УПП

Цитата момента



Люди играют в игры тогда, когда у них нет — НАСТОЯЩЕГО.
А еще — когда они просто любят играть!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



«Твое тело подтверждает или отрицает твои слова. Каждое движение, каждое положение тела раскрывает твои мысли. Твое лицо принимает семь тысяч различных выражений, и каждое из них разоблачает тебя, показывая всем и каждому, кто ты и о чем думаешь, в каждое мгновение!»

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/france/
Париж

Лирическое отступление-2

Я тоже влюблена, но офис тут ни при чем. Мой парень, Артем, очень странного происхождения. Папа у него литовец, а мама испанка. Такого чуда я еще не встречала. Как эти двое людей с несовместимым менталитетом нашли друг друга и совместились, мне непонятно, однако результат совмещения я наблюдаю регулярно вот уже в течение приблизительно двух лет.

Родители же его до сих пор вместе и, кажется, вполне счастливы.

Я обыскала весь Интернет в поисках разгадки его происхождения, но нашла всего лишь одну ссылку. Из нее я выяснила, что в шестнадцатом веке испанцы воевали с литовцами. Может, это оттуда ноги растут? Тогда ему очень много лет.

Артем бизнесмен. К сожалению, он делает в Испании макароны и продает их в Россию. Вдумайтесь! Макароны! Не в Италии, а в Испании. Мне бы, конечно, хотелось, чтобы он делал что-нибудь более романтичное, чем макароны. Однако он меня не спрашивает.

Этот парень истинный испано-литовец. Оказалось, что это отличное сочетание. По крайней мере, для его бизнеса. При всем авантюризме, веселом нраве и легкости на подъем, доставшихся ему от испанской мамы, он по-прибалтийски спокоен, уравновешен и непроницаем. Не пылит.

Откуда у него практически русское имя я вообще, наверно, уже никогда не узнаю. Не могли же его родители, придумывая много лет назад сыночку имя, знать, что он поступит в университет в России. Не человек, а сплошное недоумение. Впрочем, ему на это глубоко наплевать. Артем хорошо знает русский язык, но говорит с сильным и совершенно очаровательным акцентом. Это подкупает. Не только меня, но и девок, постоянно вешающихся ему на шею. Фу, дуры!

Мы познакомились в самолете, по обыкновению. У меня, вообще, все знаковые знакомства происходят в авиатранспорте. На небесах! Мы летели в соседних креслах всего лишь три часа, но из самолета я вышла маниакально влюбленная и счастливая от этого.

С тех пор начались наши неровные отношения, доставляющие мне мучений не меньше, чем радости.

Моя беда в том, что Артем живет в Испании больше и чаще, чем в России, и встречаемся мы крайне хаотично и нерегулярно. Для него, впрочем, это не беда, так как этот парень не напрягается кажется ни по какому поводу. Ко всему прочему мне до сих пор непонятен статус наших взаимоотношений. Иногда мне кажется, что он в меня влюблен по уши, а порой наступают периоды, когда я его и парнем-то своим могу считать чисто условно. По крайней мере, за два с лишним года знакомства ему еще ни разу не пришло в голову пригласить меня замуж.

Поэтому я живу как на вулкане. Мне то кажется, что вот-вот мы воссоединимся навек, то мнится, что все кончено. И вообще, такое ощущение, что я то с испанцем встречаюсь, то с литовцем. У меня скоро головокружение начнется от всей этой кутерьмы.

Сима

В 10.00 начинается первое собеседование.

Передо мной первый участник Игры – Юля Симакина, или просто Сима. Мелкая до безобразия, голубоглазая блондинка с выдающейся для города Москвы грудью. Красивая, сексуальная и модно одетая. Поперек выдающейся груди на нарочито простенькой водолазке блестящими буковками-точками вышито «Версаче». В принципе ее грудь можно было и не украшать, она сама по себе явление значительное. Тюнинговав ее буковками «Версаче», Юля сделала ее самой заметной грудью в нашей Галактике. Видно, просто Москва ее не устраивает.

