УПП

Цитата момента



Только сядешь поработать - обязательно разбудят!
Не отвлекайте от работы

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Наши головы заполнены мыслями относительно других людей и различных событий. Это может действовать на нас подобно наркотику, значительно сужая границы восприятия. Такой вид мышления называется «умственным мусором». И если мы хотим распрощаться с нашими отрицательными эмоциями, самое время сделать первый шаг и уделить больше внимания тому, что мы думаем, по-новому взглянуть на наши верования, наш язык и слова, которые мы обычно говорим.

Джил Андерсон. «Думай, пытайся, развивайся»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/abakan/
Абакан

Глава 11. Подарки к Рождеству

— Пахнет снегом, — сообщила Джейн, когда вся троица вышла из автобуса.

— Рождественской елкой, — прибавил Майкл.

— Жареной рыбой, — сказала Мэри Поппинс.

Других запахов они не успели почувствовать — автобус остановился у самого большого магазина в мире, через два шага они были у его входа.

— Можно, сначала мы посмотрим витрину? — спросил Майкл, прыгая на одной ножке от радостного возбуждения.

— Пожалуйста, — коротко ответила Мэри Поппинс. Но Джейн с Майклом не удивила ее кротость: больше всего на свете Мэри Поппинс любила смотреться в витринные стекла. Пока они любуются игрушками, книжками, ветками остролиста и сливовым тортом, Мэри Поппинс будет любоваться собственной персоной.

— Смотрите, самолеты! — закричал Майкл: за стеклом, подвешенные на проволоке, летали игрушечные самолетики.

— Майкл, посмотри! — воскликнула Джейн. — Какие славные куколки в одной кроватке! Как ты думаешь, они шоколадные или из фарфора?

"Взгляните на эту особу! — сказала себе Мэри Поппинс. — Что за прелесть эти перчатки с меховой опушкой!" У нее никогда еще таких не было, нет, ей в жизни не надоест любоваться ими. Насмотревшись на них, она медленно оглядела себя с ног до головы. Пальто, шляпка, шарф, туфли и она сама внутри всего этого — ни одна леди на свете не выглядит так элегантно и впечатляюще!

Но зимние дни коротки, а дома надо быть к послеобеденному чаю. И Мэри Поппинс со вздохом оторвалась от своего отображения в стекле.

— Идемте скорее в магазин, — сказала она, но, войдя туда, как прилипла к галантерейному прилавку — понадобилось, видите ли, купить черные нитки, к величайшему неудовольствию Майкла и Джейн.

— Отдел игрушек вон там, — напомнил ей Майкл.

— Благодарю тебя, но я знаю. И не тычь, пожалуйста, пальцем, — сказала Мэри Поппинс, расплачиваясь за катушку с убийственной медлительностью.

Наконец все-таки они добрались до Деда Мороза. И подумать только — он согласился даже выбирать им подарки, а это ох какое трудное дело!

— А я знаю, что подарить папе, — сказал Майкл, увидев заводную железную дорогу со светофорами. — Ему очень понравится. Правда, он целый день в Сити, но я буду ее караулить.

— А это — маме, — сказала Джейн, катая кукольную коляску. — Она давно о такой мечтала. Может, мама даст мне иногда с ней поиграть.

Для близнецов Майкл выбрал пакет булавок, для мамы — конструктор, для Робертсона Эй — заводного жука, для Эллен — очки, хотя зрение у Эллен было отличное, а для миссис Брилл — шнурки для ботинок, ничего, что она всегда ходит в тапочках.

Дольше всего Джейн выбирала подарок для мистера Банкса. Наконец нашла чудесную белую манишку. А для близнецов — книжку "Робинзон Крузо" — вырастут и будут читать.

— А пока я ее почитаю, — сказала она. — Я уверена, они мне ее дадут.

Мэри Поппинс тем временем препиралась с Дедом Морозом из-за куска душистого мыла.

— Я очень вам советую купить "Красный парус", — убеждал ее Дед Мороз в отчаянии, что попалась такая несговорчивая покупательница.

— А я предпочитаю "Ночные фиалки", — стояла на своем Мэри Поппинс. — Боже мой! — вдруг воскликнула она, поглаживая мех на правой перчатке. — Давно пора чай пить!

— Чай не волк, в лес не убежит, — мрачно сказал Майкл.

— Никто тебя не просил зубоскалить, — произнесла Мэри Поппинс таким тоном, что Майкл подумал: а ведь и правда — никто не просил.

— Дети, пора домой! — прибавила она.

Вот они, эти слова, которые Джейн с Майклом так боялись услышать!

