УПП

Цитата момента



Чтоб я за вас делал свою работу!
Возмущение продвинутого руководителя

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Случается, что в одной и той же семье вырастают различные дети. Одни радуют отца и мать, а другие приносят им только разочарование и горе. И родители порой недоумевают: «Как же так? Воспитывали их одинаково…» Вот в том-то и беда, что «одинаково». А дети-то были разные. Каждый из них имел свои вкусы, склонности, особенности характера, и нельзя было всех «стричь под одну гребёнку».

Нефедова Нина Васильевна. «Дневник матери»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера-2009

Демиург Мазукта вошел в комнату и небрежно сбросил мокрый плащ на пол.

- Ну, и что ты тут сидишь, весь в расстроенных чувствах?

- Да так… - пожал плечами демиург Шамбамбукли. Мазукта проследил за его взглядом и ухмыльнулся.

- А, смотришь… Ну, я ведь говорил тебе, что незачем волноваться. Нашли же в конце концов.

- Угу.

- В этой реинкарнации она очень даже симпатичный эмбрион.

- Угу.

- Что «угу, угу»?! Ты так и будешь сидеть и ждать целых шестнадцать лет?

- И четыре месяца.

- Что?

- Шестнадцать лет и четыре месяца, - повторил Шамбамбукли. - Сейчас ей почти двадцать одна неделя.

Демиург Мазукта подтащил кресло и сел напротив Шамбамбукли.

- А ты знаешь, что пока ты тут предаешься депрессии, в твоем мире дожди, туман и унылая погода? Ты о людях подумал?

- А я и не знал, что тебя волнуют люди, - вяло удивился Шамбамбукли.

- Нет. Люди волнуют тебя, - объяснил Мазукта. - А меня волнует твое состояние! Так что давай, взбодрись, займись чем-нибудь.

- Чем?

- Тебе что, нечего делать? Тогда пойдем, мне поможешь.

Шамбамбукли неохотно поднялся на ноги и покорно уставился на Мазукту.

- Брр! Ненавижу этот твой обреченный взгляд! - передернулся Мазукта. - Но в покое я тебя не оставлю, и не надейся. Одевайся и пошли.

Он сорвал с крючка сухой плащ, решительно запаковал в него Шамбамбукли и подхватил с пола свой собственный, с которого уже натекла лужа.

- Пойдем, тебе понравится.

Мир, в который демиург Мазукта привел демиурга Шамбамбукли, оказался сер и неприветлив. Под ногами хлюпала жидкая грязь, с неба лились потоки воды, ветер то и дело швырял капли под капюшоны демиургов.

- А здесь кто в депрессии? - удивился Шамбамбукли и плотнее затянул ворот.

- Никто. Это называется «тропический ливень». Пошли.

Демиурги поднялись по скользкому склону, обошли гряду камней и уткнулись носом в высокую деревянную стену.

- Ага, пришли! - Мазукта довольно улыбнулся. - Где-то здесь была дверца…

- А что это такое? - спорсил Шамбамбукли.

- Корабль, не видишь?

- Здесь, в горах?

- А ты предпочел бы лезть за ним в болото?

- Нет, но…

Шамбамбукли оглядел сооружение. На корабль оно было мало похоже. Если честно, то больше всего оно напоминало деревянный гроб с орудийной башней, и от этой ассоциации Шамбамбукли опять помрачнел.

Мазукта тем временем нашел в стене корабля плотно закрытую ставню, распахнул ее и крикнул внутрь:

- Ау! Вы там как, готовы?

Из окошка резко пахнуло зверинцем, и раздался многоголосый рёв - курлыканье, рычанье, мычание, ржание и даже чавканье.

- Отлично! - Мазукта снова задраил окошко и окликнул Шамбамбукли. - Эй! Хватайся, понесли.

- Куда? - опешил Шамбамбукли.

- В другой мир, - пояснил Мазукта и, крякнув от натуги, приподнял свою сторону корабля. - Ну, чего стоишь, хватайся!

Шамбамбукли послушно ухватил корабль с другой стороны, и демиурги, кряхтя и отдуваясь, поволокли его на новое место.

- А зачем мы это делаем? - поинтересовался Шамбамбукли на первом же привале, едва переведя дух.

- Так надо, - ответил Мазукта, утираясь платочком. - В том мире, понимаешь, извратилась всякая плоть. Ну вот я и собрал генетически чистые экземпляры, по паре от каждого сохранившегося вида.

- А там устроишь Потоп?

