АСПСП

Цитата момента



Бог есть, но он любит другую.
Господи, и тут облом!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



«Любовь — что-то вроде облаков, закрывавших небо, пока не выглянуло солнце. Ты ведь не можешь коснуться облаков, но чувствуешь дождь и знаешь, как рады ему после жаркого дня цветы и страдающая от жажды земля. Точно так же ты не можешь коснуться любви, но ты чувствуешь ее сладость, проникающую повсюду. Без любви ты не была бы счастлива и не хотела бы играть».

Елена Келлер Адамс. «История моей жизни»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/israil/
Израиль

6. ЕСЛИ Я ЗНАЮ ОТВЕТЫ НА ВСЕ ВОПРОСЫ, ЗАЧЕМ МНЕ ДУМАТЬ?

Человеческим существам дана левая нога и правая нога, чтобы совершать ошибки сначала с левой, потом с правой, снова левой и далее в том же режиме.

Р. Бакминстер Фуллер

Когда мне было десять лет, со мной произошла история, которую я никогда не забуду. Учительница вернула мне результаты викторины с низкой оценкой. Я был очень удивлен. Оказывается, я неправильно ответил на 10 вопросов из 10. Сейчас я не помню всех вопросов викторины, но один я запомнил. Вопрос был такой: Джанни пошел в магазин, чтобы купить маме муку. В магазине он нашел пакет муки весом в один фунт и стоимостью 35$ и пакет весом в 5 фунтов стоимостью 150 долларов. Какую муку лучше купить?

Я ответил, что было бы желательно, чтобы об обоих пакетах была дана исчерпывающая информация. Я помню, что написал что-то об условиях типа уровни потребления семьи, условий для хранения, так как моя мать несколькими днями раньше выбросила пакет муки, полный жучков, и сколько денег было у Джанни на тот момент. Я даже помню, что гордился собой после окончания теста потому, что чувствовал, что я действительно хорошенько продумал свои ответы.

Учительница так не считала. Хотя она пыталась быть вежливой, выслушивая мои объяснения, ее нетерпение было очевидным. Она встала, показывая на правильный ответ, который четко гласил: правильный ответ - пятикилограммовый пакет и никаких "если", "и" и "но".

Зная, что у меня абсолютно нет шансов, я все же спросил се, не могу ли я заглянуть в книгу в раздел верных ответов. Как и ожидалось, она ошеломленно посмотрела на меня и сказала: "Не будь глупцом, ведь ты тогда узнаешь все правильные ответы."

"Нет не узнаю", - ответил я: "Потому что моих ответов там нет. Если бы у меня была ваша книга, я смог бы узнать все эти ваши так называемые правильные ответы, но в действительности я бы не узнал ничего. И я бы был как вы!"

Мое последнее замечание быстро положило конец нашей дискуссии. Я был препровожден в директорский кабинет, и был удивлен тем, как меня распекали, не давая вставить ни слова. Что с ними не так, удивлялся я. Неужели они не понимают моей позиции? И уже значительно позднее я понял, что они всего лишь исполняют инструкцию не создавать шума, принимать "правильный" ответ, данный учителем, все запоминать и стремиться получить хорошую оценку. Между тем ко мне приклеился ярлык "дисциплинарная проблема" из-за постоянных вопросов и поисков ответов, ярлык, который следовал за мной все школьные годы.

Когда я пришел домой, затравленный школой, я осмотрительно решил показаться отцу на глаза. К моему удивлению он просто посмотрел на меня и начал смеяться.

"Сын", - сказал он. - "Я слышал о твоем споре. У тебя хорошая голова на плечах. Я рад, что ты используешь ее не только для ношения шляпы".

Это был абсолютный сюрприз. Я думал, я получу хорошую взбучку. Почему бы человеку, который станет главой системы образования штата Гавайи, понадобилось огорчаться из-за дисциплины своего сына? Но как раз тогда, когда я был близок к тому, чтобы открыть свой рот и кое-что сказать, глаза отца стали печальными и железные нотки появились в его тоне.

"К сожалению, сын", - сказал он. - "Учителя должны следовать законам нашей образовательной системы. Требование того, чтобы студент знал только один правильный ответ - основополагающее требование системы. Так намного легче тестировать и оценивать студентов. Учителя не виновны, они всего лишь делали то, чего требовала система."

