УПП

Цитата момента



Любитель платит за то, чтобы заниматься любимым делом. Профессионал за занятие любимым делом получает деньги.
Я люблю получать деньги.

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Золушка была красивой, но вела себя как дурнушка. Она страстно полюбила принца, однако, спокойно отправилась восвояси, улыбаясь своей мечте. Принц как миленький потащился следом. А куда ему было деваться от такой ведьмы? Среди женщин Золушек крайне мало. Мы не можем отдаться чувству любви к мужчине, не начиная потихоньку подбирать имена для будущих детей.

Марина Комисарова. «Магия дурнушек»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера

Глава тридцать пятая. ВЕСЕЛЫЙ БАЗАР

С вечера Динка долго не могла заснуть и все придумывала себе всякие неудачи: то ей казалось, что Митрич возьмет у Леньки свою рыбу и поедет на базар сам, то она со страхом думала, что неожиданно появится хозяин баржи и о поездке уже нечего будет и думать…

Но все обошлось благополучно, и утром, после отъезда матери, на заборе появился долгожданный флажок. Динка схватила приготовленные еще с вечера сухари и мгновенно исчезла.

Когда Никич, поглядев на свои часы, зазвонил в свой звонок, Динка уже слезла с парохода и шла рядом с Ленькой по незнакомым улицам города. Ленька нес на плечах тяжелую корзину, а Динка ничего не несла и, забегая вперед, забрасывала мальчика вопросами:

- Мы раньше будем торговать, Лень, а потом пойдем на карусель?

- Раньше расторгуемся, - тяжело дыша, отвечал Ленька и останавливался, чтобы переложить корзину на другое плечо.

- А как мы будем продавать рыбу, Лень, - по десяткам или по пяти? А может, кто-нибудь даст нам весы и мы будем вешать?

- Кто же нам даст весы? По штукам будем продавать, Тут ведь разная рыба. Я и свою сверху положил, да вряд ли кто купит - все больше плотва у меня.

- А мы, Лень, давай подороже просить, чтобы побольше денег заработать, ладно?

- Какая цена у всех, ту и мы будем спрашивать. Да хоть бы так раскупили, чего уж тут думать - подороже! Рыбы на базаре много.

Динка замолкала, с любопытством оглядываясь по сторонам. Немощеные, кривые улички с деревянными домиками, непросыхающая грязь на дороге, покосившиеся ворота, лавчонки на углах… У одной такой лавчонки Ленька поставил на землю корзину и остановился передохнуть. Динка прочитала вывеску “Бакалейные товары” - и сунулась вслед за людьми в раскрытую дверь.

- Куда ты? - окликнул ее Ленька.

- Я сейчас… Только посмотрю.

В лавке теснились женщины и подростки. В спертом воздухе носился запах керосина и селедок. Под стеклом лежали конфеты в бумажках, высохшие тянучки и слойки. Толстая женщина шлепала на весы селедку и, обтерев руки о бумагу, вешала там же сахар, потом цедила из бочки керосин и считала деньги..

- Не дам, не дам! - сердито говорила она какой-то женщине в старом коричневом платке. - За вами и так долг с прошлого месяца…

Но женщина не уходила и, пропуская вперед других покупателей, стояла у прилавка, время от времени тихо повторяя:

- Да я отдам… Мне бы только крупички маленько…

Динка, сморщив нос, оглядела лавку, просунулась между покупателями к конфетам под стеклом и, не ощутив желания съесть хоть одну из них, вышла.

- Мне бы крупички… - донесся до нее уже в дверях голос женщины.

- Лень, там нищая просит… В лавке тоже, значит, стоят нищие? - со вздохом сказала она и пожала плечами. - Крупички ей надо…

Ленька поднял на плечи корзину и, ничего не ответив, потел вперед. Динка шла за ним и от нечего делать читала вывески. На одной лавке с большими стеклами половина вывески была оторвана, и на уцелевшей половине значилось: “закус…”

- Леня, что это за такой “закус”? - спросила она.

Но Ленька свернул за угол, и перед глазами Динки неожиданно открылась грязная площадь с телегами и распряженными лошадьми; повсюду валялись солома, огрызки недоеденных огурцов, гнилых фруктов и овощей. Между возами ходили люди, торгуя картофель и яблоки. Тут же продавались лопаты, грабли, табуретки, скалки и детские, выкрашенные в розовый цвет низкие колясочки с деревянными колесиками. Немного поодаль от возов теснилась масса народу, оттуда доносились звонкие голоса торговок и разносчиков.

