УПП

Цитата момента



Часто смеяться и много любить; иметь успех среди интеллектуалов; завоевать внимание к себе со стороны честных критиков; ценить прекрасное; отдавать всего себя чему-то; оставить мир после себя чуть-чуть лучше, хотя бы на одного здорового ребенка; знать, что хотя бы одному человеку на Земле стало легче дышать от того, что ты жил, — всё это значит преуспеть.
Ральф Уолдо Эмерсон

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Наши головы заполнены мыслями относительно других людей и различных событий. Это может действовать на нас подобно наркотику, значительно сужая границы восприятия. Такой вид мышления называется «умственным мусором». И если мы хотим распрощаться с нашими отрицательными эмоциями, самое время сделать первый шаг и уделить больше внимания тому, что мы думаем, по-новому взглянуть на наши верования, наш язык и слова, которые мы обычно говорим.

Джил Андерсон. «Думай, пытайся, развивайся»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d4469/
Весенний Всесинтоновский Слет-2010

«Финансовый стереотип»

- «Муж должен отдавать зарплату жене»

Очень популярный в России подход, который, безусловно, имеет право на существование. Но к сожалению, слишком часто он рассматривается не как одна из множества моделей, а как некая непререкаемая истина, которой необходимо следовать. «Конечно так, как же иначе?». «Так надо, так положено, так принято, так все делают». Бе-е-е-е…! Знакомая по примеру с трактористом логика. Однако если подойти к вопросу с осознанием, то выясняется, что «истина» отнюдь не столь очевидна и применима не всегда. Попробуем разобраться в ситуации.

Зачем мужчина отдает то, что заработал? Наиболее простых объяснений два. Во-первых, можно предположить неосознанное (реже - осознанное) следование сложившемуся стереотипу. Во-вторых, мужчина может так поступает из лени. Действительно, удобно перевалить все на жену. Отдал – и никаких забот. Пусть баба сама разбирается. Женщина же воспринимает это как само собой разумеющееся, нередко будучи уверенной в том, что деньги даются именно ей, как ее деньги, хотя в действительности они не ее, а семейные.

Осознанный же подход к делу требует соответствующего анализа. Поскольку в данном случае речь идет об управлении домашним хозяйством, то очевидно, семью надо рассматривать как хозяйственную единицу и, следовательно, должны учитывать все соображения, справедливые для хозяйственных единиц.

Первый тезис в этой связи обычно ни у кого не вызывает сомнений: руководить финансами должен тот, кто имеет наибольшую квалификацию в этой части – естественное и разумное требование, критерий, по которому должно происходить распределение обязанностей.

Если же жена требует, чтобы контроль над деньгами был исключительно за ней только на основании, что она – жена, то строго говоря, это называется дискриминацией по половому признаку. В данном случае дискриминации подвергается мужчина. Что недопустимо не только с хозяйственной точки зрения, но и с нравственной. «Дискриминации по расовому, религиозному, половому признакам, национальной принадлежности, политическим пристрастиям, физическим недостаткам, возрасту, семейному положению, по всем личностным аспектам» - следует избегать! - требует этика бизнеса [20;225], даже несмотря на то, что в среднем бизнес не может похвастаться высокими этическими стандартами, и не каждому бизнесмену ясен смысл понятий этики, нравственности, морали.

Действительно, если наша цель – эффективное ведение дел, в данном случае, обеспечение материального благосостояния семьи – а очевидно, такая цель может быть признана надлежащей, то в распределении ролей мы должны руководствоваться исключительно принципами профессиональной компетенции. Если вы назначаете человека финансовым директором своей фирмы, например, проявите ли вы интерес, насколько он сведущ в своей сфере? – Риторический вопрос!

Итак, с одним пунктом мы разобрались. Кто более образован, квалифицирован, опытен, нужно решать в каждом конкретном случае, смотреть по ситуации. И совершенно не обязательно семейными финансами заправлять жене.

Но допустим, жена оказалась человеком, которому вполне можно доверить ведение дел исходя из уровня профессиональной компетенции. Исчерпывается ли этим вопрос? Нет. В данном случае муж выступает в качестве источника финансовых средств, и он вправе знать, на что и как тратятся эти средства. Более того, необходим контроль той или иной степени скрупулезности.

