АСПСП

Цитата момента



Никогда не разговаривайте с неизвестными.
Вначале познакомьтесь, подружитесь —  а потом и разговаривайте!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Прежде чем заговорить, проанализируйте голос и настроение вашего собеседника, чтобы выяснить его или ее настроение. Оцените его или ее состояние, чтобы понять, как себя чувствует ваш собеседник: оживлен, скучает или спешит. Если вы хотите, чтобы окружающие прислушались к вашему мнению, вы должны подстроиться под их настроение и перенять тон и ритм их голоса, хотя бы на некоторое время.

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d4097/
Белое море

Приложение А. Вопросы, которые задают родители

Разве моя задача не состоит в том, чтобы направлять ребенка, руководить им? Разве он не нуждается в моем руководстве?

Ну конечно же мы считаем, что ваш сын нуждается в вашем руководстве. Однако, что бы вы ни делали, ваш сын не избежит его влияния; в этом смысле вы просто не можете не руководить им. Но важно, на что именно указывает, на чем акцентируется ваше руководство, говорит ли оно вашему сыну: «Следуй моим решениям, ибо я знаю все лучше тебя, а ты не можешь принимать правильных решений» — или же оно говорит ему: «Ты можешь принимать собственные правильные решения».

Для того чтобы обеспечить наилучшее руководство, вы должны позволить и доверить вашему ребенку самостоятельно управлять и распоряжаться его жизнью. При этом вам все же не следует отказываться от своей способности контролировать происходящее. Обратите эту способность на себя и используйте ее для того, чтобы внести в вашу собственную жизнь все то, чего вы хотите.

Разве не должны мой муж и я проявлять согласованность друг с другом?

Мы считаем согласованность очень важной, но не ту согласованность, которая предписывает, что вы и ваш супруг должны все делать одинаково. Вы и он — разные люди, у вас разные желания и разные переживания. Кроме того, у каждого из вас эти желания и переживания постоянно изменяются. Поэтому обычно нельзя требовать согласованности в том смысле, что вы и ваш муж приходите к одним и тем же решениям, как следует действовать в той или иной ситуации.

Существует другой тип согласованности, который гораздо более значим. По своей сути это ваша согласованность с самой собой — в том смысле, что вы всегда руководствуетесь собственными переживаниями и желаниями и знаете, что вне зависимости от того, каким образом меняется ситуация, вы можете положиться на себя, ибо способны позаботиться о самой себе.

Если вы действуете таким вот образом, то ваши желания и переживания могут меняться, а ваше поведение, изменяясь, будет соответствовать им; но при этом вы останетесь верны самой себе. Подобная линия поведения важна и для вас, и для вашего ребенка.

Кроме того, если вы верны себе, а одно из ваших желаний — счастливые взаимоотношения с мужем, вы проявите преданность и по отношению к нему, стараясь, чтобы его дела шли как можно лучше, и никоим образом не станете препятствовать им. Вы будете доверять вашему супругу в том, что он может справиться с возникающими у него проблемами, делая это по-своему.

Разве родители не обязаны устанавливать ограничения? Как же я могу это делать, если не собираюсь даже пытаться контролировать то, что делает ребенок?

Да, устанавливать ограничения — действительно важное дело. Но можно делать это, вводя ограничения не на то, как будет вести себя ваш ребенок, а на то, как будут относиться к вам.

Вы можете ясно сформулировать, какого рода обращения с собой вы хотите, вы можете занять твердую позицию, чтобы добиться такого обращения, и, наконец, вы можете дать понять, что именно вы предпримете, чтобы позаботиться о себе в том случае, если к вам будут относиться иначе.

Разве не я отвечаю за моего ребенка? Он ведь не просил, чтобы его рожали.

Мы не раз слышали, как и родители, и дети упоминали этот аргумент: «не просили, чтобы рожали» или «не просили, чтобы усыновляли»; обычно они говорили это Для того, чтобы оправдать то одностороннее детско-Родительское отношение, в котором родитель испытывает чувства вины и долга, а ребенок — чувство возмущения от того, что ему не дают еще большего. Для нас это замечание звучит алогично; если учитывать тот контекст, в котором оно здесь используется, то вы также» не просили, чтобы вас рожали. В факте рождения мы видим отнюдь не чей-то подарок, но скорее обретение человеком его собственного дарования, сущность которого состоит в праве и обязанности отвечать за свое собственное Я. Чем, кроме этого, располагает любой из нас?

Нет, мы не думаем, что ваш ребенок является вашим подответственным, потому что он или она не является вашей собственностью. Ваш ребенок отвечает за себя; вы отвечаете за себя.

Разве не эгоистично заботиться о себе?