- Вот и базар, - сказал Ленька. - Сейчас пройдем толкучку и прямо в рыбный ряд станем.

- А что это за толкучка, Лень? - опросила Динка, стараясь держаться ближе к товарищу; слово “толкучка” было чем-то связано с именем дедушки Никича.

Ленька, толкая всех своей корзиной, врезался прямо в толпу людей, которые сновали взад и вперед, держа на руках разное тряпье и выкликая покупателей:

- Вот, кто без штанов, подходи! Вот, кому одеяло! Продам недорого!

Некоторые, сложив в кучку свое тряпье, стояли тут же молча проходившие женщины и мужчины рылись в этом тряпье, встряхивая и разглядывая на свет.

- Что это они, Лень, с себя одежду продают, как наш дедушка Никич? - поинтересовалась Динка.

- Либо с себя, либо краденое… Тут и беднота, тут и жулики толкутся. Держись за меня, а то затрешься в толпу да еще потеряешься.

Динка со страхом вглядывалась в испитые, изможденные, а иногда и опухшие от водки лица и, протискиваясь за Ленькой сквозь толпу, крепко цеплялась за его штаны.

- Да ты держись за ремень! Порвешь штаны, кто отвечать будет? - недовольно говорил Ленька. Ой устал, на лбу его выступили крупные капли пота, руки занемели.

Они прошли птичьи ряды, где кричали и бились куры, которых хозяйки тащили прямо за ноги, головой вниз; прошли мясной ряд со столами, на которых было навалено горой мясо, а рядом стояли огромные пни, окровавленные и изрубленные сверху. Мясники рубили на них целые туши, с размаху опуская топор и брызгая на проходящих кровью и мелкими костями. Зеленые мухи целыми роями кружились над мясом и садились на лица покупателей.

- Фе… - затыкая нос и стараясь не смотреть, морщилась Динка.

Ей начинал очень не нравиться этот базар, от которого она так много ждала веселого. Она поднялась на цыпочки и окинула глазами площадь. По краям ее стояли лавки с посудой, на стойках шла бойкая торговля молочными продуктами, но везде была грязь и суета. Откуда-то доносились тянущие за душу голоса нищих, поющие голоса бродячих артистов, которые толклись в самом конце площади, около огромного шатра с бахромой…

“Это, наверное, и есть карусель”, - подумала Динка и нетерпеливо дернула Леньку за ремень:

- Давай уже продавать, Лень!

- Иди, иди, - пробурчал Ленька.

Наконец остро запахло рыбой, и по обеим сторонам неширокого прохода появились рыбные торговки. Они сидели прямо на земле, расстелив рядом с собой мешки и разложив на них свежую рыбу. У некоторых рыба была еще живая, она била хвостом и, выскользнув из рук продавца, падала под ноги проходивших; жабры ее тяжело поднимались и стеклянные глаза пучились…

Ленька выбрал бойкое местечко и встал в ряд. Поставив на землю корзину, он тоже расстелил чистый холщовый мешок и начал раскладывать рыбу: окуньки, стерлядки, щуки и караси.

- Куда влез на чужое место? Ступай, ступай отсюда? Ишь нахальный какой! - затрещала вдруг над ухом толстая тетка в засаленном сером переднике и с рыбьей чешуей на таком же засаленном ситцевом платке. - Я здеся кажный день торгую, меня, слава богу, покупатель уж не один год знает, а он расположился, гляди! Ступай лучше, а то как швырану корзину, так и хвостов не соберешь!

Динка испугалась и схватилась обеими руками за корзину, но Ленька спокойно сказал:

- Кто первый занял, того и место. Это вам не в театре, тетенька, здесь места не купленные. Вон напротив становитесь, коль охота, а я отсюда не пойду!

- Ох ты, сопливый эдакий! Еще будешь указывать мне место! - заорала торговка.

Но стоящий рядом с Ленькой мужчина, с большой рыбиной в руках, вступился за мальчика:

- Иди, иди отсюдова! Нечего свои порядки заводить! Раз занято место - так занято! Не опаздывай другой раз!