- Ты что, рехнулся? Знаешь, какой мне потом счет за воду придет? Нет, никого я уничтожать не собирался. Зачем? Пускай извращаются, даже интересно, что получится.

- А зачем тогда этих изолируешь в отдельный мир?

- Ну как - зачем? Контрольная группа. Для чистоты эксперимента.

Сон был беспокойным, очень хотелось проснуться, но никак не получалось. Два голоса спорили, то и дело переходя на повышенные тона - один голос знакомый, родной и вполне ожидаемый, а другой… никогда такого не слышала! Да мало ли что может присниться.

- Уйди, по-хорошему прошу. Не лезь ей в душу.

- Извините, но куда же мне еще лезть?

- А вот никуда и не лезь!

- Это почему же?

- Она моя.

- И вовсе нет! Вы ее что, купили?

- Нет. Я ее люблю.

- Я, представьте, тоже.

Девушка беспокойно перевернулась на другой бок, и голоса испуганно затихли.

- Ты ее чуть не разбудил! - прошептал один.

- Неправда.

- Уйди.

- Не уйду! Я первый был.

- Ха! Я с ней знаком почти с рождения!

- А я - еще до того, как она родилась!

- Я ей дарил цветы, защищал от хулиганов, провожал из школы домой!

- А я расстилал цветочный ковер ей под ноги, отводил в сторону молнии и берег ее дом от пожаров!

- Я переносил ее на руках через лужи, держал зонтик над ее головой…

- А я раздвигал над ней тучи и унимал холодный ветер!

- Я ходил с ней любоваться на закат…

- Который я устроил специально для нее!

- Я рассказывал ей про созвездия…

- Которые я зажигал по ночам!

- Я готов для нее луну с неба достать!

- А я могу сложить к ее ногам тысячи лун!

- Я с ней целовался в подъезде!!!

Наступило долгое молчание.

- А… она?

- А она со мной.

- Значит… вот так..?

- Ага.

Повисло еще более долгое молчание.

- Я ее отобью… - неуверенно произнес незнакомый голос.

- Не отобьешь! - девушка решила наконец вмешаться в свой сон.

- О- о… прошу прощения.

- Ничего страшного. Ты же просто сон, не извиняйся.

- Да… конечно. Я просто сон. Ну… тогда счастья вам?

- Спасибо, - сказала девушка.

- И тебе счастья, - добавил родной любимый голос. - Может, найдешь себе другую какую-нибудь.

- Ничего, я подожду, - уклончиво отозвался незнакомый.

- А теперь иди. Не мешай нам сниться друг другу.

- Правила простые, - сказал демиург Мазукта. - Берешь вот эту штуку, - он поднял в ладонях большую сверкающую каплю, - и бросаешь что есть силы!

Капля ухнула вниз, грянула о дно ящика и разлетелась миллионом крошечных капелек.

- А что теперь? - спросил демиург Шамбамбукли.

- А теперь надо заставить их снова собраться вместе. Всего-то делов.

- А, ну это запросто… - демиург Шамбамбукли протянул руку к каплям, но Мазукта его остановил.

- Они сами должны собраться. Понимаешь? По своей воле.

- А у них и воля есть?

- Есть… что-то вроде того. Это же игра. Каждая капля - модель человеческой души. И действует примерно по тому же алгоритму. Ну, начинай.

- Заставить их объединиться?

- Ага. Побудить к этому.

- Ну, а чего тут сложного? Я дам им язык, общий для всех. Они начнут общаться - и сольются в один народ.

- Дерзай.

Шамбамбукли тут же наделил капли языком. Как только они обрели способность высказывать свое мнение друг о друге, а главное, понимать сказанное - тут же переругались и разошлись в разные стороны. Мазукта хихикнул.

- Теперь моя очередь. Раз один общий язык не годится - я попробую наоборот, дам им великое множество самых разных языков.

Получив несколько десятков разных языков, капли тут же разбились на группы и воинственно уставились на соседей.

- Не помогло, - сказал Шамбамбукли.

- Вижу. Пробуй дальше.

- Я объединю их единой верой! - решил Шамбамбукли.

Единая вера не прижилась. Каждая группа капель тут же начала трактовать постулаты по- своему, и все только хуже перегрызлись.

- Нет-нет! - замахал руками Мазукта. - Не так. Я дам им множество верований, на любой вкус, и каждый найдет веру по себе!

Теперь, разделенные разными религиями, капли разошлись еще дальше друг от друга, некоторые налились рубиново- кровавым цветом и повели крестовые походы на иноверцев, захватывая их и испаряя на кострах.

