АСПСП

Цитата момента



Разве я не уничтожаю своих врагов, когда делаю из них своих друзей?
Авраам Линкольн

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Как сделать так, чтобы собеседник почувствовал себя легко и непринужденно? Убедив его или ее, что у них все в порядке и что вы оба чем-то похожи и близки друг другу. Когда вам удается это сделать, вы разрушаете стены страха, подозрительности и недоверия.

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d3354/
Мещера

Глава 9. “КТО ЕСТЬ Я?”

Прежде чем от теории, которую я излагал вам ранее, перейти к конкретным жизненным ситуациям, я хотел бы коснуться этики поведения - естественного управления нашим поведением, без которого жизнь невозможна.

Мы помним, что человек - это редкий образец биполярностей. Он активен и пассивен, силен и слаб, независим и зависим, ласков и агрессивен в одно и то же время. Введем еще два термина: консервативный и либеральный. Эти термины хороши, во-первых, своей универсальностью, во-вторых, тем, что у них нет моралистического оттенка значения.

Двухпартийная система демократии - хороший пример того, как важно учитывать противоположные точки зрения. В Великобритании к оппозиционной .партии обращаются “Ваше Величество лояльная оппозиция”. И правильно делают: это единственно возможная форма отношения к другой точке зрения. Ибо оппозиция - это и наша точка зрения. В каждом из нас заложена такая двухпартийная система, при которой одна часть души - у власти, другая - в лояльной оппозиции.

Назвать разные стороны нашей натуры можно по-разному: сильное и слабое Я, реальное и нереальное Я, правильное и неправильное Я. Все они время от времени проявляются, и невозможно сказать, где мы были сами собой, а где изменили себе. Я думаю, что везде МЫ - это МЫ, какие бы черты своего характера мы ни проявили.

Однако в большинстве своем люди пытаются разрушить в себе двухпартийность и вытравить, уничтожить всяких там “слабых, зависимых и нереальных Я”. Те, кому удается уничтожить одну из сторон своей полярности, могут навсегда проститься с психическим здоровьем.

Две стороны нашей психической природы - такая же неотъемлемая черта человека, как две параллельные стороны нашей физической природы. Правый и левый глаз, правое и левое ухо, правая и левая рука… Можно, конечно, обойтись одним глазом, одной рукой и одним ухом, но тогда и жизненные горизонты существенно сузятся.

Так же, как одноглазый или одноногий человек не может быть физически здоровым, односторонний человек с ампутированной частью души не может быть здоров психически.

Недавно ко мне обратилась молодая дама с жалобой на то, что муж ей не верен. Она боялась, что он в каждый момент может ее оставить, и просила, чтобы я спас ее семью.

Я слушал ее рассказ, смотрел на нее - и удивлялся. Казалось, левая сторона ее тела почти парализована. Жестикулировала она правой рукой, а левая вяло лежала у нее на коленях. Улыбалась она правым уголком рта и даже моргала в основном правым глазом.

Оказалось, что она десять лет проработала воспитательницей детского сада и вылепила из себя образец для подражания. Она НИКОГДА не делала ничего такого, что могло кому-нибудь не понравиться, и выросла в крепкую образцовую консервативную личность. Столь же скучную, сколь и правильную.

Для начала я попросил ее жестикулировать левой рукой. Ей показалось это чрезвычайно трудным. Немудрено при такой “правой” ориентации. Она всегда говорила “правильные” слова, совершала “правильные” поступки и никогда не выражала и даже не обдумывала другую точку зрения. В итоге она стала тупой и безжизненной, и “левая” половина ее души умерла. Неудивительно, что мужу она смертельно наскучила.

Известно, что студенты художественных колледжей добиваются от своей правой руки большей выразительности, рисуя предварительно левой. Использование левой руки раскрепощает правую, дарит ей большую свободу.

Как можно было помочь этой женщине с правым уклоном?

Постепенно раскрыть ей другую сторону жизни, вдохнуть новое понимание жизни в ее мышлении, а значит - и в тело, которое стало столь фригидным, негибким и бесчувственным, что даже показалось мне парализованным.

