УПП

Цитата момента



Любитель платит за то, чтобы заниматься любимым делом. Профессионал за занятие любимым делом получает деньги.
Я люблю получать деньги.

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Кто сказал, что свои фигуры менее опасны, чем фигуры противника? Вздор, свои фигуры гораздо более опасны, чем фигуры противника. Кто сказал, что короля надо беречь и уводить из-под шаха? Вздор, нет таких королей, которых нельзя было бы при необходимости заменить каким-нибудь конем или даже пешкой.

Аркадий и Борис Стругацкие. «Град обреченный»

Читайте далее…


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d3354/
Мещера

Демиурги Шамбамбукли и Мазукта второй час спорили о свободе воли.

- Что есть свобода воли?! - вопрошал Мазукта, потрясая в воздухе кулаками. - Это всего лишь право выбора между действием наказуемым и поощряемым.

- Нет! - возражал Шамбамбукли. - Какой же это выбор, если за него наказывают? Свобода должна быть полной, иначе она и не свобода вовсе.

- Ну хорошо, - поджал губы Мазукта. - Попробую объяснить на примере.

Он почесал в затылке и принял позу рассказчика.

- Сейчас, дорогой друг, я расскажу тебе сказку. У одного человека была свора собак, которых он держал на привязи и учил всяким трюкам. Допустим, работа у него была такая, дрессировщик. А собаки должны были уяснить, что нельзя гоняться за курами, рыться в помойке и воровать мясо. Очень простые правила, верно?

Среди собак была одна, самая сообразительная, и однажды, решив, что для неё обучение закончено, хозяин спустил эту собаку с поводка. Но оказалось, что он напрасно понадеялся на её благоразумие - собака сразу погналась за курицей, украла кусок мяса и по уши извозилась в помойке.

Когда она, довольная, вернулась к хозяину, тот жестоко выдрал её плёткой.

«Но, господин мой! - завыла собака (допустим, что она умела членораздельно выть). - Ты же сам, своими руками, снял с меня ошейник, давая свободу! За что же ты теперь меня бьёшь?»

А хозяин, допустим, ответил ей по-собачьи: «я дал тебе свободу не для того, чтобы ты бегала по помойкам, а чтобы держалась от них подальше, как я тебе велел - но добровольно!»

Аналогия ясна?

- Грубый ты, Мазукта! - надул губы Шамбамбукли. - И идеи твои какие-то… неправильные.

- Для тебя неправильные, а для меня в самый раз, - пожал плечами Мазукта. - Надеюсь, ты не станешь оспаривать моё право судить по своим собственным законам?

- Не стану, - вздохнул Шамбамбукли. - На то ты и демиург. У тебя свои законы, у меня - свои.

Демиург Шамбамбукли стоял перед рабочим столом и задумчиво вертел в руках комок глины.

- Чем занимаешься? - спросил демиург Мазукта.

- Творю человека.

- А, понятно. Тебе помочь?

Шамбамбукли оглянулся на Мазукту и вздохнул.

- Ну, если только советом…

- Отлично! - обрадовался Мазукта. - Обожаю давать советы! А в чём твоя проблема?

- Вот, - Шамбамбукли протянул Мазукте несколько разноцветных кусков глины. - Не знаю, какой выбрать.

- Хм… - Мазукта поджал губы и задумался. - А какой тебе нужен конечный результат? В смысле, как ты себе представляешь будущее человечество? А то красная глина больше подходит для кирпичей, она прочная, хотя и довольно груба. Желтоватая более утонченная, она идёт на тонкий фарфор, коричневая - на горшки и прочую утварь, и так далее. Какой начальный бонус ты хочешь дать человечеству: мощь и стойкость, развитое искусство, ускоренное производство?

- Да это без разницы, - отмахнулся Шамбамбукли. - У меня и тех и других будет понемногу. И желтые люди будут, и белые, и коричневые. Ты мне только скажи, которых слепить первыми? Так, чтобы никого не обидеть?

Мазукта присвистнул.

- Никого не обидеть? Ну-у-у, это ты, пожалуй, загнул! Так не бывает.

- Знаю, - печально кивнул Шамбамбукли. - Потому мне и нужен твой совет.

- Может, смешать всё вместе?

