УПП

Цитата момента



Человек — это существо, постоянно принимающее решения о том, что оно такое.
Ну-с, и что вы решили?

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Чем сильнее ребенок боится совершать ошибки, тем больше притупляется его врожденная способность корректировать свое поведение.

Джон Грэй. «Дети с небес»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d3354/
Мещера

Дерьмократия

В XII – XIV веках оказавшаяся на грани уничтожения Россия пришла к совершенно особенной форме общественной защиты своего государства. На Руси под ударами орды произошел естественный отбор: те, кто не погиб, кого не угнали в рабство, обрели особое свободолюбие, причем не теоретическое, не декларативное, а практическое, воспитанное многими веками непрерывных войн и борьбы за свободу. Ненависть к любому угнетению, к любой форме паразитирования у россиян в крови.

Особенность этого государства – абсолютно единовластный царь, который мог в России все. Единовластие давало царю уникальную свободу служить только своему народу. Независимый ни от кого, он никому, кроме своего народа, не должен был служить: ни членам политических партий, избравшим его, ни мафии, давшей деньги на избрание. Царь мог все, но делал по защите народа только то, что без него народ сделать не мог. Остальное делал сам народ, объединенный в общины.

Русская идея демократии состоит в следующем:

  • верховная власть ни от кого персонально в стране не зависит, никто не имеет права воздействовать на нее с целью получения собственных выгод;
  • верховная власть занимается только тем, с чем мир справиться не может, и в дела мира не вмешивается;
  • лично человеку принадлежит только то, что он сделал сам, заслужил у верховной власти или купил на честно заработанные деньги, все остальное принадлежит обществу;
  • вести между собой расчеты за труд деньгами – это не по-русски, каждый обязан помогать друг другу, в единой семье деньги не нужны;
  • каждый человек – личность и имеет право на то, чтобы его голос и его мнение выслушали и приняли во внимание.

Существуют ли надежные данные, которые подтвердили бы эту особенность русской демократии? Да, и много.

Как ни в одной другой стране, все сословия на Руси были по отношению к царю одинаково бесправны, а следовательно, находились в равном положении. Бесправие заключалось в отсутствии каких-либо прав уклониться от службы России. Все обязаны были служить: дворянин копьем, крестьянин сохой, купец мошной. На отношение к себе со стороны царя все сословия имели одинаковые права: он обязан был всех защитить одинаково.

Сотни лет подряд по соседству с Россией безумствовали мудраки, носясь с парламентаризмом различных окрасок – от турецкого до шведского. Русские, окружив царя плотным кольцом, наблюдали соседнее мудрачество с презрением, а друг за другом с подозрением: не пробует ли кто-то подчинить царя своим интересам.

Как ни в одной другой стране, крестьянская община в России имела исключительные властные права и свободы.

Как ни один народ в мире, русские отличались полным отрицанием частной собственности на землю, презрительным отношением к жадности, бескорыстием в служении России. В Смутное время купец Минин призвал купцов имущество продать, жен и детей заложить, но Россию освободить. Перед наступающим Наполеоном смоленские купцы сами подожгли свои лавки и склады с товарами.

Как ни в одной другой стране, в России помощь ближнему считалась обычной, не требующей благодарности обязанностью.

Как ни в одной другой стране, в России на мирских сходках требовалось единогласие при принятии решений.

Русский (россиянин) был хозяин в своей стране, он имел власть, и, следовательно, в стране была демократия.

Своей властью русский народ требовал себе право на неприкосновенность своей жизни и своей свободы, и цари (его рабы) старались, делали все, чтобы отбить набеги, не дать попасть в полон к татарину, погибнуть от сабли поляка или меча ливонца. Но одежда прав шьется на подкладке обязанностей, как гласит восточная мудрость. И русский народ считал своей обязанностью и дворянина содержать, и подать платить, и своей кровью свободу и жизнь оплачивать.

Русский имел не просто свободу слова, не просто свободу говорить в пустоту, его свобода была сопряжена с обязанностью остальных его слушать и стараться понять. Где и в какой стране была и есть сейчас конституция, которая бы гарантировала такую свободу?

