УПП

Цитата момента



Любовь - это свобода. Привязанность - это рабство.
Впрочем, рабство может быть и сладким.

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Есть в союзе двух супругов
Сторона обратная:
Мы — лекарство друг для друга,
Не всегда приятное.
Брак ведь — это испытанье.
Способ обучения.
Это труд и воспитанье.
Жизнью очищение.
И хотя, как два супруга,
Часто нелюбезны мы,
Все ж — лекарства друг для друга.
САМЫЕ ПОЛЕЗНЫЕ.

Игорь Тютюкин. Целебные стихи

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/france/
Франция. Страсбург

Решение вопроса, в какой степени в жизни необходим самоконтроль, зависит от того, насколько рано началась работа по воспитанию инстинкта. Инстинкты, заложенные в психике детей, могут привести как к полезным, так и к вредным действиям, подобно энергии взрывчатых веществ, которая может служить разрушению и уничтожению, а может делать полезное дело. Назначение воспитания состоит в том, чтобы развивать инстинкт в таком направлении, где с его помощью получаются полезные результаты, и предотвратить его действие, когда он может принести вред. Если эта задача была выполнена в раннем детстве, то и мужчины и женщины, как правило, способны прожить жизнь с пользой, не прибегая к строгому самоконтролю, за исключением, быть может, кризисных ситуаций. Если же воспитание в раннем детстве сводилось к подавлению инстинктов, то в дальнейшем пробудившийся инстинкт мог бы привести к опасным действиям, если бы он не подчинялся самоконтролю.

Все эти рассуждения особенно хорошо применимы в отношении импульсивных сексуальных желаний, которые отличаются большой интенсивностью и которые традиционная мораль взяла под самую строгую опеку. Моралисты, по-видимому, убеждены, что если бы импульсивные сексуальные желания не сдерживались строгим самоконтролем, то они носили бы пошлый, безудержный и низменный характер. Мне кажется, эта точка зрения родилась из наблюдений над поведением тех мужчин и женщин, которые подвергались в детстве обычной методике подавления инстинктов, а затем пожелали дать себе полную волю. Но несмотря на то что все они попытались нарушить запреты, в их психике эти запреты по-прежнему сохранились. Ведь то, что мы называем совестью, т. е. беспрекословное согласие с принципами поведения, усвоенными и более или менее осознанными в ранней юности, заставляет человека почувствовать, что какие-либо запреты, пусть и подтвержденные традицией, являются результатом заблуждений, и это чувство останется, как бы интеллект не пытался убедить вас в обратном. Так в психике личности появляется раскол на инстинкт и интеллект, которые уже не идут, обнявшись друг с другом, но существуют порознь, – в результате инстинкт толкает человека к низости, а интеллект теряет всю свою силу.

В современном мире мы можем наблюдать более или менее интенсивные вспышки несогласия с традиционной моралью. Наиболее часто встречается случай, когда человек, сознавая необходимость и истинность этических норм, которым его учили наставники, тем не менее признает, что он, не имея ничего героического в своем характере, не может жить по этим нормам, хотя он до некоторой степени сожалеет об этом. Такому человеку ничем нельзя помочь, разве что посоветовать согласовать свое поведение с убеждениями таким образом, чтобы между ними наступило полное согласие. Имеются и такие случаи, когда человек сознательно отвергает всю прописную мораль, которой его пичкали в детстве, но она тем не менее нетронутой сохраняется в его подсознании. Если его психика испытывает какую-то сильную эмоцию, например, страх, он может внезапно изменить линию поведения. Серьезное заболевание, катастрофа, участником которой он был, могут вызвать горячую убежденность в правильности прописей, раскаяние и осуждение своих заблуждений, в которые его вверг интеллект. Но даже в самое обычное время его поведение лишено непосредственности, поскольку вопреки его воле запреты дают о себе знать. Запреты не мешают ему совершать поступки, осуждаемые традиционной моралью, но он не в состоянии дать себе при этом полную волю, и его поступки всегда оставляют у него чувство пустоты и бесцельности.

Замена старого кодекса морали новым произойдет тогда, когда принципы новой морали будут осознаны людьми не чисто формально, но тогда, когда они станут частью эмоциональной и духовной жизни личности. Для большинства людей это трудный процесс, поскольку они с детства усвоили принципы старой морали. Вот почему новую мораль надо прививать как можно раньше.