Я не хочу сказать, что консерватизм - это полный контроль, а либерализм - распущенность. Я хочу сказать, что если в человеке есть либо то, либо другое - то это убогость. Пользуясь двумя глазами и ушами, мы видим и слышим стереоскопически и стереофонически. Актуализирующаяся личность танцует между своими правой и левой взаимодополняющими полярностями, и этот процесс скорее характеризует естественная сдержанность, чем искусственное принуждение.

Наши противоположные стороны не должны драться; либеральная сторона должна принимать консервативную, и наоборот.

Моральные требования, которые люди предъявляют друг другу, могут рассматриваться как покрывала искусственного контроля, который необходим, чтобы удержать незрелых людей от ошибок и оплошностей. Как родители и супруги мы чувствуем, что нам необходимо расставить некоторые моральные ограничители на той дороге, по которой движется наша семья. И хотя мы упорно делаем вид, что это делается для них, для наших супругов и детей, на самом деле стараемся мы для себя, поскольку не очень-то в себе уверены.

Моральные ограничения нужны, но в умеренном количестве. “А вот еще один случай нервного срыва,— пишет Перлз по этому поводу. - Он вызван не добровольным сверхконтролем, а спровоцирован ворчанием друзей: держи себя в руках!”

У автомобиля, как известно, несколько систем управления. Тормоза - лишь одна из них, самая грубая и самая вредная для машины. Чем лучше водитель умеет пользоваться всеми системами управления, тем реже он будет тормозить и тем дольше прослужит ему автомобиль. Если же он предпочитает постоянно пользоваться тормозами, печальный конец машины предрешен.

Сверхконтролируемая личность ведет себя так же, как неопытный водитель, поскольку не знает никаких других средств управления, кроме тормозов, то есть подавления.

Актуализатор осознает как свою силу, так и свою слабость и поэтому не впадает в чрезмерность, проецируя свои особенности на других. Манипулятор же, будучи личностью очень предвзятой в отношении своих сильных и слабых сторон, отрицает или не владеет этими сторонами своей натуры.

Здесь следует сказать несколько слов о соотношении религии и манипуляций. Не скажу ничего нового: религия, как и жизнь, может быть манипулятивной и актуализационной.

Манипулятивная религия - это та, которая заставляет человека поверить в собственное несовершенство. Она вселяет в него недоверие к собственной природе, после чего человек начинает испытывать потребность во внешней религиозной системе.

Актуализированная же религия позволяет нам поверить, что Царство Божие внутри нас и что доверие своему естеству (тому, что есть) не что иное, как высшая форма религии. Мы доверяем творению рук Божественных.

Манипулятивная религия стремится удержать человека в положении беспомощного ребенка, который постоянно нуждается во внешней помощи священников и жрецов.

Актуализированная религия нацелена на то, чтобы способствовать росту индивидуальности и направлять ее на гуманные цели.

Тогда внешняя религия все более становится внутренней. И актуализирующийся священник перестает быть судьей или пророком, зато становится несравненно ближе к своим прихожанам. Он не поучает, а соучаствует в жизни прихожан, развивается и растет вместе с ними. Он - консультант, а не Младший Бог.

Закончить эту часть книги мне бы хотелось стихотворением древнего поэта интроспективного склада ума.

В моем земном дворце толпа:
Смиренный есть и гордый есть,
И тот, кто о грехах скорбя,
Сердечной боли терпит весть.
И нераскаявшийся плут
С ухмылкой злобною сидит.
И любящий соседей люд
Свое земное время длит.
Заботы тяжкого ярма
Я б сбросил, став свободным вмиг,
Когда бы в тайну “кто есть я?”
Открытым взором я проник.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ПРИМЕРЫ МАНИПУЛЯЦИИ И АКТУАЛИЗАЦИИ

Глава 1. РОДИТЕЛИ И ДЕТИ

Дети - это воистину прекрасные манипуляторы!

Самый распространенный из них - МАЛЬНЬКАЯ ТРЯПКА. Он все время плохо себя чувствует, едва волочит ноги, он даже готов пролежать целый день в постели, страдальчески закатив глаза, лишь бы заставить вас сделать за него его работу.

