АСПСП

Цитата момента



Простая и приемлемая ложь полезнее сложной и непонятной истины.
Вы не поняли?

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Главное различие между моралью и нравственностью в том, что мораль всегда предполагает внешний оценивающий объект: социальная мораль — общество, толпу, соседей; религиозная мораль — Бога. А нравственность — это внутренний самоконтроль. Нравственный человек более глубок и сложен, чем моральный. Ходить голым по улицам — аморально. Брызгая слюной, орать голому, что он негодяй — безнравственно. Почувствуйте разницу.

Александр Никонов. «Апгрейд обезьяны»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/abakan/
Абакан

Двенадцатая неделя

Слава богу, все улеглось, и мы можем спокойно разговаривать о делах, подумала я с утра и жестоко ошиблась. Дела по-прежнему не фонтан.

Не фонтан они в проекте. Какие-то непонятные подробности всплывают. Блин, вот не зря я волновалась по поводу того, что с родителями не поговорили до старта. С другой стороны, подробности настолько непонятные, что, может, и хорошо, что мы этим занялись. Может статься, не занялись бы, так что-нибудь нехорошее там произошло.

В общем, Дима за выходные подключил знакомых в Германии, те нашли адрес, по которому зарегистрирован номер телефона клиники, а клиники там не обнаружили. Поскольку по-немецки у нас никто ни бум‑бум, то Иринка подключила своего обожателя, который долго жил в Германии, и он нашел нам в Интернете клинику, о которой шла речь. Потом он позвонил в эту клинику и выяснил, что действительно такие болезни там лечат, но о нашем Никите слыхом не слыхивали. Вот это номер!

Анжелины знакомые выяснили, что в квартире проживает одна мамаша, а где сын – непонятно. Севин милицейский друг нашел информацию о том, что мамаша лишена родительских прав. Всем вдруг стало страшно, если честно. Мы, кажется, влипли в темную историю. Кроме того, стало очень беспокойно за ребенка.

Симка с Димой сразу после капитанских звонков побежали к Севиному знакомому и все рассказали. Знакомый оперативно сдал срочные дела, взял коллегу, сел с ребятами в машину, и они все вместе поехали в Тверь.

Остальные игроки остались на связи.

Новости поступают к капитанам непрерывно.

В Твери ребята заехали в местное отделение, взяли наряд и двинули к родителям.

К вечеру информации стало совсем много. Оказывается, мамаша, как и было сказано, лишена родительских прав. Папа – совсем не папа, а просто мамин сожитель. Ребенок находится в местном детдоме, где он, собственно, и проживает постоянно. Оказывается, недавно мамаша оформила документы на то, что может брать его иногда домой. Привела доказательства того, что она встала на путь исправления, справилась с алкоголизмом, принесла справки о том, что прошла лечение. Хочет доказать, что она хорошая мать, и вернуть свои права на малыша. Поскольку всем известно, что даже негодящая мать лучше, чем сиротская доля, комиссия радостно постановила наблюдать за ней. А Никиту тем временем стали иногда отпускать домой к маме.

Но самая интересная информация следующая: Никита не болен страшной болезнью! Он вообще практически ничем не болен!

Ну что я могу сказать? Пока ничего. Мы все дружно валяемся в обмороке.

Ближе к ночи подкинули еще информацию. Ленка вспомнила, что ребенок явно выглядел больным, и воспитательница подтвердила, что он действительно возвращался вялым. Она это списывала на усталость с непривычки. В общем, Никиту забрали на обследование, а «родителей» в отделение. Тем более, что дома нашли справки о болезни, документы о том, что его принимают в немецкой клинике, шприцы и кучу лекарств. Завтра к вечеру, возможно, что-то прояснится. А что касается амплитуды эмоциональных колебаний, так она у нас, видно, никогда не сгладится. До конца нашей жизни.

Утром на собрании мы в первых рядах видим совершенно невменяемую рожу Саши. Он с глубочайшего похмелья. Непонятно, как он вообще сумел проснуться и добраться до офиса. Видимо, организм уже автоматически соблюдает правила, а чувство глубокой ответственности перевесило похмельный синдром.