В данном случае, внешне реализуется традиционный вариант ведения хозяйства, но по сути, жене делегируется право управления финансами. Значит, она является лицом подотчетным. Например. Часть денег выдана для того, чтобы гарантировать своевременное обеспечение дома провизией. Естественно и логично, муж имеет совершенно законное право спросить: не было ли нецелевого расходования средств, если было, то каковы обоснования таким действиям; потрачены ли средства рационально, наиболее оптимальным образом и т.п.

Разумеется, процедура контроля не должна доминировать, поскольку пропагандируемая нами модель семьи зиждется на союзе двух свободных людей. Тем не менее, и пренебрегать им не следует – ведь сколь бы ни было материальное бытие бренно и преходяще, оно предполагает известное внимание и почтение к себе.

В свете сказанного, ситуация, когда жена требует у мужа деньги, возмущаясь к тому же, что тот мало принес, выглядит кощунственной. Исходя из принципов равенства и социальной справедливости не жена должна говорить «Деньги давай!», а муж, выслушав подробный отчет о предыдущих тратах, должен спросить, на что требуются деньги, оценить целесообразность этих затрат, и убедившись, что они действительно необходимы и, предположительно, будут использованы оптимально, принять решение о финансировании данного мероприятия. Разумеется, сказанное справедливо и для обратной ситуации, когда семью финансирует не муж, а жена.

В плане области применения приведенных рассуждений нужно сказать, что они ориентированы на людей, зарабатывающих достаточно, но не слишком. Если есть серьезная нужда, или напротив, деньги некуда девать, обстоятельства будут иными: при нужде необходим строгий контроль трат, при избытке денег напротив, контроль не требуется – кому сколько нужно, тот столько и берет из тумбочки.

Кроме того, сказанное верно лишь при условии предпосылки, что каждый из супругов стремится следовать рациональным посылам, нацеленным на повышение эффективности семейного хозяйства. В противном случае, когда кто-то преследует иные цели – например, увеличения собственной власти, предложенная логика нарушается и будут целесообразны уже иные действия.

Практика показывает, что если семья организованно традиционно, за власть чаще борется жена. Что и логично, так как в такой модели у мужчины власть уже есть изначально, по определению, соответственно, стимул дополнительной борьбы за нее невелик. В случае попыток со стороны жены изменить расстановку сил мужу остается лишь держать в руках столь эффективный инструмент влияния, как материальное обеспечение. Ибо абсурдна ситуация, когда муж плачется, что жена не дала ему на что-то денег, им же заработанных!

Также, в наших рассуждениях остался в стороне аспект безопасности. Здесь имеется в виду следующее. Хорошо исходить из предположения, что партнер является порядочным человеком. Но в жизни так бывает не всегда. Порядочный сегодня, легко превращается в негодяя завтра. Поэтому, доверяя, нужно продумывать и конфликтную ситуацию. Как хороший вариант, здесь можно предложить использование брачного контракта, где будут в полной мере освещены имущественные вопросы. Кроме того, равный брак в значительной степени снимает эту проблему. например, делить при разводе квартиру легче, если супруги вместе на нее заработали, и труднее, если от зарабатывал тысячи долларов, а она щи варила.

Разбуженный светом, ожившим в окне,
Я вновь натянут одеяло;
Я прерванный сон об измене жене
Хотел досмотреть до финала.

И. Губерман

«Сексуальный стереотип»

 - Несколько слов о супружеской верности.

Опыт говорит, что такая тема особый интерес вызывает у обывателя, заставляя его насторожиться в предвкушении. Ведь практика бульварных газет показывает, что помимо криминальной хроники, наибольший интерес вызывают именно статьи, посвященные неприглядным сторонам частной жизни, раскрывающие факты, которые мало кто хотел бы обнародовать. И вот читатель смакует сальные подробности чужих измен и скандалов. «Ах! Он ей изменял!» - с придыханием восклицает лотошница, заглядывая в очередную сенсационную статью из жизни попсовых звезд.

Мы, разумеется, люди интеллигентные, такому отношению чужды, и говорить будем не об этом. Также, мы не станем освещать многообразные исторические перипетии и трансформации понимания того, что считать правильным в совместной жизни супругов, какие отношения между мужем и женой следует признавать надлежащими. Отметим однако, что проследить такие изменения от эпохе к эпохе и от культуры к культуре весьма интересно и познавательно.

