УПП

Цитата момента



Взрослые заставляют нас признаваться, а сами никогда не признаются детям!
Дети.

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Ничто так не дезорганизует ребёнка, как непоследовательность родителей. Если сегодня запрещается то, что было разрешено вчера, ребёнок сбивается с толку, не знает, что можно и чего нельзя. А так как дети обычно склонны идти на поводу своих желаний, то, если нет твёрдой руки, которая регулировала бы эти желания, дело может кончиться плохо. Ребёнок становится груб, требователен, своеволен, он не хочет знать никаких запретов.

Нефедова Нина Васильевна. «Дневник матери»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/abakan/
Абакан

5. СРЕДА

В среду Субастик снова разбудил господина Пепперминта громким пением:

Наш хозяин Тузенпуп, Тузенпуп,
Как известно, очень глуп, очень глуп!
А мой папа молодец, молодец,
Пусть проснется наконец, наконец!

Господин Пепперминт приподнялся на кровати и стал бранить Субастика:

– Ты уж лучше сразу крикни: «Я здесь, госпожа Брюкман!» Пусть услышит весь город! Вчера мы с тобой прокрались сюда так, что никто даже не заметил, а сейчас ты воешь, как сирена.

– Я, папочка, нечаянно запел так громко, – начал оправдываться Субастик.

– Ты пел не нечаянно громко, а отчаянно громко! – продолжал отчитывать его господин Пепперминт. Он слез с кровати и запер дверь изнутри.

Спустя секунду в комнату уже ломилась госпожа Брюкман.

– Господин Пепперфинт! Почему у вас до сих пор живет этот негодник Робинзон? – кричала она. – Немедленно отоприте дверь!

– Если человек платит за комнату, он имеет право запереться в ней! – храбро прокричал в ответ господин Пепперминт.

– Прекрасно! – прошептал Субастик. – Ты, папочка, делаешь успехи!

– Я еще рассчитаюсь с вами за все, господин Пепперфинт! За все рассчитаюсь! – пригрозила ему госпожа Брюкман и удалилась в свою комнату.

– Вот, видал? – сердито буркнул господин Пепперминт. – Приспичило тебе петь!

– Все дети поют, – защищался Субастик.

– Да, но не в такую рань! Они и не могли бы распевать в такую рань, потому что в это время все дети в школе! – объяснил ему господин Пепперминт.

– Бэ-э-э! – заблеял Субастик и высунул язык чуть ли не до самого подбородка. – Не хочу в школу! Бэ-э-э!

– Совершенно незачем показывать язык! – строго продолжал господин Пепперминт. – Школа пошла бы тебе только на пользу. Там тебе объяснили бы, когда можно петь, а когда нельзя.

– Я пою, когда хочу, – заявил Субастик. – А когда не хочу, меня петь не заставишь! И это правильно, потому что мне так нравится!

– Прошу тебя, Субастик, сходи-ка ты хоть разок в школу. Тогда ты заговоришь по-иному!

– Вот еще дурацкая просьба! Ну совсем дурацкая просьба! – заворчал Субастик, но все же оделся, привел себя в порядок и помчался в школу.

Когда господин старший преподаватель Стуккенкрик вошел в класс, там царило небывалое оживление.

– Тихо! – громовым голосом рявкнул он и хлопнул книжкой по столу.

Все ученики мгновенно смолкли, рассыпались по своим местам и замерли у парт.

– Что за шум? – грозно спросил учитель.

– У нас новенький! – ответил один из учеников.

– Он такой смешной! – крикнул другой.

– На нем водолазный костюм! – заявил третий.

– А лицо в чернильных пятнах! – добавил четвертый.

– Тихо! – снова рявкнул господин Стуккенкрик. – Говорите по очереди!

Сурово оглядев всех учеников подряд, он начал медленно прохаживаться между партами, дошел до стены, резко обернулся и медленно зашагал назад. Затем он сел за стол и выложил на него свои книги.

– Садитесь! – приказал он.

И, облегченно вздохнув, ученики сели на свои места.

Только теперь он уставился на новичка, который все это время невозмутимо восседал за первой партой.

– У тебя что, ноги отнялись? – спросил учитель.

– Нет, ноги у меня в полном порядке! – вежливо ответил новичок и встал.

– Почему ты сидишь за первой партой? – продолжал допрашивать его учитель.

– А я вовсе не сижу за первой партой, – ответил новичок.