Торговка подхватила свою корзину, смачно плюнула и перешла в другой ряд, заняв место напротив.

- Вот рыба, рыба! - звонко закричала она, заметив подходивших покупательниц и ловко перекидывая с ладони на ладош, жирную рыбину. - Подходите, подходите, господа хорошие! Вот рыба, рыба!

- Ну, теперь и мы будем торговать! - весело сказал Ленька. - А то я эту бабу знаю - она страсть какая языкатая, всех покупателей отобьет!

Динка оглядела ряды и, увидев неподалеку бьющуюся в мешке рыбу, отвернулась.

- Ну, продавай скорей, - сказала она.

- Да кому продавать? Покупателей много, а рыбы еще больше… Что ты больно нетерпеливая! Насильно не всучишь ведь никому.

- А ты кричи, как та торговка!.. Смотри, она уже деньги получает! Что ты молчишь? Никто и не подходит к нам поэтому!

- Да погоди, ведь только что пришли. Чего торопиться? - уговаривал ее Ленька.

- Как - чего? А карусель? Там уже все перекатаются, пока мы продадим! Ну нет! Сейчас я буду… Вот рыба, рыба свежая, жареная, неописуемая! - упершись рукой в бок, заголосила вдруг Динка. - Подходите, подходите, господа хорошие! Вот рыбка сладкая, вкусная, рыбочка, рыбочка, окунек!

Ленька широко раскрыл глаза и, подавившись от смеха, упал около своей корзины.

- Вот рыбка жареная, пареная, неописуемая! - держась на одной ноте, голосисто выводила Динка.

В рядах послышался громкий смех и шутки. Торговцы через головы друг друга с интересом поглядывали на девочку.

- Ну, эта продаст!

- Эта всех перекричит! - добродушно шутили они.

- Вот рыбка сладкая, сахарная! - заливалась Динка.

- Заткни глотку-то! Ишь разоралась на весь базар, как на похоронах! - закричала торговка в сером переднике. Но Динка и глазом не повела в ее сторону:

- Вот рыбка свежая, румяная, сладкая, сахарная! Покупатели, привлеченные звонким голосом и небывалым перечислением всех качеств рыбы, смеясь, подходили к девочке.

- Ну, где твоя сладкая, сахарная рыба? - спрашивали они.

- Пожалуйте, выбирайте!.. Лень, получай скорей денежки!

- Погоди денежки, мы еще и рыбы не выбрали!

Ленька перекидывал карасей, окуней, щук.

- Вот что угодно, пожалуйте!

- Пожалуйте, пожалуйте, что угодно для души! - бойко помогала ему Динка.

- Ну давай! Уж больно хорошо ты зазываешь, - добродушно говорили хозяйки, укладывая в кошелки рыбу и отсчитывая деньги.

- Спасибо, на здоровье, не подавитесь костями! - весело провожала их Динка. - Вот рыбка не-о-пи-суемая! - затягивала она опять.

- Ох, не кричи, пожалуйста! Что уж это, прости господи, за крикунья такая! - ворчала пожилая женщина с кошелкой на руке. - Куплю, куплю, только замолчи ты хоть на минуту!

Динка замолкала, но через минуту, откашлявшись, начинала снова.

- Уйми ты ее! - кричала Леньке сердитая торговка, но Ленька не унимал, и рыбу охотно раскупали.

Мальчик прикладывал к каждому десятку по одной своей рыбке и был очень доволен.

- Ну, помолчи теперь. Осталось пять штук всего да один окунь. Я их домой возьму, сварю похлебку, - сказал Ленька.

- Не надо брать. Мы и так совсем провоняли рыбой! Сейчас продадим все! Вот рыба крупная, ядреная, с пыла жара, на копейку пара! - заголосила Динка.

Студент в поношенной шинели, с обросшим и небритым лицом вывернул запачканный табаком карман и, вынув оттуда две копейки, хрипло сказал:

- Купить не могу. Нет покупательной способности. А вот на леденцы тебе тут хватит. На, прочисти себе горлышко! - Он протянул Динке две копейки.

- Даром не берем! - важно сказал Ленька и, собрав оставшуюся рыбу, протянул ее студенту. - Нате вам за леденцы!

