Леонида Жарова и Светланы Ермаковой. «Главные главы из наших книг»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера

Глава 38

Языки пламени и клубы дыма заполнили «ящик».

— Вот это да! — воскликнула почти с благоговением Патти. — Самый эффектный финал, который я видела когда-либо.

— Да, — со знанием дела согласилась Бекки, — лучшего не смог бы придумать и мой муж-профессор.

Капитан Ван Тромп сказал тихо, как будто обращаясь к самому себе:

— Эффектно. Очень лихо и очень эффектно. Мальчик сумел уйти как надо.

Джубал оглядел своих братьев. Неужели он единственный, кто несет в себе боль? Джилл и Дон сидели рядом, обняв друг друга за талии, как они сидели всегда, когда им случалось встретиться. Ни одна из них не казалась взволнованной. Даже у Доркас глаза были сухи, лицо спокойно.

Адское пламя в «ящике» сменилось улыбающимся лицом Хэппи Холидея, который сказал:

«А теперь, друзья, предоставим еще несколько минут нашим приятелям с Елисейских полей, которые так щедро уделили нам…» — Патти выключила стереовизор.

— Анни и Дьюк возвращаются, — сказала она, — я проведу их через фойе. А потом будет ленч. — Она пошла к дверям.

Джубал задержал ее.

— Патти! Ты, конечно, знала, что задумал Майк?

Она удивилась.

— Что? Ну, разумеется, нет, Джубал. Надо было дождаться, пока наступит время свершения. Никто из нас не знал. — Она повернулась и вышла.

— Джубал, — на него смотрела Джилл, — Джубал, наш возлюбленный отец, пожалуйста, подумай и постарайся грокк во всей полноте. Майк не умер. Разве он может умереть, если человека убить нельзя. И он не может покинуть нас, раз уж мы грокк его. Ты есть бог.

— Ты есть бог, — подтвердил он тупо.

— Так-то лучше. Иди и присядь сюда — между мной и Дон.

— Нет. Я хочу побыть один.

Как слепой, он ощупью добрался до своей комнаты, закрыл дверь на засов и тяжело рухнул, вцепившись обеими руками в изножье постели. Мой сын, о мой мальчик! Лучше бы я умер вместо тебя! Перед тобой лежала вся жизнь… а старый дурень, которого ты так почитал, раскрыл варежку и наболтал бог знает что, внушив тебе дурацкую идею никому не нужного мученичества. Ах, если б Майк принес им нечто полезное, что-нибудь вроде стерео или бинго, а он принес им Истину. Или, во всяком случае, часть Истины. А кому она нужна, Истина?! И Джубал засмеялся сквозь рыдания.

Наконец ему удалось победить их — и рвущие сердце всхлипывания, и горький смех, и он начал лихорадочно рыться в своем дорожном саквояже. То, что ему было нужно, он захватил с собой. Он всегда держал запас таблеток в своем несессере, держал с тех самых пор, как Джо Дуглас свалился от инсульта и тем напомнил ему, что плоть — всего лишь трава.

Вот и пришла его очередь «держать удар», да только сил держать уже нет. Он отсыпал три таблетки, чтобы закончить дело быстро и без промашки, запил их водой и лег в постель. Боль ушла почти тут же.

Откуда-то издалека до него долетел голос:

— Джубал.

— Отдыхаю. Оставьте меня в покое.

— Джубал! Отец! Ну, пожалуйста!

— Хм… Это ты, Майк? Что случилось?

— Проснись! Еще Свершение не наступило. Позволь, я помогу тебе.

Джубал вздохнул.

— Ладно, Майк.

Он разрешил помочь ему встать с постели и добраться до туалета. Позволил, чтобы ему подержали голову, пока его рвало, принял стакан воды и прополоскал рот.

— Теперь все о'кей?

— О'кей, сынок. Спасибо.

— Тогда я пойду? У меня еще остались кой-какие делишки. Я люблю тебя, отец. Ты есть бог.

— Я люблю тебя, Майк. Ты есть бог.

Джубал повозился еще немного в своей комнате, стараясь придать себе достаточно презентабельный вид, переоделся, выпил немного бренди, чтобы избавиться от горечи во рту и в желудке, а затем вышел, рассчитывая присоединиться к остальным.

В комнате была только Патти — она сидела около выключенного стереовизора. Патти подняла взгляд.

— Будете завтракать, Джубал?

— Спасибо.

Она подошла к нему.

— Вот и хорошо. Боюсь, что большинство остальных уже поели и разбежались, но каждый из них велел передать вам свой поцелуй. Вот они — все в одном.

