УПП

Цитата момента



Человек — это существо, постоянно принимающее решения о том, что оно такое.
Ну-с, и что вы решили?

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Мужчиной не становятся в один день или в один год. Это звание присваиваешь себе сам, без приказа министра. Но если поспешил, всем видно самозванца. Как парадные погоны на полевой форме.

Страничка Леонида Жарова и Светланы Ермаковой. «Главные главы из наших книг»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера-2009

9. Эгоцентризм и выход за рамки эго

Пытаясь описать сложное отношение ориентированного на развитие личности индивида к своей самости, или эго, мы сталкиваемся с очень сложным парадоксом. Именно такой человек, эго которого находится на вершине своего могущества, легче всего забывает о своем эго или поднимается над ним. Именно такой человек может забыть о своем "я" и сосредоточиться на решении проблемы, именно такая личность наиболее спонтанна в своих действиях, наиболее "гомономна", как сказал Ангьял. Такие люди могут полностью погрузиться в восприятие, действие, наслаждение и творчество.

Эта способность думать больше о мире, чем о самом себе, отрешаться от эгоцентризма и мыслей об удовлетворении своих потребностей слабеет прямо пропорционально усилению стремления к ликвидации дефицита. Чем больше мотивация личности направлена на развитие, тем сильнее она способна сосредоточиваться на решении проблемы и тем больше она способна выходить за рамки самосознания в своем отношении к объективному миру.

10. Межличностная психотерапия и внутриличностная психология

Главной отличительной чертой людей, которые обращаюся за помощью к психотерапевту, является некогда пережитый или ныне существующий дефицит удовлетворения основных потребностей. Невроз может рассматриваться как порождение дефицита. Поскольку это так и есть, то основной метод лечения заключается в том, чтобы дать пациенту недостающее или предоставить ему возможность самому ликвидировать дефицит. Поскольку это невозможно без других людей, то обычно практикуемая терапия не может не быть межличностной.

Однако этот факт не стоит чрезмерно обобщать. Действительно, люди, удовлетворившие свои основные потребности и сосредоточенные исключительно на саморазвитии, ни в коей мере не застрахованы от конфликтов, неудовлетворенности, тревоги и смятения. В такие моменты они тоже вполне склонны в поисках помощи и могут обращаться к межличностной терапии. И все же не следует забывать о том, что чаще всего проблемы и противоречия ориентированной на развитие личности разрешаются ею самостоятельно с помощью медитации - обращения внутрь самой себя. То есть, такой индивид "ищет себя", а не того, кто станет ему помогать. Более того многие задачи самоактуализации являются в принципе внутриличностными. К ним относятся планирование, самораскрытие, отбор потенциальных возможностей развития, выработка жизненной позиции.

Концепция совершенствования личности должна охватывать самосовершенствование и самопостижение, созерцание и медитацию. На более поздних стадиях саморазвития, человек, в сущности, одинок и может полагаться только на самого себя. Освальд Шварц назвал улучшение уже вполне "здорового" человека психогогикой (по аналогии с педагогикой). Если психотерапия делает больных людей "не-больными" и устраняет симптомы, то психогогика начинается там, где остановилась психотерапия, и пытается превратить "не-больных" людей в здоровых. Я с интересом обнаружил у Роджерса замечание, что успешная терапия подняла средние показатели пациентов по "шкале зрелости" Виллоуби с двадцати пяти до пятидесяти. А кто достигает семидесяти пяти? Или ста? И не нуждаемся ли мы в новых принципах и новых методах, чтобы справиться с этим?

11. Инструментальное обучение и изменения в личности

Так называемая теория образования в нашей стране почти полностью основана на стремлении к ликвидации дефицита и к достижению, как правило, внешних целей, то есть установка образования - научить людей как можно лучше удовлетворять свои потребности. По этой причине, и наша психология обучения как наука остается ограниченной областью знаний, полезной лишь на очень небольших "участках" жизни и по-настоящему интересной только другим теоретикам в области обучения.

Все это вряд ли может нам помочь в разрешении проблемы развития личности и самоактуализации. В данном случае не много проку от умения постоянно получать от внешнего мира удовлетворение потребности в недостающем. Ассоциативный подход и "канализация" создают возможность для перцепционного обучения, для развития интуиции и понимания, для самопознания и постоянного развития личности, то есть для усиления синергии, интеграции и внутренней стабильности. Изменения приобретают характер не столько последовательной выработки навыков или ассоциаций, сколько полного преобразования всей личности, то есть мы имеем дело с новой личностью, а не с прежней, лишь внешне отличающейся некоторыми новыми привычками.

Такой тип обучения, изменяющего характер, означает преобразование некоего сложного, определяющегося высоким уровнем интеграции, целостного организма, таким образом, что всяческие удары уже никак не могут изменить его, поскольку по мере того, как личность будет становиться все более автономной и стабильной, она будет в состоянии выдержать все больше и больше таких ударов.

Согласно моим наблюдениям, наиболее поучительный жизненный опыт людей зачастую связан с отдельными житейскими эпизодами, типа трагедии, смерти, травмы, смены вероисповедания и неожиданного озарения, которые меняли все их мировоззрение и, соответственно, всю их деятельность. (Разумеется, так называемая "переработка" трагедии или озарения требовала немало времени но это не имеет особого значения с точки зрения ассоциативного обучения.)

В той мере, в какой развитие заключается в преодолении "запретов" и "скованности", в результате чего оно дает индивиду возможность "быть самим собой", "создавать" поступки, а не повторять их, позволять своей природе выражать себя, в той степени поведение самореапизующейся личности является самостоятельным и оригинальным, а не приобретенным, выразительным, а не приспособленческим.

