УПП

Цитата момента



Ничто так не укрепляет веру в человека, как ПРЕДОПЛАТА.
Спешите делать взносы!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Я - герой. Быть героем легко. Если у тебя нет рук или ног - ты герой или покойник. Если у тебя нет родителей - надейся на свои руки и ноги. И будь героем. Если у тебя нет ни рук, ни ног, а ты к тому же ухитрился появиться на свет сиротой, - все. Ты обречен быть героем до конца своих дней. Или сдохнуть. Я герой. У меня просто нет другого выхода.

Рубен Давид Гонсалес Гальего. «Белым по черному»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера-2009

16. В ОЖИДАНИИ ПОЛЛИАННЫ

щелкните, и изображение увеличится В городке Белдингсвиле царило волнение. Никогда еще с тех пор, как Поллианна вернулась из санатория и стала ходить, не было тут так шумно в каждом дворике и на каждом углу. И виновницей опять стала Поллианна. Вновь ожидали ее возвращения, но теперь Поллианна была двадцатилетней девушкой. Шесть зим она провела в Германии, а шесть лет путешествовала по свету вместе с доктором Чилтоном и его женой. За все это время она только один раз навестила Белдингсвиль и провела в нем всего четыре недели. Тогда ей было шестнадцать лет. А теперь они с тетей Полли вернулись в Белдингсвиль, решив обосноваться здесь надолго.

Но доктор не сопровождал их. Полгода назад городок был потрясен и опечален вестью о внезапной кончине доктора Чилтона. После этого все думали, что миссис Чилтон и Поллианна сразу же возвратятся в свой родной дом, но они решили еще задержаться. Миссис Чилтон надо было оправиться от своего горя.

Чуть погодя по городу прошли слухи, что у миссис Чилтон очень плохо с деньгами. И, пожалуй, это были не только слухи. Несколько железнодорожных компаний, за счет которых существовало поместье Харрингтон, разорились в пух и прах.

Другие вклады были ничтожны. От имения покойного доктора доходы тоже были невелики. Он был небогатый человек и за эти шесть лет вконец исрасходовался. Так что новая весть, о том, что миссис Чилтон возвращается назад в Белдингсвиль, ни у кого не вызвала удивления.

И вот старое имение Харрингтон, заброшенное на долгие годы, вновь распахнуло окна и растворило двери. Снова в доме хозяйничала Нэнси - теперь все звали ее миссис Тимоти Даргин - она все отмывала и отчищала до блеска.

— Никаких указаний мне не давали, нет, нет! - поясняла Нэнси любопытным друзьям и соседям, которые толпились сперва у калитки, а потом, осмелев, вторглись во двор. - Конечно, у мамы были ключи, она время от времени заходила, следила за порядком. А тут приходит письмо, что они с мисс Поллианной пожалуют в пятницу и надо проветрить комнаты, постелить белье и оставить ключ под ковриком у боковой двери.

— Подумайте! - продолжала она. - Меня просто обидели. Можно подумать, что я позволю им, бедняжкам, распоряжаться тут одним после трудной дороги! Они уж думают, что я теперь стала сама такая госпожа, что не дам себе труда посидеть и подождать их! Господи, я больше никогда не увижу доктора, мир его доброму сердцу! И ведь они вконец разорены. Вы слышали про это? Какое несчастье! Я просто не могу примириться с мыслью, что мисс Полли стала просто бедной женщиной.

Но особенно доверительно и охотно Нэнси разговаривала с приятным юношей, у которого был твердый взгляд и необычайно обаятельная улыбка.

— Да, ты ведь виделся с ней. Расскажи мне про нее. В глазах Джона Пендлтона промелькнула хитринка:

— О, а я думал, что когда Поллианна станет взрослой, она не будет тебе нравиться.

— Она красивая?

— Ох уж эти молодые люди! - разочарованно вздохнул Джон Пендлтон. - Всегда у них первый вопрос - красивая ли?

— Но все-таки да или нет? - допытывался юноша.