Русский уже тогда имел права, которые и сейчас не все имеют. Он имел право на жилище, и общество (община) ему это право обеспечивало. Он имел право на труд, и общество предоставляло ему землю на равных с другими условиях. Он имел право на обеспеченную старость. Он имел все, что могло обеспечить ему тогдашнее развитие производительных сил государства.

Ни один народ не имел такого набора прав, как русский, ни один народ не имел органов управления, которые были обязаны обеспечить ему такой объем прав, и все это было демократией особого, высшего порядка – русской демократией.

Но никогда не могла обеспечить русская демократия право народа иметь умную интеллигенцию. Сколько бы народ свою интеллигенцию ни кормил, а она, как волк в лес, все на Запад смотрела.

Термин “русская демократия” мы уже использовали, и я считаю, что этот термин имеет полное право на самостоятельную жизнь.

С развитием производительных сил, ростом производительности труда Россия становилась богаче, что дало экономические предпосылки .для совершенствования демократии. Становилось ясно, что у умного отца может быть сын-дурак, что в наследственности монархии есть дефект. Надо было совершенствовать русскую демократию и в этой области, причем нам самим, не оглядываясь на Запад. Но мудраки всех опередили: начался долгий период уничтожения русской демократии бюрократией и буржуазией, который закончился в октябре 1917 года. От этой даты Россия совершила рывок к… К чему? Как назвать то, в чем очутилась Россия начиная с 1989 года?

Две тысячи лет назад человечество суммировало те моральные правила, которые позволяют людям жить вместе и достойно людей. Они вошли в христианство, позже в мусульманство, присутствуют и в других религиях. Без исповедования этих моральных норм люди нигде не считаются людьми. Вспомним эти нормы:

  • самоотверженное служение людям, лишения и смерть ради них – подвиг; пренебрежение к богатству;
  • запрещение воровать;
  • запрещение убивать;
  • отношение к представителям всех национальностей, как к братьям;
  • презрение к предателям.
Пришедшие к власти в апреле 1989 года люди открыто объявили свои правила:
  • обогащайся любым путем, если он преступный, мы закроем глаза;
  • предательство допустимо, если оно выгодно;
  • патриотизм – признак подлеца;
  • каждая национальность должна иметь преимущества перед остальными.

В СССР были люди, которых совесть обязывала служить людям больше остальных, – коммунисты. Партия коммунистов была запрещена и ошельмована людьми, пришедшими к власти. Причем люди, пришедшие к власти, всю свою жизнь паразитировали, получая деньги именно от коммунистов.

Приход к власти этих людей ознаменовался:
  • потерей права на труд вследствие разрушения экономики;
  • потерей права на жилье из-за резкого сокращения объемов строительства жилья для народа;
  • потерей или ущемлением права на медицинское обслуживание из-за частичного превращения его в платное;
  • потерей права на обеспеченную старость вследствие обесценивания сбережений;
  • потерей свободы слова после почти полного подкупа средств информации бюрократией и новой буржуазией;
  • потерей или ущемлением права на высшее образование из-за превращения его в платное и размещения вузов в разных государствах;
  • потерей свободы передвижения из-за разделения страны границами и резкого скачка цен на билеты.

Такого удара изнутри Россия никогда не получала. Как назвать этих людей и эту власть за одну только утрату общечеловеческих моральных ориентиров? Дикарями? Но дикари и не знали правил человеческой морали, а эти знали отлично и пошли на их нарушение из соображений личной выгоды. Самое мягкое из определений этим людям – дерьмо. И власть их – дерьмократия.

Правда, я должен оговориться, что этот термин – не мое изобретение: с приходом этих людей к власти народ стал применять к ним это слово инстинктивно, не догадываясь, что случайно достаточно точно охарактеризовал явление в целом. Да, “дерьмократия” звучит еще менее благозвучно, чем “мудрак”. Но что же поделать, явление ведь еще более мерзопакостно, чем само слово.

