УПП

Цитата момента



Каждая женщина хочет выйти замуж, но далеко не каждая хочет быть женой.
Жена, хочешь?

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Чтобы женщина вызвала у мужчины настоящую любовь, она должна, во-первых, быть достаточно некрасивой, во-вторых, обладать необходимым количеством комплексов.

Марина Комисарова

Читайте далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d4097/
Белое море

Освобожденный Взрослый

Цель транзактного анализа — предоставить человеку свободу выбора, свободу меняться по собственной воле, изменять свои реакции на прежние и нынешние стимулы. Эта свобода по большей части утрачивается в раннем детстве, где, по мнению Кьюби, берут начало "невротические процессы". Эти процессы постоянно направлены на решение старых проблем, что препятствует эффективному взаимодействию с реальностью сегодняшнего дня.

…Корни невротического процесса, вероятно, лежат в феномене, характерном для раннего детства, - формировании стереотипов поведения или "фиксаций". Сюда относятся эмоциональные проявления — например, плач, ночные страхи; инстинктивное действие или бездействие — жевание, глотание, срыгивание, отказ от пищи, выбор еды, регулирование выделений; дыхательные движения как, например, задержка дыхания и т.п.; либо общие двигательные акты - вздрагивание, покачивание, сосание и т.д.

Ни один из этих актов сам по себе не является ненормальным. Покуда он может произвольно регулироваться в ответ на требование внешних или внутренних обстоятельств, он остается нормальным. Утрата возможности их свободного произвольного изменения знаменует начало невротического процесса.

Целью психотерапевтического лечения является восстановление способности свободно изменяться. Такая свобода проистекает из осознания того, что такое Родитель и Дитя, и как их данные влияют на транзакции в настоящее время. Она также с необходимостью требует истинного знания о мире, в котором живет человек. Свобода подразумевает знание того, что каждый, с кем мы общаемся, имеет своего Родителя, Взрослого и Дитя. Она требует настойчивого изучения не только доступных, но и неизведанных сфер, которые наилучшим образом могут быть описаны в терминах вероятностного прогнозирования — еще одной функции Взрослого. Человек часто сталкивается с затруднениями, потому что вынужден принимать решения, не располагая достаточной информацией. Это касается принятия любого обязательства, заключения брака, голосования, подписи под каким-либо обращением, выбора приоритетов. Это справедливо по отношению ко всем ценностям, которые мы свободно избираем с помощью Взрослого.

Наше Дитя требует определенности. Оно жаждет уверенности в TOM, что снова наступит утро и взойдет солнце, что мама никуда не денется, что злодей всегда будет наказан. Взрослому, однако, приходится смириться с тем фактом, что определенность имеет место не всегда. Философ Элтон Трублад утверждает:

Тот факт, что мы не имеем абсолютной уверенности относительно любых заключений человека, не означает, что задача исследования бесплодна. Истина в том, что мы всегда должны действовать на основе вероятности, а располагать вероятностью уже значит кое-что иметь. В любой сфере приложения человеческой мысли мы ищем не абсолютную определенность, недоступную человеку, а скорее идем тропой отыскания приемлемых способов оценки степени вероятности.

Это сфера философии и религии, к которой мы обратимся в главе 12 "Р-В-Д и моральные ценности".

Взрослый нашего бизнесмена, столкнувшись с необходимостью подписать петицию, может предположить, что результаты этого поступка весьма неопределенны. Если он поставит свою подпись, то может подвергнуться осуждению. Если его установка "Я о'кей — вы о'кей" относится ко всем людям, независимо от их национальности и вероисповедания, то может случиться так, что он подвергнется давлению со стороны тех, кто способен помешать его бизнесу, исключить его из гольф клуба или испортить его отношения с женой. Но ему стоит также взвесить вероятность того, что его личный вклад в разрешение проблемы расовой напряженности может оказаться существенным. В итоге его Дитя заслужит поощрение в форме репутации человека мужественного и честного.