Оглядываясь назад, я понимаю, что должен благодарить эту учительницу. Этот спор возымел большое влияние на мою последующую жизнь. Я перестал воевать с учителями, но я продолжал задавать вопросы. Возможно, это было частью моего упрямства, но я благодарен судьбе за этот урок. Я стал много читать в поисках ответов на свои вопросы. Эта стычка с учительницей даже научила меня быть более вежливым. Хотя учителя все еще меня боялись.

Несколько лет назад я обсуждал с группой бизнесменов ценность умения задавать точные вопросы. Джентльмен в зале сказал мне, что причина моего особого интереса к постановке вопросов в том, что я с Востока. Это была в основном кавказская аудитория. Я дипломатично предположил, что он должно быть насмотрелся Дэвида Кэрэдина по телевизору, когда этот старый мудрый мастер Кинг-фу задает своим ученикам вопросы типа "Хрэсхоппер, а что значит, когда голубая цапля чешет свой клюв?"

После того, как смех стих, я заметил, что дети всех рас и происхождений очень любят задавать вопросы - часто по теме, раздражающей их родителей. Вопросы рождаются из естественной потребности знать. Родители порой бывают первыми, что разрушает эту любознательность. Дальше она уменьшается с получением формального образования, так как система предполагает наличие готовых ответов, навязываемых ребенку. И в конце концов детская потребность в творчестве бывает уничтожена. Вот почему прохождение ребенка сквозь нашу образовательную систему всегда напоминает мне процесс превращения бабочки в нелепую гусеницу.

Наше общество и в особенности наша образовательная система настаивают на существовании только одного правильного ответа, однозначно убеждая студентов в том, что остальные ответы являются неверными. Это предотвращает потенциальную возможность того, что студент сам начнет задумываться над тем, действительно ли ответ, предложенный системой, единственно верный. К возрасту шестнадцати-семнадцати лет мы становимся полностью убежденными системой в том, что заучивание - это и есть знание. Заучивание - всего лишь слабый заменитель процесса мышления. Всякий раз, когда я спрашиваю аудиторию, что из выученного в школе они помнят и сейчас, поднятые в зале руки свидетельствуют о том, что большинство помнит меньше пяти процентов тех знаний, которые им дала школа. Один психолог, присутствующий в моей аудитории, однажды сказал что все, что средний человек удерживает в голове через много лет после окончания школы, можно было бы преподать ему за три недели.

Когда учитель спрашивает: "Когда Христофор Колумб переплыл синеву океана?" - все учащиеся отвечают: "В 1492 году". Учитель рад тому, что ответ учащихся совпадает с ответом в учебнике, и учащиеся рады тому, что они правильно ответили и знают, что их не накажут за ошибку. Но выучили ли они что-то особенно ценное? И нужно ли было кому-то думать? Нет. В этом и заключается проблема.

Вместо того, чтобы задать вопрос, на который есть один определенный ответ, давайте представим, что учитель задал такой вопрос: "Как Колумб уговорил команду плыть с ним, когда большинство людей в то время верили, что земля плоская и что можно было доплыть до ее края и упасть?" Действительно, этот открытый вопрос не относится к стандартизированному формату "правильно - неправильно", которые предпочитают учителя, но он требует мышления.

Ограничивая размышление студентов о дилемме правильно-неправильно, мы разрушаем их природную любознательность, подавляем энтузиазм и убиваем способность к творчеству. Длительный процесс утилизации собственных способностей провоцируется не только скукой. Причина также в том, что нас обучают быть зависимыми от авторитетов и от их моделей правильного ответа. Это, без сомнения, удерживает студентов от полного раскрытия их потенциала, способного принести жизненный успех.

Важно помнить о том, что учителя не только обучают нас в рамках системы, но и сами являются ее продуктом. Когда я слышу, как учителя жалуются на свои условия работы и низкую зарплату, я задаю им один вопрос: "Почему же вы терпите?" Точный ответ - это: "Потому что я люблю учительскую работу". Мой следующий вопрос такой: "Как вы смогли бы преподавать и зарабатывать больше денег?" И чаще всего ответы такие: "Найти работу с неполным рабочим днем", "Продавать недвижимость" или "Выйти замуж за деньги". Многие шутливо добавляют: "Выиграть в лотерею". Эти ответы я слышал слишком часто и раньше. Редко попадаются оригинальные идеи.