ДЕЛОКРАТИЗАЦИЯ ГОСУДАРСТВА (окончание)

Народ

В составляющей государство троице Народ–Законодатель–Исполнитель Народ (будем писать и это слово с большой буквы) занимает двойственное положение: он и хозяин, и раб. Кроме того, Народ – это основа власти, называющейся демократической. Уточним, что мы подразумеваем говоря “Народ”.

Под Народом будем иметь в виду людей данной страны без учета факторов времени: это все те, кто живет сейчас, и те, кто будет жить после нас. То есть люди сейчас живут ради того, чтобы жили последующие поколения. Для нас, людей, принцип “после нас хоть потоп” совершенно не пригоден, ведь даже животные в некоторых случаях жертвуют собой ради своего потомства. И слово “демократия” человек должен понимать именно так. Люди, использующие это слово, но считающие Народом только себя, должны задуматься над вопросом: что отличает их от животных? Да, животные в случае опасности для себя бросают своих детенышей, хотя, например, волки, по заметкам охотников, долго преследуют уносящих волчат людей в надежде вернуть их. Но у животных есть альтернатива:

погибнуть вместе с детенышами либо дать погибнуть этим детенышам и вывести новое потомство. У людей такой альтернативы нет. Поэтому приемлемо только такое толкование: Народ – это мы и наши следующие поколения.

Из этого вытекает следующее. Народ – это очень мощная инстанция в историческом плане, но совершенно беспомощная сегодня, поскольку его никогда нет в полном составе. Народ непосредственно не может никого заставить себе служить, не может лично осуществить демократию, поэтому демократия только там, где люди сами служат Народу.

Строя систему управления демократического государства, понимать это очень важно, так как такое положение означает, что Законодателя нельзя немедленно, прямо подчинить Народу. Эту проблему мы решим позднее, но важно отметить, что между представителем Народа – Законодателем – и Народом есть еще один представитель Народа – Избиратель. А зачастую избиратели считают Народом именно себя, заставляют служить государство именно себе. Громогласно требуя демократии, они первая инстанция, которая демократию губит.

Подчинить Народу Исполнителя несложно, некоторую трудность представит подчинить Народу Законодателя, но сложно подчинить интересам Народа избирателей. Этот вопрос можно решить только с помощью властвующей в обществе морали, нравственных норм, то есть подчинение избирателей Народу – задача воспитания.

Воспитание человека прямо связано с вопросами управления им; сложность воспитания взрослого человека усугубляется отсутствием обратной связи с ним: по внешнему виду и словам сложно понять, порядочный перед вами человек или подлец, нельзя с уверенностью сказать, как поведет он себя в той или иной обстановке. Время, когда с наилучшими результатами можно воспитать человека, – раннее детство. Поэтому пусть читатель не удивляется, когда дойдет до раздела, где будут рассматриваться вопросы воспитания детей.

А сейчас просто запомним, что Народ – это мы и будущие поколения, что командовать Законодателем будет только живущая ныне дееспособная часть Народа – избиратели, что команды Законодателя будут исполняться живущей ныне частью Народа – населением.

Законодатель

Рассмотрим, каким будет наш Законодатель – тот, с кем Народ заключит договор, кому он даст приказ организовать свою защиту.

Законодателем может быть либо один человек – монарх или диктатор (редко таких несколько – хунта), либо избранная группа людей – законодательное собрание, парламент и прочее. Нам надо выбрать для себя что-то одно.