— Еще пять минуточек! — взмолилась Джейн.

— Пожалуйста, Мэри Поппинс! У вас такой прекрасный вид в этих перчатках, — подольстился Майкл.

Мэри Поппинс внутренне оценила похвалу Майкла, но на лесть, однако, не поддалась.

— Никаких пяти минут! — отрезала она и, поджав губы, поспешила к выходу.

"Господи, — думал Майкл, шатаясь под тяжестью покупок, — хоть бы один раз смягчилась!"

Мэри Поппинс не шла, а летела, и детям пришлось пуститься за ней вприпрыжку. Дед Мороз помахал им рукой. Снежная королева на елке и другие куклы шептали, печально улыбаясь: "Возьмите нас домой, хоть кто-нибудь!" Самолеты махали крыльями и тоненькими птичьими голосами просили: "Хотим летать в небе! Отпустите нас!"

Джейн и Майкл старались не слышать этих соблазнительных голосов. Какая глупость, какая жестокость — побыть в отделе игрушек всего какой-то час!

…Приключение началось, когда они подошли к выходу. Только хотели толкнуть стеклянную дверь и выйти наружу, как к входу с той стороны подбежала поблескивающая детская фигурка.

— Смотрите! — в один голос воскликнули Джейн с Майклом.

— Господи, спаси и помилуй! — выдохнула Мэри Поппинс и остановилась как вкопанная.

Еще бы! Девочка была почти раздета, ее блестящее голенькое тельце окутывала легкая голубая дымка, точно ктото оторвал клочок неба и накинул на нее.

Девочка, как видно, не умела проходить сквозь вращающуюся дверь, она кружилась и кружилась внутри и чем сильнее толкала дверь, тем быстрее кружилась — весело при этом смеясь. Вдруг легким рывком она выскочила из двери и замерла на цыпочках, глядя то в одну сторону, то в другую, точно искала кого-то. Увидела Джейн с Майклом, Мери Поппинс, и лицо ее просияло.

— Вот вы где! — подбежала она к ним. — Спасибо, что подождали. Боюсь, я немного опоздала, — и девочка протянула блестящие ручки к Джейн и Майклу. — Ну что, — сказала она, — рады меня видеть? Ответьте — да, да, да!

— Да, — улыбнулась Джейн. Кто бы мог сказать "нет", увидев этого милого сияющего ребенка. — Но кто ты? — спросила она.

— Как тебя зовут? — спросил Майкл, не отрывая от нее глаз.

— Кто я? Как меня зовут? Неужели вы не узнаете меня? Да, конечно, конечно… — девочка была удивлена и чуть обижена. Посмотрев на Мэри Поппинс, она продолжала: — А вот она знает меня. А вы нет? А я была уверена, что знаете.

В лице Мэри Поппинс мелькнула догадка, глаза загорелись синими огоньками, точно в них отразилось голубое сияние девочки.

— Твое имя начинается на "М"? — спросила она.

Девочка от радости подпрыгнула на одной ножке.

— Ну конечно! И вы его знаете — Майя! Я — Майя, — она повернулась к Джейн с Майклом. — Теперь узнали меня? Я — вторая звезда в созвездии Плеяд. Старшая сестра Электра не может надолго отлучаться, она сидит с Меропой. Меропа совсем маленькая. А между ними — еще пять сестер. Нас всего семеро, все девочки. Мама сперва расстраивалась. А теперь очень довольна.

Майя попрыгала немного и продолжала тоненьким взволнованным голоском:

— Ах, Джейн! Ах, Майкл! Я так часто любуюсь вами сверху. И вот — о, радость! — я говорю с вами. Я все-все знаю про вас. Майкл не любит причесываться, а у тебя, Джейн, на каминной полке в банке из-под варенья дроздиное яйцо. А у вашего папы на макушке лысина. Мне он очень нравится. Это он нас познакомил. Помните? Прошлым летом как-то сказал вечером: "Посмотрите, это Плеяды. Семь звездочек, они самые маленькие на небе. Одну даже не видно". Это он про Меропу. Она еще совсем крошка. И не может ночью не спать. Очень рано ложится. Тут внизу нас иногда называют "Сестрички", или "Семеро голубок". А Орион, тот говорит просто: "Эй, девчонки", — и берет нас охотиться.

— А что ты здесь делаешь? — спросил Майкл, не переставая удивляться.

— Спросите Мэри Поппинс, — рассмеялась Майя. — Я уверена, что она знает.

— Расскажите, пожалуйста, — попросила Джейн.

— Ха! — презрительно воскликнула Мэри Поппинс. — Не вы одни на свете ездите в магазин за рождественскими подарками.