Когда я спрашиваю: "Что бы вы еще, кроме сказанного, могли бы сделать, чтобы зарабатывать больше денег?" - они отвечают: "Это невозможно" или "Не получится".

По мере того, как продолжаются эти беседы, мы начинаем видеть, что настоящая проблема имеет мало общего с выбором, который существует или отсутствует у учителя. На самом деле проблема в неспособности творчески думать и быть изобретательным.

Когда я разговариваю с учителями, я неохотно сообщаю им, что стал финансово независимым благодаря преподаванию - профессии, которую я тоже очень люблю. Когда я все же это говорю, то обычно в ответ вижу застывшие, стеклянные взгляды. Многие из людей, с которыми я беседую, не могу поверить, что можно стать богатым, будучи учителем. Я представляю, что их пустые взгляды сравнимы со стеклянными взглядами, которые они сами часто получают от своих скучающих учеников.

Несколько лет назад у меня была подруга, в колледже которой профессор литературы искренне считал, что только его интерпретация классики является единственно правильной. В результате на своих лекциях он никогда не оставлял времени для дискуссий. Когда класс начал читать "Моби Дика", книгу, за которой даже сам ее автор признавал право быть истолкованной по-разному, наш профессор по-прежнему настаивал, что его интерпретация лучшая и единственно приемлемая. Он предупреждал, что все, кто досконально не выучит его лекций, получат па экзамене плохую отметку. Найдя такой курс скучным и вредным, моя подруга пошла к профессору и попыталась ему объяснить, что требуя от студентов механического заучивания, он по существу не позволяет их мышлению развиваться самостоятельно. Он ответил: "По вашему это не я изучал литературу все восемнадцать лет и могу позволить, чтобы студенты объясняли мне смысл тех или иных произведений?"

Для меня нет сомнений в том, что существуют люди, допускающие единственный вариант правильного ответа. Какая концепция существенно облегчает жизнь, но является довольно поверхностной. Жаль, что в жизни находится парочка непростых вопросов. Таких, например, как: "Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?" Привычный ответ таков: "Учителем". А теперь спросите: "Как можно быть учителем, зарабатывающим миллион долларов, преподавая? Этот вопрос требует тщательного нетрадиционного обдумывания, а не механической реакции. Проблема в том, что если вы позволили доктрине современного образования значительно внедриться в ваше восприятие, вы не почувствуете разницы между заучиванием и мышлением.

До тех пор, пока мы четко не разграничим эти два понятия, мы будем продолжать проживать свои жизни, постоянно оглядываясь в поисках "правильного" ответа на вопросы, которые никак этого не предполагают. Конечно, мы знаем многих, кто может быть только себе благодарен за то, что у них есть единственно "правильные" ответы. Их парадигма "Я прав" мешает им отыскать истину. В глазах окружающих они выглядят обычно узколобыми и самоуверенными.

Истинная угроза заключается в том, что, думая что мыслим, мы на самом деле выдаем заученные штампы. Я думаю, что Генри Форд охарактеризовал эту тему полнее, когда сказал: "Думать - самая трудная работа из всех существующих - поэтому так мало людей занимается ею."

Самое печальное, что те, кто всегда "прав", не представляют себе существования нескольких вариантов правильных ответов. Это и неудивительно при наличии нашей системы образования. Проблема в том, что такое мировоззрение ограничивает способность человека приобретать в течение жизни новый опыт. Это как раз те, кто в конце недели немедленно восклицают: "Где моя зарплата?"

Одной из серьезнейших проблем, с которой мы сегодня сталкиваемся, является тот факт, что бизнес-структуры, социальные организации, школы и правительство в большинстве своем состоят из бездарных инертных людей, которые были очень успешны в учебе. Они абсолютно удовлетворяли систему. Они часто признавались интеллектуальной элитой потому, что соглашались идти в ногу с системой. Но мир меняется и заучивание правильных ответов больше не помогает в большинстве случаев. И тем не менее, очень многие по-прежнему их придерживаются несмотря на то, что они являются формальными и устаревшими. Эти "превосходные" лидеры ведут бизнес, правительство и даже собственные семьи к неизбежному краху потому, что не могут мыслить творчески. Они полны чувства собственной значимости, однако в действительности являются примерами трагического краха существующей системы.

