УПП

Цитата момента



Если мама несчастлива — то кто в семье может быть счастлив?
И вы это скоро прочувствуете!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



«Твое тело подтверждает или отрицает твои слова. Каждое движение, каждое положение тела раскрывает твои мысли. Твое лицо принимает семь тысяч различных выражений, и каждое из них разоблачает тебя, показывая всем и каждому, кто ты и о чем думаешь, в каждое мгновение!»

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера-2010

Маша Тополь. ПРО ПАПУ

http://proza.rnls.ru/texts/2005/08/28-76.html

Зима. Мне пять лет, у меня грипп. Папа отпросился с работы и остался со мной дома - маме нужно в институт, сегодня у нее экзамен. Мы с папой взяли моих кукол - Любу, Наташу, Олю - и оказалось, что ни у одной из них нет зимнего пальто!

- Давай будем портными, - предложил папа. Я воскликнула в восторге:

- Прекрасно!

У меня был набор "Маленькая портниха". Мы его открыли, достали материю, иголки, выкройки, нитки. Я должна была шить пальто для Наташи, а папа - для Любы и Оли. Справившись со своим делом, он отобрал шитье у меня (не насильно, нет! За то, что я отдала папе шитье, я получила пачку жвачки и шоколад "Аленка"). Через пару часов у всех моих кукол было пальто.

Папа был так увлечен своим делом, что даже хотел пошить пальто моему медвежонку Тёпе. Тут я услышала скрежет ключа в замке. Мама пришла! Мы побежали ее встречать, и каждый из нас восторженно вопил, показывая на кукол:

- Посмотри, что Я сделал/а!

Мой отец был увлечен не меньше, чем я, пятилетний ребенок, пошивом одежды для кукол!

Оказалось, что это был его первый опыт в роли портного.

- Пап, ты не боялся делать что-то, чего никогда не делал раньше? - спросила я его.

- Никогда не бойся делать что-либо, если тебе действительно этого хочется и ты чувствуешь, что можешь. Лучшие профессионалы - это любители, - таков был папин ответ.

Много позже я узнала поговорку: "Лучшие вещи сделаны любителями. "Титаник" строили профессионалы".

Папа сидел на нашей лоджии и пытался что-то починить. Он стучал молотком, и в его губах были зажаты по меньшей мере пять гвоздей. Наша соседка, немолодая и весьма антисемитски настроенная дама, проходила мимо. Она не собиралась пропустить шанс поругаться.

- Ты, вонючий жид, ты почему тут шумишь? - визгливо закричала она, уперев руки в боки и расставив ноги на ширине плеч.

Мой папа, полный удивления, остановил свою работу, и воззрился на нее. Потом аккуратненько вынул гвозди изо рта, и спросил:

- Это я - вонючий жид?

- Да, ты! Ты, жидовская морда! - продолжала кричать наша соседка, и лицо ее наливалось кровью.

Пару секунд папа смотрел на нее с все возраставшим недоумением, потом спокойно изрек:

- Ну и поцелуй меня в задницу.

Потом засунул гвозди обратно в рот и вернулся к своему делу. Соседку потом рассказывала во дворе, как "этот жид" нахамил ей. Но никогда больше не пыталась с ним поскандалить.

Самое потешное в этой истории то, что мой отец - чистокровный славянин.

Когда моя бабушка умерла, мы закрыли все зеркала в доме простынями. Они должны были быть закрыты 7 дней. Или девять? Никогда не могла запомнить, где русские, а где - еврейские обычаи. Так вот. Через несколько дней я увидела, как мой папа бреется в ванной, сняв простыню с зеркала.

- Что ты делаешь! Закрой сейчас же! - с ужасом заверещала я.

Папа посмотрел на меня. Он понял тот сверхъестественный страх, который я ощущала, и спокойно спросил:

- Как ты думаешь, Маня, почему люди закрывают зеркала простынями, когда в доме была смерть?

Поразмыслив немного, я ответила:

- Потому, что души умерших разгуливают в зеркалах.

Папа усмехнулся.

- Глупый зайчонок. Просто люди оплакивают своих любимых и выглядят ужасно. Распухший красный нос, красные глаза, заплывшее лицо, уродливые морщины… Как ты думаешь, кто хочет глядеть на себя, такого?

С тех пор я всегда стараюсь найти рациональное объяснение любому явлению.

Однажды я хотела купить сережки. Красивые такие. Черные пластины, и на них - золотом выписан иероглиф "Удача". Я истратила уже все мои карманные деньги. Значит, надо идти просить. У кого? Мама? Бесполезно. Пять рублей на эти сережки она мне никогда не даст.

Остается - папа. Я направилась к нему на работу, размышляя, как бы получше обтяпать это дельце. Нужно не показывать виду, что я на минутку и только за деньгами, но, с другой стороны, нужно было провернуть все как можно быстрей, иначе чудесные сережки уплывут.

Так вот. Войдя в папин кабинет, я завела речь:

- Пап, я тебя очень люблю! Ты знаешь, мне вообще повезло с родителями. Особенно с папой… - тут я подбирала слова, намереваясь продолжить.

Папа посмотрел на меня поверх очков.

- Сколько? - коротко и ясно спросил он.

- Пять рублей, - растерянно ответила я.

- Возьми у меня в бумажнике. Передай маме, что я буду поздно. Извини, заяц, мне надо работать.

Я потом еще долго не могла понять, как это папа меня рассекретил.

Однажды мне очень нравился некий молодой человек. Мы договорились, что он придет ко мне в гости, и мы пойдем с ним гулять. Свидание было назначено на пять вечера. Однако ни в шесть, ни в семь, ни в девять молодой джентльмен не появился. Я, уткнувшись в диван, безутешно рыдала все это время.

Папа вернулся с работы. Услышав мой плач, он подбежал ко мне, схватил, повернул к себе и стал гладить мое мокрое от слез лицо:

- Манечка, родная, что случилось? Что с тобой?

- Ббборя … неее приииишел, - выдавила я сквозь рыдания.

Он пару секунд смотрел на меня, потом вздохнул с облегчением, и улыбка промелькнула в его глазах. Он прижал меня к себе:

- Ууууфффф, слава Богу, - и, спохватившись, - неприятно, конечно… Но ты знаешь, Маня, кавалеры приходят и уходят, а твой старый папа - остается. Давай, пойдем, посидишь со мной, за жизнь поговорим. Я тут принес кое-что. Думаю, что клюква в сахаре сможет уврачевать разбитое сердце…

Клюква в сахаре меня развеселила. Я обожала клюкву в сахаре!

Через некоторое время я уже сидела на кухне, улыбалась, и жевала любимое лакомство. Через несколько дней кавалер пришел с объяснениями, но увы! - они опоздали. В моем сердце уже жил другой…

Конечно же, наши родители будут жить всегда. Ну, конечно же! И какой шок - узнать, что это не так.

Папа ушел от нас 31 августа 1990 года. Ему было всего 57 лет.

Его смерть закрыла детскую главу моей жизни.

Много лет прошло с тех пор. Я уже вполне взрослая тетя, у меня есть своя семья, свои дети.

Я думаю, что я совершенно самостоятельный человек. Но мне по-прежнему нужна папина поддержка, папины советы и утешения.

Что тут скажешь?

Я люблю тебя, папа.

ПОЗВОНИТЕ РОДИТЕЛЯМ!



Страница сформирована за 0.73 сек
SQL запросов: 170