Наибольшим доверием у людей пользуется монарх, и это объясняется многими причинами. Он один во всех лицах, как правило, он и Законодатель, и Исполнитель, он тот, к кому можно обратиться по любому вопросу. Он профессионал, так как с малых лет готовится и его готовят стать монархом, а к профессионалу всегда больше доверия. Монарх никем не избирается, его должность передается по наследству, то есть монархия самовосстанавливается. Поэтому монарх никому ничего и не должен: он независим, никому не даст преимуществ и этим не нарушит справедливость в обществе. Так как он не избирается, он неподкупен, а следовательно, он самый справедливый судья. То, что он не избирается, освобождает его от службы избирателям и он может служить только Народу. И он, как правило, действительно служит народу, поскольку престол от него перейдет его детям, а он, естественно, как и мы, стремится оставить своим детям богатую и счастливую страну, а именно это нужно Народу от государства. Это настолько убедительные преимущества монархии, что идея самодержавной власти не умирает в желаниях народа, и не только в слаборазвитых странах, хотя и дискутируется уже несколько столетий. Достаточно недавно во Франции опрос общественного мнения показал, что чуть ли не каждый пятый француз вместо своего парламента (говорильни) предпочел бы иметь короля. Аналогичный опрос в других странах Европы дал такие результаты: наибольшее доверие из всех институтов государства у европейцев вызывают полиция и пожарные, а наименьшее – парламент, причем, к старейшему парламенту, английскому, у англичан практически нет никакого доверия.

Но идеального в жизни не бывает, есть недостатки и у монархии и, к сожалению, неисправимые.

Чрезвычайно возросший объем проблем в государстве с тех времен, когда появились первые монархи, становится не под силу среднему человеку. Действительно, первоначально перед монархом стояла одна-единственная задача – защитить свой народ от таких же, как он, королей. Задача не сложная, и в этом плане интересно вспомнить Рюриковичей – основателей монархии в России.

По летописным версиям, в 862 году русские призвали скандинавского князя Рюрика на русский престол, и тот пришел со своей дружиной викингов – сухопутно-морских разбойников. (Эта версия была взята Гитлером в подтверждение мысли о том, что русских будет легко удержать в подчинении, поскольку ими всегда руководили немцы.) Но эта версия мало устраивала некоторых русских патриотов, особенно после второй мировой войны, вследствие чего была выдвинута официальная версия, например в Исторической энциклопедии: Рюрик сам захватил княжеский престол в Новгороде. Чивилихин же утверждал, что, хотя русские и добровольно пригласили Рюрика, но он не скандинав, а поляк, к тому же зять последнего русского князя Гостомысла; тоже некоторый бальзам на душу русского патриота: все же не немец, а поляк, славянин.

Но по моему мнению, дело здесь гораздо проще. Русские подвергались набегам со стороны соседних банд и не только варягов, но и хазар, и печенегов, и прочих, и прочих. С целью защиты от внешнего врага было весьма разумно нанять к себе на службу самую сильную банду. А сильнее викингов в то время, пожалуй, никого не было: они грабили нещадно всю Европу. И долгое время род Рюрика, хотя и занял русский престол, нрава и привычек не изменил: продолжал грабить, как и раньше, кого мог. Сын Рюрика Игорь, киевский князь, грабил всех, не только ближних хазар и древлян, но и совершал дальние походы: на востоке он дошел до Баку, а на юго-западе – до Византии. В конце концов его убили древляне, которых он обложил двойной данью. Сын Игоря Святослав вообще на Русью не интересуется, переложив вопросы правления на свою мать, княгиню Ольгу. Он же увлеченно воюет то на востоке, где он окончательно разгромил хазарский каганат, то на Западе, в Болгарии, где самозабвенно дерется с Византией. И все это он успел, не дожив до 28 лет, когда его постигла естественная для профессионала смерть: в 972 году его убили в бою печенеги.

Ясно, что при таких князьях русским было спокойнее: их соседи-разбойники уже и не помышляли о грабеже России, а сами пытались защититься от русского князя и его варягов.

Предоставляя гражданам государства защиту только от внешнего врага (организуя их на это), монархи не были обременены напряженной умственной работой по оценке жизни своих подданных во всем ее многообразии. В данном случае особого ума от королей и не требовалось, что отражалось и на их прозвищах. Их чаще называли Храбрый, Грозный или, на худой конец, Окаянный, нежели Мудрый.

Но жизнь усложнялась и ставила задачу организовать защиту граждан страны по многим поводам. Для этого нужно было принимать законы, что требует восприятия огромных объемов информации, чтобы оценить, насколько возможно исполнение их в странах, население которых составляет десятки и сотни миллионов человек с разными свойствами национальных характеров, с разными обычаями и устоявшимися представлениями о жизни. Возможно, что законы, которые защитят граждан в одном регионе страны, в другом будут восприняты как бесцельное ограничение свободы и нарушение прав. Возникает вопрос, на который трудно ответить: может ли быть вообще человек с интеллектом, способным переварить столько информации.