Мой взгляд ежеминутно спотыкается о поблескивающую грудь Юли, мешая проводить собеседование. Вчера, в очередной раз нарушив все договоренности, мне не позвонил мой парень, и я нахожусь в очередном пароксизме недовольства собой. А тут – нате, пожалуйста! – изящная Юля со своей сексуальной грудью, белокурыми волосиками, голубыми глазками и пухлыми губками, одним своим видом вызывает мысли о собственном несовершенстве.

Рядом с ней я кажусь себе неуклюжей и дурно одетой.

«Наверно, от мужиков отбоя нет», – думаю я с грустной завистью про Юлю, усилием воли переключая мысли со своей собственной персоны на собеседницу, и начинаю разговор.

Юлька волнуется, наверно, думает, что сейчас будет экзамен.

Отчасти так оно и есть. В течение ближайшего часа мне необходимо не только понять, что она хочет от лидерской программы, но и понять, насколько ей это важно. Если она пришла из любопытства или просто потусоваться в хорошей компании, то брать ее нельзя. Игра – достаточно дискомфортное занятие, и глупо было бы выбирать ее в качестве развлечения. А игрок, не готовый зубами грызть землю, тянет назад всю команду.

Целый час мне необходимо быть требовательной, принципиальной, провокационной, но и мягкой одновременно. Чтобы лишний раз не вызывать сопротивления. Этого добра еще будет немерено. Мне же проще или по-соплежуйски, или, наоборот, убийственно. Совмещать сложно. А уж в период личных неудач и вовсе хочется сучиться, а не любезничать.

Я вздыхаю и вновь переключаю внимание на собеседницу.

– Ну, рассказывай, – с улыбкой делаю я первый шаг навстречу.

– Чего? – смешно крутит круглыми глазами Юля.

– Зачем пришла.

– Эх, – вздыхает она. – Хочу, знаешь… Ну чтобы уже все было здорово-здорово.

Она ужасно искренняя и немного растерянная в этот момент, что вызывает симпатию.

– Ты уж конкретизируй. Максимально.

– Щас. Значит так. Хочу новую работу. Это раз. Хочу СРО с МММ. Это два. Ну и по мелочи. Фитнес, там, салоны, машинку новую, туе‑мое…

– Ага. Туе‑мое – это я более-менее понимаю. А что такое СРО с МММ?

– Сексуально‑романтические отношения с мужчиной моей мечты.

Я мысленно падаю под стол и валяюсь там в приступе смеха. Во дает! Вот это конкретизировала, дальше некуда. Сима улыбается, довольная произведенным эффектом.

– Сама придумала? – улыбаюсь я.

– Ага, – радостно кивает Сима.

– Ну ладно, давай писать подробно.

Никаких проблем с Юлькой не возникает. Мы быстро записываем в ее лист обязательств, что она изменит в жизни за три месяца ЛП: какую работу найдет, с какой зарплатой, какую купит машину, сколько раз в неделю будет ходить в фитнес и салоны красоты и даже подробное описание МММ. И что будет делать, чтобы его найти. Оказалось, что для начала ей нужно расстаться со своим прежним возлюбленным, безнадежно женатым. Только вот пока не получается.

– Почему? – интересуюсь я.

– Вообще‑то я уже сказала ему, что нам надо расстаться, – морщит носик Юлька.

– А он?

– Сказал «ладно», типа – «надо, так надо». Гад. Мог бы и поуговаривать.

– А в чем тогда проблема?

– Ну вчера опять начал приставать, целоваться полез. Ну я, в общем, не удержалась.

– А зачем ты с ним встретилась‑то?

– Да у меня машина не заводилась, я ему позвонила, попросила помочь.

Вот сука!