- Уже пробовал. Обезьяна получается.

- А тогда… Ага, вот!

Мазукта порылся в кармане и достал маленькую коробочку. Вытряхнул в рот её содержимое, некоторое время пожевал, и наконец выплюнул на ладонь мокрый зеленый комок жвачки.

- Лепи из этого.

- И что же это получится?

- Зеленые человечки.

- Материал недолговечный, - скривился Шамбамбукли. - И маловато тут для нормального человека.

- Это будут маленькие зеленые человечки. А если они быстро и таинственно исчезнут - тем лучше. Главное ведь, чтобы без обид, верно?

Кочевник остановился у горящего куста, не нагибаясь сорвал веточку, прикурил от неё и пошёл дальше.

Демиурги Шамбамбукли и Мазукта проводили его взглядом.

- Мда-а, - глубокомысленно произнес Мазукта.

- Я не ожидал, что будут какие-то проблемы, - оправдываясь, сказал Шамбамбукли. - Именно в этом конкретном мире их вообще не должно было возникнуть!

- Но они возникли, - заметил Мазукта.

- Да. Сам не понимаю, почему.

- Давай по порядку, - предложил Мазукта. - Рассказывай, что именно ты делал, что ожидал получить и чем этот мир такой особенный.

- Я… я всего лишь хотел открыться людям, - смущенно пробормотал Шамбамбукли. - Откровение, понимешь? Переход на новый уровень развития и всё такое.

- Понимаю, - кивнул Мазукта, - дальше.

- Ну и… вот. Сам знаешь, какие при этом бывают сложности. Пока донесёшь благую весть до всех, пока убедишь заблудших и переубедишь заблуждающихся - это сколько ж времени пройдёт! А силы, а нервы? И всё- равно в конце концов удаётся достучаться только до каждого тысячного.

- До каждого тысячного?! - восхитился Мазукта. - Вот это результативность! Да у тебя талант, дружище!

- Ты полагаешь, этого достаточно?

- Достаточно?! Да это в восемь раз больше нормы!

- А мне бы хотелось побольше, - вздохнул Шамбамбукли. - Чтобы меня приняли все, понимаешь?

- Все?

- Ну да. Или хотя бы почти все.

- Ну у тебя и запросы! - Мазукта почесал в затылке. - Хорошо, допустим. И как ты этого решил добиться?

- Очень просто, - пожал плечами Шамбамбукли. - Я сделал своё присутствие совершенно очевидным для всякого в этом мире. Здесь просто немыслимо в меня не верить!

- Вот как?

- Да. Этот мир полон чудес. Всё, что обычно творят пророки, когда их вынуждают обстоятельства, здесь происходит и так. Я заранее подготовил почву, чтобы потом с этим не заморачиваться.

- Ясно, - Мазукта поднял ладонь. - Основную идею я уловил. А в чём проблема?

- Меня игнорируют, - произнес Шамбамбукли, смущенно отворачиваясь.

Мазукта перевёл взгляд на пылающий кустик, который весело потрескивал и не думал сгорать.

- Обычно такого чуда достаточно, чтобы привлечь внимание, - сказал он. - Как по-твоему, почему на этот раз не сработало?

- Может, потому, что такие кусты здесь понатыканы через каждые сто метров? - предположил Шамбамбукли. - Тогда мне это показалось хорошей идеей, - добавил он в ответ на тяжелый взгляд Мазукты. - Бесплатное освещение, тепло и всё такое…

- Я понял, - оборвал Мазукта. - Ты альтруист, филантроп и лучший друг человека. Это давно известно. А как еще ты пробовал себя зарекомендовать? По воде не ходил?

- Ходил, - вздохнул Шамбамбукли. - Если честно, у меня это получается хуже, чем у местных. Недостаток практики, на волнах оскальзываюсь.

- А что еще делал?

- Да много чего. Воду в вино превращал, камни - в хлеб, солому - еще во что-то съедобное. Только этим никого не удивишь. Здесь и не такое видали.

- Переборщил ты с чудесами.

- Есть немного.

- Ладно, пойдём. Ознакомимся с обстановкой, на месте всё решим.