– Что-о-о?

– Я стою за первой партой, – серьезно произнес новичок.

– Не смей грубить! Сядь! – закричал учитель. – Я тебя спрашиваю: кто тебя туда посадил?

– А я сам сюда сел!

– У нас нельзя садиться куда хочешь! Все места в классе распределяю я! – прикрикнул на него учитель. – Немедленно убирайся с этого места!

Новичок вышел из-за парты и встал в проходе.

– Клаус Фридрих Подлизанцер! – гаркнул старший преподаватель. – Какие места в классе свободны? – И взглянул на Клауса поверх очков.

Подлизанцер, первый ученик, вскочил.

– Только одно место свободно, господин старший преподаватель! – отбарабанил он. – На первой парте!

– Хорошо, – изрек старший преподаватель. – В таком случае, пусть новый ученик сядет за первую парту.

И новичок сел на прежнее место.

Старший преподаватель Стуккенкрик грозно шагнул к нему.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Робинзон, – весело смеясь, ответил новичок.

Это был Субастик.

– Отставить смех! – приказал господин старший преподаватель Стуккенкрик, сердито нахмурив лоб.

– Почему? – удивился Субастик.

– Потому что здесь нельзя смеяться! – заявил старший преподаватель.

– Да что ты! Очень даже можно! – возразил Субастик. – Вот, смотри. – И он улыбнулся так широко, что рот расплылся у него до ушей.

И все ребята тоже заулыбались, а потом начали хохотать – очень уж заразительно смеялся Субастик.

– Тихо! – в ярости закричал старший преподаватель Стуккенкрик. – И не смей обращаться ко мне на «ты». В твои годы давно пора знать такие вещи!

– А как же надо к тебе обращаться? – удивился Субастик.

– Мне надо говорить «вы». Понял?

– «Вы»? «Вы» говорят, когда обращаются к большой компании людей. Разве ты компания?

– Нахал! – накинулся на него Стуккенкрик. – Смешать меня с какой-то компанией! Наглость!

– А разве компания – это плохо? – спросил Субастик.

– Да нет, ничего плохого, в сущности, нет, если только, разумеется, это не дурная компания! – решил сострить старший преподаватель. – Однако…

– Отчего же ты тогда ругаешься? – спросил Субастик.

– «Вы»! – уже не владея собой, поправил его господин Стуккенкрик.

– Мы ругаемся? – удивленно переспросил Субастик и оглянулся вокруг. – Нет, ребята не ругаются. Во всяком случае, я их не вижу…

– Кого?

– Да тех ребят, которые ругаются.

– Кто сказал, что ребята ругаются?

– Ты сказал.

– «Вы»! – дрожа от ярости, рявкнул господин Стуккенкрик.

– Ну вот, опять «вы»! Наверно, это очень плохая компания – та, о которой ты мне все уши прожужжал! Все время она бранится! Придирается к каждому слову!

– Сейчас же прекрати эту дурацкую болтовню! Твоя идиотская компания мне надоела! – заорал старший преподаватель.

– Вовсе не моя это компания! Нет у меня еще никакой компании! Я новенький, пришел сегодня в школу первый раз…

– Молчать! – оборвал его господин Стуккенкрик.

– Ты мне это говоришь? – осведомился Субастик.

– «Вы»! – снова рявкнул господин Стуккенкрик.

– «Вы»?.. Ах да, ты же разговариваешь со своей компанией, – понимающе кивнул головой Субастик.

Господин старший преподаватель Стуккенкрик в немом отчаянии уставился в потолок.

– Ты сказал, что тебя зовут Робинзон, – немного поостыв, продолжал он. – А фамилия?

– Пепперминт! – с гордостью ответил Субастик.

– А почему на тебе такой нелепый костюм?

– Потому что все другие костюмы на мне рвутся!

– Как так «рвутся»? – удивился господин старший преподаватель.

– А вот так! – ответил Субастик. Схватив господина Стуккенкрика за рукав пиджака, он рванул его к себе, и пиджак лопнул у всех на глазах.

– Вон! – побагровев от гнева, закричал старший преподаватель. – Убирайся отсюда сию же минуту! Твое счастье, что теперь запрещено бить учеников! В прежние времена ты отведал бы у меня палки!

– А хорошо бы! – обрадовался Субастик. – Палки вкусные, как барбарис, они просто тают во рту!

