УПП

Цитата момента



Делая один раз по шагу, можно пройти тысячу миль.
Топай, топай!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Как только вам дарят любовь, вы так же, как в ваших фальшивых дружбах, обращаете свободного и любящего в слугу и раба, присвоив себе право обижаться.

Антуан де Сент-Экзюпери. «Цитадель»

Читайте далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/israil/
Израиль

Язык подчиненияref c "Язык подчинения"Ошибка! Источник ссылки не найден.

Есть целый ряд слов, которые “хорошая девочка не должна произносить”. Именно с этих утверждений начинается процесс вербального подчинения.

В речи женщины прослеживается тот вид подчинения, который трудно выделить и систематизировать, но который, тем не менее, чрезвычайно действенен. Некоторое время назад Дебора Таннен* обнародовала свои исследования об отчетливых различиях мужской и женской речи. Эти данные наглядно подтверждают подчиненный характер речи женщин.

Я бы хотела выделить четыре характерных признака речевого подчинения:

 умалчивание,

 недостаточный напор,

 оглядка,

 игра в загадки.

Под умалчиванием мы будем понимать стремление женщин не говорить о чем-то или говорить не то, что они думают.

При недостаточном напоре высказывания строятся скорее как вопросы или как второстепенные замечания.

Оглядка — это дополнение к недостаточному напору. Высказывая свое мнение, женщины часто добавляют к фразе безвредные, казалось бы, придаточные предложения, суть которых сводится к следующему: “Возможно, права не я, а кто-то другой”.

Особенно сложной формой вербального подчинения является такая: пожалуйста, догадайся, чего я действительно хочу. Желания, ожидания, требования или критика так сдерживаются, что их невозможно распознать.

Умалчивание

Ругательства, сильные выражения и сексуальные двусмысленности запрещено произносить послушным девочкам. Выражаться непристойно или агрессивно считается совершенно неженственным. Когда мужчина говорит “проклятое дерьмо” — это вряд ли кого-то приведет в бешенство. Но если то же самое скажет женщина, большая часть окружающих будет возмущена.

Едва ли женщины ощущают, что прикладывают усилия, чтобы не употреблять сильных выражений. Они просто не позволяют себе заходить так далеко. Иногда это все же происходит, в основном в качестве ответа на грубость. И, выпустив пар таким образом, женщина чувствует себя легче. Но все же чаще женщины умолкают, желая избежать конфликта. Они гораздо охотнее промолчат, чем скажут что-то неправильное.

При разногласиях с мужчиной женщина часто не возражает, а замыкается. В лучшем случае о том, что она действительно думает, узнает близкая подруга. Причем скорее всего в женских беседах о мужчинах будут говорить с насмешкой. К сожалению, шутки в этом случае остаются оружием слабого против сильного. Главное, считает женщина, что мир сохранен, агрессия спрятана, не причинив никому вреда.

Недостаточный напорref c "Недостаточный напор"Ошибка! Источник ссылки не найден.

Даже когда женщины нарушают молчание, они редко занимают ясную позицию, охотней высказывая различные возможности. Их опасения связаны с тем, что они считают себя обязанными отстаивать то, что однажды высказали. Мужчины же меняют свои взгляды гораздо легче: “Мало ли какие глупости я говорил вчера”. Но если женщина придерживается подобных правил, ее тут же называют ветреной и капризной. Поэтому женщины предпочитают мягкие формулировки и осторожные выражения. Даже если они твердо уверены в своей правоте, они прибавляют к высказываниям вопросы типа “Согласен ли ты со мной?”, “Правильно ли я понимаю?”

Такими действиями женщины сводят процесс общения к стабилизации отношений. Они руководствуются принципом: “Никому не наступай на ноги”, вместо того чтобы отстаивать свои интересы. Они демонстрируют себя такими, какими их хотят видеть партнеры, друзья, родители, дети. Для этого они отказываются от индивидуальности в речи.