Демиурги пошли в сторону ближайшего города. По мере продвижения Мазукта всё больше мрачнел при виде очередного чуда, а Шамбамбукли что-то лепетал извиняющимся тоном. Булки, растущие на деревьях, вызвали у Мазукта болезненную гримасу, а расступающиеся лужи - снисходительный смешок. Окончательно же его добили раздавшиеся с небес позывные - чистый звук трубы возвещал обеденный перерыв. Люди потянулись на открытое пространство и замерли в ожидании.

- Это что? - спросил Мазукта устало, когда в вышине заклубилась неестественно белая туча.

- Манна небесная, - пояснил Шамбамбукли. - Сегодня на обед манная каша.

- Представляю, как будет выглядеть земля после этого обеда, - пробормотал Мазукта, оглядываясь.

- Обижаешь! - возмутился Шамбамбукли. - У меня всё аккуратно расфасовано!

Действительно, с неба неспешно сыпались картонные коробочки веселенькой расцветки. На каждой был наклеен ярлык с именем получателя, чтобы не возникало путанницы. Люди вокруг с достоинством разобрали коробочки, открыли и принялись есть. Кто-то, вероятно не большой любитель манной каши, презрительно отбросил свою порцию в сторону. Мазукта подобрал и рассмотрел со всех сторон.

- Здесь даже написан адрес производителя, - восхитился он. - И пожелание приятного аппетита от Шамбамбукли. А что означает эта большая буква «М»?

- Это не «М», это стилизованная «Ш». Ты держишь коробку вверх ногами.

- Ой, блин!

Мазукта поспешно перевернул коробку и принялся отряхивать брюки.

- Нет, блины будут вечером, - серьезно возразил Шамбамбукли. - А завтра четверг, рыбный день.

- А если я, например, захочу пить? - поинтересовался Мазукта.

- Вон скала, - махнул рукой Шамбамбукли. - Подойди да постучи.

Мазукта с подозрением пригляделся к скале и решительно наподдал ей кулаком. Открылось окошечко, и в образовавшуюся нишу со звоном скатилась красно-белая жестянка. Мазукта отпрянул.

- Это не вода!

- Ну так преврати её в воду, - пожал плечами Шамбамбукли. - Подумаешь, проблема.

- Я-то, допустим, превращу. А что с остальными?

- И остальные превратят. Кто же этого не умеет? Хоть в воду, хоть в молоко, хоть не знаю во что.

Мазукта покосился на всё еще клубящуюся тучу.

- Значит, с небес тут падают продукты?

- Трижды в день, - подтвердил Шамбамбукли. - И подарки по праздникам.

- А хлеб растёт на деревьях?

- Именно так.

- А реки здесь…

- Текут молоком и мёдом. Если ты это хотел узнать. Ну, правда, не все, только некоторые - а то бы возникли проблемы с судоходством.

- А воду получают…

- Из скал. Да ты сам видел.

- Ну, всё понятно, - кивнул Мазукта и потёр ладони. - Можно приступать к работе. Только, Шамбамбукли, я тебя очень прошу, не вмешивайся!

Он запрыгнул на высокий камень и закричал, обращаясь к ближайшим людям:

- Зрите небывалое чудо! Такого вы еще не видели! Только сегодня, только один раз! Наш спонсор - демиург Шамбамбукли.

Он протянул руку к облакам и звонко щелкнул пальцами.

В ответ раздался гром. Облако быстро потемнело, и с неба упали первые капли - сперва редкие и мелкие, потом крупные, серые, тяжелые.

- Дождь? - растерянно переспросил Шамбамбукли. - Просто дождь? Но что в нём такого удивительного?

Между тем со всех сторон на поле выбегали люди и смотрели широко раскрытыми глазами, как сверху падает вода. Не блины, не рыба, не манная каша - вода! Для всех, без разбора, не расфасованная, прямо на землю!

- Чудо! - шептали они в благоговении. - Чудо зрят наши глаза!

- Послушай, - обратился демиург Шамбамбукли к пророку. - У меня для тебя есть важное поручение.

- Какое?

- Пойди в землю, которую я тебе укажу, собери там всех рыжих и вели им никогда не есть крокодилов.

- Чего!?

- Не важно. Просто передай это, и всё.

Пророк задумчиво почесал в бороде.

- У этой заповеди есть какой-то высший смысл? - спросил он. - Доступный человеческому пониманию?