– Вон! – еще громче завопил господин Стуккенкрик. – Вон из моего класса!

– Как хочешь! – ответил Субастик и не спеша направился к двери. Остановившись на пороге, он небрежно бросил через плечо: – А я и сам не остался бы в твоем классе! Чему может научить ребенка учитель, который связался с дурной компанией и к тому же не способен толком ответить ни на один вопрос!

Хорошо, что Субастик вовремя успел захлопнуть за собой дверь: господин Стуккенкрик схватил книжку и швырнул ее вслед непокорному ученику. Книжка громко ударилась о дверь, и тогда Субастик снова заглянул в класс и с невинным видом сообщил:

– Я слышал стук… Кажется, кто-то что-то уронил…

И тут он поспешил захлопнуть дверь. Укоризненно покачивая головой, он наблюдал из коридора, как сотрясается дверь под градом ударов: Стуккенкрик швырнул в нее подряд три книжки, линейку и собственный портфель…

– Слишком шумно в этом классе! – проговорил Субастик. – Пойду-ка я поищу себе какой-нибудь другой, получше!

Он неторопливо прошел по длинному коридору и остановился у двери, из-за которой слышался громкий смех.

– Вот это мне больше нравится! – сказал Субастик.

Он открыл дверь и от изумления застыл на пороге: за учительским столом сидела девочка – ничуть не старше остальных учеников и учениц этого класса.

– Ой, какая маленькая учительница! – удивленно воскликнул Субастик. Дети засмеялись.

– Я молодая учительница, а не маленькая! – поправила его девочка, сидевшая за учительским столом. – И вовсе я не маленькая для моих лет! А ты вот кто такой?

– Я новичок. Меня зовут Робинзон, – представился Субастик.

– Тогда найди себе место и сядь, – сказала девочка. – Только, пожалуйста, поскорее! Нам надо продолжать урок.

Субастик сразу же нашел свободное место и сел. А девочка за учительским столом тем временем объясняла классу, как образуются облака. Если кто-то из учеников чего-либо не понимал, она объясняла подробнее, а другие ребята ей помогали. Когда же она обращалась с вопросом к ученикам, они наперебой вскидывали руки: им не терпелось показать, что они все отлично поняли.

– Почему у вас учительница такая молоденькая? – шепотом спросил Субастик у своего соседа по парте.

Тот сначала рассмеялся, а потом зашептал в ответ:

– Да это же вовсе не учительница! Настоящий наш учитель сидит вон там, за последней партой. Видишь?

Субастик обернулся. И в самом деле, за партой сидел взрослый дядя.

– Ну и лентяй же ваш учитель! – вырвалось у Субастика.

– Сейчас же возьми свои слова назад! – воскликнул его сосед по парте и сунул ему кулак под пятачок.

– А почему он сидит без дела? – спросил Субастик.

– Потому что мы все умеем делать сами! Каждый, кто захочет, может сесть на место учителя и вести урок. И только если он запнется на чем-нибудь, настоящий учитель придет на помощь и все объяснит вместо него. Эрика у нас первая по географии. Поэтому, когда мы проходим части света, дальние страны и города, урок ведет она. Бернд сильнее всех в устном счете. Он помог нам выучить таблицу умножения. И так у нас всегда. Что ни день, то другой учитель. Все очень внимательно слушают, и нам никогда не бывает скучно – учиться ведь так интересно!

– Значит, каждый может стать учителем? – спросил Субастик. – Если так, я тоже хочу вести урок!

Сосед по парте вскинул руку. Девочка за учительским столом тотчас же спросила:

– Ты что?

– Робинзон хочет вести урок!

– Робинзон? – переспросила она. – Но ведь я еще не закончила объяснений… Кто за то, чтобы урок вел Робинзон, поднимите руку!

Почти все подняли руку – Робинзон был новенький, и ребятам не терпелось познакомиться с ним поближе.

Субастик величественно поднялся, подождал, пока девочка-учительница вернется на свое место, и уселся за учительский стол. Потом он строго оглядел подряд всех учеников, как это делал господин старший преподаватель Стуккенкрик, и заорал:

– У вас что, ноги отнялись?

Ребята удивленно вытаращили на него глаза, а потом вдруг, схватившись за животы, разразились оглушительным хохотом.

– Тихо! – завопил Субастик. Он кричал так же громко, как незадолго до этого старший преподаватель Стуккенкрик.

