УПП

Цитата момента



Как называется манипуляция, проводимая во имя целей другого человека?
Ответ: мотивация.
Если вы уже замотивированы — проверяйте!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



«Твое тело подтверждает или отрицает твои слова. Каждое движение, каждое положение тела раскрывает твои мысли. Твое лицо принимает семь тысяч различных выражений, и каждое из них разоблачает тебя, показывая всем и каждому, кто ты и о чем думаешь, в каждое мгновение!»

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d542/
Сахалин и Камчатка

А.П. Егидес

Аркадий Петрович Егидес.
Во всем виноват имидж

Меня интересует имидж тех, кто исповедует, реализует и проповедует эксплуатацию. Но сначала о ее сути. Начнем с того, что эксплуатация – антитеза всем принципам гуманистической психологии: субъект-субъектност и, самоактуализации, психологии бытия, справедливости, честности, эмпатии, действенной групповой эмоциональной идентификации, кооперации, добротворчеству, диалогичности, субъект-субъектной персонализации.

Эксплуатация имеет множество ипостасей. Коррупция, похищения людей, воровство, грабеж, мошенничество (включая финансовые пирамиды), обман дольщиков, многоуровневый маркетинг. Не забудем наркобизнес и фальшивомонетчиков… Последнее время все чаще обсуждаются социальные механизмы предотвращения названных и им подобных явлений. Каждого в отдельности. Вот взялись за контрафакт. За дедовщину. За нарушения прав иммигрантов… Но было бы заманчиво узреть корни всех этих бесчинств. И придумать что-то, чтобы пожухла вся ядовитая «листва». Рискнем выдвинуть гипотезу: сущностно одинаковым здесь является то, что один человек получает благо для себя за счет другого человека. Так что гоняться за отдельными листочками почти бессмысленно. Останутся корни – листва восстановится. А если устранить потребность получать благо за счет другого, то не потребуется по отдельности ставить преграды на пути каждого из зол. Надо работать с мотивами. В данном случае со стремлением несправедливо получать те или иные блага за счет другого. Но важно еще понять, что чаще всего это результат эксплуатации труда этого другого.

Политологическая литература насыщена разговорами об эксплуатации. Но термин «эксплуатация» - стихийный, неоднозначный и требует уточнений. Начнем с того, что обратимся к термину А. Маслоу самоактуализация. Стало привычным расшифровывать его как реализацию творческого потенциала личности. И на этом ставится точка. А лучше поставить запятую и продолжить рассуждение. Физически и психически здоровый взрослый человек, реализующий свой творческий потенциал, может жить за свой счет. Так было с Робинзоном Крузо: он потреблял то, что сам произвел. Но можно взаимодействовать с другими людьми и вступать в справедливый обмен без обмана… Это тоже – жить за свой счет. Можно гармонично сочетать удовлетворение потребности в самоактуализации с другими потребностями, не жертвуя ничем, но и не принося в жертву интересы других. Человек никого не эксплуатирует. Он самодостаточен. Он сознает свою полноценность. У него адекватно высокая самооценка. И он удовлетворен жизнью.

При творческом подходе к делу труд становится менее тяжелым, возникают накопления. Но накапливать лишнее, даже если ты сам его произвел, а мог бы поделиться с нуждающимися, – неразумно. Похоже на хомяка. Такие накопления, говорил Иисус Христос, погубят «ржа и моль». А по Фромму, даже законные и морально не преступные, но явно избыточные, накопления, означают не «быть», а «иметь» (он допускал только экзистенциальное обладание).

Когда человек не только живет за свой счет, но и дарит излишки плодов своего творчества людям, говорят о благородстве. Если же человек жертвует чем-то ради кого-то, можно говорить о большей степени благородства. Если он жертвует собою, то можно говорить о героическом благородстве. Греция дала Прометея. История христианства насыщена примерами мученичества. Полна случаями жертвенности Великая отечественная война.

Итак, справедливый человек отказывается от эксплуатации чужого труда. И это главное, что формирует его имидж. Он получает положительную оценку со стороны общества. А благородный – еще и признательность за благородство.