Оказывается, Саша напился с горя. Он вдруг понял, что любит свою жену больше жизни.

– А в чем горе‑то? – кричим мы в восторге от такого сообщения.

– Так у нее уже там перец какой-то вьется вокруг, – еле шевелит языком Саша. – Более того, она меня не захотела слушать. Сказала, что я ей надоел и могу идти туда, откуда пришел. – В завершение речи Саша еще и икает.

Тут встает Миша, берет под руку Сашу, ведет его в туалет и засовывает лохматую башку бизнесмена под холодную воду. Бизнесмен орет, и взгляд его становится более осмысленным. Все восхищенно аплодируют. Такого от Миши не ожидали. Саше вручают чашку с кофе, кратко высказывают свое мнение по поводу происходящего и временно оставляют в покое, приказав выпить весь кофе. Анжела хвастается своими успехами. Не в бизнесе, естественно, тут все по графику, не более. Зато бывший Сонечкин хахаль теперь знает о том, что скоро станет папой. Также он увидел наконец лысую Соню. Девушки дружно пришли к нему в гости в воскресенье. Парень от такого количества необычайных событий просто ошалел. Подвинулся, пропуская девчонок домой, послушно сел пить чай, который они заварили.

– Господи, что происходит с моей жизнью? – схватился он за голову посреди милого, почти семейного чаепития.

– А что? – невинно поинтересовались девушки.

– Как «что»?! Лысые Сони, беременные Анжелы, Симакины какие-то неведомые по телефону звонят, беспокоятся, жив ли я. И теперь в этой компании еще и чай какой-то пью. Не виски, заметьте! Чай. Зеленый, бля. Полная шиза!

– Вот и хорошо, – засмеялась Соня. – Тебе скоро папой быть, хватит пить. Здоровый образ жизни – это главное.

– Боже мой! Как все поменялось за какой-то месяц. Просто с ног на голову.

– Ну и хорошо, – философски заметила Соня. – Все к лучшему обычно меняется. Даже если нам так не кажется.

У Миши дела хуже. Девушка его новоприобретенная куда-то совсем пропала, и он тоскует.

– Да ладно, – вдруг просыпается его партнер. – Подумаешь. Ты ее и знаешь‑то всего ничего. Еще найдешь. Девушек много на планете.

– Но мне эта понравилась.

– Ну, значит, и другая понравится.

Миша решает искать ту, которая понравилась, но и от других не отворачиваться. И циничного Сашу не слушать.

А потом все опять навалились на реанимировавшегося Сашу и начали его уговаривать, чтобы он пошел поговорить с женой. Он пообещал до завтрашнего вечера сделать это. Сегодня у него очередные переговоры по офису. Последние перед подписанием. Все, в общем-то, готово к сделке, но у него все равно мандраж. Еще бы. У меня вообще понос бы случился, покупай я такую площадь. И тем не менее, тема семьи для него сегодня более актуальна. О новом офисе он едва вспоминает, а из-за жены переживает очень сильно. Надо же! Три месяца назад, наоборот, о бизнесе мог говорить часами, а про жену едва вспоминал.

К вечеру еще новости о мальчике. Оказывается, эти ублюдки кололи его какой-то дрянью, чтобы он такой вялый был, больным казался и жалость вызывал. И спать не давали особо. Мешки под глазами делали. И не только перед нашим приездом. Оказывается, там, кроме нас, были еще люди, готовые помогать Никите. Кошмар. Уроды какие-то, а не люди. В общем, «родители» раскололись полностью. Заработать собрались, изверги.

Ну что же это такое происходит? Страшное дело.

Хорошо, что Никита в безопасности, – спасибо беспокойной Симакиной и ее шестому чувству. Нам же что-то надо делать с проектом.

Собрано около двадцати тысяч долларов, людям объявлено, что эти деньги пойдут на лечение Никиты, показаны даже его фотографии. Уф.