Студент вынул газету и, кивнув Леньке, сказал:

- Пожалуй, возьму. Я давно не ел горячего! - Завернув рыбу в газету и сунув ее в карман, студент поблагодарил и ушел.

- Задаром не бери ни от кого! - строго сказал Ленька и, бросив в корзину мешок, взял Динку за руку. - Теперь пошли на карусели!

За катанье на карусели брали недорого, и, посоветовавшись между собой, друзья решили для первого раза сесть вдвоем в санки,

Санки эти были расписные, красивые, с высокой резной спинкой и деревянным сиденьем. Динка подробно рассмотрела карусель, обошла кругом и удивилась:

- Лень, ведь это все вокруг столба крутится! И санки и лошадки! Они привязаны, что ли?

- А вон проволока-то сверху спускается! А эта крышка из парусины сделана, чтоб солнце не пекло!

- А не оборвется проволока?

- Нег, что ты! Здесь и взрослые катаются; это сейчас мало народу, одни ребята, а вечером погляди!

Народу действительно было мало. Лошади и санки на карусели ехали пустые, только на одной лошадке сидел малыш в новом картузе и, проезжая мимо отца, махал ему ручонкой.

- Держись, держись, Митейка, упадешь! - кричал отец и бежал вслед за сыном.

В отдалении стояла толпа ребятишек и с завистью глядела на пустых лошадок, на пустые санки, на счастливого малыша.

Когда карусель остановилась, Динка влезла в самые красивые санки, Ленька последовал за ней. Оба гордо возвышались на сиденье и ждали колокольчика, который означал отправление.

- Вот весело! - говорила Динка. - И кто это придумал, Лень, такие карусели?

- А кто придумал? Они, верно, давно уже тут стоят. Колокольчик зазвонил, и санки полетели по кругу.

- Лень, Лень! Мы вокруг света едем! У меня просто сердце проваливается куда-то! Давай так до вечера кататься! Но Ленька не выдержал и четырех кругов.

- Я слезу, - сказал он. - Мне эта крутня не нравится. У меня от нее в животе бурчит!

- У меня тоже бурчит. Ты думаешь, это от карусели? Тогда давай скорее слезем!

Очутившись на земле, они оба зашатались и сели прямо на траву.

- Как пьяные! - засмеялась Динка.

- И кто это придумал только! - с удивлением сказал Ленька. - Вокруг столба человека крутить… Сроду не сяду я больше на эту карусель! Пойдем лучше пошатаемся по базару да купим чего-нибудь поесть.

- Пойдем! - обрадовалась Динка.

Они пошатались по базару, купили крючки, хлеб, баранки, съели мороженого, послушали шарманку и человека, который стоял в черном плаще и, переделив свой рот ребром ладони на две половины, пел то мужским, то женским голосом.

“Приходите, милый мой, выпить чашку чая”, - пела одна половина его рта высоким, визгливым фальцетом.

“Нет, красотка, не приду, я сижу скучаю”, - отвечала другая половина густым басом.

- Зачем это он так делает? - удивилась Динка. - Пел бы просто!

- Так, верно, больше дают, интереса больше, - пояснил Ленька.

- Вот шоколады, мармелады, яблоки, тянучки! - выкрикивал разносчик с лотком.

Ленька купил две тянучки и дал их Динке.

- Одну съешь сейчас, одну на пароходе, - сказал он. - А мне не надо. Я без них обхожусь и сроду сладкого себе не покупаю.

Они снова пошли через толкучку; там как будто стало еще, больше народу. Ленька положил вырученные деньги себе на грудь и все время прижимал их рукой; Динка держалась за его ремень.

- Скандал в замке графа, невеста оказалась гусаром! - выкрикивал в самой гуще какой-то человек. - Скандал в замке графа, выпуск пять копеек!

- Смотри, Лень, выпуск пять копеек! Это, верно, опять Пинкертон какой-нибудь?

- Бог с ним! - сказал Лелька. - Мне что-то надоел он теперь.

- Ну и хорошо! Раз книга плохая, то нечего ее и читать! Еще и пять копеек платить! - рассудительно сказала Динка.