Так бы и вкушать райское нравственное блаженство. И никаких тебе коллизий, если бы мечта о мгновенной всеобщей справедливости (хотя бы по минимуму) не была бы иллюзией. Принцип справедливости и благородства соблюдается редко. Вместо этого часто мы видим попрание справедливости - эксплуатацию других людей во имя удовлетворения своих биологических и властных потребностей. Абрахам Маслоу поместил эти потребности в нижней части своей пирамиды потребностей… В нижней - это «в базовой»? Но весь контекст высказываний Маслоу - за толкование нижней части как «низменной». Я продолжу мысль Маслоу в парадоксальном ключе. Человек может реализовывать свой творческий потенциал (возвышенную часть души) для изобретения изощренных форм эксплуатации, то есть для удовлетворения низменной части. Но такую «самоактуализацию» не поместишь на пике пирамиды Маслоу.

Часть форм эксплуатации перечислена выше. Но, если идти в глубь истории, то надо назвать и рабовладение, и сбор дани русскими князьями, и российское крепостное право до 1861 г. А позже - классический капитализм с его прибавочной, по Марксу, стоимостью. Ставилось условие: я тебе - заниженную плату, а ты мне - твой полноценный труд на моих орудиях и средствах производства. Не хочешь – найдутся другие. То есть создается рынок с переизбытком рабочей силы и дефицитом рабочих мест. Обеспечив таким образом безработицу и конкуренцию среди наемных рабочих, им и можно недоплачивать. Уточним: не любой наемный труд чреват эксплуатацией. А именно такой, при котором извлекается прибавочная стоимость. Все дело в частной собственности на орудия и средства производства. Тем, кто думает, что эти мысли идут с Запада, напомним, что почти то же самое в других терминах говорил один русский писатель. «Русскее» и не бывает: Лев Николаевич Толстой… Дамы и господа, перечитайте «Так что же нам делать?».

Эксперимент коммунистов не удался. Что воцарилось после «Великой октябрьской революции»? Колхозное крепостное право. Колхозники не имели паспортов и не могли свободно передвигаться по стране. Их заставляли работать за трудодни, которые оплачивались по заниженным нищенским расценкам. В городах при государственной собственности на орудия и средства производства при наличии паспортов и формальной свободе передвижения по стране, но при запрете на выезд из страны назначалась тоже резко заниженная зарплата наемным работникам. А не работать было нельзя – сажали за «тунеядство» (это ввел «правдолюбец» Хрущев). Так что при власти КПСС прибавочная стоимость тоже, увы, была.

Что же сейчас? Опять прибавочная стоимость. Использование «не прописанных» гастарбайтеров с еще большей недоплатой и бесправием по сравнению даже с униженными «прописанными» россиянами. Эти прелести дополняются рэкетом, рейдерством, убийствами и поджогами для завладения имуществом. Около крупных эксплуататоров крутятся-кормятся и высоко оплачиваемые наемные работники (охранники, бухгалтеры, компьютерщики…) Они тоже эксплуататоры, даже если не свершают противоправных действий. Так что, так или иначе, многие вовлечены в эксплуататорскую сеть. Проблема эксплуатации, таким образом, сложна. Понятие эксплуатация теряется в экономическом тумане.

Ради системности констатируем, что эксплуатировать можно не только отъемом результатов труда, но, и психологически: авторитарность, манипуляция. Да, эксплуатация может принимать лик манипуляции, то есть скрытого психологического воздействия в ущерб партнеру и в выгоду себе (при этом ущерб и выгода могут быть психологическими и опять же материальными). Манипуляцией можно назвать и религиозные воздействия, когда психологические эксплуататоры (тот же Бен-Ладен) посылают на смерть других людей вроде бы даже и не для себя, а для идеи (не сами идут, а посылают). Прямая материальная эксплуатация, которая проявляется более всего в отнятии труда, все же важнее.

Да, вот еще… я слона чуть было не забыл. Приватизация российской госсобственности в девяностых годах была произведена в двух третях случаев противоправным путем, потому что две трети приватизированных государственных предприятий не значились в списках для приватизации. (Цитирую по памяти экономиста Андрея Бунича.) Так что прибавочная стоимость - по законам марксизма, а приватизация двух третей – по понятиям братков.