- Нет, и так не пойдет, - вздохнул Шамбамбукли, когда убитые капли опять вернулись с дождем. - Дать им общую культуру?

- Ну дай.

С культурой произошло то же, что и с религией. Каждый взял лишь то, что понравилось ему, отринув остальное.

- Может, повести их по разным путям развития? - предложил Мазукта. - Противоположности притягиваются, они начнут приглядываться друг к другу, заинтересуются, найдут полезное для себя, смешают культуры…

Две основные культуры столкнулись и тысячу лет провели в затяжной бесполезной войне.

- Дать им общего врага?

Но и общий враг не объединил капли - хотя многие сплотились, всегда находились маленькие пронырливые группки, нападавшие на своих с тыла - норовя урвать самой легкой добычи. Когда же общих врагов стало много - целые группы капель стали метаться туда-сюда, заключая и нарушая договора то с той, то с другой стороной, объединяясь и распадаясь, ловя сиюминутную выгоду.

- Да как их, Деструктор побери, собрать вместе?! - не выдержал наконец Шамбамбукли.

- Понятия не имею, - пожал плечами Мазукта и захлопнул ящик. - В эту игру, кажется, еще никто никогда не выигрывал.

- Шамбамбукли, когда ты последний раз проверял свой почтовый ящик? - спросил демиург Мазукта, удобно развалясь в кресле и обмахиваясь рекламным буклетом.

- Ну, обычно я его проверяю каждые двести-триста лет. А что?

- Из него уже на пол сыплется.

Демиург Шамбамбукли присмотрелся к конверту на коленях у Мазукты и нахмурился.

- Мазукта, а тебе не говорили, что чужие письма читать нехорошо?

- Нелепое суеверие, бытующее среди людей, - отмахнулся Мазукта. - Мы с тобой выше этого.

Он бросил буклет на столик, закинул ногу на ногу и мечтательно уставился в потолок.

- Кстати, раз уж зашел об этом разговор. Шамбамбукли, а ты никогда не хотел опуститься на уровень? Побыть немного человеком?

- То есть? Я же уже был, и не раз.

- Ты притворялся, - пояснил Мазукта. - Это не совсем то.

- И ничего подобного! - возмутился Шамбамбукли. - Я…

- Ты сам себя ограничивал, чтобы казаться человеком, но при этом всегда знал, что эта бодяга - понарошку. Ты же сам сотворил этот мир, сила твоя в нем немеряна. Разве не так?

- Так, - подумав, согласился Шамбамбукли. - Ну и что?

- Таков закон мироздания, - вздохнув, сказал Мазукта. - Любого мироздания, причем. Демиург не может жить полноценной жизнью в собственноручно сотворенном мире. Для нас это всегда лишь игра, сон, наваждение… Шамбамбукли..?

- А?

- Ты не хочешь немного пожить по-настоящему?

В голове у Шамбамбукли замигал тревожный сигнал, установленный специально для таких случаев.

- Мазукта, - осторожно произнес он, - мне не нравится, как у тебя горят глаза. Ты наверняка задумал какую-то сомнительную авантюру!

- Да ну, ерунда! Не будь таким подозрительным. Вот, смотри.

Мазукта развернул рекламный буклет.

- Наша проблема в том, что мы ничем не ограничены в собственных мирах, кроме своей же собственной воли. Порочный круг. Значит, нам надо найти чужой мир, где наша сила ничего не будет значить!

- Чужой мир..?

- Ну да. Вот, группа демиургов, опытных дизайнеров, предлагает новый проект. Огромный мир, с густонаселенными городами, с обильной дикой природой и красивыми ландшафтами.

- Ну и что? Мы и сами…

- Вот, слушай. «Если Вы устали от бесконечного акта Творения, отдохните в нашем мире. Проживите полную переживаний и событий жизнь простого человека. Вы можете стать кем угодно - воином, торговцем, ученым, даже преступником…»

- Я не понимаю…

- А тут и понимать нечего. Идешь со мной?

- Мазукта, а тебе не кажется..?

- А, оставь!

Мазукта вскочил на ноги и стал расхаживать взад- вперед.

- Что есть наше существование? Мы закисли в однообразии…

- Я - нет, - тихо возразил Шамбамбукли, но Мазукта его не слушал.