Тенденция к подобному подчинению начинает проявляться рано. В детстве у девочек и мальчиков уже вырабатываются различные образцы речи. Если девочка скорее спросит: “Можно ли сделать то или другое?”, то мальчик скажет утвердительно: “Я хочу!” У взрослых женщин это выглядит как “Что вы скажете, если…” или “Если никто не возражает, мы могли бы…”, “Если ни у кого нет других предложений, то…” И эта сдержанность не удивляет, ведь если маленький мальчик на свое категоричное “хочу!” получит, в крайнем случае, улыбку с упреком, то девочку непременно поправят: “Нужно сказать: я хотела бы… или можно мне…” То есть девочку неизбежно обучают подчиняющимся формам речи.

Школьный учитель рассказал мне о своих проблемных ученицах. Одну из них он осуждал за эгоизм. Основой для такой оценки послужило ее рвение ответить первой, обязательно получить слово. Это показалось учителю ненормальным для девочки. Другую ученицу он охарактеризовал как самовлюбленную и самодовольную. Она с высоко поднятой головой выслушивала его критику и замечания, а также требовала объяснений его оценкам и претензиям. Здоровое чувство самосохранения учитель нашел неуместным и вызывающим, потому что, по его мнению, девочки должны быть тихими и сдержанными. Точно такое же поведение мальчиков почти наверняка было бы воспринято гораздо более терпимо.

Вплоть до пубертатного периода девочки воспринимаются как слабейшие, несмотря на то, что как раз в пятом и шестом классах они обычно выше и сильнее своих сверстников. На уроках физкультуры это выражается в том, что лишь мальчикам доверяют вытаскивать и убирать спортивные снаряды. Подчас от этого девочки чувствуют некоторую дискриминацию. В одном из классов девочки решили, что они сами будут делать эту работу, но, несмотря на то, что они были сильнее, мальчики воспротивились такому положению вещей. Тем самым они хотели доказать свое мужское превосходство.

Подчинение с помощью речи, естественно, гораздо более сложное, чем описано выше. Между недостаточным напором и оглядкой часто стоит женское желание отказаться от влияния и от требований. “Что мы будем делать”, “Куда мы пойдем сегодня вечером?”, “Какой фильм ты будешь смотреть по телевизору?”, “Что мне приготовить?”. Эти формулы настолько распространены, что до сегодняшнего дня я не нашла женщины, которая действительно отказалась бы от них.

Оглядкаref c "Оглядка"Ошибка! Источник ссылки не найден.

Многие женщины говорят осторожным языком. Каждое высказывание построено так, чтобы можно было легко отступить обратно в случае несогласия другой стороны. Излюбленное выражение — “может быть”. “Может быть, вы принесете мне документы?… Может быть, нам поехать в бассейн?… Может быть, у тебя есть время сегодня?” Если удалить это выражение из подобных фраз, их смысл нисколько не изменится. Его единственная цель — ослабить высказывание так, чтобы оно не звучало как требование.

Похоже действует и слово “собственно”. “Собственно, мне не хочется… Собственно, я как раз собиралась домой…. Собственно, я уже договорилась…” Это слово становится возвратным, потому что меняет смысл высказывания практически на противоположный. “Собственно, мне не хочется, но я себя преодолею… Собственно, я уже договорилась, но ты можешь отговорить меня… Собственно, я как раз хотела уйти домой, но я останусь”. В итоге каждое предложение теперь выражает готовность подчинить себя, хотя вряд ли кто-то осознает эту подмену.

На своих терапевтических сеансах я, услышав слово “собственно”, всегда переспрашиваю: “А несобственно?” Эта маленькая игра, сыгранная с самим собой, уже может привести к изменениям в поведении.

Возвратные слова используются женщинами и в дискуссиях. Скажем, женщина хочет вынести на обсуждение свою идею и бывает оскорблена, если другие, не долго думая, отклоняют предложение. Она не осознает, что становится жертвой собственной сверхосторожности и использования возвратных слов. Когда кто-то говорит: “Я охотно хотела бы взять это, но могу положить обратно”, другой будет интерпретировать это исключительно в свою пользу. Мы может прийти к полному безумию, если всегда будем спрашивать: а что имелось в виду в этой фразе? Хотел ты или не хотел на самом деле? Или еще хуже, если будем ожидать от окружающих способности разгадывать многозначность и неточность наших слов.