А какова у эксплуататоров мотивация? О, она серьезная. В результате эксплуатации более успешно удовлетворяются низшие потребности. Начнем с того, что для поддержания физического существования и обеспечения физиологических излишеств человек меньше напрягается. Труд же по организации самой эксплуатации ему приятен и поэтому не обременителен. Нельзя же это сравнить с физическим трудом шахтера или даже базарного продавца. Но большую роль в мотивации играет другое. Это имидж, который эксплуататор себе обеспечивает в глазах соперников и сторонников, а то и сторонних наблюдателей. Он складывается из множества мелких и крупных деталей, которые смакуются в салонах и клубах, в клубах дорогого сигаретного дыма и на свежайшем альпийском воздухе, в Государственной Думе и в Доме кинематографистов-литераторов-ученых-архитекторов-журналистов. Обрисуем его без особой систематизации, но не жалея ни красок, ни желчи.

Итак, эксплуататор ездит по Москве и Парижу в дорогостоящих и красивых больших автомобилях. И чтобы все давали ему дорогу. А главное, чтобы говорили «любо». Он отдыхает в Ницце, а не в деревне. Он развлекается в “апартаментах” с дорогостоящими жрицами любви. В туалетах его квартир - унитазы из более красивого фаянса, а то и фарфора. Он одевается в дорогостоящие одежды. У него дорогие аксессуары. Ведь от того, какие он носит цепочки и какие перстни, зависит его реноме. До того зависит, что появился термин dress code, означающий, что в одежде все имеет для посвященных скрытый смысл. Реноме зависит также и от того, кто у него «братки» - так что он появляется на людях рядом с «авторитетами» и с приличными знаменитостями, и этому он придает не меньшее значение, чем перстням. Имидж…

Эксплуататоры ходят на показ мод, на вручение Ники, а то и на концерт православной музыки в консерватории… Даже и на Спивакова и Ростроповича могут придти. Посидят на первом ряду в первом отделении и уходят… А то и не досидят, в середине уходят. Ведь приходят-то из-за имиджа, лишь показаться, чтобы казаться причастными. Процитируем классика: хотят не быть, а казаться. А журналисты им подыгрывают: «фоткают», дают крупным планом на телеэкранах, сообщают о них по радиоканалам.

Эксплуататор проигрывает в казино крупные суммы, поскольку казино - для того, чтобы не выигрывать, а проигрывать в «тамошнем» кругу. Он покупает яхты, виллы, спортивные клубы. И это все афишируется, смакуется. Рублевка-лайф… Имидж!!! Он может купить жене и любовницам драгоценности и меха. Во имя дружбы с избранными он дарит им часть отнятого у других. За это получает признательность, а главное, признание своего могущества. Такой человек хоронит родственников на богатых кладбищах и ставит там им дорогие памятники. Имидж, как и было сказано.

Для него восстановлен храм Христа-Спасителя (раннехристианская церковь ютилась в катакомбах). И сейчас при храме шестьсот мест для шестисотых Мерседесов. А Христос пешком ходил или по крайности на осле ездил.

Немаловажна в психологической мотивации и такая составляющая: если я отнял, люди знают, что я сильнее, ловчее, хитрее (а в мнении некоторых, умнее). Имидж, опять-таки имидж

При «коммунистах» была красная профессура. Готовили по ускоренной программе и давали звание. Это сразу после «Великой октябрьской» 17-го года, после трагедии. А после Великой криминальной (по терминологии Станислава Говорухина) октябрьской 93-го, после фарса, сегодняшние нувориши при всем их комплексе неполноценности понимают, что диплом и ученая степень – серьезная часть имиджа. Проходят в вузы и проходят мимо предметов, получают хорошие оценки на экзаменах за подарки или прямые взятки. И вот нам “специалист”. А кто-то получает и степени за якобы защищенные якобы диссертации. А кто-то диплом покупает на Курском вокзале. Что ни политик, то доктор наук. Велика зомбирующая сила имиджа.