- Наша жизнь размеренна и скучна. Где дух авантюризма, где напряжение, где борьба? А нам предлагают - настоящую, ты понимаешь - настоящую жизнь! Жизнь, где имеют значение лишь наши личные качества, а не какая-то зыбкая сверхъестественная сила. Всё реальное, всё взаправду! Короче - ты со мной или нет?

Мазукта лязгнул зубами и вполголоса выругался. При неверном свете костра никак не удавалось не то что вытащить - даже разглядеть досаждавшую занозу.

- Ты в порядке? - встревожено спросил Шамбамбукли.

- О да. Всё просто отлично! - процедил Мазукта.

Шамбамбукли успокоился и подбросил в костер еще веток.

Мазукта врал. Ему было паскудно. Сапоги он потерял в болоте, вдобавок промок до нитки и весь перемазался в грязи. В босую пятку коварно вонзился какой-то сучок, а за шиворот заползла пиявка. Теперь же, пока кожаный доспех сох на рогульке перед огнем, Мазукту заживо ели комары.

Шамбамбукли потыкал мечом в жарящийся на вертеле окорок гигантской крысы. Крыса подвернулась очень кстати - друзья уже успели проголодаться, а до ближайшего поселения было еще далеко. Вдобавок с ее трупа Шамбамбукли снял пару клепаных перчаток - он еще долго удивлялся, зачем они были нужны крысе.

- Я очень рад, что тебе здесь нравится, - с чувством произнес Шамбамбукли и протянул Мазукте кусок жареного мяса. - Действительно, свежий воздух, здоровый образ жизни… кхм, натуральное питание.

Мазукта взял протянутый кусок и принялся мрачно его пережевывать. Крысятина была пережаренной и жесткой как подошва. У Мазукты бурчало в животе, но он твердо решил не выказывать слабости и приберечь зелье Малого Лечения на самый крайний случай. Шамбамбукли грыз свою порцию как ни в чем не бывало и выглядел, на взгляд Мазукты, возмутительно умиротворенным.

- Ты еще не упомянул активные физические упражнения, - ядовито заметил Мазукта.

- Да, верно, - Шамбамбукли мечтательно улыбнулся в темноту над костром. - Упыри, гарпии, курылатые ужасы… Посмотри, как у меня бицепсы окрепли! - он согнул руку, и под кольчугой заиграли литые мышцы. - Даже мозоли уже зажили.

- Поздравляю, - буркнул Мазукта.

- Вот только… - Шамбамбукли задумчиво нахмурился, и его безмятежный лоб пересекла тревожная складка. - Ты уверен, что настоящие простые люди живут именно так?

Вот, собственно, и всё.

В трактире было дымно и душно, пахло дешевым пивом, тушеной капустой и луком. Хозяин наполнял кружки забредшим в таверну лесорубам да косился иногда в угол, где за столиком обедали два подозрительных типа с полуторными мечами. Старшина лесорубов проследил его взгляд, хмыкнул и бросил презрительное «приключенцы!»

- Ты уверен? - забеспокоился трактирщик. - А они не опасные? Еще начнут тут буянить…

Старшина присмотрелся к парочке и пожал плечами:

- Не начнут.

- Побояться? - с надеждой спросил трактирщик.

- Нет, - покачал головой лесоруб. - Просто твой трактир им на фиг не нужен.

Это не успокоило трактирщика и он осторожно перебрался к другому концу стойки, откуда можно было услышать разговор за столом.

- Это нечестно! - в голосе говорящего слышалась искренняя горькая обида. - Тебе подыгрывают!

- Кто? - со спокойной ленцой спросил второй.

- Все! - первый стукнул кулаком по столу. - Тебе подыгрывают решительно все! Весь этот чертов мир!

- Хм?

- Да! И не делай такое удивленное лицо, ты прекрасно понимаешь, о чем я.

- Нет, не понимаю, - второй неторопливо отломил кусок лепешки, обмакнул в соус и принялся пережевывать. - Объясни.

- Объяснить? Изволь. Я на примерах. Вот идем мы оба по лесу…

- Ну, идем. И что?

- На нас нападают одни и те же волки.

- Вряд ли одни и те же… ну, допустим.

- Одинаковые, - поправился первый. - Одинаковые волки. Ты ото всех отмахался, даже дыхание не сбилось. И меч не затупился. Плюс десять волчьих шкур, амулеты из зубов и пара кольчужных рукавиц неизвестно откуда. А я из такой драки выхожу весь искусанный, одного волка убил, другому отрубил только кончик хвоста, остальные разбежались. И сумку мою унесли с припасами. Да еще потом сорок уколов от бешенства надо делать.