- Полезные советы для вспыльчивых людей! - грянул над ее головой чей-то голос. - Вот, покупайте полезные советы для вспыльчивых людей! Кто хочет изменить свой характер и избавиться от многих неприятностей, покупайте книжку! Всего три копейки! Три копейки полезные советы для вспыльчивых людей! - кричал, размахивая тоненькой книжкой, человек в рваном пиджаке и парусиновых брюках. - За три копейки вы можете изменить свой характер!

- Ой, Лень! Мне обязательно надо изменить свой характер! Купи мне эту книжку! - вцепилась вдруг Динка.

- Зачем это? У тебя хороший характер, - воспротивился Ленька.

- Нет, Лень! Я очень вспыльчивая! Купи! Всего три копейки!

- Покупайте, покупайте полезные советы для вспыльчивых людей!.. - выкрикивал человек в парусиновых брюках, подходя ближе и размахивая своей книжонкой над самой головой Динки.

- Дайте, пожалуйста, ваши советы! Лень, заплати! - крикнула Динка, протягивая руку к книжке.

Ленька нехотя отдал три копейки и спрятал книжку в карман.

- На пароходе почитаем, - сказал он.

На пароход они поспели только в четыре часа.

- Ох, Лень! Катя уже, наверное, уехала, а меня нет, и Алина волнуется!

- Ну вот! - недовольно сказал Ленька. - А я думал, раз матери нет, то ты сегодня вечером пойдешь со мной глядеть фейерверк!

- Это на Учительских дачах? Мы были один раз с Катей и с мамой. Так красиво! Но сегодня мне нельзя. Алина одна с нами, она будет волноваться, если я уйду. Да мне все равно нельзя так поздно уходить из дому. Нет, уж иди один!

- Ну, одному какой интерес!

Они уселись на корме, и Ленька вытащил купленную на базаре книжку.

- Читай с самого начала, - сказала Динка, придвигаясь к нему поближе и заглядывая на первую страницу. - Читай вот здесь!

- “Совет первый, - медленно прочел Ленька. - Если вы, охваченный со всех сторон гневом, обидели свою жену, то предложите ей небольшую эффектную прогулку, и отношения ваши уладятся…”

- Что значит “эффектную”? - озабоченно спросила Динка.

- Ну… значит, куда-нибудь подальше… - морща лоб, сообразил Ленька.

- А здесь сказано “небольшую прогулку” - это, значит, поближе, - возразила Динка.

- Ну, так или сяк - одним словом, куда она хочет, туда и веди ее.

- Это совет для взрослых, читай дальше, - сказала Динка.

Медленно, затрудняясь на каждом слове, Ленька прочел дальше.

- “Если вы, охваченный со всех сторон злобой, боитесь оскорбить любимую вами особу, то опустите голову в ведро с водой, и состояние ваше изменится…”

- Еще бы не изменится! - засмеялась Динка. - Вылезешь мокрая как мышь… Но это все-таки мне больше подходит, - серьезно добавила она.

- Чего там “подходит”! Ты смотри! А то сунешь голову в ведро и не вытащишь ее оттуда!

- Ну что ж, я так и буду ходить с ведром на голове, по-твоему?

- По-моему не по-моему, а этот совет не годится. Вот тут еще есть. “Если вы в порыве вашей злобы кого-нибудь обругали бранным словом и хотите это исправить, то заверьте его в своей полной искренности”.

- Это что же… непонятное какое-то, - сказала Динка, - Наверное, опять для взрослых. Читай дальше.

- Тут уже идет другое - вон написано: “Советы неудачным женихам”.

- Ну, читай, посмотрим, что это такое…

- “Если вам отказала любимая вами особа, то объявляйте всюду, что у нее одна рука короче другой, и когда ее женихи от нее отпадут, то сватайтесь еще раз…” - с трудом прочитал Ленька и закрыл книжку. - Мошенство все это!

- Нет, не мошенство, а как раз подходит. Не мне, конечно, а Малайке - вот кому! Потому что он никак не может упросить Лину выйти за него замуж, вот!

- Ну ладно! Их дело взрослое, а ты тут ни при чем… На-ко, спрячь свои советы, сейчас сходить будем! - Ленька вынул из-за пазухи тряпку, в которую были завернуты деньги, и весело улыбнулся: - Хорошо поторговали! Мятрич доволен будет!

Пароход, медленно поворачиваясь, подходил к пристани. Из трубы его вместе с черным дымом вырвался протяжный гудок.