— Ну конечно! — восхитилась Майя. — Она все знает! Я спустилась вниз, чтобы купить сестрам игрушек. Нам часто отлучаться нельзя, мы очень заняты — запасаем для весны тучи. Это работа Плеяд. Но я уже столько их нарисовала, что меня отпустили. Правда, как замечательно?

И она обняла сама себя маленькими ручками.

— Ну, идемте скорее! Я очень тороплюсь. Вы поможете мне выбрать подарки.

Без остановки приплясывая, она подбегала то к одному, то к другому и так повела их обратно в игрушечный магазин. Вокруг сразу собралась толпа, люди смотрели на них и роняли в изумлении свертки.

— Да она совсем продрогла! О чем только думают родители! — возмущались мамы, но голоса у них при этом были нежные и добрые.

— Ну и ну! — сердились папы. — Этого нельзя допускать! Надо немедленно написать в "Тайме"! — Их голоса были резкие и решительные.

Продавцы тоже вели себя странно. Увидев Майю, они кланялись ей как королеве.

Но ни Джейн, ни Майкл, ни Мэри Поппинс, ни сама Майя ничего этого не видели — так были увлечены своим разговором.

— Вот мы и пришли! — воскликнула Майя и впорхнула в отдел игрушек. — Ну, что же мы выберем?

Продавец, увидев ее, встрепенулся и отвесил глубокий поклон.

— Я должна купить сестрам подарки. У меня их шестеро. Помогите, пожалуйста, — просияв, попросила Майя.

— С удовольствием, мадам, — охотно откликнулся продавец.

— Сначала старшей сестре, — сказала Майя. — Она у нас очень домовитая. Ей я куплю маленькую плиту с серебряными сковородками. И еще вон ту разноцветную щетку. У нас на небе столько звездной пыли!

Продавец аккуратно заворачивал подарки в цветную бумагу.

— А теперь для Тайгеты. Она так любит плясать и прыгать. Ей мы купим скакалки. Упакуйте, пожалуйста, получше. Мне очень далеко возвращаться.

Майя ни секунды не стояла на месте, ходила от прилавка к прилавку мелкими, быстрыми, как ртуть, шажками и переливалась голубым светом, точно была не в игрушечном отделе, а мерцала на небе. Мэри Поппинс и Джейн с Майклом не могли глаз от нее оторвать.

— А теперь для Алкионы. Для нее трудно выбрать. Она у нас тихая, задумчивая, и ей никогда ничего не хочется. Может, купить ей книжку, а, Мэри Поппинс? Про Гулливера. Думаю, она ей понравится. А если не понравится, посмотрит картинки. Заверните, пожалуйста! — и она протянула продавцу книгу. — А вот что надо Келено, я знаю, — продолжала Майя. — Ей нужен обруч. Днем будет бросать его по небу, а ночью крутить хула-хуп. Вон тот ей понравится — красный с синим.

Продавец опять поклонился и стал заворачивать обруч.

— Ну вот, осталось всего два подарка. Майкл, что ты посоветуешь для Стеропы? — спросила Майя.

— А что, если волчок? — предложил Майкл после некоторого раздумья.

— Музыкальный волчок? Какая прекрасная мысль! Он будет кружиться в небе и петь! Вот Стеропа обрадуется! А что, по-твоему, Джейн, купить Меропе?

— У Джона и Барбары, — застенчиво проговорила Джейн, — есть резиновые уточки.

Майя даже взвизгнула от восторга и опять обняла сама себя.

— Ах, Джейн, ну какая ты умница! Я бы ни за что до этого не додумалась. Резиновую уточку для Меропы, пожалуйста. Вон ту — голубую с желтыми глазками.

Продавец завязывал покупки, а Майя прыгала рядом, поправляла бумагу, дергала за шнурок — крепко ли завязаны узелки.

— Прекрасно, — сказала она. — А то я очень боюсь чтонибудь потерять.

Майкл все смотрел, смотрел на Майю. Вдруг повернулся к Мэри Поппинс и сказал громким шепотом:

— Но у нее нет кошелька! Кто будет платить за игрушки?

— Не твоего ума дело, — сердито ответила Мэри Поппинс. — Ты забыл — некрасиво шептаться. — Но все-таки стала шарить у себя в кармане.

— Что он сказал? — потребовала Майя, устремив на них круглые, удивленные глаза. — Кто будет платить? Никто не будет! Разве надо за что-нибудь платить? — и она устремила мерцающий взор на продавца.

— Ничего не надо, мадам, — уверил ее продавец, протянул огромный сверток и в который раз поклонился.