Игроки посоветовались и решили, что срочно ищут ребенка с такой же или в крайнем случае любой другой тяжелой болезнью из бедной семьи и помогают ему. Тем более что сейчас нуждающихся в подобной помощи очень много. А спонсорам будет объяснена вся ситуация и предложен выбор – вернуть деньги или отдать их другому ребенку.

Кстати, на этой неделе Никита должен был лететь в Германию. А там даже и клиники‑то нет!

– Не волнуйся, – успокаивает меня по телефону Антон, – об этом милиция тоже знает.

– Вот ведь дела! – удивляются в четверг на собрании офиса. – И почему, интересно, в этой Игре столько необычайных событий происходит, ты не знаешь случайно?

– Не знаю, – делаю я невинные глаза.

– Ага.

Конечно, я знаю. Я сама всю жизнь так живу. Моя жизнь просто до краев наполнена многочисленными и чрезвычайными событиями, чувствами, эмоциями, взлетами и падениями. Нескучно живу, в общем. И естественно, транслирую это на окружающий мир, как и любой из нас это делает.

А уж Игра и скука и вовсе несовместимые понятия. Нескучно на нескучно дает кумулятивный эффект. И я не считаю, что это плохо. Зато настоящая жизнь, а не повседневное пиво с чипсами на диване у телевизора.

Вот что я поняла. Я абсолютно счастлива! Меня, конечно, никогда не устраивает текущий момент. Как только я осваиваю новую территорию, мне становится скучно и хочется со всех ног бежать дальше, но если посмотреть целиком на всю мою жизнь, то она просто великолепна! Спасибо, Вселенная, за то, что у меня это все есть!

Однако это лирика, а у нас между тем проект подвис.

– Чего делать‑то будешь? – спрашивает Глеб.

– Ищем другого ребенка. Слушайте, вы на меня не наезжайте, пожалуйста, потому что если бы мы не занимались этим, то все могло бы плохо закончиться для Никиты. Привезли бы из Германии какую-нибудь справку о смерти – и все. Ну это, конечно, в худшем случае. В лучшем он продолжал бы жить с чокнутой мамашей, получать свои уколы и деградировать.

– Слушай, а вдруг его хотели продать для усыновления! – восклицает вдруг Ленка. – Нашли покупателя, да вдруг решили еще на русских подзаработать и придумали заболевание.

– Ой, а вдруг его на органы хотели продать! – делает круглые глаза Катя.

– Так, девушки, давайте пока остановим полет фантазии, – прекращает дискуссию Глеб. – А то мы тут такого напридумываем еще.

– Неизвестно, узнаем ли мы истинные причины дикого поступка мамаши, – подвожу итог я, – по крайней мере, милиция этим вопросом занимается.

– Ну что ж, – продолжает разговор Олег. – Три месяца Игры почти на исходе. Что скажешь?

– Ну, я много могу сказать. Во-первых, конечно, то, что мне пришлось нелегко. Особенно первую половину. Сейчас становится полегче. Освоилась, вас меньше боюсь, чем в начале. Главное, игроки мне родные стали совсем и у них, как ни крути, хорошие результаты.

– Разница есть в проявлениях?

– Да, конечно. Миша стал энергичным и смелым, Саша научился быть нежным и заботливым, Анжелка вообще оттаяла. Главное, они на настоящую команду похожи – заботятся друг о друге, поддерживают, честны. И на препятствия уже не как на препятствия смотрят, а как на задачи. Главное, они мудрее стали теперь. С одной стороны, на детей иногда похожи, с другой – стали спокойнее, конструктивнее и намного взрослее. Они стали… ну, больше! Сильнее, увереннее.

– А ты?

– И я вместе с ними. Мы большой путь вместе проделали. И я многому благодаря им научилась. Знаете, мне даже плакать хочется, когда я про них думаю. Такие они…

– Дурында ты наша. Все за эмоциями гоняешься?