Этот пассивный зависимый ребенок манипулирует нами, используя свою крайнюю беспомощность и нерешительность, свою хроническую забывчивость и невнимательность. Довольно рано обнаружив силу своей кажущейся слабости, он выбирает роль беспомощного и глупого.

Он не просто ленив, как думают многие. Он хитер, как лисица. Он достаточно умен, раз успешно манипулирует взрослыми и заставляет их ВСЕ делать за него.

Второй тип детского манипулятора вполне можно назвать МАЛЕНЬКИМ ДИКТАТОРОМ. Он управляет взрослыми с помощью надутых губ, упрямства, непослушания, топанья ногами. Это настолько невыносимо, что вы с готовностью согласитесь сделать его работу, лишь бы не наблюдать этого гнусного зрелища. МАЛЕНЬКИЙ ДИКТАТОР всегда занят - у него нет времени для повседневной работы.

Третий тип детского манипулятора - это ФРЕДДИ-ЛИСИЦА. Он начал жизнь плаксой, и, как он обнаружил вскоре, слезы оплачиваются вниманием. Он еще сам не успел придумать, почему расплакался, а его уже утешают, ласково гладят и, кажется, больше любят. До школы он оттачивал свой слезливый механизм, а в школе получил возможность использовать свое тайное оружие по назначению. Он стал начинающим КАЛЬКУЛЯТОРОМ. Когда урок был слишком сложным, а учитель слишком строгим, ФРЕДДИ умненько симулировал боль в животе, которая позволяла ему уйти домой. В результате он добился к себе повышенного внимания, поскольку все его жалели. Он стал мастером по провоцированию сочувствия к себе.

Во время игры в футбол он вводил в заблуждение обе команды, симулируя страшные ушибы — каким-то образом он всегда оказывался задетым, если был хоть малейший шанс, что это будет оплачено. Он даже одеться утром не мог без помощи матери, поскольку после сна у него “немели руки, кружилась голова, закрывались глаза” или что-нибудь еще в этом роде.

Четвертый тип маленького манипулятора - это ЖЕСТОКИЙ ТОМ. Его характерная черта - насильственный темперамент. Он толкает, задирает, обзывает детей, дерется и плюется. Его жаргона испугался бы и футболист. Он любит ружья и ножи. Довольно рано он понял, что гремучая смесь из ненависти и страха делает людей хорошо управляемыми. Поэтому он стал начинающим ХУЛИГАНОМ.

Более всего на свете он ненавидит авторитеты, поэтому под обстрел его неприязни в первую очередь попадают учителя и родители. Его непоколебимая уверенность довольно быстро превращается в самонадеянность и абсолютную веру в свои силы, что действует на окружающих, как взгляд удава на кролика.

Пятый тип детского манипулятора - КАРЛ-СОРЕВНОВАТЕЛЬ, или стремящийся быть первым. Это своеобразная комбинация ТОМА и ФРЕДДИ. Обычно КАОЛ вырастает в семьях, где есть два мальчика, и младший с раннего возраста овладевает наукой соревнований, отвоевывая себе равнее место в этом мире. Школа - лучший полигон для его упражнений в этой области. Родителей, братьев, одноклассников он воспринимает как соперников. Победить и оказаться наверху для него гораздо важнее, чем просто жить в семье или учиться в школе. И постепенно развязанный им марафон соревнований становится губительным для него. Да, он получает высшие оценки, но вместе с ними - бессонницу. Да, он доказал, что способнее брата в музыкальных занятиях, но теперь он и дома не может расслабиться и перестать “побеждать” даже за тихим семейным чаем. Постоянным источником страха для него становятся все, кто хорошо справляется с учебой, спортом, танцами и т.д. и т.п.

А теперь задумаемся, почему эти дети вынуждены нести свой тяжкий крест манипуляторов, который так отравляет им жизнь?

Конечно, манипуляторами не рождаются. Их старательно лепят, создают из здоровых маленьких детей, вводя их за руку в манипулятивный мир современного человека. Первый урок они получают, разумеется, от своих родителей, которые являют собой уже готовый продукт нашего манипулятивного общества, в то время как дети - еще полуфабрикат.