Протяженность речиref c "Протяженность речи"Ошибка! Источник ссылки не найден.

Женщины сдерживают себя и во временном отношении. Они дают понять, что их слова незначимы, а потому не требуют много времени. Распространено суждение, что женщины страшно болтливы и их любимое занятие — судачить за чашечкой кофе обо всем. Но если понаблюдать за женщинами на групповых сеансах, то можно увидеть, насколько их речи занимают меньше времени, чем высказывания мужчин.

Дебора Таннен приводит результаты исследования* речевого поведения мужчин и женщин в смешанных группах. Результаты таковы: высказывания женщин длились от 3 до 10 секунд, мужчин — от 11 до 17 секунд. То есть самые длинные выступления женщин были короче самых коротких речей мужчин. Женщинам надо бы как следует обрадоваться этим результатам, потому что они напрочь отвергают предрассудок о женской болтливости. И даже то, что время женских высказываний увеличивается в группах, где нет мужчин, бросает серьезную тень на эмансипацию.

Именно мужчины на моих семинарах подчас говорят, не зная меры, именно их мне приходится прерывать, для того чтобы вернуться к главной теме. На занятиях по риторике я иногда даю задание произнести похвальную речь самому себе. Мужчинам это приносит явное удовольствие и они дают себе возможность похвастаться. Женщины находят такое задание скорее неудобным, они гораздо охотнее поговорили бы о чем-то другом.

На групповой дискуссии в центре по отбору персонала один из участников неожиданно взял на себя руководство беседой, хотя другие (четыре женщины и один мужчина) были не согласны с тем, что именно этот мужчина стал ведущим, несмотря на явно большую компетентность женщин. Когда дискуссия подошла к концу, все пришли к выводу, что одна из женщин провела бы ее гораздо успешнее. Она сказала: “Если бы не этот мужчина, я взяла бы руководство, но я не хотела ронять его авторитет, а потому промолчала”. На самом деле все было не так возвышенно, поскольку женщина, безусловно, боялась и открытого конфликта, и конфронтации, и, разумеется, поражения. Страх, мы помним, защищает от возможности потерпеть неудачу. Тот, кто поддается страху, пассивен и не может сделать ошибок. Женский отказ от действий обоснован как стремлением к гармонии, так и боязнью открытого конфликта.

Игра в загадкиref c "Игра в загадки"Ошибка! Источник ссылки не найден.

Эрика хочет в кино, однако спрашивает своего друга: “Ты хочешь пойти в пивную или лучше в кинотеатр?” Таким образом, друг должен угадать ее желание. Нет, она не ставит своей целью скрыть свое мнение. Она выражает его в такой форме, которая на самом деле означает: “Я охотно пошла бы в кино, но если тебе хочется чего-то другого, я при некоторых условиях могу согласиться. Я не буду сердиться, если мы пойдем туда, куда хочешь ты”. В итоге это сообщение говорит о том, что Эрика подчинится его желаниям, но если он не угадает, чего хочется ей, — она будет разочарована.

Женщины часто высказываются именно так — неточно, многозначно, давая возможно истолковывать свои слова по-разному. Они требуют от собеседника разгадать, что они, собственно, имеют в виду или хотят выразить.

Между строк в подобных фразах спрятана неуверенность в своей правоте, что дает собеседнику возможность без труда настоять на своем, иногда даже не замечая, чего же хочет женщина.

Становясь глупыми

Женщины склонны выставлять себя глупыми. Они призывают на помощь даже в тех случаях, когда сами без большого труда могли бы решить проблему. Но они повышают статус помощника и учителя, одновременно подчиняясь интеллекту других. Именно мужчины чаще всего выступают в качестве помощников — там, где требуется сила, и учителей — для объяснения политических, технических и экономических законов. Даже тогда, когда женщина обладает точно таким же объемом информации или может без труда ее получить, мужчина считает, что только он способен научить, например, обращаться с техникой. Те самые мужчины, которые якобы не в состоянии пользоваться стиральной машиной, всегда с важным видом берутся за ее ремонт.