Но на текущий момент наша задача проще - взглянуть на супружескую верность непредвзято - рационально, попытавшись по возможности вырваться за алые флажки стереотипов, укорененных в обыденном сознании.

В качестве отправного пункта выберем вопрос: почему сам физический факт измены одного супруга другому вызывает столь серьезное неприятие? Для упрощения задачи временно воздержимся от исследования понятия «измена», которое при внимательном рассмотрении обнаруживает существенную неоднозначность в своих возможных трактовках, и на время предположим, что обладаем ясным, интуитивно схваченным пониманием его содержания. Пока под изменой будем понимать минимально достаточную для идентификации этого явления фактуру - половой контакт на стороне.

Приступим к поиску возможных ответов на поставленный вопрос, избрав вектор рассуждений в направлении от общезначимых положений к более детальным.

Первым общезначимым положением будет следующее. Всем нам известно, что для совершения серьезного поступка человек обычно имеет основания, существенные по меньшей мере для него самого. Это верно для большинства случаев, когда субъект обладает адекватным мировосприятием. Выдвинутое положение обладает инверсией – с одной стороны, если у человека есть значимые основания для совершения определенного поступка, то при возможности он его совершит, с другой стороны, если он совершил некий поступок, то имел для этого значимые основания.

Сказанное столь очевидно, что вряд ли вызовет у кого-либо сомнения. Так, если нам известно, что Вася повесился, мы можем предположить существование субъективно значимых для Васи обстоятельств, сподвигнувших его на такой поступок. Обратное можно проиллюстрировать анекдотом: «Папа, я хочу пирожок! Сынок, я тоже хочу, но денег хватит лишь на бутылку водки!». Здесь из наличия достаточных оснований (вожделение водки) вытекает готовность к свершению поступка (купить ее несмотря ни на что). Какое отношение это имеет к нашему разговору? Самое непосредственное.

Если исходить из приведенных выше рассуждений, ответ на вопрос о том, почему же все-таки физический факт измены одного из супругов воспринимается столь отрицательно, сводится к признанию того, что сам половой контакт оценивается очень высоко, наделяется неоспоримой значимостью. Хотелось бы подчеркнуть сказанное.

Обычно, человек не склонный к размышлениям, не осознает картину происходящего в полной мере. Так, причины своего отрицательного отношения к изменам могут объясняться по-разному – «он меня не любит», «не уважает» и т.п. (а то и просто наблюдается звериная злоба). Однако важно понимать, что рассуждения подобного типа это интерпретация факта, который (в первом приближении) существует и без интерпретации. Факт – половой контакт на стороне – есть, о чем он свидетельствует – вопрос уже второй. Именно этот факт и является первопричиной для всех последующих действий.

Какие же возможны действия? Поскольку средний обыватель не изобретателен, несложно перечислить наиболее распространенные: развод, убийство, мордобой, скандал с яростными обвинениями, месть, отложенная по времени, а также всевозможные комбинации указанного.

Что мы имеем, если вспомнить изначальную постановку вопроса? На одной чаше весов лежит сам факт полового контакта, на другом – конец любви, развал семьи (что особенно сказывается на детях), смерть любимого супруга, причинение тяжких телесных повреждений (а значит, есть вероятность попасть в тюрьму) и прочее. При этом первая чаша перевешивает. Выходит, факт полового контакта оказывается столь значимым, что вполне способен привести к глобальным последствиям. Не много ли для вполне естественной и повседневной физиологической потребности? Да уж наверное многовато.

Большинством это даже если и не осознается, то по меньшей мере ощущается. Людей, которые из-за секса готовы пожертвовать семьей, счастьем своих детей, а иногда и собственным материальным благополучием народ всегда осуждает, причисляя, в зависимости от пола, к кобелям и шлюхам (извиняюсь за неаутентичность: в оригинале вместо слова «шлюха» используется другое слово). Правда «пожертвование» перечисленным из-за секса обычно понимается так, что кто-то неумеренно занимается сексом ради собственного удовольствия. Например, когда женщина настолько любит мужчин, что бросив детей на попечение родителей, сутками пропадает по квартирам своих ухажеров.

