УПП

Цитата момента



Умение обращаться с людьми - это товар, который можно купить точно также, как мы покупаем сахар или кофе. И я заплачу за такое умение больше, чем за что-либо другое на свете.
Умный Дж. Д. Рокфеллер

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



«Твое тело подтверждает или отрицает твои слова. Каждое движение, каждое положение тела раскрывает твои мысли. Твое лицо принимает семь тысяч различных выражений, и каждое из них разоблачает тебя, показывая всем и каждому, кто ты и о чем думаешь, в каждое мгновение!»

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d542/
Сахалин и Камчатка

Мюнхгаузен

Тема для исследования: «Охотничьи рассказы»

Барон Карл Иероним фон Мюнхгаузен: «Как я поднял себя за волосы»

За основу взят оригинальный текст Григория Горина, немного подредактирован под реальный фильм. Текст Горина выделен жирным шрифтом. Итак,

Сначала был туман. Потом он рассеялся, и стала вид­на группа охотников в одеждах XVIII века. (Впрочем, охотники всегда одевались примерно одинаково.) Их не­доуменные взгляды были устремлены на высокого человека с веселыми глазами, в парике, с дымящейся трубкой в зубах. Он только что произнес нечто такое, от чего потрясенные охотники замерли с открытыми ртами.
Заметим, что люди часто слушали этого человека с открытыми от удивления ртами, ибо звали рассказчика барон Мюнхгаузен. Полное имя — барон Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен.

Мы застали его в тот момент, когда знаменитый рас­сказчик наслаждался паузой.

Get Flash to see this player.

Барон сидит в хорошо подобранной позе, с высокой головой и отставленным локтем правой руки, красиво занимая пространство. Он привык быть лидером, а лидерство обеспечивается и такими вот средствами пространственной организации общения.

  • Вы — умеете так сидеть? Вы такие локотки — делаете? Привыкли делать?

И — барон Мюнхгаузен держит паузу. Он тянет паузу, он держит собеседников на паузе — он привлекает к себе внимание. Это манипулятивный технический прием для подчеркивания важности того, что сейчас будет произнесено.

Теперь он может говорить любую туфту — и это прозвучит уже весомо и убедительно.

======================

Выждав театральную паузу, он изрек первую фразу:

Но это — еще не все!

Не все? — изумился один из охотников.

Не все, — подтвердил Мюнхгаузен. — Мы выстояли и ударили с фланга. Я повел отряд драгун через трясину, но мой конь оступился, и мы стали тонуть. Положение было отчаянным. Нужно было выбирать одно из двух: погибнуть или как-то спастись.

Ну… И что же вы выбрали? — спросил один из самых опытных охотников.

======================

Барон не торопится с ответом… Барон держит паузу, а это — манипулятивный захват… Заметим, народ — включился, народ — в ситуации (переводите — в трансовом состоянии средней тяжести). Что барону и требуется, что и говорит о его высокой манипулятивной квалификации.

======================

Потом его рука неторопливо потянулась к большому блюду с огненно-красной вишней, и, изящно выплюнув косточку,

  • Внимание со своего лица переключил на свою руку, потом снова к лицу — нормальный ход ведения внимания и поддержания слушателей в трансовом состоянии.

Кстати, что касается длины пауз. Если вы представите, что он держит паузу на пару секунд меньше, будет недобор, пять секунд больше — будет уже зависание и собеседники из захвата выпадут. Два-три выдоха — пора говорить, и начинать говорить надо на выдох свой и собеседников. Промазали — будет уже не смешно и не убедительно.

======================

он сказал: Угадайте!

  • Пауза. Мюнхгаузен жует. Ждет. Он дал распоряжение угадывать — народ должен выполнять сказанное. Один из охотников ищет поддержки у соседа (слуги Мюнхгаузена — помощи и поддержки нет… Впрочем,

Раздался общий вздох облегчения.

  • Мюнхгаузен — уже спаситель! Он спас народа от трудных переживаний и от трудного угадывания. А технически народу хорошо потому, что Мюнхгаузен разрядил напряженность — вовремя. Умело создал напряженность — вовремя разрядил. Практически ничего другого здесь нет.

Я решил спастись! — быстро продолжил Мюнхгаузен. — Но как? Ни веревки! Ни шеста! Ничего!

  • Чтобы народ вдруг не начал размышлять в ненужную сторону про то, что собственно выбор-то фуфловый и выбирать было нечего, Мюнхгаузен переводит обсуждение в новое русло: ставит новый вопрос «как спасаться?»

И тут меня осенило. — Мюнхгаузен радостно указал пальцем на свой лоб. — Голова! Голова-то всегда под рукой, господа! Я схватил себя рукой за волосы и рванул что есть силы. А рука-то у меня, слава богу, угу! сильная,

  • Воодушевление!

голова, слава богу, мыслящая…

  • глазки налево, глазки направо… Контроль аудитории.

Одним словом, я рванул…

  • резкое изменение интонации: сбой по темпо-ритму и переключка с бодрой активности на тянущее страдание…

и вытянул себя из болота…

  • Снова резкая смена интонации — как выплюнул косточку. Снова возвращение к контролю. Посмотрел тех… посмотрел этих…

…вместе с конем.