Когда доминирует Родитель или Дитя, последствия предсказуемы. Это — важная характеристика игр. Игры в известной мере безопасны. Они в любой момент могут обернуться страданием, но таким, к которому игрок привычен. Когда в транзакцию включается Взрослый, результаты предсказуемы не всегда. Вероятность поражения соседствует с вероятностью успеха. Но самое важное — появляется вероятность изменений.

Что заставляет людей желать перемен?

Есть три причины, которые заставляют людей желать перемен. Первая заключается в том, что люди изрядно настрадались. Они так долго бились головой об одну и ту же стену, что наконец решили: "Довольно!" Снова и снова бросали монетки в щель игрового автомата и не получали выигрыша — теперь они готовы либо бросить игру, либо перейти к другому автомату. Они страдают от головной боли, слишком много пьют. Они опустились на самое дно. Они жаждут облегчения и перемен.

Еще одна причина, побуждающая искать перемен, — вялая форма отчаяния, называемая тоской или скукой. Человек, живущий под лозунгом "Ну и что?", в конце концов задается глобальным вопросом — "Так что же?" Он готов измениться.

Третья причина, заставляющая людей желать перемен, заключается в неожиданном открытии, что они способны измениться. В этом состоит очевидный эффект транзактного анализа. Многие люди, не особо расположенные к изменениям, обратились к транзактному анализу, узнав о нем из лекций или бесед. Это знание пробудило интерес к новым возможностям, что привело их к дальнейшему поиску и усилению стремления к переменам. Существует, однако, и такой тип пациентов, которые страдают от собственного бессилия, но не желают изменяться. Они готовы заключить с психотерапевтом такой договор: "Я позволю вам помочь мне, если только мне самому ничего не надо делать". Однако эта негативная установка начинает меняться, как только пациент открывает для себя реальную возможность иного образа жизни. Знание и использование схемы Р-В-Д позволяет Взрослому освоить новые рубежи жизни. Стремление к этому имело место всегда, но было погребено под бременем неблагополучия.

Обладает ли человек свободой воли?

Способен ли человек измениться по своей воле, и если способен, то не являются ли и эти перемены результатом пережитых в прошлом воздействий? Обладает ли человек волей? Одна из наиболее серьезных проблем теории Фрейда — проблема соотношения свободы и причинности. Фрейд и большинство бихевиористов считают, что причинно-следственная зависимость, характерная для всей вселенной, распространяется и на человека. То есть события сегодняшнего дня могут быть объяснены посредством обращения к событиям дня вчерашнего. Если человек совершает убийство, мы, следуя фрейдистской ориентации, обращаем взор в его прошлое, дабы выяснить, что его к этому побудило. Мы придерживаемся того допущения, что обязательно существует некая причина или несколько причин, и лежат они в прошлом. Правоверный детерминист убежден, что поведение человека не свободно и является продуктом его прошлого. Неизбежным выводом отсюда является заключение, что человек не несет ответственности за свои поступки; по сути, он не обладает свободой воли. Это философское противоречие наиболее драматично проявляется в стенах суда. Согласно закону, человек должен нести ответственность. Однако детерминистская позиция, лежащая в основе большинства психиатрических теорий, заключается в том, что человек не может за себя отвечать вследствие влияния своего прошлого.

Нельзя отрицать, что и в самом деле следствия вызываются причинами. Ударьте кием бильярдный шар, и он ударит несколько соседних шаров, а те, откатившись, еще несколько. Вот вам наглядная иллюстрация цепочки причин и следствий. Монистическая позиция предусматривает, что подобный закон характерен для природы в целом. Однако опыт убеждает, что пережив описанную причинно-следственную коллизию и будучи снова собраны вместе, бильярдные шары остались тем, чем они были прежде, тогда как человек становится чем-то большим, чем раньше. Эволюционная история и житейский опыт свидетельствуют, что человек становится чем-то большим по сравнению с его предшественниками.