Но у ребят это вызвало новый взрыв смеха. Многие хохотали так, что, казалось, вот-вот задохнутся. Громче всех хохотал настоящий учитель.

– Разве я что-нибудь делаю неправильно? – спросил Субастик.

– Учителя не позволяют себе ничего подобного! – покачав головой, сказала та самая девочка, которая вела урок до него. – Учителя никогда не кричат на учеников. А чему ты вообще собираешься нас учить? Крикам, что ли?

– Нет, – смущенно ответил Субастик, – не крикам. Я хотел провести урок стихосложения.

– Урок стихосложения? Значит, ты будешь сочинять стихи, а мы – только слушать? Но мы же умрем от скуки!

– Нет, – объяснил Субастик, – мы будем сочинять стихи все вместе. Я скажу первую строчку, а кто-нибудь из вас придумает вторую. Разумеется, она должна рифмоваться с первой. В награду он получит право сочинить третью строчку, а остальные ребята должны придумать четвертую, которая рифмовалась бы с третьей. И так далее…

– Не понимаю! – сказала девочка.

– Сейчас поймешь! Итак, я начинаю:

Его зовут Робинзон.

– Не пойму я, что хочет он! – воскликнула девочка.

– Прекрасно! – похвалил ее Субастик. – Итак, у нас уже есть две первые строчки:

Его зовут Робинзон.
Не пойму я, что хочет он.

Теперь придумай третью строчку.

– Третью? Хорошо! Как ты, так и я:

А вот я… мое имя Эрика…

– Кто следующий? – спросил Субастик. Толстый мальчик с пятой парты поднял руку и гордо продекламировал:

А вот ты… твое имя Эрика.
Далеко от Берлина Америка!

– Сочиняй дальше! – сказал ему Субастик. Толстый мальчик задумался, потом начал:

А меня вот назвали «Вернер»…

Тут поднял руку настоящий учитель и, как только Субастик предоставил ему слово, произнес:

Хоть тебя и назвали «Вернер»,
Но играете вы неверно.
Все вы – ты, и он, и она -
Зря рифмуете имена.

Как бы ни было это звучно,
Получается очень скучно.
Для стихов одной рифмы мало.
Начинайте-ка все сначала!

– Отлично! – воскликнул Субастик. – Я и сам лучше бы не придумал! Но дальше-то как нам быть, чтобы получилось интересно?

– Давайте сочиним какую-нибудь историю в стихах! – предложил настоящий учитель. – Интересную историю, в которой был бы смысл. А то, спрашивается, какое отношение имеет Америка к нашей Эрике или, скажем, к нашему Вернеру? Нам бы такую штуку придумать, которая…

Не успел настоящий учитель сказать, что за штуку он имеет в виду, как Субастик сразу же подхватил:

– Конечно, конечно! Давайте сочиним стихи про Буку! Внимание! Начинаю:

Старый Страус – лентяй и злюка –
Прятал в доме мохнатую Буку.
Выл за домом свирепый Волк…

– Ну, и что же сделал этот Волк? – спросила с третьей парты девочка в круглых очках.

– А это уж ты сама придумай! – ответил Субастик.

– Ах, вот оно что! – сказала девочка. – Хорошо:

Выл за домом свирепый Волк.
Слопав Страуса, он умолк.

– Как это жестоко! – воскликнула ее соседка по парте. – И к тому же мы решили сочинить стихи про Буку, а не про Страуса.

– Ладно, – сказала девочка в круглых очках. – Придумаю что-нибудь другое:

Встретив Буку, воспитанный Слон
Ей отвесил глубокий поклон.

– Не нравится мне этот Слон. Подхалим какой-то! – возмутилась соседка по парте.

– А что ты можешь предложить? – спросил ее Субастик.

Выл за домом свирепый Волк.
И явился тут тигров полк.

– Хорошо! – похвалил ее Субастик. – Уже, по крайней мере, намечается сюжет! А дальше как?

Тигры сразу – к Страусу в дом… -

предложила девочка.

И весь класс хором закончил:

И увидели Буку в нем.
И сказали: «Свободна ты!»

неуверенно произнесла другая девочка.

Под землей ликуют кроты, -

продолжил ее сосед.

– Тут у нас явно что-то не ладится, – возразил Субастик. – Нет развития сюжета, хоть тигры и спасли узницу из плена жестокого Страуса. И кроты ни при чем… Кто придумает что-нибудь поинтересней?