Женщины прячут свои знания в призрачной надежде обеспечить таким образом благосклонность мужчин. Они подчиняются, становясь глупыми, предоставляя мужчинам возможность получить благодарность за помощь, в которой на самом деле не нуждались и которая в конечном итоге не пригодится.

Форма подчинения при помощи симуляции глупости и некомпетентности не слишком хороша для повседневной жизни, но в профессиональной она становится просто опасной. Получить благосклонность окружающих, признание и успех таким путем невозможно. Ни один начальник не будет поощрять женщину, которая и не пытается добиться результата. Успех приходит к тем, кто сам берет дело в свои руки, сам принимает решения, а проблемные ситуации рассматривает как возможность продемонстрировать свои лучшие качества.

Но даже те женщины, которые этому уже научились, невольно сами себе ставят подножку, сопровождая удачные действия и высказывания скромной и сдержанной улыбкой.

Глава 3. УЛЫБАТЬСЯ НУЖНО ВСЕГДА

Предаем ли мы самих себя своей улыбкой?

“Я сыта по горло этой проклятой улыбкой”, — гневно кричала тридцатичетырехлетняя Рики своему отражению. Она принимала участие в семинаре, посвященном языку телодвижений.

Рики сердито смотрит на свое изображение на экране монитора.

“Эта дурацкая ухмылка… Вот уже 30 лет я дружески скалю зубы каждому человеку, даже если он мне неприятен или ведет себя отвратительно”. Рики хочет измениться. “В этом есть что-то нездоровое — оставаться дружелюбной и сохранять спокойствие, даже если мне делают гадости”. До сих пор ей казалось слабостью показывать, насколько она задета или разозлена чьим-то поведением. Она стискивала зубы и улыбалась. “Я не понимала, почему в таких случаях у меня начинал болеть желудок, и могла точно предсказать, что вечером буду лежать, рыдая, в постели и гадать, почему мне так плохо…” Теперь Рики знала, что все дело в улыбке, в лице, которое всегда говорило: я не обижаюсь на тебя, только, пожалуйста, не отворачивайся от меня. “Я должна была бы ругаться, визжать, бить посуду или, повернувшись на каблуках, уйти навсегда”.

Многие женщины чувствуют то же самое. Они осознают, что своей приветливой улыбкой предают и делают жертвой самих себя. Им кажется, что к цели можно прийти только так — не теряя лица, несмотря на трудности. Никогда, даже если им причиняют настоящий вред, они не защищаются по-настоящему. И скрытая боязнь быть отвергнутыми вызывает на их лице вынужденную улыбку. Конечно, в этом случае улыбка не означает настоящей радости, а лишь отражает призыв к благосклонности окружающих. “Любите меня, не делайте мне больно, не оставляйте меня”, — означает она.

Вы можете произнести такие слова: “Ничего страшного, если разок кто-то будет в ярости из-за меня, если кто-то позволит себе смотреть на меня со злостью”. Во всяком случае, про себя вы должны это произносить.

Почему именно женщины ref c "Почему именно женщины"Ошибка! Источник ссылки не найден.попадают в эту ловушку?

Не так просто объяснить, что приводит женщин к тому, чтобы улыбаться в то время, когда их одолевают совсем другие чувства. Однако прежде чем начать разговор о причинах этого явления, я хотела бы пояснить свое мнение об улыбке. Быть может, некоторые читательницы подозревают за мной пессимизм и мрачное отношение к жизни, и отсюда — восприятие улыбки как болезненной или неуместной. Но это неверно. Я считаю улыбку очень важной в том случае, если она отражает внутреннюю силу, если говорит: “Я слушаю тебя, ты мне нравишься!” При этом улыбка представляет собой сигнал свободного и осознанного решения и становится значимой и красивой. К сожалению, часто мы улыбаемся без этого смысла, а потому оказываемся в ловушке “Мона Лиза”. Когда женщины улыбаются поневоле, они неизбежно попадают в такую ловушку. Но об этом чуть позже.