Уилл Дюран описывает, каким образом Анри Бергсон, французский философ XIX века, довел до абсурда идею детерминизма:

…В конце концов, является ли детерминизм более доступным пониманию, нежели свобода воли? Если настоящий момент не содержит в себе никакой возможности творческого выбора, а полностью механически проистекает из предыдущего момента, то и последний представляет собой механический результат момента, предшествовавшего ему, и так далее… до тех самых пор, пока мы не доберемся до первозданной туманности как некой общей причины всех последующих событий - каждой строчки Шекспира, каждого движения его души; каждое слово Гамлета и Отелло, Макбета и Лира, оказывается, родилось давным-давно в структуре этой легендарной туманности. Какая наивность! Здесь мы имеем достаточно оснований для протеста, и Бергсон высказал его столь резко именно потому, что нашел в себе мужество усомниться в том, во что даже скептики благочестиво веровали.

Ответ лежит не в опровержении причинно-следственной природы вселенной или человеческого поведения, а в поисках причины в чем-то еще, помимо прошлого. Человек поступает так, а не иначе, в силу определенных причин, но не все эти причины лежат в прошлом. Однажды в телевизионном интервью меня спросили, что, по моему мнению, побудило Чарльза Уитмена взобраться на башню Техасского университета и открыть оттуда стрельбу по людям внизу. После того, как были названы несколько возможных причин, мне был задан вопрос: "Почему же некоторые люди способны на такое, а остальные нет?" Это серьезный вопрос. Если мы придерживаемся мнения, что просто недостаточно знаем о прошлом человека, — значит, мы считаем, что ответ лежит в этом прошлом.

Однако между человеком и бильярдным шаром есть большая разница. Мыслящий человек способен заглянуть в будущее. Он подвержен влиянию причин иного порядка, которые Чарльз Харшорн называет "творческой причинностью". Элтон Трублад подчеркивает этот момент, указывая, что основания человеческого поведения лежат не только в прошлом, но и заключены в способности человека предвидеть будущее, оценивать вероятности:

…Человеческий разум функционирует, во многом опираясь на конечные причины. Это настолько очевидно, что кажется невозможным этим пренебречь. Тем не менее этим пренебрегает каждый, кто отрицает свободу и рассматривает причинность по аналогии с бильярдом. Конечно, бильярдный шар движется строго в соответствии с заданным направлением, но человек ведет себя абсолютно иначе. Человек — это создание, настоящее которого во многом определяется еще не существующим, но возможным будущим. То, чего нет, влияет на то, что есть. В итоге решения любой проблемы результат будет не просто следствием механического сочетания сил, что было бы справедливо для физического тела. Я мыслю, и большинство моих мыслей касается того, что еще только может произойти, если будут предприняты определенные шаги.

Ортега-и-Гассет определяет человека как "существо, заключающееся не столько в том, что оно есть, сколько в том, чем оно собирается стать". Трублад указывает:

… недостаточно сказать, что результат определяется именно чьим-то прежним характером, поскольку реальность такова, что подлинная новизна может появиться в самом акте мышления. Мышление в нашей повседневной практике есть не просто осознание действий, как гласят все эпифеноменологические доктрины, а представляет собой реальную и творческую побудительную силу. Когда человек мыслит, происходит нечто такое, что не может произойти иным путем. Это и есть самопричинность — реальная третья вероятность в знакомой дилемме.

Таким образом, Взрослый — это то, что заключает в себе действие, надежду и возможность перемен.

ГЛАВА 5. АНАЛИЗ ТРАНЗАКЦИИ

Я не понимаю своих деяний.

Св. Павел

Теперь, когда мы разобрались в терминологии, настало время перейти к методу: использованию известных нам понятий для анализа транзакций. Транзакция состоит из стимула, исходящего от одного человека, и реакции, следующей от другого. Реакция в свою очередь становится новым стимулом для первого участника и требует ответа. Задача анализа состоит в том, чтобы выяснить, какой компонент каждой личности – Родитель, Взрослый или Дитя – производит конкретный стимул или реакцию.