Манипулятивные родители полагают, что их родительский долг в том, чтобы на каждом шагу контролировать поведение своих детей. И ответственность за детей часто перерождается у них в чувство всемогущества. Они играют в Судью и Бога.

Поэтому их главный вербальный подход к ребенку проявляется в “ты должен”. И большинство родителей, во-первых, уверены в том, что в этом заключается их миссия, а во-вторых, что эти богоподобные изречения непременно изменят поведение ребенка, а может быть, и его сущность. Родительское “ты должен” распадается на ряд вариантов: “ты можешь”, “ты не можешь”, “ты не хочешь”, “тебе следует”, “когда ты делаешь, то ты можешь”.

Один из начальных приемов судящего всемогущего родителя состоит в том, чтобы управлять ребенком с помощью чувства вины. Если ребенок не делает того, чего добивается от него родитель, последний старается вызвать в ребенке чувство вины. Поэтому ФРЕДДИ-ЛИСИЦЕ он скажет: “Как не стыдно быть таким размазней, таким слабаком?”, ЖЕСТОКОМУ ТОМУ: “Постыдился бы обижать других детей!”, КАРЛУ-СОРЕВНОВАТЕЛЮ: “Мне просто неловко за тебя - нехорошо быть таким самовлюбленным и всегда отбирать победу у других”. Лучшая добавка ко всем укоризненным замечаниям: “Твое поведение доведет меня до сердечного приступа. Вот увидишь, доведет!”

Даже если у родителей и много лет спустя сердце будет биться ровно и спокойно, дети уже не смогут избавиться от глупого внедренного чувства вины и будут ждать сердечного приступа изо дня на день.

И если старость, доведя человеческое существование до своего логического конца, успокоит их души, оставшиеся в живых манипулятивные тетушки и дядюшки вполне могут воскликнуть, проливая слезы над гробом: “Да, они умерли! А все потому, что в три года так плохо ел кашу!”

Еще один прием манипулятивных родителей заключается в том, чтобы развернуть ребенка на сто восемьдесят градусов, запугав его нелюбовью окружающих. “Ты же не хочешь, чтобы люди думали, будто ты можешь сделать ЭТО”, или “Что подумают люди, когда услышат, как ты ужасно ругаешься”, или “Да от тебя все отвернутся, когда поймут, кто ты есть” и т.д.

Использование любви - это наиболее, пожалуй, болезненное манипулятивное средство: “Я просто не могу любить тебя, раз так”, или “Ты меня не любишь, иначе ты бы так не поступил”, или “Я так тебя люблю, когда ты делаешь это и это”. В таких ситуациях родители ведут себя как типичные Славные Парни.

Еще одна манипулятивная техника состоит в использовании ожиданий: “Ты же хочешь вырасти таким большим и сильным, как папа?”, или “Я надеюсь, ты сделаешь так, как я сказал”, или “В нашей семье все всегда хорошо учились”.

Родители, безусловно, старательные ребята. И я готов разделить их удивление и огорчение по тому поводу, что дети все равно не становятся лучше. И даже - дисциплинированнее.

Глава 2. ДИСЦИПЛИНА - МАТЬ ПОРЯДКА

В детской психологии нет области более запутанной, чем область дисциплины. И я предлагаю вам создать философию, альтернативную бесконечным манипуляциям детей и родителей.

Техника дисциплины распадается на две широкие категории. Одна, внешняя, основывается на том, чтобы добиться от детей максимального послушания. Другая, внутренняя, основывается на воспитании в ребенке самодисциплины, то есть привитии ему неких ценностей, которые станут для него руководящими принципами.

Первая категория дисциплины обязательно предполагает НАГРАДУ и НАКАЗАНИЕ. Даже в наше время процветают такие добропорядочные родители, девизом которых служат слова: “Сэкономишь розгу - испортишь ребенка” или “Детей нужно видеть, а не слышать”. Эти типичные домостроевские фразы обычно сопровождаются вербальными наказаниями, обидными сравнениями, изоляцией, лишением привилегий и физическими наказаниями.