— Ну уж об этом судить тебе, я здесь не судья. Наверно, ты будешь разочарован. Если тебе нужны идеальные черты лица, черные кудри и все такое, то ты, пожалуй, найдешь Поллиан- ну дурнушкой. Мне кажется, ее беда в том, что она убеждена в своей непривлекательности. Когда-то она мне говорила, что хочет заслужить себе в другой жизни черные кудри. А в прошлом году в Риме я слышал от нее кое-что еще. Разговор был про то, что она мечтает, чтобы кто-то написал роман, и пусть у его героини будут прямые волосы и носик с веснушками. Хотя она думает, что многим девочкам это не понравится.

— Как же я узнаю прежнюю Поллианну!

— Да она никуда не делась! - задумчиво улыбнулся Джон Пендлтон. - И потом я считаю, что она красива. У нее удивительные глаза. И она просто излучает здоровье. Она вся дышит юностью, весной, понимаешь? И когда она говорит, то так светится изнутри, что, право, становится безразлично, что у нее не такие уж правильные черты.

— Она все еще играет в свою игру? Джон Пендлтон ласково улыбнулся:

— Я почти уверен, что играет. Но она теперь не говорит об этом вслух. Впрочем, мы ведь с ней встречались всего три раза.

— Ты меня слегка встревожил. Понимаешь, ведь эта игра очень много значит для людей. В нее играет весь наш городок. И для меня просто невыносимо думать, что она ее бросила и больше не будет играть. С другой стороны, я не очень представляю себе взрослую девушку в такой роли… Увещевать каждого, чтобы он находил радость во всем. В общем, мне не нравится, что она стала взрослой.

— Я бы не расстраивался на твоем месте, - возразил старший собеседник. - Поллианна была для нас как очистительный ливень, и в метафорическом смысле, и в буквальном. Мне думается, что ее принципы крепко заложены в ней, хотя, может быть, она теперь ведет себя сдержаннее. Бедная девочка, теперь игра опять ей понадобится, чтобы выносить все тяготы жизни.

— Ты имеешь в виду, что миссис Чилтон потеряла деньги? Они теперь будут бедными, да?

— Да, они могут просто обнищать. Потому что им теперь не из чего делать деньги. Все вклады миссис Чилтон погорели начисто, а поместье бедняги Тома маленькое, и там тоже все обросло долгами. Раньше их могла поддерживать его профессия, но увы! Если бы он закончил одну свою работу в Германии, он обеспечил бы на всю жизнь и Полли, и Поллианну, но, увы, он не позаботился об этом.

— Да, я вижу, что дела плохи.

— И это еще не все. Через два месяца после смерти Тома я встречался в Риме с миссис Чилтон и Поллианной. Тетушка была в ужасном состоянии. К вдовству прибавился денежный крах - двойной удар! Она все повторяла, что не желает знать ни о Белдингсвиле, ни о его жителях. Она всегда была гордячкой, но сейчас это уже переросло в пунктик. Теперь ей кажется, что весь городок осуждал ее поздний брак с Чилто- ном, что никто не посочувствует ей в ее скорби и что все будут злорадствовать теперь, когда она разорена. Словом, она полна предубеждений, чаще всего необоснованных. Но бедная Поллианна! На ней будут теперь срывать зло. Вот когда ей самой больше, чем всем нам, понадобится ее игра.

— Какая жалость! Почему же это должно было случиться именно с Поллианной? - чуть не всхлипывал Джимми, и голос выдавал его.

— И этот их сегодняшний приезд! - продолжал Джон Пендлтон. - Тайком, без оповещения. Бьюсь об заклад, что это тетушкины причуды! Никто не должен встречать - и точка. Она и от Нэнси бы утаила свой приезд, если бы у той не было ключей от дома.

— Ну Нэнси-то все мне уже рассказала, добрая ее душа! И она уж постарается, чтобы дом не выглядел гробницей разбитых надежд и былых услад! Кони тоже будут хороши, их ведь купил старый Том, а он знает, как их содержать. Но все же мне отчего-то неспокойно.