Второе свойство монархии, которое компрометирует идею монарха как Законодателя, состоит в том, что положительные свойства монархии, ее независимость основываются на престолонаследии. А известно, что “на детях гениев природа отдыхает”, и здесь наука управления людьми бессильна. Здесь ничего нельзя сделать. Дурак у власти перечеркивает все достоинства монархии.

Мы уже писали о генных причудах российского императорского дома. Если в XVIII веке еще есть монархи, которые пытаются достичь каких-то нужных для защиты народа целей – Петр I и Екатерина П, монархи, понимающие, зачем они нужны России, – Анна и Елизавета (правда, есть и откровенные мудраки Петр III и Павел I), то в XIX веке во главе России стоят в основном монархи безусловно серые.

Рассмотрим, например, как проводил освободительную реформу Александр П. Вместо того чтобы передать всю землю тому, кто ее обрабатывает,– крестьянам, а дворян, от которых требовалась только служба государству, взять на содержание государства, он отдал дворянам, освобожденным от службы народу указом Петра III, землю, которую раньше для них обрабатывали крестьяне. Если бы он отдал всю землю крестьянам (кроме земли под усадьбами дворян), они быстро бы стали богаче, поскольку свою землю они точно обработали бы лучше, чем помещичью. А с богатых и больший налог поступил бы в казну, а следовательно, служивых дворян можно было бы обеспечить гораздо лучше, чем при том решении, которое принял Александр П. В накладе остались бы лишь те, кто не служил государству: им пришлось бы заняться трудом. Но разве недовольство этих людей могло что-нибудь изменить в государстве, где были довольны два основных класса: крестьяне и служивые дворяне?

В 1913 году справочная книжка офицера определяла жалование подпоручиков и поручиков всех родов сухопутных войск, младших и старших офицеров рот, эскадронов и батарей в размере 660 и 720 рублей в год, то есть 55 и 60 рублей в месяц. Правда, им выдавались еще и столовые деньги по 8 и 10 рублей в месяц соответственно. Без вычетов 8 % на госпитали и в пенсионный фонд доход подпоручика в месяц составлял 63 рубля, поручика – 70. (А по данным, собранным Джоном Ридом в 1914 году, который по политическим соображениям не показал заработок квалифицированных рабочих: машинистов паровозов, мотористов, электриков, месячный заработок плотника был 56 рублей, кузнеца – 59, каменщика или штукатура – 61 рубль; меньше тех, кому лично нужно было вести солдат в бой, получал чернорабочий – 40 рублей в месяц.) Лет через 30–35 один из 50 этих офицеров (поручиков и подпоручиков) мог дослужиться до полковника, командира полка. (Полк в военное время насчитывал свыше 4 тысяч человек.) Тогда бы его жалование достигло 100 рублей в месяц, а вместе со столовыми деньгами (до вычетов) – 325 рублей, что, конечно, уже сравнимо с доходом мелкого лавочника или низкопробного сутяги-адвоката. Надо ли удивляться тому, что во время гражданской войны в Красной Армии (открыто антицарской) служило 200 царских генералов, а генералы армии барона Врангеля и он сам, кстати, были в царской армии лишь полковниками. Да и в Великой Отечественной войне, через 24 года, 17 генералов (из 41), командовавших фронтами и подготовленных уже большевиками, – бывшие царские офицеры в чинах от корнета до полковника.

А ведь начало этому положил законодатель Александр II, который при освобождении крестьян перевел в привилегированный класс тех, кто не кормил Россию и не служил ей, оскорбив этим самых преданных монархии граждан.