Следствием наказания (даже если оно “за дело”) всегда бывают сдерживание естественной живости (отупение) и подавление чувства. Наказания всегда вызывают тревогу и порождают нервозность, а зачастую и подавленность. Не говоря уже о том, что самое невинное наказание (хотя я считаю, что невинных наказаний не бывает; любое наказание жестоко) может породить ненависть к родителям, как к тому, кто наказывает, так и к тому, кто не препятствует этому. Встречная агрессия, которая неизбежно возникает у ребенка в момент наказания, провоцирует его на дальнейшие проступки, а значит - на дальнейшие наказания. Круг, как видите, замкнулся, и ужесточением воспитательных мер его не разорвать. В конце концов наказание порождает чувство неуверенности, неадекватности. Наказанный ребенок чувствует себя лишенным родительского благоволения и склонен чувствовать еще большую неуверенность. Он чувствует себя плохим, неспособным, нестоящим и поневоле начинает действовать в терминах такого представления о самом себе. То есть родители своим “воспитанием” добиваются прямо противоположного эффекта.

Методы дисциплины, основанные на жестком контроле за поведением, якобы должны повлечь за собой исправление ребенка. Истина же состоит в том, что наказание не только не предотвращает и не останавливает антисоциальное поведение, но и усиливает причину такого поведения. И исследования криминалистов недвусмысленно говорят об этом.

К счастью, многие родители отходят от манипулятивных дисциплинарных методов. Они хотят, чтобы поведение их детей было адекватным и приветствовалось обществом, но не только. Они хотят, чтобы поведение их детей не подтачивало их же физическое и психическое здоровье. Но как этого добиться? Многие родители понимают, что они предъявляют требования подчиняться себе и уважать себя, главным образом, потому, что сами в себе не уверены.

Мы всегда болезненно реагируем на враждебность наших детей по отношению к нам. “Мы для них столько делаем, - восклицаем мы в таких ситуациях, - мы их так любим, а они такие агрессивные”. Родители, думаю, будут меньше переживать и рвать на себе волосы, если узнают, что враждебность, которая исходна порой от детей, необходима им для нормального эмоционального роста.

Если ребенок чувствует себя в безопасности, на своем месте и нужным окружающим, он НЕ МОЖЕТ стать для родителей дисциплинарной проблемой. В такой ситуации мы имеем дело с актуализирующей дисциплиной, которая основана на чувстве, а не на контроле и подавлении. Согласитесь, самоконтроль куда приятнее, чем слепое повиновение другим.

Подход к дисциплине со стороны чувств не может быть сведен к набору простых правил, нарушение которых влечет за собой наказание. Ребенок - это прежде всего живое существо со своими собственными чувствами, правилами и правами, а не автомат, в который можно зарядить любую программу. Родитель, который хорошо понимает чувства собственного ребенка и исходит из их приоритета, также умело сможет решить и дисциплинарные проблемы. Если эмоциональный климат в доме благоприятный, ребенок будет чувствовать себя в безопасности даже тогда, когда родители действуют в отношении него достаточно твердо и ограничивают его деятельность разумными рамками.

Этот подход к дисциплине требует отделения человека от его действия. Мать и отец могут быть неприятно поражены тем, что сделал их ребенок (то есть они могут быть недовольны его действием), но их чувства к нему как к личности не должны от этого меняться: “Да, нам не нравится этот поступок, но мы любим тебя и верим, что этого больше не повторится”.

Дисциплинировать. ребенка надо либо в терминах ДЕЙСТВИЯ, либо в терминах ЧУВСТВ.

Давайте рассмотрим несколько ситуаций, которые это иллюстрируют.

1. ТОЛЬКО ОТНОШЕНИЕ

Ребенок приходит к родителям с жалобой на своих учителей. Он ничего не замышляет, не желает никому зла. Но ему надо выговориться. Надо высказать близким свое ОТНОШЕНИЕ.

- Иногда меня захлестывает такая ярость, - говорит ребенок, - что мне кажется, я взорвал бы школу до основания!

Очень важно понимать, что это только ЧУВСТВО, не более, и родитель совершит ошибку, если не даст выплеснуться этому чувству и переведет его в область ДЕЙСТВИЯ. Скажет, например: “Да ты что, разве можно взрывать школу?”

2. ДЕЙСТВИЯ

Однако ребенок может сказать и такое:

- Меня эта школа так бесит, что я собираюсь разбить стекла в нашем классе!