Почему женская улыбкаref c "Почему женская улыбка"Ошибка! Источник ссылки не найден. так часто бывает ref c "так часто бывает"Ошибка! Источник ссылки не найден.подчиненной?ref c "подчиненной?"Ошибка! Источник ссылки не найден.

Хотя, возможно, женщины добились равноправия, самостоятельными в полном смысле этого слова они не являются. Они лишь формально освободились от тысячелетней роли угнетенного пола. Подчиненность осталась в их сознании. Это выражается в том, что для достижения своих целей они применяют методы, характерные для подавленных, подчиненных личностей. В жесткой иерархии самой разумной стратегией является внешнее подчинение. Человек делает хорошую мину при плохой игре и преследует свои цели косвенным путем. Лесть, манипуляция, покорность или готовность к самопожертвованию являются в этом случае возможностями добиться признания и веса в глазах подчиняющего.

К счастью, общественные структуры сегодня более прозрачны. Современные законы уже давно постулируют равенство полов. Однако женщины часто действуют так, будто этих юридических норм не существует. Они исходят из посылки непременного соглашения с власть имущими, дабы таким образом приобрести себе право на защиту.

Хотя мужчина и женщина сегодня иногда являются соперниками, они не становятся врагами. Мужчины — это конкуренты, которые в данный момент, может быть, на один шаг впереди. Но, как и в любой игре, к победе ведут отвага, инициатива и выдержка. Или вы ожидаете, что окружающие уберут все препятствия, ведущие к цели?

Словом, никакие жалобные причитания об испорченности мира не могут никого продвинуть вперед. Женщинам необходим осознанный выбор — бороться с собственным подчиненным образом мыслей.

Такой образ мыслей, к сожалению, и сегодня направляет поведение многих женщин, часто бессознательно, и всегда мешая развитию личности. Он препятствует появлению здорового чувства самоценности. Я обычно называю этот тормозящий и самоотреченный образ мыслей синдромом Моны Лизы. Знаменитая улыбка, запечатленная на портрете, является для меня ярким символом женской подчиняемости.

Если вы когда-нибудь долго стояли в Лувре перед картиной “Мона Лиза”, то, вероятно, ощутили меланхолическую скорбь этой улыбки. Конечно, это одна из причин такой знаменитости портрета. Во мне этот шедевр вызывает скорее неприятные чувства, чем восхищение. Я долго не могла понять, чем вызваны эти эмоции, до тех пор, пока не узнала в улыбке Моны Лизы то, что так часто наблюдала у моих пациенток на терапевтических сеансах: безусловный сигнал женского самопредательства.

Существует еще одна художественная версия этого явления, которая меня лично задевает еще глубже. Возможно, вы помните фильм “Кружевница”, в котором изображена страстная, испепеляющая любовь сентиментальной девушки к мужчине, который после длинного, нежного и искреннего романа отвернулся и оставил ее, помраченную рассудком. После того как ее сердце было окончательно разбито, она улыбается ему этой блаженной меланхолической улыбкой.

Как часто на семинарах и занятиях я оказывалась напротив женщин, улыбка которых обладала подобным качеством. Даже если их оскорбляли, причиняли боль, с их лица не сходила полная отчаяния улыбка. Она оставалась такой и тогда, когда они говорили о надежде или о немногих прекрасных моментах, о счастливом времени начала любви. Отчаянной улыбка была потому, что многие из этих женщин были уверены, что вернутся к бывшему партнеру, сделай он первый шаг. Женщинам необходимо пройти сложный путь развития, прежде чем они смогут начать отношения со старым или новым партнером — на этот раз осознанно. В терапии зачастую требуются месяцы, пока накопленные обида и даже ненависть, почти всегда скрытые за такой терпимостью, выйдут на поверхность. Но не будем торопиться. Рассмотрим некоторые примеры самопредательства на фоне улыбки.