Что значительно ухудшает ситуацию, так это тот факт, что многие из этих образцов образования думают, что умеют мыслить. В основном они повторяют услышанные от других идеи. Они - не более, чем роботы, которые записывают и воспроизводят услышанное. Они надежны только в одном - в том, что как сумасшедшие, вращают педали стационарных велосипедов, которые прочно вросли в свои основания и не сдвинулись ни на дюйм со своего места.

Достаточно преуспевающие люди думают, обычно не из школьного опыта, что большинство вещей требуют многостороннего подхода. Они обнаружили, что, принимая в качестве верного единственный ответ, они ограничивают свой потенциал. Многие неудачники застревают в работе, удивляясь, почему им так каждый день не везет, совсем не так, как в школьные годы, когда они в точности выполняли то, что диктовалось системой. Из-за того, что студенты часто слепо впитывают "правильные" ответы, идея изменения системы воспринимается как вызов. Однажды усвоенный урок слепого подражания заставляет людей становиться слишком сдержанными, боящимися спросить о чем-либо своих начальников.

И последнее, - наша образовательная система диктует студентам, а не поддерживает в них способность самостоятельно мыслить. Она требует, чтобы они запоминали то, что нужно системе, вместо того, чтобы обучать их решению собственных проблем и развивать врожденные творческие способности. Говоря другими словами, заимствованными из древней притчи, она снабжает рыбой, а не навыком ее ловли. Это означает существование миллионов интеллигентных людей, имеющих все правильные ответы и не умеющих думать. Как результат, они оказываются загнанными в эмоциональную, профессиональную и финансовую ловушку.

Система ворует у них их способность думать.

Хорошие новости заключаются в том, что в силах каждого из нас изменить это положение. Такое изменение может начаться с мужественного отказа от уроков, усвоенных в прошлом и допущении мысли о том, что правильных ответов может быть несколько. В качестве напутствия я хочу напомнить слова Бакминстера Фуллера, с которыми я полностью согласен и с которых начал эту главу: "Человеческим существам была дана левая нога и правая нога, чтобы идти не туда с левой ноги, затем с правой, затем снова с левой и дальше в том же режиме".

7. ДЕНЬГИ ЕСТЬ ЗЛО

Вы должны решить, вы хотите делать деньги или искать смысл жизни, потому что это исключительно разные занятия.

Р. Бакминстер Фуллер

"Деньги - это грязь"

"Люди, имеющие деньги - жадные"

"Бизнесмены - хулиганы"

"Любовь к деньгам - корень всего зла"

Когда я рос, я слышал много фраз типа этих и сейчас еще слышу их. Без сомнения, тема денег действительно "горячая". И по той причине, что это тема противоречива и эмоционально взрывоопасна, я откладывал начало этой книги много лет. Как преподаватель, я уже мог представить себе возгласы типа: "Как вы посмели пачкать священный храм знаний этой грязной темой!" Но теперь всем становится очевидно, что наше невежество в отношении денег является причиной несчастья людей. Поэтому я решил продолжить писать эту книгу и не беспокоиться о том, что скажут мои критики после того, как ее опубликуют.

Когда я был ребенком, мне не потребовалось слишком много времени, чтобы почувствовать соблазн в деньгах. В возрасте двух лет меня наказали за то, что я положил в poт пенни. Я не знал, что означали слова "грязный" и "подавиться", но я обнаружил кое-что другое. Я быстро почувствовал эмоции в голосе своей матери, когда она отчитывала меня за эту вещь у меня во рту под названием пенни. С того дня я узнал, что должно быть что-то особенное или магическое в деньгах, раз моя мать не выбросила пенни, как выбрасывала в мусорное ведро все "грязное", что я клал себе в рот. Она осторожно положила его в надежное место.

Сила денег продолжала завораживать каждый раз, когда мои бабушка и дедушка давали мне кусочек бумаги с зеленым оттиском. Я понял, что такие кусочки бумаги имеют особенную силу потом что все вокруг меня ахали и восклицали, как мне повезло, когда я их получил. Я не помню свою первую покупку, но я должно быть наслаждался ею. В четырехлетнем возрасте я помню, выудив откуда-то деньги, я понял, что они позволяют раздобыть все то, что мне так хотелось иметь.