Вытрясаю из нее обещание, что она все три месяца не будет обращаться к нему за помощью. Напоследок она бросает на все время Лидерской Программы курить и бонус‑треком обещает не обижать маминого любимого кота.

– Молодец, – хвалю я ее и, не выдержав, любопытствую: – А чем тебе кот помешал?

– Да носится она с ним, как с писаной торбой! Приедет ко мне раз в месяц, – я ее свожу в кино, в больничку, а она уже обратно рвется: «Ой, у меня там Тимоша один!» Подумаешь, а я тут во множественном числе, можно подумать! Спрашиваю ее: «Мам, да что с ним будет‑то?» – «Да как же, Юлечка, он же живой!» – «А я, мам, мертвая?» В общем, я ревную маму к коту, представляешь?

Какие смешные и трогательные мелочи! Юля очень смешно и долго рассказывает про ссоры с мамой из-за кота. Вертит глазами, изображает в лицах. Я смеюсь от всей души. Юлька вдруг перестает для меня быть модной куклой. Я даже грудь ее перестаю замечать. Оказывается, она умная девочка. Так сразу и не скажешь по внешности!

Вот интересно‑то, я пять лет работаю с людьми очень-очень разными. Однако по-прежнему предпочитаю считать красивых блондинок дурами. Почему? Да потому что если перестать так думать, то за счет чего я буду лучше их, подумайте?

Так все хорошо распределено – они красивые, я умная, а тех мужчин, которые почему-то выбрали их, а не меня, легко можно счесть недалекими. Потому что настоящие, сильные и умные мужчины должны выбирать женщин умных и свободных! Как я!

Жаль, что все это не имеет никакого отношения к реальности.

Попрощавшись с Юлькой, я решила немножко поплакать. Мне она очень понравилась. Вот беда‑то, если уж она, такая красивая, да еще и умная вдобавок, не может найти свое счастье и страдает от одиночества, то на что рассчитывать мне, всего лишь умной и симпатичной? Да таких, как я, искателей счастья в Москве миллион!

Но тут вдруг позвонил мой любимый, и мое депрессивно‑параноидальное настроение резко сменилось на идиотски‑оптимистичное. У меня через полторы минуты очередное собеседование, поэтому мы успеваем лишь обменяться дежурными «как дела», после чего я обещаю ему позвонить, когда освобожусь.

То, что не удалось поговорить, – новость и плохая, и хорошая. Во-первых, я ужасно соскучилась и извелась от его молчания. Во-вторых, мне не терпится прояснить, почему он опять меня обманул. Я плохо переношу всяческий туман.

Однако вот и плюсы. Во-первых, пусть не думает, что я тут сижу и жду его звонка, маясь от безделья. Во-вторых, мне удалось не напороть горячку и не вылить на его голову ведро претензий.

А вдруг он звонил сказать, что между нами все кончено?! Эта мысль заставляет меня просто задохнуться от страха.

Саша

Пока я висну в воспоминаниях, в офис входит очередной собеседник. О, черт! Я даже с мыслями не успела собраться. Не говоря уже про чай, который мечтаю выпить чуть ли не с самого пробуждения.

Мой интервьюер и следующий игрок – 35 летний бизнесмен по имени Саша. Морда у него круглая, как пирожок в дорогом ресторане. Костюмчик типа «от Бриони». Аромат от… Ну и все такое прочее. Симпатичный. Хочется строить ему глазки. Я бы, может, и состроила вопреки правилам, но у него в анкете написано про наличие жены и двоих детей.

Хотя нет, не состроила бы. Потом проблем не оберешься. Я сейчас не женщина. Координатор.

Так что Саша спасен. С работой у него все отлично. Цель – выкупить вторую половину офисного центра. Первая ему уже принадлежит. К концу игры должен быть подписан преддоговор и внесен аванс. Сложности, которые необходимо преодолевать, наличествуют.

Вторая цель – увеличить поставки колбасы на 30%. Куда и зачем – для меня непринципиально. Главное, 30% – это, с его слов, до фига.