- Приехали! - сказал Ленька и бросил боязливый взгляд на свою баржу. Но на ней никого не было.

Глава тридцать шестая. НЕУДАЧНЫЙ ПОДАРОК

Алина встретила сестру взволнованным восклицанием:

- Наконец-то! Где ты была?

Испуганная Динка наспех придумывала оправдание:

- Я очень далеко ходила… и очень ослабела…

- Ослабела?

- Ну да… теперь уже все прошло, ты не беспокойся. А разве Катя уже уехала? - с опаской спросила Динка.

- Конечно. Она и так задержалась из-за тебя. Я просила ее не говорить маме, что ты куда-то пропала. Ведь мама будет сидеть в театре как на иголках! - с упреком скачала Алина.

- Ну ничего, Алиночка, ты не сердись, ладно? Я сейчас только поем, а потом буду делать все, что ты хочешь, - заглядывая сестре в глаза, сказала Динка.

- Ой, какая ты! - покачала головой Алина, смягчаясь от покорного вида Динки. - Ну, иди поешь, а потом будем заниматься!

Но Динке захотелось окончательно успокоить сестру и задобрить ее подарком.

- Алииочка, я купила одну книжку, чтобы изменить свой характер… Это полезные советы, они стоят всего три копейки… Но мне пока только одно ведро здесь подходит. Хочешь, я подарю ее тебе? - спросила она, протягивая Алине свернутую в трубочку базарную книжонку.

- Ты купила книжку? - с удивлением спросила Алина. - Про ведро?

- Да нет! - засмеялась Динка. - Почитай лучше сама, тогда все поймешь! А я пойду к Лине, ладно?

Динка побежала на кухню. Алина разгладила измятую книжку и, открыв первую страницу, прочитала несколько строк, потом поглядела на обложку… Автора нигде не значилось Алина открыла наугад другую страницу и с удивлением прочла заглавие третьей главы:

“Семейные советы.

Если вы сильно провинились перед своей женой и не ждете себе скорого прощения, то притворитесь смертельно больным и оглашайте воздух тихими воплями, а также избегайте хорошего аппетита, и вы получите прощение…”

Алина пожала плечами и еще раз осмотрела обложку.

- Выпуск три копейки, - повторила она вслух и побежала искать Динку.

- Дина, Дина! Где ты купила эту книжку? - опросила она сестру, найдя ее за кухонным столом уплетающей свой утренний завтрак и обед. - Где ты купила эту книжку? - повторила Алина.

Динке захотелось повысить в глазах сестры ценность “полезных советов”.

- Я купила ее у одного учителя! - с гордостью сказала она.

- У учителя? - Алина снова бросила взгляд на обложку и решительно заявила: - Ты врешь! Никакой учитель не станет продавать такую чепуху. Говори правду!

- Я нашла ее в лесу, - испугавшись дальнейших расспросов, сказала Динка.

- А при чем тут учитель? - строго спросила Алина.

- Да это я просто так, для красного словца, сказала… Я нашла ее на Учительских дачах и думала, что потерял какой-нибудь учитель, потому что тут такие полезные советы… - окончательно завралась Динка.

- Ну, Дина!.. Находить такие книжки да еще приносить их в дом! Этого я от тебя не ожидала…

- Но ведь я же не знала, о чем тут написано! Я же принесла только показать! Брось ее в печку, Алина! Брось скорей!

- Нет, я покажу маме. Пусть мама знает, какие книжки находит ее дочка! - угрожающе сказала Алина и, держа злополучные “советы” двумя пальцами, направилась в свою комнату.

Закрыв на крючок дверь и устроившись в уголке постели, она внимательно прочитала все советы, тихонько фыркая в руку, а иногда и смеясь до слез. Некоторые, самые смешные, по ее мнению, она даже переписала для Бебы. Вдвоем они говорили о многом и знали гораздо больше, чем могли предполагать взрослые.

Окончив это занятие, Алина обернула книжку в бумагу, чтобы мама не испачкала рук, и сама тщательно вымыла руки с мылом.

“Это же три коп…” - повторяли они потом с Бебой каждый раз, когда им приходилось встречаться с величайшей глупостью или недостойный их внимания гимназист просил у них на память ленточки из кос.



Страница сформирована за 0.12 сек
SQL запросов: 169