Существует много ключевых признаков, по которым стимулы и реакции могут быть расценены как исходящие от Родителя, Взрослого или Дитя. К ним относятся не только произносимые слова, но и интонации, жесты и мимика. Чем более искусны становимся мы в распознавании этих признаков, тем больше данных доставляет нам транзактный анализ. Нам нет нужды углубляться в материи прошлого, чтобы вскрыть записи, зафиксированные в Родителе, Взрослом или Дитя. Все это проявляется в настоящем.

Перед вами перечень вербальных и физических признаков каждой позиции.

Физические признаки Родителя: нахмуренный лоб, поджатые губы, указующий жест пальцем, суровый взгляд, топанье ногой, руки «в боки» или скрещенные на груди, заламывание рук, цоканье языком, вздохи, поглаживание другого по голове. Все это типичные жесты Родителя. Могут, однако, существовать и другие жесты, характерные для чьего-то конкретного Родителя. К примеру, если ваш отец, прежде чем отчитать вас за плохое поведение, имел привычку откашливаться и возводить глаза к небу, то эта манера, безусловно, будет и вашей собственной прелюдией к высказыванию Родителя, хотя это и может быть нетипично для Родителей других людей. Существуют также различия, обусловленные культурой. Например, американцы вздыхают на выдохе, а шведы — на вдохе.

Вербальные признаки Родителя: Я требую положить этому конец раз и навсегда, Ни в коем случае…; Запомни на всю жизнь…; (вообще, "навсегда" и "никогда" — это в большинстве случаев слова Родителя, закрывающие каналы восприятия новой информации); Сколько раз я тебе говорил?; Я бы на твоем месте…

Родителя можно идентифицировать по многим оценочным словам, критическим или одобрительным, поскольку они направлены на оценку другого человека, основанную не на суждении Взрослого, а на автоматической архаичной реакции. Примеры таких слов: глупый, капризный, нелепый, вызывающий, ленивый, бестолковый, бедняжка, сынок, лапочка (например, в устах заботливой продавщицы), держись, прелесть, ну-ну… Важно вспомнить, что подобные слова являются ключевыми, но не определяющими. Взрослый по зрелом размышлении может заключить, что согласно этической системе Взрослого некоторые вещи действительно являются глупыми, нелепыми, отвратительными и вызывающими. Два слова — "должен" и "следует" часто исходят от Родителя, но, как будет отмечено в главе 12, это могут быть и слова Взрослого. Именно автоматическое, бездумное произнесение этих слов сигнализирует об активности Родителя. В сочетании с мимикой, жестикуляцией использование этих слов в контексте транзакции помогает выявить Родителя.

Физические признаки Дитя: Поскольку ранние реакции Дитя на внешний мир невербальны, то и большинство признаков, которые и поныне характеризуют Дитя, относятся к физическим проявлениям. Все нижеперечисленное свидетельствует о вовлечении Дитя в транзакцию: слезы; дрожащие или надутые губы; высокий хныкающий голос; закатывание глаз или потупленный взор; пожимание плечами; передразнивание; бурный восторг или хохот; поднятая рука как просьба разрешения высказаться; кусание ногтей; ковыряние в носу; ерзанье; хихиканье.

Вербальные признаки Дитя: множество слов характеризуют проявление Дитя (наряду с тем, что таковыми выступают любые слова, произносимые в "сюсюкающей" манере): хочу; желаю; это не я (сделал); не мое дело; кажется; когда я стану старше; больше; больше всего; лучше; лучше всех (многие слова в превосходной степени происходят из проигрывания эпизодов детской игры "У меня лучше, чем у тебя"). Подобные слова направлены на то, чтобы произвести впечатление на Родителя и преодолеть неблагополучие.

Существует еще одна группа слов, которые постоянно твердят малыши. Но эти слова не являются признаками Дитя, они скорее относятся ко Взрослому компоненту маленькой личности. Это слова: что, кто, где, когда, почему и как.