Ей, кажется, действительно удалось вложить в него всю любовь, доверенную ей остальными, плюс собственную. Джубал почувствовал, что он стал куда сильнее, разделив с Патти ее непоколебимое спокойствие. Горечь ушла.

— Пойдем на кухню, — сказала она. — Тони уехал, поэтому большинство собрались там, хотя его ворчанье и раньше-то не очень их разгоняло. — Патти остановилась и попыталась краешком глаза взглянуть через плечо на свою спину. — Вам не кажется, что финальная сцена немножко изменилась? Дымка какая-то появилась, что ли?

Джубал с невозмутимым видом согласился с ней. Ему тоже так кажется. Правда, никаких изменений он не видел, но спорить с идиосинкразией (Идиосинкразия (спец. термин) — повышенная болезненная чувствительность организма к определенным веществам или воздействиям) Патти тоже не собирался.

Она кивнула.

— Так я и думала. Вообще-то у меня круговой обзор, но себя я почему-то со спины не вижу. Приходится, как и раньше, пользоваться двумя зеркалами. Майк обещает, что вскоре я смогу обходиться без них. Впрочем, все это пустяки.

В кухне, кто вокруг стола, кто подальше, собралось около десятка братьев. Дьюк стоял у плиты, что-то помешивая в небольшой кастрюльке для приготовления соусов.

— Привет, босс. Я заказал аэробус на двадцать мест. Это самый большой из всех, что могут сесть на нашу площадку… В меньшем нам не разместиться, особенно учитывая команду писунов и любимчиков Патти. Годится?

— Разумеется. Все едут с нами домой?

Если не хватит спален, то девочкам придется организовать ночлежки в гостиной и еще где-нибудь… Ведь все равно, количество гостей наверняка вырастет раза в два, если не больше. Очень вероятно, что ему самому вряд ли позволят спать в одиночку. И он тут же решил не сопротивляться. Приятно чувствовать рядом с собой чье-то теплое тело, даже если у тебя нет намерений перейти к активным действиям. Господи! Да он почти забыл, как это чудесно! Расти ближе…

— Не все. Повезет нас Тим. Потом ему придется доставить аэробус обратно и на время уехать в Техас. Шкипера, Беатрикс и Свена мы собираемся высадить в Нью-Джерси.

Сэм поднял взгляд от столешницы.

— Рут и я едем к своим ребятишкам. С нами поедет и Саул.

— А может, сначала денек-другой проведете дома?

— Что ж, может быть. Я поговорю с Рут.

— Босс, — вмешался Дьюк, — как скоро можно будет заполнить бассейн?

— Прежде мы его никогда не заполняли раньше апреля. Но с новыми обогревателями, я думаю, в любое время. — Джубал помолчал. — Однако нам предстоит немало ненастных дней — вчера снег еще лежал на земле.

— Босс, вот что я вам скажу — эта банда способна прошагать по колено в снегу и, подобно жирафу, ничего не заметить, лишь бы им поплавать. Кроме того, есть куда более дешевые способы не дать воде замерзнуть, чем эти обогреватели, что работают на нефти.

— Джубал!

— Что, Рут?

— Мы остановимся на денек или даже больше. Ребятишки без меня не скучают, да и я не рвусь принять на себя роль мамаши, особенно теперь, когда не будет Патти, чтобы поддерживать дисциплину. Джубал, если вы меня никогда не видели в воде со струящимися по ней волосами, как у сказочной принцессы, считайте, вы меня вообще не видели.

— Договорились. Послушайте, а где эти Квадратноголовый и Голландец? Тем более что Беатрикс еще никогда не бывала у меня дома. Так куда им спешить?

— Я скажу им, босс.

— Патти, твои змеи могут пожить в теплом сухом подвале? Пока мы что-нибудь не придумаем? Я не говорю о Хони Буне, разумеется. Он — человек. Но мне кажется, что кобрам не стоит ползать по всему дому.

— Конечно, Джубал.

— Так… — Джубал огляделся. — Дон, ты знаешь стенографию?

— А зачем ей она нужна? — вмешалась Анни. — Я же обхожусь без стенографии.

— Мог бы и сам догадаться. А печатать на машинке умеешь?

— Выучусь, если вы того пожелаете, — ответила Дон.

— Стало быть, считай себя в штате, пока где-нибудь не откроется вакансия верховной жрицы. Джилл, мы кого- нибудь забыли?

— Нет, босс. Разве что остальные, которые разъехались, захотят отдохнуть у нас. От этого никуда не денешься.

— Учтено. Дом — это Гнездо номер два, открытое для всех и в любое время. — Он подошел к плите и заглянул в кастрюлю, в которой Дьюк что-то помешивал. Там на донышке было немного бульона. — Хм… Это Майк?