Тогда единственно верной будет такая реакция родителей:

- Мы тебя очень хорошо понимаем. Только что от этого изменится? И к чему это приведет, представь себе.

3. ДЕЙСТВИЕ УЖЕ СОВЕРШЕНО

Ребенок обругал своего приятеля. И он старается объяснить родителям, почему он это сделал, то есть доказать свою правоту. Цель родителей - оторваться от конкретики и обобщить происшедшее

- Я считаю, что все сказал ему правильно. Так ему и надо, - говорит ребенок.

- То есть это метод борьбы с теми, кто не прав? - уточняют родители.

- Да.

- И ты мог бы такое сказать маме, если бы она была не права?

4. НАКАЗАНИЕ НЕИЗБЕЖНО

Если родитель не видит другого способа прореагировать на проступок, кроме наказания, он все же должен посмотреть на это без личного осуждения. Разделить себя и наказание. Наказывая ребенка, вовсе не обязательно демонстрировать ему свое собственное негодование. Родителю нет нужды быть судьей, онможет быть просто выразителем общепринятых норм.

- Давай обсудим разбитые окна Смитов, - говорит отец. - Скорее всего, я ничем не смогу помочь тебе, но все-таки - объясни мне, что произошло.

Предположим, объяснения ребенка его удовлетворили, и ребенку в этой ситуации гораздо важнее понимание, чем отмена наказания.

- Я согласен, - говорит отец. - Но в повседневной жизни, как в баскетбольной игре, тоже действуют свои жесткие правила. Ты подчиняешься свистку судьи? Скажи тогда, какое наказание ты считаешь правильным сейчас.

Подобная тактика хорошо развивает самостоятельность и ответственность за свои поступки. Как мы видим здесь, наказание - наказанием, а отношения родителей с ребенком остаются прежние. Хотя. я бы предпочел совсем обойтись без наказаний.

Существует семь принципов, которые могут очень помочь вам в дисциплинировании своего ребенка без риска потерять контакт с ним и испортить отношения.

1. Отделите чувства от действий. Не судите самого ребенка, даже если его действия достойны осуждения. Ребенок непременно должен понимать, что его самого любят, но что его действия неприемлемы и должны быть улучшены. Любые действия являются результатом чувств. Чтобы изменить поступки, прежде всего нужно понять чувства и научиться с ними обращаться.

2. Внимательно изучите ребенка и определите - нормальный ребенок перед вами или невротический. Действия ребенка в состоянии нервного расстройства должны рассматриваться родителями как симптом более глубоких эмоциональных затруднений, вызванных критикой, обвинением или наказанием. Наказать ребенка в такой ситуации означало бы еще больше выбить его из равновесия.

3. Ответьте на чувства ребенка. Создайте такие условия, чтобы ребенок мог выговориться, “выпустить пар”, дать выход своим эмоциям. То есть освободиться от враждебных чувств, которые он пытался подавить.

4. Если необходимо наказание, пусть ребенок сам его выберет. Практика показывает, что дети обычно выбирают более строгое наказание, чем хотели предложить родители. Но - что очень важно - они уже не считают его жестоким и несправедливым.

5. Наказывая ребенка, убедитесь, что он понимает, за что. Что он винит в этом себя, а не тех, кто его наказывает. Помогите ему понять, что правилам группового поведения следует повиноваться так, же неукоснительно, как правилам спортивной игры.

6. Сделайте так, чтобы дисциплинарные проблемы были не вашими, взрослыми, проблемами, а общими с детьми. Дайте ребенку знать, что вы чувствуете их как взаимные проблемы. Это поможет вам как самим отделиться от проблемы, так и отделить ее от ребенка. Тогда вы сможете поместить ее в некоторое отдаление отмоете исследовать ее, работать над ней. Поняв, что у проблемы есть внешняя точка отсчета, ребенок не станет превращать дисциплинарную ситуацию в межличностный конфликт.

7. Наложите ограничения на опасные и разрушительные действия. Помогите ребенку направить свои действия по другим, дозволенным каналам. Это и есть основная формула динамического подхода к дисциплине.



Страница сформирована за 0.74 сек
SQL запросов: 170