- Конечно, есть! - воскликнул Шамбамбукли. - Сейчас объясню. Посмотри на небо. Видишь звёзды?

- Вижу. А что с ними не так?

- Хотел бы я это знать, - вздохнул Шамбамбукли. - Понимаешь, звезды управляют всевозможными процессами на земле, у каждой из них своя важная функция в этом мире. Ну так вот, обрати внимание на те три звезды; я заметил, что когда кто-нибудь рыжий ест крокодила, пусть даже маленький кусочек, их функции выдают неверные значения. А это приводит к ошибочной индексации памяти, в результате которой… впрочем, тебе незачем знать технические подробности. А мне, сам понимаешь, проще дать лишнюю заповедь, чем переделывать всё мироздание. Эти космические взаимодействия так перепутаны…

- Но почему запрет касается только рыжих?! Почему только им нельзя питаться крокодилами?

- А вот это, - сказал Шамбамбукли, - меня самого очень интересует.

- Мазукта, - сказал демиург ШАмбамбукли, - сегодня такой замечательный солнечный день! Давай сделаем для людей что-нибудь хорошее?

- Например? - спросил демиург Мазукта.

- Ну, например… - Шамбамбукли задумался. - А давай дадим им возможность летать!

- Зачем? - удивился Мазукта. - Разве у них кто-то отбирал такую возможность?

- Нет, но…

- Может, ты им запрещал? Потому что я лично не возражаю, хотят летать - пожалуйста, на здоровье, мне-то что!

Шамбамбукли растерянно почесал в затылке.

- А почему же они тогда не летают?

- А фиг их знает, - пожал плечами Мазукта. - Не хотят, наверное.

- С кем имею честь разговаривать? - сурово вопросил пророк.

- Со мной, - застенчиво ответил демиург Шамбамбукли.

- Имя и род занятий?

- Шамбамбукли, демиург. А что?

Пророк удовлетворенно кивнул.

- Так это Вы сотворили наш мир за семь дней?

- Ну, я… А откуда ты знаешь?!

Пророк достал из кармана книжечку, раскрыл на первой странице и принялся читать вслух:

- «Дневник Шамбамбукли, демиурга. Как я провёл лето. День первый. Сегодня сотворил небо и землю…»

- Отдай! - дернулся Шамбамбукли, но пророк ловко спрятал книжку за спину. - Тебе нельзя это читать! Там такие вещи написаны..!

Пророк отбежал на несколько шагов и злорадно хихикнул.

- Итак, вижу, что я попал по адресу. Вы - именно тот, кто создал небо, землю, всяких гадов морских и прочих, и утвердил день субботний. Верно?

- Ну да.

- Тогда это Вам!

Пророк протянул демиургу сложенный листок.

- Это что? - осторожно спросил Шамбамбукли.

- Петиция! - торжественно и грозно провозгласил пророк. - От нашего рабочего комитета.

- Чего?!

- Профсоюз постановил, что один субботний день - это вызывающе мало. Мы требуем два выходных в неделю. И восьмичасовой рабочий день!

- Пастух! - раздался голос с неба. - Эй, пастух! Отзовись!

- Чего надо?

- Встань, когда к тебе обращается демиург! Встань, и иди в землю, которую я тебе укажу, землю, текущую молоком и мёдом. А там от тебя произойдёт великий народ, народ царей, героев и пророков.

Пастух встал, наскоро упаковал вещи, взвалил на плечо мешок, а в руки взял дорожный посох, и отправился в путь.

- Пастух! Эй, пастух!

- Чего еще?

- Расслабься. Пошутил я. С первым апреля!

- Привет, - сказал демиург Шамбамбукли.

- А ты кто? - спросил человек.

- Я твой демиург.

Человек поднялся на ноги и оглядел приемную демиурга.

- Этого не может быть, - заявил он. - Почему я тут?

- Потому что ты умер, вероятно, - предположил Шамбамбукли.

- Невозможно, - помотал головой человек. - Я никак не мог сюда попасть.

- Почему? - удивился Шамбамбукли.

- Потому что при жизни я не верил в тебя. Атеисты не попадают в царствие небесное!

- Кто тебе это сказал?

- Священник, разумеется. Ему виднее.