Нормы морали отношений между полами должны быть следствием основных принципов, относительно которых, вероятно, можно достичь согласия среди большинства людей. Но разногласия – и тоже среди большинства людей – сразу появляются, как только речь заходит о том, каковы будут последствия принятия этих принципов. Первый принцип, с которым почти все согласятся, состоит в том, что между женщиной и мужчиной возможна глубокая, искренняя любовь, благодаря которой происходит единство двух личностей, делающее и женщину и мужчину духовно богаче и лучше. Второй принцип заключается в том, что детям, рожденным в браке, должен быть обеспечен достаточно хороший уход, необходимый для их физического и психического здоровья. Ни один из этих двух принципов не вызывает ни у кого никаких возражений; однако возражения начинаются, как только мы перейдем к следствиям из этих принципов, которые я считаю необходимыми сделать, чтобы изменить нормы традиционной морали.

В действительности все обстоит таким образом, что большинство мужчин и женщин не способны – из-за разного рода табу, которые им вбивали в головы в детстве, – к всепоглощающему и благородному чувству любви. Здесь также сказывается как то, что у них нет необходимого опыта половых отношений, так и то, что они приобрели этот опыт втайне и в спешке или каким-либо неблаговидным путем. Кроме того, благодаря моралистам, оправдывающим чувство ревности, они следят друг за другом, словно тюремщик за заключенным. Разумеется, не исключено, что любовь супругов настолько полная и совершенная, что об измене не может быть и речи. Однако если факт супружеской измены налицо, то не стоит из-за нее устраивать сцены из мелодрамы. Кроме того, мало хорошего, если один из супругов враждебно относится к друзьям или подругам жены или мужа. Счастливая супружеская жизнь несовместима с чувством страха, запретами и взаимными подозрениями. Прекрасно, когда супруги верны друг другу, но если за верность заплачена слишком дорогая цена и в отношениях между супругами нет прежней искренности, то было бы лучше, если бы они были терпимее друг к другу. Несомненно, что подозрительность, не имеющая под собой оснований, делает брак несчастливым. Доверие друг к другу укрепляет брак и делает любовь супругов глубокой и долговечной.

Среди тех, кого считают образцами добродетели, мы видим довольно-таки пренебрежительное отношение к обязанностям родителей. Когда у супругов появляются дети, они должны сделать все возможное, – если потребуется, строго контролировать свое поведение, – чтобы их отношения стали гармоничными. Самоконтроль необходим не для того, чтобы предотвратить – как думают моралисты – неверность, но для того, чтобы отношения между супругами не омрачались ни ревностью, ни раздражительностью, ни желанием заставить все делать по– своему. Нет никакого сомнения, что вызывающие тяжелое чувство ссоры между родителями являются частыми причинами неврозов у детей. И если муж или жена не в состоянии настолько владеть собой, чтобы свидетелями их ссор не стали дети, то было бы лучше, если бы их брак распался. Не следует думать, что распад брака нежелателен с точки зрения будущего детей. Ведь лучше развод, чем неприятное зрелище – часто его свидетели – дети – громких криков, взаимных обвинений и иногда рукоприкладства.

Ни один разумный защитник новой морали не согласился бы с тем, чтобы бОльшая свобода отношений между полами сразу стала обычным явлением. Ведь тогда и взрослые, и подростки были бы отданы во власть импульсивных желаний, для подавления которых так много сделали защитники строгой морали. Необходим промежуточный этап, поскольку иначе родители воспитают своих детей на свой традиционный лад. В течение этого промежуточного этапа подрастающее поколение должно усвоить разумное понимание свободы. В противном случае она будет понята как тривиальная свобода делать что угодно по своей прихоти или просто от скуки. Такая свобода вела бы к половым излишествам, тогда как духовное рабство сохранялось бы по-прежнему. Инстинкт, над которым воспитатели проделали необходимую работу, дал бы лучшие результаты, чем вдалбливание в умы воспитанников кальвинистской доктрины о первородном грехе. Благодаря такому воспитанию исчезает возможность стать свободным в зрелые годы.