О какой же устойчивости российского трона можно было говорить, если сами монархи выбивали опору из-под трона? В ком Александр II хотел видеть опору монархии? В помещиках, плюнувших на службу стране, питающих столицы обломовыми и прочей “интеллигенцией”? В купцах и кулаках, готовых мать родную задушить во имя прибыли? И это Законодатель? Ведь он не ориентировался даже в мелочах. Возьмем такую “мелочь”. В момент освобождения от всех крестьянских полей отрезали по кусочку в пользу помещиков. И хоть эти участки были невелики, но результат оказался печальным.

Меня как-то заинтересовала мера площади земли в России – десятина. Почему десятина? Чего она десятая часть? От чего 2500 квадратных сажен, то есть квадрат земли со стороной 50 сажен, может быть десятой частью? Но для крестьянина площадь не обязательно должна быть представлена в форме квадрата, о чем я с удивлением узнал, когда спросил отца о размерах десятины. Он, начавший жизнь в 20-е в крестьянской семье, ответил:

“Десятина – это прямоугольник шириной 16 сажен и длиной 160 сажен. Это примерно соответствует десятине. А 160 сажен это гон”.

Вот в чем здесь дело. Пахали на лошадях или быках, а они не могут непрерывно работать, им нужно передохнуть. И опытом было установлено, что животное может тащить плуг или соху на одном дыхании именно 160 сажен. Потом плуг вынимали из земли, а пока его разворачивали, животное переводило дух. Так возникла и мера площади пахотной земли. Но если от такого участка отрезать кусок по длине, то пахота становится непроизводительной: отдых животного занимает слишком много времени. Кроме того, для российских крестьян (об этом мы уже говорили) очень важно было иметь навоз, следовательно, необходим корм для скота, то есть луга и выпасы. Поля после зерновых, со стерней, зарастающей травами, – это выпасы для скота. Но когда в этих полях появились клочки помещичьей земли, то скот стало невозможно выпустить:

помещик за потравы своих участков разорял штрафами. Поэтому крестьяне либо втридорога выкупали эти клочки собственной земли, либо брали их в аренду, попадая в кабалу к помещику.

Этот пример – свидетельство того, что Законодателю при разработке нового закона нужно подходить к Делу с разных сторон, а значит, нужны умные советчики, чтобы не случилось так, что недодуманный пустяк превратился в способ издевательства над подданными.

В русской истории более всего поражает то, что и в XIX веке цари продолжали больше всего издеваться над наиболее преданной лично себе частью населения – крестьянством. Ведь крестьяне не бунтовали и не поднимали руку на царя, чем, кстати, пользовались главари бунтовщиков, выдавая себя за царя. На жизнь царей посягали дворяне: Петра III убили дворяне, Павла I – дворяне, дворяне вывели солдат-крестьян в декабре 1825 года на Сенатскую площадь под картечь, на смерть за Константина и Конституцию и против царя Николая I, выдумав, что Конституция – жена императора Константина, брата умершего императора Александра I. (Константин по закону должен был наследовать престол Александра I, но отказался в пользу младшего брата Николая.)

Во второй половине прошлого века революционеры пытались настроить “освобожденных” крестьян против самодержавия. Когда такой агитатор критиковал местное начальство, крестьяне охотно поддакивали, когда он критиковал министров, они соглашались, но как только критика касалась лично царя, тут же вязали агитатора и везли в полицию. Узнав об этом, один отчаявшийся революционер-жулик сфабриковал царский манифест, в котором царь якобы просил у крестьян защиты от лишивших его свободы чиновников. Этот манифест стал причиной кровавого бунта в районе распространения, который удалось подавить с трудом.

На народную любовь династия Романовых ответила полным безразличием к крестьянским нуждам, мало того, она по советам своих мудраков и интеллигенции проводила над крестьянами различные эксперименты. Лучше бы Николай II, который никогда не интересовался крестьянами, вообще забыл о них, дал им возможность выжить в своих общинах, но он предоставил Столыпину право эксперимента, право издеваться и над общинами.

Поэтому не стоит удивляться, что свержение Николая II было встречено крестьянами и служивыми дворянами с полнейшим равнодушием, даже белые не рискнули в гражданской войне взять идею монархии на вооружение – вот до чего Николай II довел Россию.