Тут с последней парты вскочил самый высокий мальчик и, захлебываясь от восторга, сказал:

– Я! Я придумал совсем другое! И очень интересное! Слушайте!

Пригласила Жаба Лягушку.
Та пришла и сразу – в кадушку.
Почернела Жаба от злости:
«Разве так ведут себя гости?»
В это время пришел Бегемот…

И весь класс хором закончил:

Засопел и разинул рот.

Вернеру самому очень захотелось есть, и он тотчас же сказал:

Проглотил хозяйку и гостью,
Поперхнувшись хозяйкиной костью,
И сказал: «Пообедал я всласть!»

Но одной девочке стало жаль Лягушку, и она закричала:

А Лягушка из брюха – шасть!

– Ловкая эта Лягушка! – вздохнула другая девочка. – Но ничего интересного не делает.

Все задумались. Немного погодя Субастик сказал:

– Раз уж вы все молчите, я сейчас сочиню другую историю:

Жил-был Котенок, забавный на вид:
Мягкие лапки и… пара копыт!
Кошки смеялись: «Ну-ну, грамотей!
В наше-то время – да жить без когтей!»
Взрослых спрошу я, спрошу малышей:
Много ль копытом наловишь мышей?

– Нечего и спрашивать! – воскликнула Эрика. – И так ясно, что много не наловишь.

– Да и не бывает таких животных! – сказал серьезный мальчик в очках, который сидел на задней парте.

– Не бывает?! – переспросил Субастик. – Еще и не такие бывают! Слушайте внимательно:

В лесу, где мрак, и теснота,
И шишки под ногами,
Я встретил серого Кота
С ветвистыми рогами.

Хоть очень смелый, верь – не верь,
Струхнул я тут немножко!
«Скажи мне правду, чудо-зверь:
Олень ты или Кошка?»

– Интересная история! – сказал Вернер. – И что же он ответил?

– Не перебивай меня, а слушай! Ответил он вот что:

«Я все сказать тебе готов,
Люблю я любопытных.
Мой папа родом из котов,
А мама – из копытных.

Мой дядя – старый толстый Бык,
А тетя – Кенгурушка.
И я давно уже привык
Чесать ногою ушко.

Есть у меня сестра Свинья,
В нарядных ходит брюках.
Не выдержав, однажды я
От зависти захрюкал.

Я в братья взял себе Дрозда –
Ведь мы с ним однолетки.
Я мошек ем и иногда
Чирикаю на ветке.

Моя племянница – Змея.
Я с ней, конечно, знаюсь.
Не удивительно, что я
Шиплю и извиваюсь».

В лесу, где мрак, и теснота,
И шишки под ногами,
Я встретил серого Кота
С ветвистыми рогами.

– Что же это все-таки был за зверь? – спросила Эрика.

– А я и сам не знаю! – ответил Субастик и широко улыбнулся.

Все дети весело рассмеялись и захлопали в ладоши.

– Прекрасно, Робинзон! – похвалил его учитель и поднялся с места. – А сейчас всем нам пора разойтись по домам: уже давно прозвенел звонок.

…Вскоре Субастик постучал в окно господину Пепперминту.

Тот распахнул окошко, быстро оглянулся по сторонам и втащил Субастика в комнату.

– Скажи-ка, ты и вправду был в школе? – спросил он.

– Конечно, ты же сам мне велел!

– Ты уж прости меня, Субастик, теперь я жалею об этом! – вздохнул господин Пепперминт.

– Да что ты, папочка! – засмеялся Субастик. – Не надо ни о чем жалеть! В школе мне еще больше понравилось, чем в универмаге. Надо только уметь выбирать учителей.

– А что, ты уже успел поучиться у многих учителей? – спросил господин Пепперминт.

– Да, у многих…

– И какой же учитель самый лучший?

– Какой самый лучший? – переспросил Субастик и задумался. – Самый лучший тот, который провел сегодня урок стихосложения!

– Наверно, это был учитель языка и литературы. Такой высокий, худой, со светлыми волосами?

Субастик прыснул.

– Нет, папочка, – проговорил он, когда наконец перестал смеяться, – как раз наоборот: маленький, толстенький, с рыжей щетинкой! И, если память мне не изменяет, в водолазном костюме.



Страница сформирована за 0.63 сек
SQL запросов: 170