Одним из наиболее значительных открытий психоанализа стало открытие влияния на психическое здоровье личности запретов и угроз в раннем детстве. Чтобы избавиться от них требуются значительные усилия психоаналитиков. Это касается не только психически больных людей, ненормальное поведение которых очевидно для каждого, но это верно также относительно, на первый взгляд, вполне нормальных людей. Я убежден, что девять человек из десяти, прошедших в детстве через обычное воспитание, приобрели в результате такой образ мыслей и чувств, который лишает их возможности жить счастливо в браке и иметь нормальные половые отношения. К сожалению, изменить этот образ мыслей и чувств едва ли возможно, и лучшее, что можно им посоветовать, это не калечить своих детей с помощью воспитания, которое прошли они сами.

Еще раз хочу повторить, что у меня не было желания убедить людей в правильности доктрины вседозволенности. Напротив, я хотел убедить людей в необходимости не менее строгого самоконтроля, чем тот, который требуется обычными нормами морали. Только этот самоконтроль не должен быть направлен на стремление ограничить свободу другой личности и должен стараться держать в рамках собственную свободу. Я выражаю надежду, что правильные методы воспитания заложат уже в раннем детстве принцип уважения личности и принцип свободы других людей. Однако для тех, кто с детства был воспитан таким образом, что считал себя вправе накладывать veto на поступки других людей во имя добродетели, будет, без сомнения, трудно избавиться от желания доставить себе удовольствие преследовать тех, кто думает или поступает иначе, чем они. Вероятно, это даже невозможно. В то же время, очевидно, от такого желания будет легко избавиться тем, кто не воспитывался в духе строгой морали запретов. Сущность хорошего брака состоит в уважении личности супруга или супруги, дополненном глубоко интимными отношениями, которые затрагивают и физическое, и психическое бытие личности. Благодаря этим отношениям любовь между мужчиной и женщиной становится самым плодотворным среди всех достижений человеческой жизни. Такая любовь, подобно всему великому и бесценному, имеет свою собственную мораль и часто требует от любящего пожертвовать чем-то незначительным ради большого; если же эта жертва не была принесена добровольно, она разрушает самую основу любви, ради которой она и была сделана.


[1] Подготовленная развитием науки XVII–XVIII вв. и такими техническими изобретениями, как паровая машина и ткацкий станок, в середине XVIII в. началась промышленная революция. Охватив сначала Великобританию, она в течение XIX в. распространилась почти на все европейские страны и США. По сути дела, промышленная революция открывала стадию зрелого капитализма.
Карл Маркс (1818–1883) считал, что капитализм начался с так называемого «первоначального накопления капитала», необходимого для развития производства, а также в результате грабежа собственности феодалов и колониального разбоя.
Выдающийся немецкий социолог и историк Макс Вебер (1864–1920) в своей работе «Протестантская этика и дух капитализма» (1908) показал, что для развития капитализма имели громадное значение жизненные идеалы протестантов. Он особенно подчеркивал то, что именно рационализм мышления пуритан стал фундаментальным принципом капиталистического индустриального общества.

[2] Платон (427–347 до н. э.) в диалоге «Государство» создал утопический проект идеального государства, во главе которого стоят философы. Власть и порядок в этом государстве поддерживаются с помощью стражей , полностью подчиняющихся философам, под руководством которых они получают образование начиная с детского возраста. Дети, впоследствии будущие стражи, должны воспитываться в отрыве от семьи, чтобы сформировать у них те идеалы и жизненные установки, которыми они будут руководствоваться в своей – между прочим безвозмездной – деятельности на благо государства. Несмотря на явно утопический характер государства Платона, его идеи пытались воплотить в XX в. и Сталин, и Гитлер.
Однако главная мысль Платона была направлена на решение вопроса, какими должны быть отношения личности и государства. Этот вопрос не решен и по сей день.

[3] Фридрих Энгельс (1820–1895) в работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884), опираясь на фундаментальные труды американского антрополога и социолога Льюиса Генри Моргана (1818–1881) и английского антрополога Эдварда Бернетт Тайлора (1832–1917), показал неразрывную связь всех трех факторов. Он особенно подчеркивал роль семьи в развитии общества.

[4] Законы Советской России (РСФСР) в 20-е гг., когда была написана книга Рассела «Брак и мораль», давали возможность получить развод после того, как в ЗАГС было подано заявление о разводе. Эту ситуацию «легкого» развода блестяще описал М.М. Зощенко в рассказе «Свадебное происшествие». Однако если в суде было доказано, что у женщины родился ребенок от связи с данным мужчиной, суд обязывал последнего выплачивать алименты матери ребенка.