  • Добавочка. Глазами направо-налево контролирует ситуацию. Смотрит: укладывается или нет?

Снова наступило молчание.

======================

Что было? Барон рассказывал историю — для Олега Янковского это нормальный актерский этюд. У Янковского был некоторый текст, текст был выучен, в жизни такие тексты выдумываются — заранее или на ходу, и задача была что для барона, что для Олега Янковского произнести этот текст так, чтобы он остался в истории как классный рассказчик. Что он использовал? Эффектные позы, паузу, управление вниманием, ведущее к трансовому состоянию слушателей, риторические вопросы, на которые можно ответить практически однозначным (нужным рассказчику) образом. Богатейшие жесты, богатейшее выражение лица, глазами цепляет и держит аудиторию, ведет ее в нужном направлении…

Вы можете сделать это как упражнение: поставьте ладони вытянутыми и растопыренными пальцами вперед и представьте, что у вас из пальцев идут энергетические лучики… Представили? И вы ими достаете до каждого, все оказываются у вас на ниточках, и буквально все оказываются у вас в руках. Когда у вас будет в руках это ощущение, когда будете людям с этим ощущением в руках что-то рассказывать, — ваши слушатели будут у вас в руках. Мюнхгаузен внешне руками ничего не делает, но посмотрите, как он себя держит — вы можете быть уверены, что внутреннее ощущение «Я вас держу» у него есть.

Что касается выражения лица. Яркие и быстрые чередования мордочек характерны в первую очередь для женщин, мужчины умеют и практикуют это реже, и с этой точки зрения Мюнхгаузен — вполне женщина. А задача та же — привлечение и фиксация внимания, завоевание слушателей. Хорошо прочитали? — завоевание слушателей.

Слушатели — тут субъекты или объекты? Объекты, которыми манипулирует рассказчик.

======================

Вы утверждаете, — заморгал глазами один из охотников, — что человек может сам себя поднять за волосы?

Обязательно, — твердо сказал Мюнхгаузен. — Мыслящий человек просто обязан время от времени это делать.

  • Типичная манипуляция. Намеренно не понял собеседника и ответил не на тот вопрос, который был ему задан. Впрочем, с другой стороны это великолепная иллюстрация лидерской интерпретации: умения понять так, как тебе это выгодно, и далее продвигать нужную себе тему.

Ха… Чушь! — решил неуверенно сформулировать один из охотников.

  • Он говорит: «Чушь!» Вы уверены, что он в это не верит? Посмотрите на это лицо: он уже включился, он уже Мюнхгаузену верит, но еще пытается сопротивляться, пытается из-под Мюнхгаузена выкарабкаться. Но из-под Мюнхгаузена выкарабкаться непросто.

 — Невозможно. А где доказательства?

Я жив? … Вот так, — почти поучая, ответил Мюнхгаузен.

  • Это называется «обращение к реальности». Можно говорить все, что угодно, но если время от времени вы ссылаетесь на совершенно реальные вещи, имеющие по-видимости связь с тем, что вы говорите, то убедительность вашего рассказа существенно повышается. Связывайте несвязанное, и если хоть один из компонентов будет «твердым» («Я жив?») и вы утверждаете связку уверенно, связка работает. «Вон магазин, видишь? — Вижу. Сходи за хлебом!» — И он пошел.

======================

И обратите внимание: Мюнхгаузен стал отворачиваться отваливаться в сторону. Почему? Зачем? Он решительно закрывает беседу. «Все, я все сказал! Все, все ясно!» Он не советуется, он утверждает. Он делает это насильно, но красиво, изящно, и это принимают все.

Попробуем подвести промежуточный итог:

Какова типичная манера общения барона Иеронима фон Мюнхгаузена? — Это субъект-объектное, а не субъект-субъектное взаимодействие. Он не видит в партнерах людей, а только объекты, на которые нужно произвести нужное впечатление. Его общение не честное-открытое, а высоко-манипулятивное, с использованием натяжек, обманок, подмены тезисов, трансовых состояний и прочего неуважения к партнерам, вплоть до элементов психологического насилия… Идет постоянная работа на создание имиджа, на создание внешнего впечатления, на «казаться» (по Фромму и Шострому).

Если применять критерии Эверетта Шострома, барон фон Мюнхгаузен — типичнейший манипулятор. Помните? «Манипулятор — раб пагубной привычки притворяться и напряженно скрывать свои истинные намерения за фальшивыми масками. Манипулятор живет во вранье и превращает себя в машину, а другого человека — в неуважаемый объект, лишая себя возможности любви и близости…» И так далее.

Да?

Так-то оно так, только… Только главное, похоже, в другом.

А главное в том, что Мюнхгаузен — классный чувак и всеобщий любимец, а то, что он в классификациях Фромма и Шострома попадает в неудачную клеточку — это проблема не его, а научных психологов, которые просто не умеют делать то, что умеет Карл Иероним фон Мюнхгаузен!



Страница сформирована за 0.81 сек
SQL запросов: 169