Если же быть логичным, и рассуждать последовательно, то нельзя не признать, что развод вследствие измены есть также принесение в жертву семьи из-за сексуального контакта, только не своего собственного, приносящего удовольствие себе, а чужого, приносящего удовольствие другим. Получается то же самое, что и в предыдущем примере. Из-за того, что муж с кем-то переспал, жена разрушает семью, оставляя детей без отца. Говоря прямо, человек, готовый на такие утраты из-за рядовой сексуальной встречи просто секс-маньяк, иначе его назвать нельзя, раз уж она имеет для него такую важность. И подсознательно ощущая несоразмерность причин и следствий, многие начинают изобретать всякие оправдания этой абсурдной ситуации.

Какие же наиболее популярные оправдания? Похоже, ответить на этот вопрос будет трудно. Интерпретаций море, отношение к измене разнится даже у людей одной социальной группы, со сходным уровнем образования и интеллектуальным потенциалом. Откровения практикующего психолога Н. Козлова рисуют занятную картину.

Так одна готова простить мужу только случайное увлечение, мимолетный секс, но не серьезный роман на стороне, другая – абсолютно с точностью до наоборот – лишь серьезный роман, но не разовую интимную встречу. При этом каждая считает себя умнее другой, а обе вместе думают, что умнее всех остальных. Ясно, что эти дамы апеллируют к разным интерпретациям. Таких разночтений много, к тому же ясно и корректно выразить свою позицию может меньшинство, а решается выразить - меньшая часть от этого меньшинства. Декларированные же отношения к этому вопросу зачастую грешат тривиальностью. Например: «Поймаю – убью на ….!!!».

Но тем не менее, есть популярные объяснения, среди которых одно особенно распространено среди дам: «Если он мне изменяет, значит он меня не любит (любит не меня, не только меня и пр.)» В этой связи вспоминаются глубокие мысли известного русского философа Н.А. Бердяева. Он безусловно разделял секс, как половое влечение и любовь как духовную потребность, ставя второе существенно выше первого. «Жизнь пола – безликая, родовая. В ней человек является игралищем родовой стихии. В самом сексуальном акте нет ничего индивидуального, личного, он объединяет человека со всем животным миром. Сексуальное влечение само по себе не утверждает личности, а раздавливает ее. Пол безлик, не видит лица… …Любовь – лична, индивидуальна, направлена на единственное, неповторимое, незаменимое лицо. Половое же влечение легко соглашается на замену, и замена действительно возможна» [2;137].

И правда, замена возможна. Ну нет жены – пошел к соседке, какая в принципе разница. Иное, если есть не просто желание секса, но любовь. Попробуй-ка замени любимую кем-нибудь еще. Не выйдет. Здесь уместно напомнить читателю мысль Карла Льюиса. «Как неудачна фраза: ”Ему нужна женщина”. Строго говоря, именно женщина “ему” не нужна. Ему нужно удовольствие, мало возможное без женщины. О том, как он ее ценит, можно судить по его поведению через пять минут. Влюбленному же нужна даже не женщина вообще, а именно эта женщина. Ему нужна его возлюбленная, а не наслаждение, которое она может дать» цит. по кн. [25;189].

Так что Секс и Любовь – вещи взаимосвязанные, но далеко не тождественные, и отождествить их не удается. Точнее, не удается без потерь. Ибо если полагают, что это одно и то же, то любовь как высокое понятие уходит. Хотеть в сексуальном смысле можно многих, но любить - лишь одну (одного). И когда один из супругов имеет интимные встречи с кем-либо еще, это не означает что он утратил любовь к своей «половине». Когда же с этим не соглашаются, полагая, что имеет место разрушение любви, то, сами того не осознавая, лишают ее прочного фундамента, опускают с небес на землю. Под фундаментом любви мы понимаем нечто, без чего она никак не возможна, разрушение чего приведет и к низвержению любви. И если раньше основой, первоначалом любви было духовное – если нет его, нет и любви, то теперь основой любви становится секс – поскольку оказывается в силах разрушить любовь.