Нет. В том смысле, в котором мы описываем это здесь, дело обстоит как раз наоборот. Альтруизм и проявление заботы о других представляются нам высшей формой человеческого существования. И все же в этом есть нечто почти парадоксальное. Альтруизм имеет смысл лишь в том случае, если вы даете нечто другим, потому что хотите этого, т. е. если альтруистический поступок является в то же самое время заботой о себе: вы даете нечто другому потому, что вам доставляет удовольствие видеть счастливым другого человека.

Если же вы даете нечто другому по обязанности, потому что вы должны, или даете и одновременно жалеете об этом, или же ждете чего-нибудь взамен, то альтруистическое даяние превращается уже во что-то иное.

Мы полагаем, что важно усвоить эту разновидность даяния — потому-что-вы-хотите-давать; первый шаг в этом направлении состоит в том, чтобы научиться заботиться о себе.

Наш опыт показывает: если люди становятся восприимчивыми и преданными своим собственным желаниям, они обнаруживают, что одно из самых благородных желаний — стремление помогать другим, любить их и жить, сотрудничая с ними. Таким образом забота о других людях оказывается глубочайшим проявлением заботы о себе.

Детям непросто взрослеть в современном мире; я глубоко переживаю за мою дочь и хочу помочь ей.

Мы, безусловно, можем понять эти глубокие переживания, но в то же время стремление опекать вашу дочь чревато пагубными последствиями. Ваша дочь с меньшими трудностями станет взрослой, если дать ей понять следующее: вы верите в то, что она может прекрасно преуспеть в жизни.

А как быть с образом Я у моего ребенка? Я часто говорю дочери, что люблю ее, поэтому она будет думать, что о ней заботятся.

Мы согласны с тем, что образ Я и ощущение ребенка, что он способен самостоятельно справляться с трудностями, крайне важны. Поэтому вопрос состоит в следующем: что вы как родитель можете сделать, чтобы повысить самооценку дочери и упрочить ее ощущение, что она вполне может справляться с трудностями?

Лучше всего поможет в этом, на наш взгляд, изменение вашего представления о дочери, восприятие ее как человека, который способен преодолевать трудности; именно это представление должно лежать в основе всех ваших действий и поступков.

Как же могут изменения во мне помочь моему сыну? Могу ли я что-либо сделать, если он не захочет измениться тоже?

Да, многое вы можете сделать сами.

Некоторые из проступков вашего сына связаны с вашим поведением.

Если вы измените свое поведение, он уже больше не сможет поступать тем же самым образом, и, с вашей точки зрения, его изменившееся поведение вполне можно будет рассматривать, скорее всего, как изменившееся к лучшему по сравнению с тем, каким оно было раньше.

Некоторые из проступков вашего сына могут вытекать просто-напросто из того, каков он сам по себе! Поэтому лучше всего научиться не проявлять излишнего, ненужного беспокойства в этих случаях.

И, конечно все, необходимо научиться принимать на себя ответственность за то, чтобы сделать собственную жизнь счастливой.

Это принесет пользу не только вам, но окажется, вероятно, одним из наиболее эффективных приемов, способствующих тому, чтобы ваш сын изменился в лучшую сторону.

Не считаете ли вы, что детей следует просто оставить на произвол судьбы и не заботиться о них?

Одно дело заявить: «Давай, давай, делай все, что ты хочешь. Мне все равно». Другое дело сказать: «Я беспокоюсь о том, что, сделав так-то и так-то, ты можешь пострадать из-за этого, и я верю в твою способность поступать так, как будет правильно для тебя. И я действительно забочусь о твоем благополучии». Мы поддерживаем, конечно, последнюю точку зрения.

А как же сделать так, чтобы восстановить близость с детьми? Мы привыкли к близким отношениям с ребенком, а теперь сын держится с нами отстраненно.

Когда вы были близки, ваш сын был маленьким. Вы говорили ему, что следует делать, и он обычно так и поступал. Подростковые годы — это как бы подготовка к тому времени, когда и сын станет большим и когда никто из вас не будет уже говорить другому, что надо делать и как следует поступать. Вот почему ваш ребенок отходит, отстраняется от роли «я маленький» и готовится к возрасту «я большой». Это отстранение вполне естественно и обычно непродолжительно. Будь терпеливыми, и близость между вами, скорее всего, вернется в новой, взрослой форме.

А как же опасности? Я боюсь позволять моему ребенку делать то, что он хочет, так как это может принести ему вред.

Нас настолько глубоко беспокоит этот вопрос, что мы рискнем сказать болезненную для некоторых из вас правду: ваши продолжающиеся попытки контролировать ребенка еще ближе подталкивают его к опасности.

Передача ребенку ответственности за его собственные действия дает ему возможность выработать наилучшую защиту от опасности — трезвомыслящий интеллект, который приспособлен к тому, чтобы заботиться о себе.