Эксплуататор хочет засветиться на телеэкранах. Он создает свою марку, свой бренд. Имидж, имидж, будь он неладен… Особый смак - портреты на водке.

То, что «я богаче», означает, что я могу облагодетельствовать (а могу и не облагодетельствовать). И это служит его величеству имиджу, а чему же еще: я испытываю неописуемую гордость от всех тех возможностей, которые есть у меня и нет у других.

«И это еще не всё!». Нынешний эксплуататор пытается уподобиться знатным эксплуататорам прежних времен и других народов. В древнем Риме был Сенат и Капитолий, и вот уже есть Сенатская площадь в Петербурге, и Сенат конгресса в США с его Капитолием. Но надо же – и у нас «сенаторы». Это уже «заподлицо» со штатскими «сенаторами». «Вся президентская рать» именует себя Кремль. Вы думаете, «Белый дом» только в Москве появился? Ошибочка. Есть «Белый дом» и Мценского уезда. Глава администрации? – как-то стыдновато. А вот мэр – звучит гордо: мэр города Урюпинска. И вступление в должность – не иначе как инаугурация. Наворовал-награбил… можешь воротить воротилами – ты не просто входишь в тридцатку грабителей, ты олигарх . А если не так много, но все же награбил – ты элита. И живешь ты на «Рублёвке». Имидж, граждане…

А расцветание разных «ВИП»… ВИП-сауны, ВИП-рестораны. И даже ВИП-персоны… «П» в ВИП-персонах появляется у тех, у кого с языковой грамотностью из рук вон плохо. «П» в «ВИП» – это ведь из персоны. И-и-мидж…

Кончились погоны, начались ромбы на воротниках командармов и комдивов. Но недолго гремела революционная музыка. Сталин вместе с орденами русских полководцев снова ввел погоны. Не отставать же от вермахта.

На знаменах и гербах - львы и орлы. А на российских – орлы двуглавые. Устрашает больше, символизирует необъятную власть римских императоров, которая распространяется и на запад и на восток. Москва-то – Третий Рим, а четвертому не бывать. Не устану повторять, что все это имидж. А все вместе взятое - безвкусица.

Посмакуем еще. Верхи и низы. Знаменитое «верхи не могут… , а низы не хотят…» - признак революционной ситуации. Но не успели глазом моргнуть, и вот: Верховный совет, Верховный главнокомандующий. В «марксизме-ленинизме» есть и еще одно мерзкое слово: массы. Мы массы, а они вожди. А термин «простые люди»… Простые подавали царю «челобитную», которая сегодня зовется жалобой. Складнее - апелляция. Но жалоба им приятнее. Им жалуются, а они жалуют. Или не жалуют, если не пожалеют и не пожелают. Было еще и жалованье.

Комедия. Но, увы, эти составляющие эксплуататорского имиджа составляют основу мотивации эксплуататора.

И все это в ущерб высшим потребностям пирамиды Маслоу (в самоактуализации, в дружбе и любви к людям без эксплуатации других людей). И все это «дурная бесконечность». Сначала платье из дома моделей, потом от Пьера Кордена. А потом пусть Корден только мне шьет. Как старуха из «Сказки о золотой рыбке». Но и старик… выполнял все ее вздорные приказы. А мог бы просто попросить рыбку, чтоб старуха «заткнулась». Читай: Сахаров мог бы не делать водородную бомбу, и «старуха»-Хрущев не смог бы стучать каблуком о трибуну ООН. Калашников не придумал бы «калашниковы». Оппенгеймер и Теллер не разработали бы Манхеттенский проект Трумэну. Вот Гейзенберг делал вид, что делал «оружие возмездия» Гитлеру. Если бы все уподобились Баруху Спинозе, то на совести ученых не было бы многих ужасов. Он, Спиноза, зарабатывал тем, что шлифовал линзы. Короли считали за честь пригласить его ко дворам. Но он не продавался. Это и была высшая самоактуализация. И высший имидж.