Физические признаки Взрослого: Как выглядит Взрослый? Если затормозить воспроизведение видеозаписей Родителя и Дитя, то что останется на лице? Утратит ли оно выражение? Станет ли отсутствующим, безжизненным? Ф.Эрнст считает, что отсутствующее выражение лица не есть лицо Взрослого. Он отмечает: можно распознать, когда Взрослый слушает, по ряду характерных движений — лица, глаз, тела — а также по морганию каждые 3-5 секунд. Неподвижность означает, что человек просто не слушает. Эрнст указывает, что лицо Взрослого обращено прямо вперед. Если голова наклонена, значит человек слушает "с задней мыслью". Взрослый может позволить Дитя показать свое любопытствующее, взволнованное лицо.

Вербальные признаки Взрослого: как уже отмечалось, основные слова Взрослого — кто, что, где, когда, почему и как. А также другие: сколько; каким образом; по сравнению; верно; неверно; вероятно; возможно; неизвестно; очевидно; по-моему и т.п. Все эти слова выступают проявлениями процесса обработки информации Взрослым. Когда произносятся слова "по моему мнению", то мнение может проистекать от Родителя, но само утверждение принадлежит Взрослому, поскольку оно определяется как мнение, а не как факт. Высказывание "Я считаю, что старшеклассники должны иметь право голоса" — вовсе не то же самое, что утверждение "Старшеклассники должны иметь право голоса".

Располагая этими вспомогательными признаками, мы можем начать идентифицировать Родителя, Взрослого и Дитя в транзакциях, в которые вовлечены мы сами и другие люди.

Любая социальная ситуация несет в себе примеры всевозможных типов транзакций. Несколько лет назад во время длительного путешествия на автобусе, я занимал себя тем, что фиксировал схемы различных транзакций. Первым я отметил взаимный обмен Родитель—Родитель (рис.9), происходивший между двумя чопорными дамами. Они выстраивали целую философию вокруг вопроса о своевременном прибытии автобуса в пункт назначения. С глубоким сознанием своей правоты, подбадривая друг друга кивками головы, они вели долгий диалог, начавшийся с таких транзакций.

Первая дама смотрит на часы, заводит их, что-то бормочет, ловит взгляд соседки, тяжело вздыхает.

Вторая дама отвечает взглядом, устраивается поудобнее, смотрит на свои часы.

Первая дама: Похоже, мы снова опаздываем.

Вторая дама: Когда же это кончится?

Первая дама: Вы видели когда-нибудь, чтобы автобус пришел вовремя?

Вторая дама: Никогда.

Первая дама: Вот и я сегодня утром говорю Герберту — теперь уже не дождешься такого обслуживания, как прежде.

Вторая дама: Вы абсолютно правы. Это приметы нашего времени.

Первая дама: Хотя это и обходится недешево. Будьте уверены!

щелкните, и изображение увеличится

Это транзакции Родитель — Родитель, поскольку они осуществляются безотносительно к данным объективной реальности и представляют собой обмен оценочными суждениями, который эти дамы, будучи еще детьми, подслушали в разговоре своих мамочек и тетушек. Первая и вторая дамы перечисляют "ужасы" с гораздо большим энтузиазмом, чем если б они просто обратились к фактам. Это объясняется тем ощущением удовлетворения, которое приходит, когда находишь виновного и имеешь возможность его осудить. Осуждая, мы воспроизводим осуждение, зафиксированное в Родителе, и это дает нам возможность почувствовать себя о'кей, потому что Родитель — о'кей. Найдя кого-то, кто готов с нами согласиться и поддержать игру, мы ощущаем себя могучими.

Первая дама предприняла первый шаг. Вторая дама могла бы пресечь игру, ответив с позиции Взрослого на любое утверждение первой:

Первая дама смотрит на часы, заводит их, что-то бормочет, ловит взгляд соседки, тяжело вздыхает.

Возможные реакции Взрослого.

1. Не ответить взглядом, отведя глаза.