Они оба замолчали, потом Пендлтон-старшии встрепенулся:

— Их непременно надо встретить.

— На этот счет ты не тревожься.

— Ты собираешься на станцию? -Да.

— А ты знаешь, каким поездом они приедут?

— Нет. Даже Нэнси об этом не знает.

— Как же ты будешь их встречать?

— Я посмотрю расписание. И буду подходить ко всем прибывающим поездам. Их не так уж и много. А Тимоти все время будет держать возле станции экипаж.

— Гм, мне нравится твоя энергия, мальчик. Еще чуть побольше рассудительности - и тебе улыбнется удача.

— Да, только бы пережить тяжелые дни, - печально пробормотал Джимми.

17. ПРИЕЗД ПОЛЛИАННЫ

щелкните, и изображение увеличится Поезд приближался к Белдингсвилю, а Поллианна с тревогой посматривала на свою тетю. Она заметила, что миссис Чилтон становится с каждым часом все более беспокойной и мрачной. И Поллианна уже боялась, что по приезде что-нибудь произойдет.

Поллианне больно было видеть тетю Полли такой, какой она теперь стала. Трудно было поверить, что всего за полгода в человеке может произойти такая перемена. Взгляд ее потускнел, щеки побелели и впали, лоб пересекали глубокие морщины. Уголки губ опустились, а волосы были уложены так же, как и в тот день, когда Поллианна впервые увидела ее. За годы замужества она сделалась мягкой и ласковой, но теперь от этого вновь не осталось следа. Опять это была та же тяжелая и вздорная женщина, как в те годы, когда она звалась Полли Харрингтон и когда никто не любил ее и она сама ни к кому не питала добрых чувств.

— Поллианна! - позвала она неприятным, резким голосом. Девушка повернулась к ней с виноватым видом. У нее было такое ощущение, что прочитали все ее мысли.

— Да, тетушка!

— Где моя черненькая сумочка?

— Вот она, тут.

— Найди, пожалуйста, мою черную вуаль, а то мы почти уже приехали.

— Ну зачем? Она такая плотная, а сегодня и так жарко.

— Поллианна, сделай то, о чем я тебя прошу. Чем меньше ты споришь со мной по каждому поводу, тем мне легче. Зачем давать возможность всему Белдингсвилю сокрушаться или злорадствовать, что я так плохо выгляжу?

— Тетушка, уверяю тебя, что никто тут не будет злорадствовать! - убеждала ее Поллианна, разыскивая в сумочке столь нужную тете Полли вещь. - И потом, кажется, никто не будет нас встречать. Мы ведь никого не уведомляли о своем приезде.

— Да, я в самом деле никого не просила нас встречать. Однако миссис Даргин я написала, чтобы она проветрила комнаты и положила ключ под коврик. Неужели ты думаешь, что Мэри Даргин примет информацию к сведению и удержит язычок за зубами? Какое там! Уже весь город оповещен о нашем приезде, и человек двадцать определенно ожидают нас на вокзале. Еще бы! Всем хочется увидеть, как выглядит бедная Полли Харингтон. Эти люди…

— Ах, милая тетя! - пыталась увещевать ее Поллианна, глотая слезы обиды за «этих людей».

— Если бы я еще не была так одинока. Если бы доктор был с нами и… - Она вдруг опомнилась, на лице появилась недобрая гримаса. - Где вуаль? - раздраженно спросила она снова.

— Вот же она, смотри! - Девушке хотелось теперь как можно скорее передать злосчастную вуаль из рук в руки. - Вот и наш городок. Хорошо бы нас встретили старый Том и Тимоти!

— Да, и все бы смеялись по дороге, какие у нас теперь рыдваны и клячи! И почем их у нас можно завтра купить! Нет, покорно благодарю. Мы возьмем казенный экипаж.

— Я все понимаю, но однако… - в этот момент состав остановился, пружиня и раскачиваясь, и фраза Поллианны повисла в воздухе.