- Странное утверждение, - пожал плечами Шамбамбукли. - По этой логике выходит, что если ты не веришь в дождь, то никогда не промокнешь?

- Значит, священник ошибался…

- Не обязательно, - заступился за священника Шамбамбукли. - Может, просто решил пошутить.

- Ну и куда мне теперь? - спросил человек. - В ад, я полагаю?

- Ад? - Шамбамбукли заинтересованно склонил голову набок. - А что это такое?

- Страшное место, - сообщил человек, - специально для грешников. Их там мучают. Стегают крапивой, щекочут перышком в носу и заставляют учить древние языки. Причем всё это - одновременно.

- Какой кошмар! - ужаснулся Шамбамбукли. - Но кто бы тебе это ни рассказал, он тоже пошутил. А ты и поверил.

- То есть, что же получается? - удивился человек. - Мне ничего не будет?

- За что?

- За то, что я не верил, будто наш мир создан демиургом! Весь этот огромный, непостижимый мир, во всём его многообразии, со всеми людьми и животными, с мириадами звезд, с каплями дождя, ночными светлячками и утренней росой - кем-то создан? Как это может быть?! То есть… я извиняюсь, конечно, но…

- Ничего страшного, - Шамбамбукли с улыбкой положил ладонь на плечо человеку. - Я и сам иногда не могу в это поверить.

- Человек! - воззвал демиург. - Ты что, ел яблоки, которые я тебе велел не трогать?

- Нет, - нагло заявил человек, - не ел.

Демиург печально оглядел разбросанные по поляне огрызки.

- А ты знаешь, что врать нехорошо?

- Откуда бы мне это знать? - деланно удивился человек. - Про «плодиться и размножаться» мне говорили, про яблок не есть - тоже, а «не врать» - не было такой заповеди! Думаешь, подловил, да?

- Ладно, - вздохнул демиург, - будем считать, что ничего не произошло. На первый раз прощаю.

- Прощаешь? - оживился человек. - Тогда у меня вопрос.

- Валяй.

- Будем считать, что я действительно съел плод Познания Добра и Зла.

- Будем.

- А потом я пошел проверять новое умение, изучил в подробностях весь мир - но нигде в мире не нашел ни добра, ни зла. И как это понимать?

- Так и понимай. Для мира не существует таких понятий, как добро и зло. Ему что, он пространство. Полностью нейтрален.

- А для кого же тогда существуют такие понятия? Для тебя?

- Не, я выше этого.

Человек задумался.

- Ну, раз ты выше, а в мире их нет… значит, они где-то между!

- Ага, - кивнул демиург. - А между мной и миром есть только ты. И только применительно к тебе можно говорить о добре или зле.

- Так это было Древо Познания Самого Себя?

- Типа того, - кивнул демиург. - Можешь приступать, познавай.

Человек погрузился в углубленное самокопание.

- Ну и как тебе? - спросил демиург через пару часов.

- Весь, как на ладони, - прошептал человек. - Голенький…

- Ага. И кстати, раз уж об этом зашла речь, ты бы прикрылся чем-нибудь, что ли.

- М- да, - произнес демиург Мазукта, брезгливо созерцая бескрайнюю пустыню. - Мягко говоря, не радует. Совсем не радует.

- Я же не знал, что так получится, - виновато потупился демиург Шамбамбукли.

- Ты мог выбрать другую формулировку, - сказал Мазукта. - Но нет, тебе захотелось пафоса - и вот результат!

Шамбамбукли вздохнул и отвёл глаза в сторону.

- А чего я сказал-то… - пробубнил он. - Ну, сухой здесь климат, а за почвой никто не следит. Я и попросил одно племя поддерживать порядок…

- Ну да, - кивнул Мазукта, - ты им сказал буквально следующее, цитирую: «Слушайте, вы - народ, избранный сажать кипарисы в пустыне», конец цитаты. Разве ж так можно к людям обращаться?

- А почему нет-то?

- Да потому что они из твоей речи запомнили только, что они - избранный народ. А зачем избранный, для чего избранный - предпочитают не вспоминать. Ну и толку-то? Даром что ходят задрав нос, а ни в пустыне не селятся, ни кипарисов не сажают.

- Что у тебя на этот раз? - спросил демиург Мазукта демиурга Шамбамбукли.