2. Просто улыбнуться.

3. В случае, если Первая дама выглядит действительно обеспокоенной: "У Вас все в порядке?"

Первая дама. Похоже, мы снова опаздываем. Возможные реакции Взрослого:

1. А который час?

2. Этот автобус обычно приходит вовремя.

3. А Вы что, раньше опаздывали?

4. Давайте спросим водителя.

Первая дама: Вы видели когда-нибудь, чтоб автобус пришел вовремя?

Возможные реакции Взрослого:

1.Да.

2. Я редко езжу автобусом.

3. Я никогда об этом не задумывалась. Первая дама: Вот и я сегодня утром говорю Герберту — теперь уже не дождешься такого обслуживания, как прежде. Возможные реакции Взрослого:

1. Не могу с этим согласиться.

2. Какого рода обслуживание Вы имеете в виду?

3. По-моему, уровень жизни столь же высок, как и прежде.

4. Не могу пожаловаться.

Такие альтернативные ответы исходили бы от Взрослого и не являлись бы дополняющими. Тот, кто получает удовольствие от игры "Разве это не ужасно?", не любит вторжения фактов. Если две соседки каждое утро с удовольствием предаются игре «Мужья - дураки», они едва ли примут в свой круг новую соседку, заявляющую, что ее муж — сокровище.

Таким образом, мы подходим к первому правилу коммуникации в транзактном анализе. Если на диаграмме Р-В-Д стимул и реакция представляют собой параллельные линии, то транзакция является взаимодополняющей и может длиться бесконечно. При этом не играет роли направление векторов (Родитель - Родитель, Взрослый -Взрослый, Дитя — Дитя, Родитель — Дитя, Дитя — Взрослый) покуда они параллельны. Диалог Первой и Второй дам не касался фактов, но был взаимодополняющим и длился около десяти минут.

Взаимному сладостному горю обеих дам пришел конец, когда сидящий впереди них пассажир спросил водителя, вовремя ли прибудет автобус. Тот ответил: "Да, в 11.15". Это также была взаимодополняющая транзакция водителя и пассажира на уровне Взрослый — Взрослый (рис.10).

щелкните, и изображение увеличится

Рис.10. Транзакция Взрослый - Взрослый

Это был прямой ответ на прямо поставленный вопрос.

В этом диалоге не проявились ни Родитель ("Какие у нас шансы успеть вовремя?"), ни Дитя ("Не понимаю, почему я вечно сажусь на тот автобус, который опаздывает?"). Это был спокойный обмен. Такого рода транзакция оперирует фактами.

Позади двух дам сидели двое других пассажиров, чье поведение служило иллюстрацией еще одного типа транзакции — Дитя — Дитя. Один — угрюмый парень с пушком на лице, с нечесаными волосами, одетый в пыльные черные брюки и черную кожаную куртку. Другой юноша был одет так же и всем своим видом намеренно демонстрировал безразличие. Оба были поглощены чтением одной и той же книжки в мягком переплете — "Тайны культа пыток". Если б такую книгу читали два священнослужителя, то можно было бы предположить, что они снабжают своих Взрослых информацией на экзотическую тему; но глядя на этих подростков можно было скорее допустить, что имеет место транзакция Дитя — Дитя, включающая то извращенное удовольствие, которое могут получать двое пятилетних мальчишек, отрывая мухам крылья. Представим себе, что юноши воспользуются почерпнутой информацией и найдут способ истязать кого-либо так, как это описано в книге. Взрослый будет к этому не причастен (так как нет осознания последствий), промолчит и Родитель ("Недопустимо совершать такое!"). Даже если транзакция завершится для них плохо (прибытием полиции, или появлением матери, когда пятилетние мальчишки мучают мух), все равно оба ее участника пребывают во взаимном согласии. Таким образом, это взаимодополняющий диалог Дитя—Дитя (рис. 11)

щелкните, и изображение увеличится


Страница сформирована за 0.75 сек
SQL запросов: 193