— Я так и думала! Вот видите! — сказала она, глядя на Майкла. — В этом и заключается прелесть Рождества — тебе все дают просто так. Впрочем, мне бы и платить было нечем. У нас ведь там наверху денег нет, — и Майя рассмеялась, как колокольчик. — Но нам пора уходить, — продолжала она, беря Майкла за руки. — Всем пора идти домой. Уже очень поздно. А я слышала, ваша мама велела возвращаться к чаю. Да и мне надо спешить. Идемте! — И, увлекая за собой Майкла, Джейн и Мэри Поппинс, Майя побежала вприпляску через магазин, и скоро вертящиеся двери выпустили их наружу.

И тут Джейн всплеснула руками.

— А подарок для Майи! Она купила игрушки для всех, а себе ничего! Майя осталась без рождественского подарка! — И Джейн стала перебирать свертки: у нее столько всего, она найдет, чем поделиться с Майей.

Мэри Поппинс бросила быстрый взгляд в витринное стекло. На нее глянула оттуда очень элегантная, очень интересная особа — шляпка, пальто без единой морщинки, и довершают портрет новые перчатки с меховой опушкой.

— Успокойся, — сказала она Джейн самым презрительным голосом. Стащила с рук перчатки и надела на ручки Майи.

— Носи, — буркнула она. — Сегодня холодно. Тебе будет в них хорошо.

Майя посмотрела на перчатки: они были такие большие и казались на ее ручках пустыми. Майя ничего не сказала, она подошла к Мэри Поппинс, обняла ее свободной рукой и поцеловала. Обе посмотрели друг на друга долгим взглядом и улыбнулись, как улыбаются друг другу друзья. Потом Майя повернулась к детям и легко прикоснулась пальцами к их щекам. Какое-то мгновение они стояли, образовав кружок, и глядели друг на друга, как завороженные.

— Мне было так приятно с вами, — тихо сказала Майя, нарушив молчание. — Смотрите, не забывайте меня! Не забудете?

Дети замотали головами.

— Прощайте! — махнула Майя рукой.

— Прощай, — ответила вся компания, хотя им очень не хотелось прощаться.

Стоя на цыпочках, Майя подняла кверху руки, подпрыгнула. И вдруг как по ступенькам побежала вверх, стремясь в сизо-серое небо. Она махала им, то и дело оборачиваясь, и дети махали ей изо всех сил.

— Что тут происходит? — сказал рядом чей-то голос.

— Но это невозможно! — подхватил второй голос.

— Это неслыханно! — воскликнул третий.

Толпа, привлеченная невиданным зрелищем, росла. Расталкивая зевак своим жезлом, к детям приближался полицейский…

— Что такое? Что случилось? Автомобильная катастрофа? — И он посмотрел на небо, куда смотрели все остальные. — Ну знаешь ли! — воскликнул он, грозя Майе кулаком. — Слезай оттуда! Что ты там делаешь? Сейчас же слезай! Так себя вести в общественном месте! Это же сверхъестественно!

Но Майя только смеялась наверху, из ее рук выскользнули скакалки и полоснули по небу блестящей молнией: пакет все-таки разорвался.

Еще секунду они видели, как она приплясывает на воздушных ступеньках. Потом ее подхватила темная туча, и Майя исчезла. Но дети знали — Майя там, за тучей, потому что по темным краям засветилась блестящая каемка.

— Черт меня побери! — воскликнул полицейский и почесал под шлемом затылок.

— И хорошо бы — побрал! — воскликнула Мэри Поппинс своим самым презрительным голосом, кто-то даже мог подумать, что она грубит полицейскому. Но Джейн и Майкла эта грубость не могла обмануть. Они заметили, как заблестели ее глаза. Не будь это Мэри Поппинс, они бы подумали, что в глазах у нее слезы…

— Нам могло все это почудиться? — спросил Майкл у мамы, когда они вернулись домой и рассказали ей эту историю.

— Наверное, могло, — ответила миссис Банкс. — Нам всем иногда чудятся странные и приятные вещи.

— А куда же делись перчатки Мэри Поппинс? — сказала Джейн. — Мы сами видели, как она отдала их Майе. И потом всю дорогу ехала без перчаток! Так что это, наверное, правда.

— Что такое, Мэри Поппинс! — воскликнула миссис Банкс. — Вы отдали свои меховые перчатки с опушкой?! Отдали насовсем?

— Перчатки — мои. — Мэри Поппинс фыркнула. — Я могу делать с ними что хочу.

Она поправила свою шляпку и пошла на кухню готовить чай…



Страница сформирована за 0.67 сек
SQL запросов: 170