Но ах и увы. Большинство даже тех ученых, которые сами написали диссертации (а не им написали), не уподобляются Спинозе, Гейзенбергу и спохватившемуся позднему Сахарову. Они стараются понравиться олигархам и получить от них, выражаясь словами Тараса Шевченко, « … Хоч пiвдулi, аби тiльки пiд самую пику.» Но чего не сделаешь ради милого сердцу имиджа… Эти ученые «покруче» охранников, бухгалтеров и компьютерщиков в перераспределении эксплуататорских радостей. Те – хотя бы не ученые, а лишь дрессированные. А тут даже и Шекспир к месту: «… добродетель в наш жестокий век должна просить прощенья у порока». Кто-то пытается еще и острить: если ты такой умный, то почему ты такой бедный? А мы должны спросить: если ты такой богатый, то почему ты такой жадный? Но не все продаются. Есть Ростропович и Вишневская, есть Солженицын, был Святослав Федоров…

Сказанное можно подытожить: эксплуатация приносит материальные и психологические выгоды. Трудно отказаться от возможности получить эти выгоды, как трудно жаждать и не напиться из ручья, даже если вода мутная. Виноват ли кто-нибудь из этих людей, которые не хотят от жажды умирать над ручьем? Скажем так: никто не виноват полностью, но каждый виноват чуть-чуть. Жизнь «принуждает» лукавить. Хочется устроить сына в хороший вуз. Советские писатели продавались за квартиры у метро «Аэропорт». В романе «Все течет» Василий Гроссман с печально-прощающей улыбкой говорил, что даже служащий КГБ «был вынужден»… Великий Шостакович вынужденно голосовал в Верховном совете за решения «партии и правительства». А сегодняшние обманутые не сумевшие обмануть вкладчики…

Действительно, полностью никто не виноват. Люди так слабы перед этими искушениями, которые им вложила в их души Природа. Тогда и вообще никто ни в чем не виноват?… Конечно, если человека представлять как только игрушку в руках богов, природы и общества, можно так подумать. Ну да, и Гитлер - воспитанник австрийских учителей. Но в сегодняшней психологии с признанием значения личности есть и иная точка зрения. В конце концов, все делается людьми, планирующими и осуществляющими планы. Все-таки человек имеет и какую-то волю. Он может сам творить свою психику. В том числе и свою мотивацию. Человек может уменьшить свою вину. Можно сопротивляться и божку по имени имидж.

Мы увидели, как много привлекательного в эксплуатации. Это парадная сторона. Но есть и оборотная.

Эксплуататор вызывает к себе ненависть! При лицемерном почитании люди хотят его смерти. Осуждают. Пишут разоблачительные памфлеты. Ропщут. Высмеивают в спектаклях и фильмах. В анекдотах. Вспомним кухонный фольклор про Хрущёва и Брежнева. Ненависть порождает сопротивление. Чаще глухое и тайное. Иногда кровавое. Да, это страшно и бесполезно. Но это повторяемая в истории реакция на эксплуатацию. Обвинять в этом только бунтующих несправедливо и тоже бесполезно. Революции как реакция на эксплуатацию закономерны.

Но и вне революций эксплуататоры живут трудно.

Вот уже всё из биологических потребностей удовлетворено, осталось только намазать стол красной икрой, а красную икру намазать черной… Ницца, Куршавель – и жизнь теряет видимость смысла. Все это в гуманистической психологии называется метаневрозом. Отсутствием интереса к жизни подогревается интерес к смерти, к убийству, к риску быть убитым. Рядом самоубийство. Банкротство – и неудачливый бизнесмен может броситься с небоскреба. Рядом и клинически выраженные психоневрозы. Ими больше страдают жены. А сами эксплуататоры от постоянного нервно-психического перенапряжения, от опасения, что обойдут, сместят, от страха за себя и семью (заложники) страдают психосоматическими болезнями с их инфарктами, инсультами, язвами. Поскольку часто эксплуатация прямо или косвенно связана с криминалом, они постоянно ждут, что «придут». И ведь приходят. А есть еще страх, что убьют. Несмотря на телохранителей, если не сами телохранители. Убивают конкуренты. Убивают из страха быть убитыми. Убивают из страха разоблачения. И они сами вынуждены убивать, чтобы не быть убитыми или разоблаченными, чтобы устранить конкурента. А потом могут быть убитыми из мести. Опасаются раскрытия свершенных ими убийств. Члены семей (в т.ч. дети) - потенциальные заложники.