Рики, которую вы уже знаете, — изящная маленькая женщина, и ее история является типичной. В девятнадцать лет Рики познакомилась с двадцатишестилетним инженером, который сразу ей понравился, потому что выглядел скромным и отличался хорошими манерами. Ее подкупило то, что он не торопил ее с сексуальными отношениями, как поступали другие мужчины, с которыми она знакомилась. Три года продолжался их роман, пока Петер не решил, что он уже достаточно достиг в профессии и они оба теперь “готовы к браку”. Рики к этому моменту давно уже перестала размышлять о том, чего она хотела или считала правильным для себя. Петер был несколько нетерпим, но это редко мешало Рики, потому что она считала себя педантом. Она всегда охотно выражала готовность поддержать его мнение. Особенно это проявлялось тогда, когда он этаким барским покровительственным взглядом намекал, что вопрос должен быть решен только при помощи логики, а именно — высшей логики, которую понять может лишь он. Высшая логика стала для Рики синонимом ее неспособности понять ход его мыслей. Она была благодарна за то, что получила мужа с высшим образованием, и пыталась усвоить некоторые из его сильных аргументов. Однако со временем Рики установила, что он очень вольно обращался с этими аргументами. И все чаще она замечала, что именно то, что противоречило ее взглядам, он представлял как правильное и логичное. Из этого Рики сделала вывод: она в принципе неправильно мыслит. У них появилось двое детей (хотя Рики хотела иметь только одного ребенка). Они переехали в деревню, несмотря на то, что она охотнее осталась бы в городе. Рики не возражала, хотя страдала от того, что лишилась возможности видеть двух своих подруг. После переезда муж Рики решил, что в деревне ей не нужен собственный автомобиль. Ей хотелось работать, но муж решил, что для детей лучше, если мать будет дома. Рики продолжала улыбаться, но взгляд ее был очень печальным.

Она не была такой уж тихоней. Происходили сильные ссоры, в которых речь шла об интересах детей. Она страстно спорила со своим консервативным мужем по поводу их воспитания. Однако в большинстве случаев он настаивал на своем. Она без жалоб вела домашнее хозяйство и без сопротивления подчинялась порядку, установленному мужем. Ведь в конце концов он приносил в дом деньги. И год за годом Рики терпела, что его машина приезжает в ту же надоевшую ей деревню.

При столь долгом терпении организм рано или поздно отказывает. У Рики начались частые боли в желудке, но она терпела их молча. Через несколько лет обнаружилось, что ей необходимо оперировать язву желудка. Она выбрала для операции время отпуска, поскольку при этом семья меньше пострадала бы от ее отсутствия. Однако во время отпуска муж неожиданно познакомился с другой женщиной — не моложе, но независимее, с собственными деньгами и собственными интересами. Вскоре он оставил Рики и детей.

Рики, с ее ограниченными взглядами и вечной улыбкой, давно надоела ему, — объяснял он позднее.

Рики — типичнейшний пример женского стремления сделать себя маленькой и незаметной. Ее история наглядно подтверждает бессмысленность приспособления, полной потери личностных черт. Рики не была счастлива, и ее приспособляемость не спасла и не укрепила брак. Ее мужу, скорее всего, эта терпеливость казалась скучной. Подчинение с улыбкой на лице оказалось никому не нужным. Ее ярость, о которой я говорила в начале главы, совершенно понятна. Она по праву считала, что самоотречение, терпение и дружеское участие принесли ей горе. Умиротворенная улыбка была для нее символом отказа от собственного влияния.

Рики пожертвовала собой, но это не единственный вариант, который я обнаружила у печально улыбающихся женщин. В следующей главе я поговорю о других моделях поведения, которые можно идентифицировать.

Кажется ли вам знакомым долгий отказ от своих интересов?

Проверьте, склонны ли Вы из-за незначительных причин и оглядки на окружающих запретить себе “высовываться”?



Страница сформирована за 0.89 сек
SQL запросов: 170