– О'кей, заметано. Что с семьей?

– Семью проезжаем, – заявляет он.

– Как это – проезжаем? – удивляюсь я в ответ.

– Это мое личное дело.

Я тут же решаю, что его личная жизнь должна быть вписана в лист обязательств. Раз не хочет говорить, значит, все плохо. Пусть разбирается.

– Отнюдь. Ты участник игры, мы не можем играть в закрытую.

– Я не собираюсь посвящать всю толпу в свою личную жизнь.

В голосе звучит презрение, и в этот момент отчетливо видно, как он относится к «толпе» и кого в нее зачисляет.

– Значит, ты не играешь, – я тут же упираюсь рогами в землю.

– Что? – не верит он своим ушам.

– Не играешь, – повторяю я вполне спокойно, хотя на самом деле я в бешенстве.

Меня задело. Что именно? Слова «серая масса»? Упс, да он их не говорил. Он сказал «всю толпу». Ага, значит, это я так услышала. Тогда это моя проблема, мистер, сорри. Думать некогда, может, потом додумаю. Мысли галопом проносятся в моей голове. Ладно, давай успокойся! Сдвигай уже свою парадигму персональную.

Я и в самом деле потихоньку успокаиваюсь. Ух, так быстро я еще не анализировала свои ошибки.

– Что значит «не играю»? – слышу я Сашин вопрос.

– Это значит, что я, к сожалению, не могу взять тебя в программу. Хотя считаю, что у тебя очень большой потенциал и ты был бы полезен для команды. – Я немножко продвигаюсь, успокаиваясь, к тому же мне жалко терять такого сильного игрока.

Ему на мои подвижки плевать.

– Мне необходимо поговорить с твоим начальством.

– Пожалуйста.

– С кем?

– Не знаю. Можешь с директором офиса.

Саша мечется. В офисе‑то никого еще нет. А мобильные номера я не дам, конечно. Да впрочем, офис его ко мне отправит. А мне потом еще и втык дадут при случае. За то, что я повелась на свои эмоции.

– Саша, – вновь беру я инициативу, – послушай меня, пожалуйста, это очень важно.

– Ну, – снисходит этот упрямый сноб. Думает, что я испугалась.

– Ну, во-первых, этот вопрос буду решать в любом случае я. Работа нашей компании основана на доверии. И если бы мне не доверяли, я бы не проводила сейчас это собеседование. Понимаешь?

– Ну.

– И раз уж ты здесь, тебе необходимо соблюдать правила игры. Исключений мы не делаем. Кроме того, поверь, я задаю тебе эти вопросы не из праздного любопытства. Нам нужны игроки, стремящиеся создать в своей жизни гармонию. Нет успеха в одной из сфер жизни – нет гармонии.

Слушает меня, насупившись.

«Фу, Господи, ты видел какую гибкость я только что проявила? Пожалуйста, поставь мне там галочку какую-нибудь напротив моей фамилии».

После того, как я сознательно меняю отношение к Саше, я и вправду начинаю испытывать к нему теплые чувства.

– Я хочу развестись, – неожиданно цедит Саша.

– Ну, и?

– Что «и»?

– Чего не разводишься?

– Ни фига себе! – искренне изумляется Саша. – У нас двое детей!

– Ну и что?

– То есть бросать жену с двумя детьми, по-твоему, нормально?

– А растить их в обстановке вранья и притворства нормально? А нервы мотать себе и жене нормально? Лучше уж развестись и воспитывать детей вместе, сохранив добрые отношения. Ты же папой не перестанешь быть после развода. Это единственная причина, удерживающая тебя от этого шага?

Я не случайно спросила. Врет он все. Не останавливают дети…

– Да не знаю даже.

– А кто у тебя жена?

– Хирург, – произносит он с гордостью.

– Ты говорил ей о своих сомнениях?