Обе пассажирки сошли на платформу. Миссис Чилтон. скрывала свой взгляд под вуалью и сама старалась никуда не смотреть. А Поллианна без конца вертела головой, не успевая отвечать на приветствия. И вдруг она заметила в толпе одно знакомое, до странности знакомое лицо.

— Да ведь это Джимми! - воскликнула она, сердечно протягивая руку. - Правда, наверно, надо уже обращаться к тебе как к мистеру Пендлтону? - поправила она себя с застенчивой улыбкой. - Я вижу, что ты возмужал и похорошел.

— О, только не надо титулов! - И он улыбнулся совсем так, как улыбался в детстве. Потом он хотел заговорить с миссис Чилтон, но она все время шла поодаль и как будто не замечала обращенных к ней приветствий.

Юноша вновь обратился к Поллианне, взволнованный и полный сочувствия:

— Она, наверно, устала. Я позову Тимоти, он тут со своим экипажем!

— Ой, спасибо ему! - воскликнула Поллианна, но вдруг взгляд ее упал на мрачную фигуру и лицо, закрытое вуалью. - Тетя, милая, - говорила Поллианна, подбегая к миссис Чилтон, - Тимоти здесь. Он приехал за нами. А это Джимми Бин. Ты помнишь Джимми Бина?

Волнуясь и переживая, Поллианна не заметила, что назвала юношу его прежним, мальчишеским именем. Миссис Чилтон, однако, это заметила. Она неохотно повернулась и слегка наклонила голову.

— Мистер Пендлтон весьма любезен, - проговорила она бесцветным голосом, - но я сожалею, что он и Тимоти так обеспокоились.

— Да что вы, миссис Чилтон? - засмеялся юноша, стараясь скрыть свое замешательство. - Позвольте мне взять у вас квитанции, я пойду получу багаж.

— Спасибо, - отвечала миссис Чилтон все тем же тоном, - но, по-моему, мы могли бы…

Но Поллианна, повторив слово благодарности, уже достала квитанции и, с достоинством обратившись к миссис Чилтон, потребовала, чтобы та не говорила больше ни слова.

Весь путь они молчали. Тимоти, уязвленный тем, что его госпожа не выказала при встрече с ним никаких чувств, сидел впереди, выпрямив спину и закусив губу. «Да, поедем, детка, ничего не сделаешь, раз уж он изволил явиться», - прошептала недовольно тетя Полли и погрузилась в тягостное молчание. Поллианна тоже не произносила ни слова, но ее молчание носило совершенно другой характер. Жадным, хотя и полным слез взглядом девушка ловила все с детства знакомые мелочи, встречавшиеся ей на пути. Лишь однажды она обратилась к тете Полли:

— Правда ведь, Джимми очень хорош собой? Он с годами будет все красивее. Какие у него замечательные глаза и улыбка!

Она ждала, что тетя Полли заговорит с ней, однако не дождалась и сказала не то вслух, не то про себя:

— Все-таки он очень хорош!

Тимоти был весьма удручен встречей и в то же время страшно боялся заговорить с миссис Чилтон о том, что ожидает ее дома. Увы, открытые настежь двери, цветы на окнах и Нэнси, присевшая в реверансе у порога, - вот и все сюрпризы, приготовленные для хозяек дома.

— Нэнси, как все хорошо! - воскликнула Поллианна. - Тетя, видишь, Нэнси нас дождалась! И, смотри, какую красоту она везде навела!

Поллианна изо всех сил старалась создать радостное настроение, но дрожь в голосе выдавала ее. Вернуться в дом без доктора, которого она успела так полюбить, было очень тяжело для нее самой, а уж как это перенесла тетя Полли, нельзя даже выразить словами. А еще тетя Полли осознавала, какой развалиной она выглядит рядом с цветущей Нэнси, и это усугубляло ее душевную драму. И Поллианна догадывалась, что под черной вуалью скрываются полные слез глаза и дрожащие губы. Догадывалась она и о том, что тетя Полли будет искать малейшего повода, чтобы придраться и дать разрядку всей горечи, переполняющей ее разбитое сердце. Поэтому ее не удивили слова тети, обращенные к Нэнси сразу за приветствием:

— Все, что ты сделала, конечно, очень хорошо, но только лучше бы ты этого не делала.