Здесь можно высказаться и шире. Оттолкнемся от возражений сторонников традиционных подходов, утверждающих, будто сам половой контакт не особо важен. Будто бы, действительное значение имеют отношения – как то, любовь, доверие, надежность и прочее. Рассуждая рационально, с необходимостью приходишь к выводу, что приведенный выше тезис не является реальным возражением, поскольку суть его сводится к добавлению лишь еще одной ступени в предыдущие рассуждения. Схема нашей аргументации упрощенно выглядела так:

щелкните, и изображение увеличится

Возражение предполагает схему:

щелкните, и изображение увеличится

При этом говорится, что мы не правы, обвиняя в жертвовании семьей из-за секса. «Вовсе нет, возражают нам, семья рушится вследствие утраты любви, ухода светлых чувств, крушения надежд!». Удивительно, что отстаивающие эту точку зрения не понимают, что отстаивая ее, они тем самым только укрепляют наши аргументы. Ведь что стоит в самом начале цепочки – опять-таки, секс. Произошел случайный секс, и этого оказалось достаточно, чтобы разрушить любовь, изгнать светлые чувства, сокрушить надежды! Какой огромной силой он, однако, обладает!!! Событие, вызывающее такие последствия, не может не быть признано основным, первостепенным, претендующим на роль фундамента. Ведь если у дома разрушить чердак – дом не упадет, - не чердак его основа. Что можно подумать тогда о человеке, любовь которого рушится из-за секса? Что лежит в основе такой любви? Если секс способен разрушить крепкие отношения, откуда они проистекают? Могут ли вообще быть крепкие отношения на основе секса? Или это такой крепкий секс?

Подытоживая, скажем: в конечном итоге, главный довод радетелей верности все равно остается в сексуальной области, которая наделяется огромным значением. Мы с этим никак согласиться не можем. Половые контакты – вещь важная, необходимая, но не самая главная в жизни человека. Не стоит простую физиологическую потребность наделять судьбоносным статусом. Ибо тогда получается, что животные инстинкты доминируют в жизни человека.

В целом, отсутствие убедительной аргументации у наших критиков, по-видимому, проистекает оттого, что их позиция основывается не на рациональном рассуждении, а на внутреннем убеждении. Поэтому их представления легко опровергнуть, но трудно преодолеть. Тем не менее, не стоит отчаиваться. В каждой семье возможна выработка собственной, осознанной позиции по отношению к «изменам». Конечно, возможна она только в том случае, если практикуется разумное самоустроение бытия, а не бессознательная подгонка его под массовые клише.

Для домашнего климата ровного
Много значит уместное слово,
И от шепота ночью любовного
Улучшается нрав домового.

И. Губерман

ГДЕ И КАК ИСКАТЬ ОСНОВУ СЕМЕЙНОГО СЧАСТЬЯ?

Довольно дискуссионное рассуждение о стереотипах показывает, что достичь взаимопонимания непросто. Так как же все-таки нужно действовать, чтобы создать счастливую семью? Даже если не все зависит от нас, а что-то, например, от Бога, Судьбы и пр., то в какой степени мы можем приложить собственные усилия для построения своего счастья? И главное, куда их прикладывать?

В целом, представляется справедливой мысль, что путь к благополучию совместной жизни пролегает через выбор типа совместного бытия, подходящего для обоих супругов. На первый взгляд, все кажется просто. Но большинство людей почему-то возможностью выбора не пользуются.

Общая ситуация в отношении вопроса «Какую семью я хочу?» аналогична рассмотренной выше относительно вопроса «Зачем я вступаю в брак?». «Среднестатистическая осознанность» собственных действий невелика. Имеется и положительный момент, состоящий в том, что вследствие существенно меньшей широты вопроса, здесь возможна большая конкретика. Для ее реализации уточним начальные условия.

Под исходным вопросом имеется ввиду: какой семейный уклад, какие принципы, нормы и правила совместного бытия (в том числе, этические) хотел бы человек исповедовать, насколько он способен их воплощать, каков масштаб самоотдачи и самоограничения, вызываемый их воплощением, для него допустим. Говоря более «человеческим» языком, все вместе это и называется типом семейных отношений. Поэтому исходный вопрос кандидатов в супруги может быть сформулирован так: «Какой тип семейных отношений был бы для нас предпочтительным?». Поиски ответа на него порождают размышления: «Какие типы семейных отношений существуют?», «От чего они зависят?», «Насколько широки наши возможности (степень свободы) в выборе этих типов?».

В возможного безбрежном океане
Действительное — маленький Гольфстрим.

Н. Васильев



Страница сформирована за 0.63 сек
SQL запросов: 171