Таким образом, можно сделать вывод, что монархии присущи несколько очень нужных для Народа, для демократии черт, которые необходимы (как мы увидим позже) Исполнителю (ведь монарх не только Законодатель, но и Исполнитель в одном лице). Но в роли Законодателя монарх неприемлем, и нет способа усовершенствовать монархию в этом вопросе.

Диктаторы и хунты – это пародия на монархию. Имея все недостатки монархии, они не имеют ее достоинств – независимости:

они всегда зависимы от тех, кто привел их к власти, и всегда служат не Народу, а тем, кто им дал власть. Конечно, и здесь могут быть положительные примеры, но нельзя превращать демократию в лотерею.

Следовательно, роль Законодателя может выполнить только парламент – временное сборище чванливых, болтливых, безответственных и жуликоватых “народных избранников”. Как человеческий материал парламентарий – это, конечно, не велика находка, но ведь и в армию попадают не только люди высшей пробы, тем не менее офицеры справляются с управлением ими и в Делах посложнее, чем наше. Справимся и мыс парламентариями, используя законы поведения людей.

Прежде всего решим вопрос о количестве инстанций, прямо подчиненных Народу. Нельзя допустить, чтобы нас, Народ, обманули, а сделать это очень просто.

Кто должен непосредственно решать Дело организации Народа на свою защиту: Народ или Законодатель? Поскольку Народ на это не способен (как мы уже говорили) и в силу своей некомпетентности, и вследствие неполного его состава, это дело Законодателя. То есть мы, Народ, не должны даже пытаться разделить это Дело между исполнителями- Если сделать хоть малейшее движение в эту сторону. Законодатель немедленно снимет ответственность с себя за результаты Дела. Ведь разделение Дела обязательно включает выбор его исполнителей.

Поясним это на конкретном примере, чтобы ясно представить, где нас, Народ, могут обмануть. Представьте, что вы решили построить себе дом и выбрали человека, который берется это организовать – прораба. Заключив с ним договор, вы по этому договору обеспечите его деньгами и утвердите проект дома. Но не более того! Нельзя хоть как-то вмешиваться в дела прораба. Почему? Если прораб безответствен, то он ласково и ненавязчиво может подольститься к вам (какой вы умный!) и предложить лично подобрать и каменщика, и штукатура, и плотника, и остальных. Если вы согласитесь с этим предложением, то в итоге получится следующее. Вы заплатите прорабу деньги сполна, а когда будете принимать готовый дом, вдруг выяснится, что стены кривые, в окнах щели, через крышу видны звезды, полы горбом, двери не закрываются. На ваши претензии прораб с удивлением спросит: а при чем здесь он? Он прораб замечательный, и все сделал очень хорошо. Но ведь каменщика и плотника выбрали вы сами, а это каменщик положил стены. И хотя прораб ему делал замечания, но каменщик его не слушал. А каменщик укажет на прораба, который дал ему такой кирпич, что стены лучше и сделать было нельзя, кроме того, прораб ведь не заставил его стены разобрать и переложить. И они начнут кивать друг на друга, а вы, ничего не понимая ни в кирпиче, ни в лесе, ни в технологии строительства, будете молча слушать перебранку специалистов, находясь в роли человека, которого обобрали до нитки и ничего не дали взамен.

Вы поступите единственно разумным способом, если на обольстительные речи прораба ответите, что в технологии строительства не разбираетесь (что нисколько не унизит вас) и поэтому будете иметь дела только с самим прорабом, а ему, специалисту, Придется отвечать за малейшие недочеты по дому. Если он вам скажет, что, дескать, каменщик плохой, вы ему сможете ответить, что вые каменщиком не знакомы и деньги платили не ему, а прорабу, и если каменщик был плох, то прораб не должен был ставить его на кладку стен. Прораб не сможет уйти от ответственности, и он будет это понимать еще до того, как возьмет деньги и начнет строительство. Прораб-неспециалист сразу откажется от строительства дома: он побоится рисковать, зато толковый построит дом в лучшем виде.

Законы поведения людей едины, и от людей не зависят. И при строительстве государства надо поступать так же, как и при строительстве дома.