— Да, — Дьюк зачерпнул ложку и попробовал. — Надо подсолить.

— Точно, Майк всегда любил приправы. — Джубал тоже взял ложку и попробовал бульон. Дьюк был прав — бульон чуть сладковат и немножко соли не помешало бы. — И все-таки лучше грокк его таким, каким он был. Остался кто-нибудь из тех, кто не разделил его?

— Только вы, босс. Тони строго-настрого приказал мне все время помешивать бульон, если нужно, добавить в него воды и ждать вас. И смотреть, чтобы не пригорело.

— Тогда давай сюда пару чашек. Мы поделимся и грокк вместе.

— Слушаюсь, босс. — Тут же с полки слетели две чашки и, спланировав, сели около кастрюльки. — Вот ведь какая штука — Майк всегда спорил, что переживет меня и сервирует из меня блюдо на День Благодарения. Впрочем, может быть, в дураках остался все же я, — мы ведь с ним заключили пари, а денежки с него я вряд ли получу.

— Это не выигрыш — просто игрока удалили с поля. Наливай поровну.

Дьюк повиновался. Джубал поднял чашку.

— Поделимся.

— Чтобы всегда расти ближе.

Они не торопясь выпили бульон, растягивая удовольствие, смакуя каждый глоток, восхваляя, лелея и стараясь грокк во всей полноте своего благодетеля. К своему удивлению, Джубал нашел, что, хотя он и переполнен эмоциями, они дают ему ощущение спокойного счастья и не вызывают слез. Каким смешным и неуклюжим, похожим на юного щенка, был его сын, когда они встретились впервые… как хотелось ему всех порадовать, какие смешные ошибки он делал… и каким гордым и сильным стал, так и не утеряв своей ангельской невинности… «Наконец-то я грокк тебя, сынок… и ни слова не изменил бы в твоем прошлом».

Патти приготовила ему ленч. Он сел за стол и стал есть, чувствуя такой голод, как будто после ужина прошло несколько дней.

— Я сказал Саулу, — говорил Сэм, — что грокк отсутствие необходимости что-либо менять в наших планах. Будем продолжать делать то, что делали раньше. Если товар, которым вы торгуете, хорош, — дело пойдет, даже если основатель фирмы скончался.

— А я и не спорю, — возразил Саул. — Ты и Рут построите новый храм, а мы — другие. Однако нам нужно время, чтобы собрать необходимые для этого деньги. Такие дела не делаются ни на углах улиц, ни в первой попавшейся лавчонке. Тут требуются и сцена, и реквизит, а значит — нужен капитал, не говоря уж о средствах для отправки на год или два Стинки и Мириам на Марс. Это ведь не менее важно.

— Деньги не проблема, — неожиданно вмешался Джубал.

— Что вы этим хотите сказать, Джубал?

— Как адвокат, я должен был бы промолчать… но, как брат по воде, я говорю, что грокк. Минуточку… Анни!

— Да, босс.

— Выкупи то место. То, где был забит камнями Майк. Примерно в радиусе ста футов.

— Босс, это место — часть общественного бульвара. Если взять стофутовый радиус, то придется захватить и отрезок шоссе, и кусок участка, принадлежащего отелю.

— Не спорь.

— Я не спорю. Я сообщаю факты.

— Извини. Они продадут. Участок шоссе перенесут. Черт, да если им выкрутить руки как следует — они подарят нам эту землю, особенно если мы станем выкручивать руки с помощью Джо Дугласа. И пусть Дуглас распорядится, чтобы нам выдали из морга все, что осталось от Майка, после того как эта шваль с ним покончила… Мы похороним его на этой земле, скажем, через год… и весь город будет оплакивать его… А полиция, которая не защитила его сегодня, вытянется по стойке «смирно». Какой памятник мы поставим ему? «Упавшую кариатиду»? Нет. Майк был могуч. Он не уронил свой камень. «Русалочка» подошла бы больше, но заложенный в ней смысл поймут немногие. Тогда, может быть, изображение самого Майка? Такого, каким он был, когда обратился к толпе: «Смотрите на меня. Я - СЫН ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ…» Если Дьюк не успел его снять в этот момент, то у «Новостей» наверняка найдутся нужные кадры… И, может быть, сейчас или в будущем у нас появится брат, в душе которого вспыхнет искра Родена, и он изваяет Майка вот таким, без всяких выдумок… Мы похороним его там, — продолжал Джубал, — пока без всяких надгробий, и пусть земляные черви и ласковый тихий дождь грокк его. Я грокк, что Майк бы это одобрил. Анни, я хотел бы поговорить с Джо Дугласом сразу же, как приедем домой.