Но за этим последовала полнейшая растерянность. В действительности я не понимал, что это такое - деньги. Они были окружены ореолом таинственности. Я знал только, что я хочу их.

Я помню, как меня отругали за то, что я попросил денег у бабушки. Вот тогда впервые услышал слова "неблагодарный" и "жадный". Я не знал точного значения этих слов. Но я почувствовал, что сделал что-то плохое, и это пугало меня. Я не хотел быть "плохим" мальчиком и не хотел, чтобы мои родители злились на меня. Я просто хотел игрушки и другие вещи, которые я знал, можно было купить за деньги. Я не понимал, как может быть плохим то, что позволяет людям становится счастливее?

Мое недоумение возросло, когда я впервые увидел чековую книжку. Мне было около восьми, когда я обнаружил, то вместо наличных мои родители могут на любую сумму выписать чек. Людям не нужны наличные деньги, они нуждаются в чеках. Я помню, как однажды попросил спою мать купить что-то для меня. Она ответила: "У меня нет денег".

"Ну, тогда выпиши чек", - сказал я. В те времена я научился торговаться. Мои родители охладили мой пыл и попытались объяснить, как работает банковская система. Мое непонимание только возросло, но я точно решил рано или поздно во всем этом разобраться.

Не так давно, глядя на рекламный щит фешенебельного магазина с надписью "Оставьте чек", я с улыбкой вспомнил попытки моих родителей объяснить мне банковскую систему.

В возрасте девяти лет я решил взять дела в свои руки. Я получил свою первую работу. Каждую субботу за десять центов в час я раскладывал и протирал консервы в продуктовом магазине. Я решил, что единственный путь к знанию о деньгах лежит через собственный опыт их зарабатывать.

Со времен моей первой работы и потратил большую часть жизни на то, чтобы не комплексовать насчет денег. Многих людей в нашем мире смущает тема денег - даже тех, у кого их достаточно. Я убежден, что это смущение порождает большинство мировых проблем.

Пугающая тенденция заключается в том, что большинство людей владеющих внушительными денежными суммами - банкиров, биржевых брокеров, администраторов и политиков - часто смущается наличием денег больше, чем кто-либо. Если вы сомневаетесь, просто взгляните на финансовое положение банков, ассоциаций и других бизнес-структур. Невозможно отрицать, что там, где много денег, много смущения, жадности и, к сожалению, зла,

Первый урок, который мы обязаны выучить, заключается в том, что сами по себе деньги не являются злом. Это просто инструмент, как, например, карандаш. Карандаш можно использовать для написания прекрасного любовного письма и жалобы, из-за которой последует увольнение. Когда конструировали карандаш, его сделали таким, что он стал удобен для письма и для попадания острым концом в глаз. Дело не в самом предмете, а в мотивации человека, держащего в руках карандаш или деньги.

Мне нравится как по этому поводу высказался Айк Реверенд, южный баптистский проповедник: "Не деньги, а недостаток денег является корнем зла".

Мы не можем более удерживать людей в их невежестве. Деньги - это только инструмент бизнеса - а какая же деятельность не ассоциируется с бизнесом тем или иным способом? Церкви, благотворительные организации, компьютерные компании, правительство, музыкальные машины, музеи, школы, военные заводы, спортивные команды, фамильные дома… этот список можно продолжить до бесконечности… и это вес бизнес. Деньги приходят и деньги уходят, и в какой бы сфере это не происходило, мы говорим о бизнесе, Я знаю людей, которые ненавидят бизнес и все, что с ним связано. Но такие чувства - ничего боле, нежели следствие невежества и смущения, но никак не наше знание о предмете.

Мы нуждаемся в некотором эксперименте. Почему бы нашей образовательной системе не проделать хотя бы ничтожную работу по обучению нас принципам работы денег. Почему наши учителя противятся такому обучению? Почему те, кто осведомлен в этом вопросе, продолжают поддерживать старый миф о том, что в деньгах есть что-то грязное? Может ли быть, чтобы люди сами никогда не слышали противоположного мнения? Если это правда, мы отчаянно нуждаемся в переменах. Прямо или косвенно наше бесконечное невежество представляет угрозу значительного ущерба для поколений людей.



Страница сформирована за 0.1 сек
SQL запросов: 172