Выражение радости сразу исчезло с лица Нэнси. Она выглядела обиженной и перепуганной.

— Но мисс Полли… То есть я хотела сказать миссис Чилтон, - поправилась она. - Как же я могла допустить, чтобы вы…

— Довольно, Нэнси. Оставим это. Я не хочу сегодня вести разговор. - И обычной своей гордой походкой она удалилась из комнаты. Через минуту Нэнси и Поллианна услышали, как поворачивается ключ в двери ее спальни на верхнем этаже.

Нэнси не знала что делать.

— О, мисс Поллианна, что же это такое? Скажите, что я сделала не так? Я ведь хотела как лучше. Мне казалось, я все устроила как надо.

— Ну конечно, - бормотала Поллианна, вытаскивая из сумочки носовой платок. - Вы тут навели такой идеальный порядок. Все просто восхитительно.

— Но ей не понравилось.

— Ей все понравилось, уверяю вас. Она только не хочет нам показать, что ей понравилось. Это навело бы на разговор о другом… Ах, Нэнси, как хорошо, что мне есть с кем поплакать! - И, припав к плечу миссис Даргин, Поллианна громко зарыдала.

— Ах, значит, ты думаешь, дело не во мне? - говорила Нэнси, одной рукой обнимая девушку, а другой нащупывая уголок фартука, заменивший ей носовой платок.

— Понимаешь, я не могла заплакать, пока она была тут. Мне тоже в первый момент было очень тяжело. Представляю себе, каково ей!

— Да, мое солнышко, - утешала Поллианну Нэнси. - И наверно, я чем-то ее взволновала.

— Нет, Нэнси, ты тут ни при чем. Это у нее такой характер. Она не хочет показывать, как ей невыносимо тяжело после смерти доктора. Ей легче всех настроить против себя. Она и со мной так. Я ее изучила с некоторых пор.

— Да, солнышко. - В ее лице еще было несколько суровое выражение, но слова звучали все теплее и ласковее. - Овечечка ты моя! Конечно, я все равно рада, что осталась. Ради тебя!

— Ну все, милая! Я уже успокоилась. Спасибо тебе. Прости, что я тебя задержала. Тебе ведь нельзя тут оставаться…

— Отчего же? Я, пожалуй, останусь, - фыркнула Нэнси.

— Но ты ведь теперь… Я хотела сказать, что у тебя Тимоти.

— Ну он согласится одну ночь побыть без меня. И, кстати, он просит сам, чтобы ради тебя я осталась в услужении.

— Нет, Нэнси, вот этого мы не допустим. Нам сейчас нельзя никого брать… Я начну работать. И пока положение не поправится, нам придется на всем экономить. Так говорит тетя Полли.

— Да что же ты думаешь, я возьму с нее хоть шиллинг? - Но, посмотрев на девушку, она оставила в комнате эхо своего протестующего возгласа и пошла переворачивать на противне кур.

Поужинав с Поллианной, миссис Тимоти Даргин согласилась все же, чтобы муж отвез ее домой, но попросила разрешить ей почаще наведываться и помогать.

Взойдя наверх к тете Полли, Поллианна застала ее в привычной теперь для миссис Чилтон позе - сидящей, закрыв ладонью глаза.

— Давай потушим свет, - предложила Поллианна.

— Как хочешь.

— Правда ведь, Нэнси все чудесно устроила? Миссис Чилтон не проронила в ответ ни слова.

— Где она только достала столько разных цветов? Она везде их расставила - и внизу, и в обеих спальнях!