– Ага. Люблю я их, эмоции. Радостно мне с ними. Но я вам честно говорю, они в работу мою вмешались всего лишь несколько раз. Я принимала решения на основе чистого разума. Ну, может, только пару‑тройку раз нет.

– Ага, – смеется Олег. – Пятерку‑десятку, не хочешь? Ну ладно, зато они у тебя все трогательные. Игроки, я имею в виду. Такие – про любовь. Хотя на будущее лучше бы побольше конструктива было и четкости, чем розовых облаков и оранжевого настроения.

Ну и пусть, розовые облака. Может быть, это главнее даже, чем иные результаты. Без великих достижений жить можно, а без любви нет. Ну никак!

А лучше, чтобы и то и другое было. Для достижения вселенской гармонии.

Потому что духовных личностей, обвязанных разноцветными веревочками, по нескольку часов в день поющих мантры, но без гроша в кармане, я понимаю чуть ли не меньше тех, кто считает, что материальные ценности – это идол всего человечества.

Вторые хотя бы еще не все поняли, и это не вина их, а беда. И у них, возможно, все впереди. А человек, претендующий на просветленность, но не работающий, ничего вокруг себя не создающий и живущий за счет своих друзей, вызывает у меня некую брезгливость.

Ничего он, значит, не понял, а просто сбежал. Сбежал от ежедневного вкалывания и реалий жизни в некое подобие жизни духовной. А между тем по ступенькам роста нужно идти медленно и последовательно, не пропуская ни одной. Не забывая, кстати сказать, что все это не имеет никакого значения. Вообще все.

Моим традиционным занятием стало стоять после собрания в пробке и размышлять. Как правило, о том, о чем речь шла на собрании.

На футболке одной из Игр было написано: «Я имею право вмешиваться во все, потому что это мой мир!»

Так и есть, мы сами создаем себе миры. Идея не новая. Новых‑то идей, пожалуй, давным-давно нет. Все изобретаем бог знает по какому разу.

Так вот. Мне все говорят про какой-то хищный мир вокруг, где все друг другу перегрызают глотки. Каждый раз, когда я это слышу, мне хочется оглянуться в поисках хоть того, кто хотел бы перегрызть мне глотку. Оглядываюсь. И не нахожу я! Нет в моем окружении никаких хищников.

Читаю «Дyxless» Минаева – там одни уроды. Опять оглядываюсь – нет уродов.

Что такое? Версий по этому поводу – тьма.

Первая: мы оба с Минаевым всю эту ахинею по поводу своего окружения придумали, а истина где-то посредине. Или с краю. Или еще где-нибудь. Вторая: мы оба правы и то и другое – истина. Третье: мы оба не правы и истины нигде нет.

Выбирай на вкус.

Однако я отвлеклась. Как я создаю свой мир? А вот так: я притягиваюсь к тем, кто разделяет мое мировоззрение, к нам притягиваются следующие люди, разделяющие наше мировоззрение, потом к нашей массе притягиваются следующие люди, разделяющие наше мировоззрение, и так далее.

Плюс ко всему я выбрала влиять на мир с помощью своей работы, следовательно, несу свою миссию в массы довольно активно, а не просто плавая в водовороте взаимопритяжений.

Я говорю о любви, иногда стесняясь и боясь, что мне не поверят, но чем дальше, тем смелее. Я требую от игроков ее создания друг для друга. Трубую честности, любви, заботы и других ее проявлений. Я сама привержена тому, чтобы проявлять ее всеми доступными мне способами. То есть я создаю любовь.

Так откуда вокруг меня возьмутся злобные карлики, скажите на милость?!

Как же все просто, боже ты мой! Каждый может жить в том мире, в каком захочет.

И все‑таки, я думаю, что большинство хочет жить в моем мире или похожем на мой, а не в мире уродов и хищников. Может быть, они не знают, как сюда попасть?

Ну так вот, я прямо инструкцию сейчас написала, примитивную в понимании, элементарную в исполнении! В три шага. Притягивайся, притягивай, создавай.



Страница сформирована за 0.1 сек
SQL запросов: 170