- Проблема, - вздохнул Шамбамбукли. - Как обычно.

- Если как обычно - значит, что-то связанное с людьми, - заключил Мазукта. - Дай угадаю… они тебя опять неправильно поняли?

Шамбамбукли удрученно кивнул.

- В точку.

- Рассказывай, - Мазукта уселся в кресло поудобнее, закинул ногу на ногу и поднёс к губам свежесотворенную сигару. - Я весь внимание.

- Да нечего, в сущности, рассказывать, - пожал плечами Шамбамбукли. - У меня было хорошее настроение, захотелось одному симпатичному человеку сделать подарок. Просто так, в знак своего расположения.

- Минуточку, - перебил Мазукта. - Покажи мне этого человека? Вон тот? Ага, вижу. Дальше, продолжай. Пришёл ты к нему с подарком, и что?

- Пришёл, - подтвердил Шамбамбукли. - Поздоровался. Предложил выбирать на свой вкус, всё что угодно. А он…

Шамбамбукли шмыгнул носом и отвернулся.

- А что он? - Приподнял бровь Мазукта. - Говори уже, не томи. Что он выбрал?

- Ничего, - пробубнил Шамбамбукли. - От всего отказался, еще и меня обругал.

Мазукта приподнял обе брови. Шамбамбукли вздохнул.

- Я не шучу. Обругал. Обозвал нечистым и выгнал из своего дома.

- Ты можешь рассказать подробности? - спросил Мазукта. - Что конкретно ты ему предлагал, какими словами, и какова была реакция на каждое предложение?

- Я ему предлагал всё, что угодно, - повторил Шамбамбукли. - Начал со всех царств земных, чего уж мелочиться. Хочешь, говорю, все царства земные? А может, какие-нибудь сокровища, или там бессмертие, или прекраснейшую из женщин?

- А человек?

- А человек спросил, что он должен будет сделать за всё это великолепие.

- А ты?

- А я сказал, что ничего мне от него не надо, но если он считает себя воспитанным человеком, то может, конечно, поклониться и поблагодарить.

- Ну, всё понятно, - хмыкнул Мазукта и сунул сигару в пепельницу. - Иначе он и не мог отреагировать. Это же человек, не забывай.

- Ну и что?

- А то. В природе человеческой везде искать подвох. Раз ты предложил ему великие блага в обмен на один- единственный поклон, здесь явно что-то нечисто. Как он тебе, кстати, и сказал. Прекраснейшие женщины и царства земные за просто так не даются, не по-божески это. Следовательно, ты, в его понимании, не бог. А просто какой-то сомнительный проходимец.

- А как же быть? - огорчился Шамбамбукли. - Если уж мне так хочется сделать ему подарок?

- Ну- у… - Мазукта задумчиво почесал подбородок. - Способ, конечно, есть. Могу продемонстрировать. Пойдём-ка к этому человеку, сейчас я его одарю по самые уши.

- Эй! - встрепенулся Шамбамбукли. - Это же мой человек, а не твой! Он в тебя даже не верит!

- Сейчас поверит, - заверил Мазукта.

Подойдя к человеку, он рывком поднял его за шкирку, встряхнул и крикнул в самое ухо:

- Эй ты, смертный! Слушай и запоминай! Сейчас ты встанешь, по- быстрому соберёшь всё своё барахло и отправишься за тридевять земель к черту на рога, а там от тебя произойдет великий народ и поимеет два или даже три царства земных. При условии, что никто из вас никогда не станет есть капусты, варить вместе чечевицу и горох, или носить полосатые гетры. А в жертву мне каждый день приносите одного жареного барана, ну и еще что-нибудь вкусное, на ваше усмотрение. Всё уяснил? Можешь меня поблагодарить. И впредь благодари дважды в день, во веки веков. Свободен.

Мазукта отпустил человека, тот упал на колени и принялся быстро отбивать поклон за поклоном, обливаясь слезами счастья и бормоча: «Спасибо! Спасибо тебе, создатель!»

- Но это ведь я, а не ты его создатель! - воскликнул Шамбамбукли.

- Да ну, какая разница, - махнул рукой Мазукта.



Страница сформирована за 0.09 сек
SQL запросов: 169