УПП

Цитата момента



Быть суеверным — не к добру.
Примета такая есть

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Биологи всегда твердили и твердят: как и у всех других видов на Земле, генетическое разнообразие человечества, включая все его внешние формы, в том числе и не наследуемые (вроде культуры, языка, одежды, религии, особенностей уклада), - самое главное сокровище, основа и залог приспособляемости и долговечности.

Владимир Дольник. «Такое долгое, никем не понятое детство»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d4103/
Китай

2. Либидо и агрессия

Итак, мы познакомились с двумя патологическими эпизодами: одним - из жизни девочки, другим - из жизни мальчика. Эти случаи были выбраны вследствие их ясной и доступной наблюдению структуры. Однако какого рода законами можно объяснить эти случаи?

Фрейд и ранние психоаналитики первыми заговорили о не отмеченных на психологической карте областях отверстий тела как о зонах первостепенной важности для эмоционального здоровья и нездоровья. Разумеется, их теории основываются на наблюдениях за взрослыми пациентами и, вероятно, стоит хотя бы кратко показать, в каком отношении наблюдаемый в психоанализе взрослый мог бы обнаружить сходство с тем, что мы видели у больных детей.

Невротическая «анальность» взрослого может, к примеру, выражаться в ритуальной сверхозабоченности функционированием кишечника под маской тщательной гигиены или общей потребности в абсолютном порядке, чистоте и точности. Другими словами, такой взрослый показался бы нам скорее антианальным, чем анальным, поскольку питал бы одинаковое отвращение как к длительной ретенции, так и к беспечной элиминации. Однако сами эти антианальные избегания заставили бы его в конечном счете тратить на анальные вопросы больше внимания и энергии, чем, скажем, обычного человека с умеренной склонностью к получению или отверганию удовольствия от физиологических отправлений организма. Конфликт относительно модусов ретенции и элиминации у анального пациента мог бы выразиться и в общей сверхсдержанности, в последующем твердо укоренившейся в его характере. Тогда бы он не в силах был раскрепоститься и раздавал бы свое время, деньги и привязанности (неважно, в каком порядке) только при бережном соблюдении ритуалов и в установленные сроки. Но психоанализ открыл бы, что такой человек, более или менее сознательно, лелеет особенно грязные фантазии и крайне враждебные желания полного устранения избранных лиц, прежде всего тех, кто близок к нему и по необходимости вынужден предъявлять требования на его внутренние сокровища. Иначе говоря, он бы показал себя исключительно амбивалентным в привязанностях и часто совершенно не подозревающим о том, что многие самочинные правды и неправды, которые стоят на страже его личных ограничений, составляют в то же самое время автократические попытки контролировать других. Хотя деяния его пассивной и ретентивной враждебности нередко остаются неузнаваемыми как для него, так и для намеченных жертв, его постоянно тянуло бы уничтожать, исправлять или искупать содеянное в действительности или в фантазии. Однако подобно нашей маленькой пациентке после ее попыток уравновесить забранное и отданное, он каждый раз обнаруживал бы себя в еще более глубоких конфликтах. И так же как она, такой компульсивный взрослый в глубине души упорно желал бы наказания, поскольку для его совести (а она у него очень строга), по-видимому, легче быть наказанным, чем питать тайную ненависть и действовать свободно. Легче, потому что эгоцентрическая ненависть сделала его не верящим в исправляющие свойства обоюдности. Таким образом, что у ребенка еще допускает разнообразное выражение и улучшение, у взрослого стало твердым характером.

В реконструированной ранней истории таких больных Фрейд регулярно обнаруживал кризисы, подобные продемонстрированным in statu nascendi [В состоянии зарождения, возникновения (лат.). - Прим. пер.] нашими маленькими пациентами. Мы обязаны ему первой последовательной теорией, которая систематически учитывала все трагедии и комедии, разыгрывающиеся вокруг «отверстий» тела.

Он создавал эту теорию, пробиваясь сквозь лицемерие и притворную забывчивость того времени, не выпускавших все «низшие» функции из области срама, сомнительных острот и больной фантазии. Фрейд был вынужден сделать вывод о сексуальной природе этих трагедий и комедий и решил описывать их именно как сексуальные. Он установил, что невротики и перверты не только инфантильны в своем отношении к ближним, но к тому же обычно ослаблены в генитальной сексуальности и склонны к получению явного или тайного удовлетворения и утешения от других телесных зон, помимо генитальной. Кроме того, их сексуальное недоразвитие и социальная инфантильность вполне систематически связаны с ранним детством и, в частности, со столкновением импульсов их незрелых тел и непреклонных родительских методов воспитания. Фрейд пришел к заключению, что в течение следующих одна за другой стадий детства зоны, обеспечивающие особое удовлетворение, наделялись либидо - стремящейся к удовольствию энергией, которая до этого получала официальное и научное признание в качестве сексуальной лишь с окончанием детства, когда становилась генитальной. Зрелая генитальная сексуальность, по Фрейду, есть конечный продукт детского сексуального развития, названного им поэтому прегенитальным. Таким образом, только что описанный нами тип компульсивного невротика Фрейду представлялся человеком, который, несмотря на откровенно антианальное поведение, был бессознательно фиксирован на (или частично регрессировал к) стадии детской сексуальности, названной анально-садистической. [Sigmund Freud, «Three Contributions to the Theory of Sex», in The Basic Writings of Sigmund Freud, The Modern Library, New York, 1938.]



Страница сформирована за 0.18 сек
SQL запросов: 190