Что если мой супруг не будет сотрудничать со мной при использовании предлагаемого вами подхода?

В отношении этого вопроса мы должны высказать два важных замечания.

1. Принципы, которые мы описали в этой книге, приложимы не только к подросткам. Они действуют также применительно ко всем иным разновидностям межличностных отношений. Если ваша проблема — отношение к вам и/или детям вашего супруга, то перечислите обусловленные этим отношением более "частные проблемы, распределите их на пункты, непосредственно влияющие на жизнь вашего супруга и на вашу собственную жизнь, и используйте для проработки этих пунктов все те принципы, которые были сформулированы в данной книге.

2. Непременно «позвольте» вашему супругу и вашему ребенку устанавливать такие взаимоотношения, которые представляются им наилучшими. Например, если вы хотите общаться с вашим ребенком в ненапряженной и благожелательной манере и ведете себя соответственно, а ваш супруг и ваш ребенок считают возможным взаимодействовать друг с другом посредством распоряжений, взаимных обид и упреков, то пусть они так и делают. Придерживайтесь того, чтобы заботиться лишь о проблемах, непосредственно влияющих на вашу жизнь и на то, как вы относитесь к другим людям.

Даже если ваш супруг сотрудничает с вами, но не ведет себя «в точности так», как вы, не принуждайте его к этому, но позвольте действовать таким образом, который устраивает его.

Разве родители не имеют никаких прав?

Как только вы могли усомниться в этом?!

Конечно же, у вас есть права, и ваша задача состоит в том, чтобы отстаивать их!

Приложение Б. Несколько случаев из практики консультирования родителей

РОДИТЕЛЬ, КОТОРОМУ ДВАЖДЫ ПРИШЛОСЬ СПРАВЛЯТЬСЯ С ПРОБЛЕМАМИ

Даже те родители, которым очень тяжело дается отказ от контролирования жизни детей, в конце концов могут легко и с пользой для себя проделать это. От миссис Ф. такой отказ потребовал кропотливой и неустанной работы, но достигнутый ею конечный успех стоил затраченного труда.

Миссис Ф. овдовела, когда двое ее детей были еще довольно маленькими, и ей пришлось содержать семью и своего отца-инвалида на пособие за мужа (ее муж был офицером военно-морского флота). Все шло хорошо до тех пор, пока Карлу, младшему из детей, не исполнилось 14 лет. К тому времени он проучился уже полгода в девятом классе. Раньше он обычно слушался свою мать и не доставлял ей никаких особых огорчений и забот ни в школе, ни дома. Например, несмотря на то, что после школы Карл предпочитал играть с друзьями, он все-таки сначала послушно, хоть и с недовольным видом, делал уроки. Затем все изменилось. Карл начал отказываться делать уроки уже и после обеда, а иногда и вовсе. За несколько месяцев его школьная успеваемость из удовлетворительной превратилась в плохую, появились проблемы, связанные с нарушениями дисциплины, а также со значительными пропусками занятий. К тому же Карл обзавелся по соседству новым другом, с которым пустился в озорство.

Миссис Ф., будучи человеком очень мягким, уже на самых ранних этапах «проблемного» поведения своего сына обнаружила, что довольно беспомощна и не в состоянии как-то повлиять на его поведение, несмотря на нагоняи, мольбы, слезы, призывы чтить память отца и т. д. И миссис Ф., и Карл, видимо, полагали, что если он хорошо учился в школе и вообще хорошо вел себя, то делал это скорее для матери, чем для себя.

После особенно мучительного разбирательства с учительницей, которой Карл нагрубил, миccис Ф. позвонила нам и попросила оказать ей консультативную помощь, и мы начали работать с ней и с сыном. Скоро, однако, Карл начал «забывать» про наши встречи и в конце концов заявил, что не будет приходить на них вовсе. Мы поступили так, как делали обычно в тех случаях, когда случалось подобное,— продолжили работать с миссис Ф. Как и многие родители, которых мы консультировали, миссис Ф. испытала поначалу немало трудностей, ей было непросто отказаться от контроля над поведением Карла. Однако осознание собственной беспомощности убедило ее попробовать нечто иное, и она постепенно и поначалу просто для пробы стала применять подход, который мы описываем в этой книге. Затем в один из дней в начале июля дела, кажется, приняли совсем плохой оборот. (Как говорилось в главе 4, так бывает довольно часто.) Карл и его друг были задержаны полицией и помещены в изолятор для несовершеннолетних правонарушителей за то, что бросали горящие шутихи в проезжающие машины. К этому времени миссис Ф. решила, что Карлу следует испытать на себе полную меру воздействия судебной системы для несовершеннолетних. Она верила, что сын сможет выдержать подобное испытание. Карлу пришлось некоторое время пробыть в изоляторе, и только после этого его условно освободили.