У Народа должен быть только один подчиненный – Законодатель. И как бы “умники” ни твердили, что нужно еще избрать и президента, и верховный суд, и черта-дьявола, надо помнить: только один подчиненный, и только с него спрос. Кто еще нужен Законодателю, он должен определить сам. И сам за него отвечать перед Народом. Нельзя давать власти выскользнуть из ваших рук, рук Народа. Не будьте глупым пескарем, не соблазняйтесь поганым червячком прямых выборов президента, это наживка на крючке безответственности всех тех, кто живет на ваши деньги, деньги Народа.

Теперь скажем несколько слов о народных представителях. Что значит, что они нас представляют? Как мы убедились, сами они полагают, что их обязанность, – это от имени своих избирателей заявлять свои претензии в парламенте. А кому от этого заявления стало лучше, не их дело, они считают, что свой долг перед Народом исполнили. Но Дело Законодателя – организовать нас на собственную защиту. Наша защита – Дело народного избранника, а будет он говорить речи при этом или нет, не имеет значения. Мы должны изменить свой взгляд на парламент. Парламент – это не место для разговоров, это рабочее место людей, чья цель – организация Народа.

Как мы сейчас формируем парламент? Выбираем одного человека от 100 000 избирателей, или одного от миллиона, или одного от области и так далее. Для говорильни такой принцип комплектования парламента годится, а для того, чтобы делать наше Дело,– нет.

Приведем такой пример. Предположим, что в городе организуется система перевозки жителей общественным транспортом и необходимо определить количество водителей автобусов. Мы, конечно, не будем комплектовать штат водителей по принципу один от тысячи жителей. Мы посчитаем, что если в день нужно перевезти 100 000 пассажиров, а один автобус перевозит 2000 пассажиров, то необходимо 50 автобусов; на каждый автобус требуется два водителя, то есть на весь автобусный парк 100 водителей; кроме того, надо учесть, что пятая часть водителей будет находиться в отпусках, болеть и отсутствовать по прочим причинам, следовательно, всего нужно 120 водителей.

Таким же образом надо нам нужно подходить и к комплектованию парламента. Предположим, что в конституции записано десять видов коллективной защиты Народа. Все без исключения депутаты должны знать все о каждом виде защиты (мы должны позаботиться о том, чтобы они это знали). Но если они будут обсуждать организацию защиты сообща и с нуля, это займет очень много времени. Поэтому нужно разделить труд между ними: выделить комитеты, комиссии, которые детально разберутся в своем вопросе и представят его собранию депутатов со всеми объяснениями и подробностями. Эти комитеты будут предварительно обсуждать способ организации защиты, а потом следить за его осуществлением, чтобы вовремя подправить возможные недоработки или оплошности. Опыт подсказывает, что в таких комитетах должно работать не более 5 человек, остальные будут балластом. Хотя численность комитета не наше дело, а дело самих депутатов, но предположим, что и они пришли к такому же решению. Тогда на десять видов защиты потребуется десять комитетов, а всего 50 депутатов. Кроме того, нужны депутаты для руководящего органа парламента, на случай особых вопросов и поручений, допустим, еще 20 человек. То есть в парламент нужно выбрать 70 депутатов. Разделив число избирателей страны на 70, получим численность избирателей в округе. Впрочем, со временем парламент сможет изменить свою численность, но это не тот вопрос, который должны решать избиратели со всей настойчивостью. Главное, следует понимать, что депутаты парламента должны исполнять определенное Дело и их должно быть столько, сколько нужно для его исполнения, и только.

Мы обсудили вопросы, сопутствующие деятельности Законодателя, далее необходимо рассмотреть, как ее делократизировать. Но это удобнее сделать несколько позже, после рассмотрения деятельности других учреждений государства. А сейчас нужно запомнить, что у Народа должен быть только один непосредственный подчиненный – Законодатель, функции которого исполняют избранные Народом на определенный срок представители в количестве, достаточном для Дела организации самозащиты Народа.



Страница сформирована за 0.81 сек
SQL запросов: 169