— Хорошо, босс. Мы грокк так же, как вы.

— Теперь о другом. — И он рассказал о завещании Майка. — Вы видите, что каждый из вас стал по меньшей мере миллионером. Нет, гораздо больше, чем миллионером. А насколько больше, я еще не подсчитал. Но намного — даже после уплаты налогов. И никаких обязательств… Хотя, я думаю, вы все будете тратить свои деньги на нужды храмов и прочего такого. Однако если кто-то захочет яхту — пожалуйста. Кстати, Джо Дуглас останется управляющим за ту же плату для тех, кто пожелает не забирать свой капитал из дела… Но я грокк, что Джо долго не протянет. И тогда управление перейдет к Бену Какстону. Что скажешь, Бен?

Какстон пожал плечами.

— Буду числиться. Я грокк, что найму себе настоящего бизнесмена по имени Саул.

— Значит, заметано. Придется обождать немного, но никто не осмелится оспорить завещание. Майк отлично все предусмотрел. Когда мы сможем убраться отсюда? Оплачены ли счета?

— Джубал, — мягко подсказал Бен, — отель принадлежит нам.

Вскоре они уже были в воздухе. Полиция не чинила препятствий. Город успокоился так же быстро, как взбунтовался. Джубал сел впереди вместе со Стинки Махмудом и позволил себе расслабиться… Он чувствовал, что нисколько не устал, что его не грызет тоска и что он даже не очень стремится поскорее укрыться в своем убежище.

Они обсудили планы Махмуда отправиться на Марс, чтобы поглубже изучить язык. Джубал с удовольствием услышал, что это произойдет сразу после того, как завершится работа над словарем; по мнению Махмуда, ему только на сверку фонетики и транскрипции потребуется не меньше года.

Джубал проворчал:

— Полагаю, мне самому придется учить всю эту чертовщину, чтобы понимать вашу болтовню.

— Как ты грокк, брат.

— Но, черт побери, я не желаю иметь ничего общего со всякими расписаниями, уроками и прочим идиотством. Я буду заниматься, как и когда хочу.

Махмуд помолчал.

— Джубал, классы и расписание в храме были необходимы, так как мы работали целыми группами. Однако были и отдельные исключения.

— Вот это мне и нужно!

— Анни, например, продвинулась очень, очень далеко, только помалкивает об этом. С ее исключительной памятью она необычайно быстро выучила марсианский язык, чему, разумеется, помогла и постоянная внутренняя связь с Майком.

— Ну у меня, во-первых, память совсем другая, а во-вторых, Майка с нами нет.

— Зато есть Анни. И даже такого упрямца, как вы, Дон может соединить напрямик с Анни… если вы, конечно, ей разрешите. Впрочем, уже для второго занятия Дон вам не будет нужна. Анни сможет обойтись и без нее. Не пройдет и нескольких дней, как вы начнете думать по-марсиански, — это по календарному времени, по субъективному будет подольше, но кого это волнует? — Махмуд ухмыльнулся. — А сопутствующие согревательные телодвижения вам придутся по душе.

Джубал так и взвился.

— Ах, вы подлый, злобный, похотливый араб, умыкнувший вдобавок одну из самых лучших моих секретарш!

— За что вечно пребуду у вас в долгу. Но вы же ее не навсегда потеряли. Она тоже будет давать вам уроки… Уж она-то своего не упустит!

— Убирайтесь! Поищите себе другое место! Не мешайте мне предаваться размышлениям!.. — Чуть позже Джубал завопил: — Первая!

К нему подошла Доркас и села рядом, держа в руках все нужное для стенографирования.

Джубал взглянул на нее, прежде чем начать диктовку.

— Детка, ты выглядишь куда счастливее, чем раньше. По-моему, ты прямо светишься.

Доркас мечтательно сказала:

— Я назову его Денисом (Божественный из Нисы (греч.)).

Джубал кивнул.

— Недурно. Очень даже недурно! (Подойдет даже в том случае, если вопрос о настоящем отце спорен.) Как ты насчет того, чтобы поработать?

— Я готова. Чувствую себя отлично.

— Начнем. Пьеса для стереовидения. Черновой вариант. Предварительное название — «Марсианин по имени Смит». Пролог. Камера надвигается на Марс, используются кадры из архивов. Крупный план переходит в мелкий, изображающий место посадки «Посланца». Вдали стоит космический корабль. Марсиане — съемка либо архивная, либо новая… Крупным планом — каюта внутри корабля. Женщина лежит на…



Страница сформирована за 0.87 сек
SQL запросов: 172