Остаток лета и начало осени миссис Ф. медленно, но упорно шла к тому, чтобы дать возможность сыну принимать собственные решения. В течение этого времени Карл изменился, стал более ответственным. Хотя впоследствии, вплоть до начала одиннадцатого класса, сын все же доставлял некоторое беспокойство матери, проблемы постепенно исчезали, и к весеннему семестру Карл уже не отставал ни по одному из предметов, никому не доставлял неприятностей ни в школе, ни где бы то ни было еще. Он и его мать были в прекрасных, преисполненных любви отношениях. Счастливое окончание истории — верно? Неверно. Примерно в это же время старшая сестра Карла — Салли, которой только что исполнилось 17 лет, начала вести себя совсем иначе, не так, как обычно. Раньше она не доставляла своей матери абсолютно никаких забот, хорошо училась в школе, сердечно относилась к своему дедушке инвалиду, короче, была таким ребенком, с которым было бы легко любым родителям. Затем с Салли произошли (по крайней мере с точки зрения ее матери) поразительные изменения. Она начала пропускать занятия в школе. Если раньше Салли и интересовалась мальчиками, то они всегда были «хорошими», т. е. такими, которых одобряла ее мать, да к тому же девочка сильно и не увлекалась ими. Теперь же Салли потеряла голову из-за парня, который был несколькими годами старше ее. Он жил на той же улице и время от времени, приезжая домой на своем пикапе пьяный, устраивал там шумные дебоши. Салли вступила с ним в интимные отношения, причем сделала это таким скандальным образом, что ее мать была просто обязана уличить ее. Однажды, когда матери не было дома, но в комнате, расположенной рядом со спальней Салли, находился ее дед, она привела к себе этого парня и устроила шумное, демонстративное сексуальное свидание, о котором, как она точно знала, дед сообщит миссис Ф.

Миссис Ф. вновь пришла проконсультироваться с нами (теперь уже по поводу этой новой проблемы). Салли также согласилась приходить к нам. Они обе всегда были довольно близки и хорошо относились друг к другу, и после того, как они вновь подтвердили эти чувства взаимной расположенности, Салли сказала, что бросит своего приятеля. Однако очень скоро она перестала приходить на консультации и начала тайно встречаться с этим парнем. Миссис Ф. была в полном смятении. Хотя она прошла через то же самое с Карлом и в конечном счете почувствовала удовлетворение, отказавшись контролировать его поведение, тем не менее миссис Ф. продолжала вести беспомощную борьбу за то, чтобы контролировать Салли. Для миссис Ф. все началось как бы заново. Но снова усердно и неуклонно она работала над тем, чтобы научиться отказываться от своих привычек контролировать дочь. Тем временем Салли бросила своего приятеля, но вместо него нашла другого, которому был 21 год и который почти сразу же после их знакомства был арестован полицией. Когда он находился в предварительном заключении, ему иногда можно было звонить, и Салли подолгу говорила с ним по телефону, получая в результате значительные счета за эти переговоры.

Цель нашей работы с миссис Ф. состояла в том, чтобы вернуть Салли полную ответственность за ее собственную жизнь, включая и любовные дела. Например, миссис Ф. должна была принять твердое решение не оплачивать счета дочери за ее телефонные переговоры с приятелем.

Поддаваясь своим прежним привычкам контролировать дочь, миссис Ф. подумывала о том, чтобы вынудить Салли отказаться от работы после школы, якобы «для того чтобы дочь могла больше заниматься». На самом же деле миссис Ф. хотела сделать это для того, чтобы Салли не имела возможности оплачивать телефонные счета. Мать считала, что это позволит ей настаивать на прекращении звонков дочери своему приятелю. К счастью, оказалось довольно легким делом убедить миссис Ф., что этот хитрый тактический ход, скорее всего, не сработает.

Для миссис Ф. конфликтная ситуация с дочерью была почти столь же трудна, как и конфликт с сыном, хотя, как и в первый раз, она в конце концов добилась успеха. К тому времени, когда Салли исполнилось 18 лет и она закончила среднюю школу, мать и дочь были в очень хороших отношениях, в чем-то похожих на те, что были у них несколько лет назад, но уже без прежнего детско-родительского оттенка. Они напоминали скорее взаимоотношения двух любящих друг друга взрослых людей. После окончания школы Салли продолжила учебу в колледже, жила дома, больше не дружила с «неприличными» приятелями, и миссис Ф. была довольна тем, как все обернулось. Салли бросила «неприличных» приятелей вполне добровольно и как-то мимоходом сказала матери: «Я не думаю, что он (ее второй приятель, которого посадили в тюрьму) именно тот парень, который подошел бы мне».



Страница сформирована за 0.1 сек
SQL запросов: 170