В более философской, чем литературной, фантазии Киплинга «Маугли» кобра Белый Капюшон сторожит драгоценности. Маугли вырвал у него жало и взял из груды сокровищ анкус - стилет, которым погоняли слонов, украшенный изумрудами. Белый Капюшон предупредил Маугли, что анкус таит смерть. Маугли все-таки прихватил с собою анкус. Люди увидели его у Маугли и перебили друг друга. И Маугли вернулся в сокровищницу и вернул анкус кобре. Не правда ли, скорее правда, чем фантазия?

Ну, что ж, как заметил Мефистофель в опере «Фауст»: «Люди гибнут за металл!» Абсурд. Муж рискует свободой и жизнью ради того, чтобы подарить жене бриллиантовое колье. Но от ядра до ближайшего электрона в алмазе - как от Солнца до Земли. Даже сверхсжатый алмаз – это пустота. Муж рискует из-за пустоты! Абсурд в квадрате! И ему, как пиру во время чумы, предаются многие. Гнаться за роскошью – это играть в кошки-мышки с огнем. А настоящую женщину надо покорять личностью, а не наличностью… Итак, это жизнь в постоянном страхе. А значит, под охраной. Считайте, что жизнь в клетке, пусть и раззолоченной.

Кроме ненависти и сопротивления, будет брезгливое презрение. Господа эксплуататоры, вы хотели всего этого? Понимается ли это человеком, теснящим других ради богатства? Нет. Потому что срабатывает психическая защита - переустройство в психике, устраняющее тревожащий душу страх. Психическая защита может быть простенькая: меня это не коснется. Других коснется, а меня – нет. Другая простенькая психозащита: мне завидуют… Оплошность в мыслительной операции и здесь. В зависть входит желание быть на месте этого человека. А здесь скорее ненависть. Но человек может строить и более сложные системы психической защиты от обвинений со стороны и от осознания своей нравственной неполноценности. Он говорит себе и другим, что много работает, что он двигатель прогресса, что создает рабочие места, что платит налоги… Он легко прикрывается расхожей этикой: с волками жить – по-волчьи выть, человек человеку волк, это закон джунглей. Жить-то за счет других – сильный мотив. Совесть шевельнулась и успокоилась, а риск мал. Но даже если велик, а доходы если превышают его, то человек рискует. Или доходы не так велики, но образ их яркий, а образ возмездия блеклый, то опять же идут на риск. Это похоже на то, как ворует кошка. Увидев хозяина, она быстро ретируется. Значит, прогнозирует. Но ближайшие впечатления от мяса пересиливают. Имидж сильней страха. Эксплуататора, будь он верующий, не пугает даже ад. Это в далеком будущем, а шестисотый Мерседес и зависть «коллег» - в близком, почти «здесь и теперь».

Некоторые эксплуататоры занимаются благотворительностью, меценатствуют, создают коллекции, нужные для просвещения. Если вклад серьезный (Шереметьев, Третьяков, Щукин, Морозов), то можно обсудить меру достаточности и необходимости. Но чаще всего благотворительность притворная: он скрывает от других и от себя, что наэксплуатирует на рубль, а отчислит копейку.

Особенно пикантно выглядят пожертвования в пользу церкви. С одной стороны, смотрите: я богопослушен. Но Христос-то говорил, что добро надо творить втайне, а то ведь уже получаешь мзду в виде одобрения свидетелей. А с другой стороны, это похоже на покупку тепленького местечка в раю. И еще. Христос сказал, что надо отдать все богатство, а не часть богатства. Это потом церковь согласилась на десятину. Значит, наэксплуатировали на 100%, отдали 10%. Церковь за это эксплуатацию и грехом-то не считает, хотя ясно, что извлечение прибавочной стоимости можно приравнять к воровству.

  • 1
  • 2


Страница сформирована за 0.65 сек
SQL запросов: 171