Тетя Полли по-прежнему не проронила ни слова. Поллианна бросила на нее задумчивый взгляд, а потом продолжала воодушевленно:

— Я видела старого Тома, там, в саду. Его совсем скрутило. Ссутулился, как колесо. Он много про тебя расспрашивал.

Тетя Полли наконец повернулась к племяннице и растерянно посмотрела на нее:

— Поллианна, скажи, что нам теперь делать?

— Жить. Находить в жизни радость. - Поллианна почувствовала, однако, что теперь ее слова звучат не слишком убедительно.

— Ну повзрослей, Поллианна! Уже пора становиться серьезной. Это очень серьезный разговор. Что мы будем делать дальше? Ты знаешь, что доходы почти ниоткуда не поступают. Конечно, в доме есть кое-что из дорогих вещей. Впрочем, мистер Харт сказал, что сейчас я много не выручу от их продажи. Какая-то мелочь еще лежит на депозите, еще какая-то малость туда поступит, но опять же это будут гроши… Итак, остается дом. Но дом не подашь к столу и не наденешь на себя. И потом он чересчур велик для нас двоих. Продать его удастся разве лишь за полцены, если только не найдется кто-нибудь очень желающий.

— Нет, прошу тебя! Расстаться с этим прекрасным домом, полным замечательных вещей!

— Мне и самой жаль. Но ведь надо же нам с тобой что-то есть.

— Да, я знаю. И у меня, к сожалению, зверский аппетит. И я еще радуюсь тому, что я такая прожорливая.

— Тебе бы только радоваться! Лучше ответь, что нам делать! Хоть раз в жизни поразмысли серьезно.

Что-то сразу переменилось в облике Поллианны.

— Я сейчас думаю очень серьезно. Знаешь что? Мне надо начать самой зарабатывать на хлеб.

— Ну вот, надумала, нечего сказать. Дочь Харрингтонов пойдет сама зарабатывать свой хлеб.

— Ой, ну к чему эти предрассудки? Если дочь Харрингтонов не пропадет в беде, ты должна этому только радоваться. И потом беда - это вовсе не позор, тетя Полли.

— Ты, может быть, и права, но согласись, что мы занимали в Белдингсвиле известное положение. И после этого едва ли приятно сознавать, что мы сели в лужу!

Поллианна молча раздумывала о чем-то, уставясь в одну точку.

— Хоть бы был у меня какой-то талант! Если бы я что-то умела делать лучше других, - вздохнула девушка, - а то пою так себе, играю посредственно, шью, вяжу, штопаю не хуже, но и не лучше других. Все не на том уровне, чтобы можно было этим заработать. Между прочим, - заговорила она, помолчав с минуту, - я могла бы готовить или заниматься хозяйством. Помнишь, в Германии, когда Гретхен несколько дней к нам не приходила, я взяла на себя ее обязанности и у меня выходило совсем не плохо. Только я все же не пошла бы к людям кухаркой.

— Господи, только этого еще нам не хватало! - Тетя Полли вся передернулась.

— Но в то же время если я буду делать эти дела в нашем доме, то мы сэкономим на прислуге. Дайте попробовать. Все же хоть какая-то была бы от меня польза. Я, увы, не родилась человеком, который, как говорят, дорого стоит.

— Перестань говорить вздор, Поллианна! Если бы доктор… Поллианна вдруг вскочила со стула и закружилась по комнате:

— Тетя, ну не мучьте вы себя! Почему вы уверены, что за эти дни я не разовью в себе какой-то талант? И вообще, в создавшемся положении много увлекательного. Это так здорово - захотеть чего-то, а потом ожидать, как это постепенно приходит. А когда ничем не рискуешь и уверен заранее, что все у тебя есть, можно сделаться таким занудой! - И она весело рассмеялась.

Но миссис Чилтон по-прежнему было невесело. Она лишь вздохнула и снова сказала:

— Ну повзрослей же, Поллианна. В твои годы уже нельзя оставаться таким ребенком.



Страница сформирована за 0.74 сек
SQL запросов: 171