[5] Инфантисада, т. е. убийство только что родившегося младенца или сформировавшегося плода, практиковалась у некоторых диких племен из-за невозможности прокормить ребенка, а иногда – из ритуальных целей, как, например, у финикийцев, приносивших младенцев в жертву Молоху. Однако согласно Чарлзу Дарвину инстинктивное чувство любви к родившемуся ребенку было настолько сильным, что инфантисада была невозможна.
Интересно, что Джонатан Свифт (1667–1745) написал памфлет под названием «Скромное предложение, как сделать так, чтобы дети ирландских бедняков перестали быть бременем для своих родителей и страны и стали приносить пользу обществу» (1729). Памфлет был написан во время сильного голода, который был частым явлением в Ирландии. В то время как от голода умирали и дети и взрослые, владельцы больших поместий вели роскошную жизнь в Лондоне. В памфлете Свифт предлагает – причем аргументировано – употреблять мясо младенцев в пищу. Трагический сарказм Свифта действует на читателя сильнее любых обвинений.

[6] Хавелок Эллис (1859–1939) был сыном капитана дальнего плавания и получил образование в частной школе. Он провел четыре года в Австралии, работая там школьным учителем. После возвращения в Англию в 1879 г. он начал работать в больнице, а с 1881 г, стал изучать медицину и затем получил диплом врача. Семитомный труд Хавелока Эллиса «Исследования в области сексуальной психологии» вызвал возмущение викторианской общественности и был запрещен в Великобритании после выхода в свет первого тома. Его работа была издана полностью в США в 1897–1928 гг. До 1935 г. книги Эллиса были доступны лишь тем, кто получил медицинское образование. «Исследования» являются своего рода энциклопедией в области сексуальных отношений и биологии секса; здесь рассмотрены также психология сексуального поведения и отклонений от нормы. Эллис считал, что «сексуальная активность является нормальным и естественным выражением чувства любви». Он хотел с помощью своей книги рассеять страх и невежество, которые все еще живут в умах людей в вопросах отношений между полами. Хавелок Эллис был ярым защитником прав женщин.

[7] Бронислав Малиновский (1884–1942), поляк по происхождению, работал как этнолог и антрополог в США. Он получил известность благодаря своим трудам, посвященным жизни и быту туземцев Океании. В 1915–1916 и в 1917–1918 гг. он изучал жизнь туземцев Тробриандских островов вблизи Новой Гвинеи. Малиновский, один из наиболее известных антропологов XX в., является основателем социальной антропологии.

[8] Введенный Зигмундом Фрейдом (1856–1939), основателем психоанализа, термин Эдипов комплекс означает ревнивое чувство мальчика по отношению к своему отцу, в котором он видит соперника в любви к матери; то же самое можно сказать и о девочке, для которой соперницей в любви к отцу становится мать. Как это часто бывает, у Фрейда термин ведет свое происхождение от литературного произведения – трагедии Софокла «Эдип – царь», в которой герой убивает отца и живет половой жизнью со своей матерью не потому, что у него есть «комплекс», а потому, что такова безжалостная воля богов.

[9] Под викторианской эпохой понимают годы правления королевы Виктории (1837–1901). В течение этих шестидесяти четырех лет промышленность, культура и наука Великобритании достигли наивысшего расцвета. Что касается умственного развития женщин этой эпохи, то достаточно назвать такие имена, как Джордж Элиот (псевдоним Мери-Анн Эванс, 1819–1890) – писательницы, имя которой стоит в одном ряду с Диккенсом и Теккереем, писательниц Элизабет Гаскелл (1810–1869), Шарлотты Бронте (1816–1855) и ее сестер Эмили (1818–1848) и Анны (1820–1849). Среди женщин той эпохи было гораздо больше образованных – конечно, среди представительниц среднего класса, – чем в последовавшие затем сто лет.

[10] Разумеется, экономическая система изменилась не только из-за «нового понимания родства». Гораздо более важными были новые методы ведения сельского хозяйства, рост населения и появление новых орудий производства, в первую очередь плуга.

[11] В качестве примера домашнего тиранства со стороны свекрови достаточно вспомнить драму А.Н. Островского «Гроза».