- Сочувствую.

- А когда ты руку суешь в дупло? Почти наверняка находишь там или кольцо с бриллиантом, или чей-нибудь кинжал, или мешок золота. А мне ничего, кроме осиных гнезд, не попадается. И во всём так.

- Ну и что?

- Как - ну и что? Этого же не должно быть!

- Почему?

- Ну, мы же вместе начинали? Вместе. Оба, с нуля, в один день. Но ты проходишь эту игру с легкостью и без усилий, а мне приходится продираться сквозь трудности, зубами себе дорогу прогрызать, ужом протискиваться… и что в результате?! Ни трофеев, ни славы, ни даже опыта мало-мальского! Файтер третьего класса, извольте видеть! В то время как тебя уже туземцы считают живым воплощением какого-то своего языческого божества.

- Они не так уж далеки от истины, - усмехнулся собеседник.

- Но это же несправедливо! - приключенец едва не взвыл. - У нас же должны быть равные возможности!

- С какой стати? - парировал второй. - Мир-то один, это да. Но уровень сложности - разный.

- А кто его выставлял, это уровень сложности? Я - нет.

- Я тоже. Ну, кто-то, очевидно, выставил. Исходя из своих идейных соображений.

- Я буду жаловаться! - насупился первый. - Это нечестно! Что еще за дурацкие идеи?

- А по-моему, вовсе не дурацкие. По-моему, они увенчались полным успехом. - Собеседник откинулся на спинку стула и сыто погладил живот. - Мне не хватало уверенности в себе. Я ее получил.

- А я?! Я же ничего не получил, только время потерял. Силы, здоровье, нервы… Это несправедливо, я этого так не оставлю!..

- А ты, - веско обронил второй, - впервые всерьез задумался о несправедливости.

Демиург Мазукта сидел в гостях у своего друга демиурга Шамбамбукли и пил кофе со сливками. Сам Шамбамбукли пил какао.

- Слушай, чего расскажу, - начал Мазукта.

- Ну?

- Замесил я недавно Хаос. А сам отлучился ненадолго. Ну, ты помнишь, мы с тобой вместе отлучались.

- Помню. И что?

- Я рассчитывал, что к моему возвращению Хаос как раз подойдет. А он прокис.

- Мои соболезнования, - Шамбамбукли состроил сочувственную гримасу и долил себе сливок в какао. - А что тут интересного? Такое со всеми случается.

- Хаос прокис, - продолжал Мазукта. - И расслоился. Твердь створожилась и осела вниз, а небо всплыло наверх. А поскольку меня не было, то они под шумок поженились.

- Кто?

- Земля и небо. И нарожали кучу детей самого уродского вида. Самый старший пожрал всех своих братьев, а с сестрами стал сожительствовать. И тоже нарожал кучу уродов…

- А об этом обязательно рассказывать во время еды? - поинтересовался Шамбамбукли.

- Да ты слушай! Его дети собрались, пришили папашу и расчленили его. Из волос сделали деревья и траву, из костей - горы, из крови - моря, из кишок - болота, из ногтей…

Шамбамбукли поперхнулся, отодвинул от себя чашку и утер рот.

- Мазукта! То, что ты рассказываешь, очень интересно, но…

- А потом они собрали божественное семя своего убитого отца, смешали с дерьмом и сделали первого человека…

- Мазукта! Эта космогония очень длинная или нет? Меня сейчас стошнит.

Мазукта посмотрел на друга с обидой.

- Ну, ладно. Тогда я вкратце. Были долгие темные века, когда на земле проходу не было от разнообразных больших и малых богов, титанов, природных духов и иже с ними. Они, само собой, дрались друг с другом, одних поубивали, другие сами подевались куда-то. Люди выступали то за одну, то за другую сторону, строили и разрушали храмы - ну, ты представляешь.

- Представляю.

- В конце концов боги почти перебили друг друга. Трупы поверженных врагов они проглотили, а затем отрыгнули в небо и получились созвездия…

- Мазукта!

- А чего? Я что, виноват, что так получилось? Меня там вообще не было! Короче, последние оставшиеся из богов отошли от дел и удалились на облака от греха подальше.

- Это всё?

- Нет. Люди в их отсутствие напридумывали себе уйму разных дурацких верований, и здорово передрались между собой. Но в конце концов восторжествовала одна догма, у которой нашлись самые сильные защитники. Сейчас там почти все верят, что у мира изначально, еще до Хаоса, был один- единственный творец.