– Даже уйти пытался. Больше пары дней не получалось. Во-первых, надо квартиру искать. Во-вторых, сомнения гложут.

– Слушай, раз ты сам не знаешь, чего хочешь, предлагаю такой вариант. Ты делаешь выбор на два месяца. И следуешь ему неуклонно и последовательно, на все 100%. По истечении двух месяцев оцениваешь, то ли это, о чем ты мечтал, и делаешь окончательный выбор.

– То есть?

– Ну, например, ты выбираешь развод. Объявляешь жене, что ты уходишь на два месяца, чтобы принять решение. Не ври только, скажи, что запутался и хочешь понять себя. И все. Живи так, словно это окончательное и бесповоротное решение. Словно ее больше никогда не будет в твоей жизни. Сними квартиру. Гуляй. Живи полной жизнью. Знакомься с девчонками. Только не трахай, пожалуйста, всех подряд. Впрочем, это твое дело, конечно. К жене тоже не лезь. Пусть живет как хочет. Не контролируй. С детьми встречайся, дружи. Мягко объясни им все по-честному.

– С ума сошла? Не поймут.

– Сколько им?

– 9 и 11.

– Поймут, не держи их за идиотов.

– Ни фига себе план. – Саша ошеломлен кардинальностью подхода. – А еще каких-нибудь идей нет?

– Ну есть еще второй вариант.

– Какой? – с надеждой смотрит он на меня.

– Противоположный. Жить те же два месяца так, словно у тебя и мыслей о разводе не возникало. Выкладываться. Заботиться о ней. Как ее зовут хоть?

– Маша.

– Надо же. Заботиться о Маше. Делиться с ней радостями и горестями. Крепко обнимать и говорить нежные глупости. Не изменять. У тебя любовница есть?

– Не борзей.

– Ладно-ладно. – Я поднимаю вверх лапки.

Действительно, нельзя же так сразу наизнанку человека выворачивать. Потом все равно узнаю.

– И по истечении двух месяцев опять же принять окончательное решение, – заканчиваю я мысль.

– Прикол.

– Да уж. Так себе прикол.

Я опять вспоминаю своего бойфренда. Интересно, о чем он думает? Может, его тоже кидает из стороны в сторону и он не может принять решение. Хотя не похоже по нему. Рыба хладнокровная. А меня только колбасит от его приколов.

Саша быстренько выбирает второй вариант, и сразу с него словно груз сваливается. Лицо светлеет, тело выпрямляется, глаза блестят. Легче жить, когда есть решение и план действий.

Следующие полчаса мы увлеченно, голова к голове, расписываем, как Саша будет любить свою жену. В чем это будет проявляться. Цветы, понятное дело. Помощь по дому. Семейные походы в театр, кино, рестораны, клубы. Поездка вдвоем в Ригу. Почему в Ригу – выяснять некогда, видать, что-то связано. Праздничный ужин, приготовленный своими руками. Свечи, музыка.

– Не засыпать после секса, – вносит важную коррективу Саша.

– Совсем? – смеюсь я. Мне приятно его доверие.

– Ну, не то чтобы уж совсем никогда. Семь раз из десяти, минимум пятнадцать минут, если Маша не уснет раньше.

– Ты что, засекать будешь?

– Нет, примерно.

– Только не делай, как по обязанности. Это касается всего.

– Я понимаю. Мой выбор.

Вот и отлично.

На спорт, увлечения, занятия с детьми и прочие сферы жизни у нас не остается времени, я беру с Саши обещание, что он напишет все максимально честно и подробно. Мы обнимаемся на прощание и расстаемся, довольные друг другом и проведенным с пользой временем.

Я благодарна ему за доверие, хотя знаю, что столкнемся лбами мы за три месяца еще не раз.

Он уходит, я задумываюсь. Что задело меня на собеседовании? Где мое больное место?



Страница сформирована за 0.78 сек
SQL запросов: 170