[12] См. очерк Брпффо в цит. книге. С. 34.

[13] В государстве маори «луна была вечным и истинным мужем всех женщин. Согласно мудрым взглядам предков и старейшин, не так уж важен факт брака между мужчиной и женщиной – ведь истинный муж это месяц». Подобные взгляды существовали в разных частях света. В них, очевидно, отражен переход от стадии, когда идея отцовства была неизвестна, к се признанию. См.: Бриффо, Цит. соч. С. 37.

[14] Речь идет о реформе религиозного культа в Древнем Египте, которую пытался провести в жизнь фараон XVIII династии Аменофис (Эхнатон, ок. 1377–1358 до н. э.). Вместо древних тотемных богов он ввел культ бога Солнца, Атона, и перенес столицу из Фив во вновь отстроенный город Ахетатон, т. е. город Солнца. После его смерти консервативно настроенные жрецы, против которых и была направлена реформа, постарались стереть память о фараоне-вероотступнике. Что касается гражданской войны, то это явное преувеличение Рассела. В таком консолидированном обществе, как древнеегипетское, о гражданской войне не могло быть и речи.

[15] Сатурналии – праздник в честь бога земледелия древних римлян Сатурна, который отмечался ежегодно 17 декабря и позднее был передвинут на семь дней, т. е. совпал с днями зимнего солнцестояния. В дни праздника власти устраивали обеды за государственный счет, отпускались на волю рабы. Позднее, в императорскую эпоху, праздник совпадал со встречей Нового года и отмечался разнузданными оргиями, именно отсюда идет такое понимание этого слова.

[16] См. Бриффо. Цит. соч. С. 40.

[17] Ессеи составляли своего рода монашеский орден в древней Палестине (II в. до н. э. – I в. н. э.). Будучи евреями, они отрицали культы иудаизма и вместо них ввели свои обычаи: совместные трапезы, посвященные Богу, обряды очищения и др. Они жили в общинах, где не было права личной собственности. Главным центром их обитания был Кумран, где в середине XX в. были найдены новые библейские рукописи. О них писали Филон, Иосиф Флавий и Плиний Младший.

[18] Имеется в виду возникший в Древнем Иране в I тыс. до н. э. зороастризм, согласно которому богу-правителю нашего мира Ахурамазде (букв, мудрый бог) противостоит Ахриман (бог зла, царь тьмы). Материя находится во власти Ахримана (бога тьмы).

[19] Хотя в 20-е гг. XX в. попытки заработать на чувственности были еще не так заметны, но они все– таки давали о себе знать. Рассел пишет об этом в главе VIII.

[20] Эдуард Вестермарк (Westermark Е.А., 1862–1939) – финский социолог, антрополог и философ, преподавал в 1890–1906 гг. в Хельсинском университете и в 1907–1930 гг. в Лондонском университете. Известность пришла к нему после выхода в свет книги «История брака» («The History of Human Marriage», 1891), в которой он доказывал, что даже в примитивных обществах брак был моногамным. Главным его трудом является книга «Происхождение и развитие моральных идей» («The Origin and Development of Moral Ideas», 1906–1908).

[21] Первое послание к Коринфянам. Гл. VII, ст. 1–9.

[22] Первое послание к Коринфянам. Гл. VII, ст. 32–34.

[23] Havelock Ellis. Studies in the Psychology of Sex. Vol. IV. P. 31.

[24] Лекки, Уильям Эдуард (Lecky, 1838–1903) – ирландский историк, известный своими трудами по истории Англии XVIII в. и по истории Ирландии. Цитата, приводимая Расселом, взята из двухтомного труда «История нравов в Европе» (1869).

[25] См. Там же. Vol. II. Р. 339–341.

[26] Westermarck. History of Human Marriage. P. 170.

[27] Иеремия Бентам (Bentham Jeremy, 1748–1832) – английский юрист и философ. Согласно Бентаму, основной принцип морали и законности заключается в максиме: «наибольшее счастье для наибольшего числа людей». Бентам пытался рассмотреть принципы и функции законодательства с точки зрения логики и здравого смысла. Оказал большое влияние на проведение административной реформы, на гражданское и уголовное право Великобритании. Считал, что главная цель юриспруденции – добиться соединения законности и справедливости.



Страница сформирована за 0.11 сек
SQL запросов: 171