- Ну вот и хорошо, - кивнул демиург Шамбамбукли и расслабился. - Я очень рад, что твоя история наконец закончилась, и можно спокойно попить какао. Люди вернулись к истокам и уверовали в тебя. Поздравляю.

- Да было бы с чем… - невесело усмехнулся демиург Мазукта. - Как, по-твоему, они называют своего творца?

Ха! Ты посмотри, какое я письмо получил!

Демиург Мазукта протянул демиургу Шамбамбукли распечатанный конверт.

- Какой-то придурок спрашивает, в чем смысл жизни!

- А что тут смешного? - удивился Шамбамбукли.

- Ну как же! Ты вслушайся, вопрос-то какой: в чем смысл жизни? Нет, каково?

- А в чем он, смысл-то?

Мазукта поперхнулся.

- Повтори, что ты сказал?

- Я говорю, а в чем он, этот смысл?

Мазукта разочарованно вздохнул.

- Мда… Ты бы еще спросил, с какой скоростью течет время. Или сколько весит масса.

- Не понимаю…

- А тут и понимать нечего! Смысл есть производная от жизни. Только для неё существуют такие понятия, как «польза» или «вред». А соответственно, и «смысл». Потому что смысл равняется сумме пользы и вреда, деленной на жизнь. Ясно теперь?

- Хм… Угу. Конечно. Да. Ты прав. Очень смешная шутка.

Демиург Мазукта расстелил на столе игровое поле, расставил фигурки и взял в руки кубик.

- Ну, начинаем?

- Начинаем! - охотно согласился демиург Шамбамбукли. - Бросай.

Мазукта бросил кубик и довольно хмыкнул.

- Ага! Я играю белыми, а ты черными.

- Ну вот, - расстроился Шамбамбукли. - Я тоже хочу белыми.

- Да ты что? - рассмеялся Мазукта. - Добро должно быть с кулаками. Во! - он сжал пальцы. - А у тебя разве кулаки? Нет уж, жребий есть жребий, играй за Мировое Зло.

- Ну ладно, - согласился Шамбамбукли. - Значит, мои фигуры - эти? Воры, убийцы, насильники и прочие?

- Да. А мои священники, судьи, учителя, врачи и исполнительная власть. Начали!

Демиурги одновременно склонились над столом и принялись деловито передвигать фигурки.

- Стоп! - сказал через некоторое время Мазукта. - Ты как играешь?

- А что?

- Вон тот твой ублюдок - что он делает со старушкой?

- Переводит через дорогу.

- Ты с ума сошел? Он же насильник! Отрицательный тип.

- А отрицательным типам нельзя переводить старушек через дорогу?

- Нельзя!

- Почему?

Мазукта задумался.

- Нельзя - и всё. Это доброе дело. А ты играешь за Зло.

- Минутку, - Шамбамбукли поднял руку. - Если мои фигуры станут совершать только плохие дела - их же никто любить не будет?

- Разумеется! Их должны бояться, а не любить.

- Нет, - Шамбамбукли решительно помотал головой, - я так не согласен. Если с ними никто не захочет водиться, то все же переметнутся на сторону белых, и я тогда проиграл.

- Почему у меня Мировое Зло никогда не проигрывает? - парировал Мазукта.

- Не знаю. А что я делаю не так?

- Ты всё делаешь не так! Шпионы у тебя предотвращают войну, бандиты грабят богатых и раздают деньги бедным, насильники.. ну, эти вообще действуют только по любви и по взаимному согласию! Я, конечно, понимаю, что цель оправдывает средства - но не любые же средства!

- Ну давай поменяемся, - предложил Шамбамбукли, - раз ты так всё хорошо знаешь, возьми себе черных, а я продолжу за белых.

- Ладно уж, продолжай… Давай я тебе растолкую, что уже успел сделать. Смотри, вот это - Инквизиция, она предотвращает уклонение фигур в сторону Зла. Это - святое воинство, которому поручено обращать черных в белую веру. Это - образовательная система, которая уничтожает в зародыше любые крамольные идеи, чтобы даже мысли такой, переметнуться, не было. Это - лагеря, куда изолируются неисправимые элементы. Всех ведь не сожжешь, правда? Ну ладно, ты пока занимайся белыми, а я буду исправлять то, что ты уже натворил.

- Да… - сглотнул Шамбамбукли. - Тут, безусловно, нужно многое исправлять…



Страница сформирована за 0.78 сек
SQL запросов: 169