12. Мотивированное дефицитом и мотивированное саморазвитием восприятие

Пожалуй, наиболее важным отличием достигших "погашения" дефицита людей является их близость к царству Бытия. До сих пор психологам не удавалось вторгаться в эти загадочные владения философов, "окутанные туманом", но, тем не менее, несомненно имеющие реальную почву. Но сейчас подобное проникновение становится более вероятным. Его можно осуществить на основании изучения самоактуализации личности, которое откроет нам глаза на всякого рода глубинные озарения, так называемые инсайты, которые уже давно известны философам и которые мы только сейчас начинаем познавать.

Например, я думаю, что наше понимание восприятия и, соответственно, воспринимаемого мира в значительной степени изменится и расширится, если мы тщательно изучим разницу между заинтересованным и незаинтересованным, с точки зрения потребностей или желаний, восприятием. В силу того, что последнее гораздо более конкретно и менее абстрактно и избирательно, обладающий им индивид может с большей легкостью проникнуть в суть природы воспринимаемого объекта. Кроме того, он может одновременно воспринимать полярно противоположные вещи, противоречащие друг другу и несовместимые друг с другом. Менее развитый человек словно живет в Аристотелевом мире, в котором классы и концепции имеют четко обозначенные границы и являются взаимоисключающими и несовместимыми друг с другом, например, мужское - женское, корысть - бескорыстие, взрослый - ребенок, добрый - жестокий, хороший - плохой. А есть А, и согласно логике Аристотеля все остальное - это не-А, и вместе им не сойтись. Но на пути самоактуализаций человек постигает, что А и не-А проникают друг в друга и составляют одно целое, что любой индивид является одновременно хорошим и плохим, мужчиной и женщиной, взрослым и ребенком. Нельзя всю личность представить одним абстрактным аспектом этой личности. Совокупность ни с чем несоизмерима.

Мы можем не осознавать "корыстности" нашего восприятия. Но мы очень хорошо осознаем эту "корыстность", когда сами становимся объектом такого восприятия, например, когда кто-то от нас зависит, что касается денег, пищи, гарантий безопасности, или если мы выполняем работу официанта или другого безликого служащего, короче говоря, являемся "средством". Когда это происходит с нами, нам это совсем не нравится. Мы хотим, чтобы нас воспринимали такими, какие мы есть на самом деле, как сложные и целостные индивидуальности. Нам неприятно, когда нас воспринимают, как "полезный объект" или "орудие". Нам неприятно, когда нас "используют".

Поскольку самореализующиеся люди, как правило, не выделяют те качества объекта, которые могут удовлетворить их потребности, и не рассматривают человека, как "орудие", они более способны не оценивать и не судить других людей, не вмешиваться в их дела, занять по отношению к ним бескорыстную позицию "неизбирательного осознания". В результате они способны на более ясное и более глубокое восприятие и понимание объекта. Такого рода ясное, беспристрастное и отстраненное восприятие должен освоить каждый владеть хирург и терапевт. Самореализующиеся люди овладевают им безо всяких усилий.

Эта разница в стиле восприятия приобретает наибольшее значение, когда воспринимаемый индивид или объект отличаются сложной, тонкой и неоднозначной структурой. В этом случае воспринимающий должен проявить особое уважение к природе объекта. Здесь восприятие должно быть осторожным, деликатным, незаданным, неагрессивным, способным пассивно подстроиться под природу вещей, подобно тому, как вода исподволь проникает в любые трещинки. Оно ни в коем случае не должно быть "корыстным", поскольку при такого рода восприятии вещи видятся с позиции возможности их подчинения, эксплуатации и использования. Так мясник смотрит на готовую к разделке тушу.

Наиболее эффективный способ проникновения в суть природы вещей - это скорее восприятие, чем активность, готовность, насколько это возможно, в большей мере подчинять свое восприятие внутренней структуре воспринимаемого объекта, и меньше - своей собственной природе. Такое отстраненное, даосское, пассивное, неагрессивное осознание всех одновременно существующих аспектов конкретной реальности во многом напоминает некоторые описания эстетического и мистического переживания. Суть их одна и та же. Видим ли мы реальный, конкретный мир или же мы видим только созданную нами же систему категорий, мотивов, ожиданий и абстракций, которую мы проецировали на реальный мир? Или, грубо говоря, "зрячие" мы или "слепцы"?

Корыстная и бескорыстная любовь

Потребность в любви, как это было установлено в ходе ее изучения (см., например, Боулби, Шпитц и Леви), относится к числу определяемых дефицитом потребностей. Это дыра, которую надо залатать, пустота, которая должна быть заполнена. Если эта необходимая для здоровья потребность не удовлетворяется, как результат возникает серьезная патология: если же она своевременно, в достаточной мере и нормальным образом удовлетворяется, это предотвращает возникновение патологии. На смену патологии приходит здоровье, когда на смену нехватке приходит достаток. Если патология не слишком серьезна и если она замечена на ранней стадии, то терапия "замещения" может стать хорошим лекарством от нее. То есть, болезнь, "жажда любви", может быть в определенных случаях излечена посредством определенной компенсации патогенного дефицита. "Жажда любви" - это болезнь, порожденная дефицитом и подобная авитаминозу или недостатку соли в организме.

Здоровому индивиду, не страдающему от этого дефицита, любовь нужна только в маленьких, равномерно поступающих дозах, и даже без них он может обойтись в течение какого-то времени. Но если мотивацией является исключительно ликвидация дефицита и, соответственно, самой потребности, тогда возникает противоречие. Удовлетворение потребности должно привести к ее исчезновению, а это значит, что человек, удовлетворивший свою потребность в любви, как раз меньше всего способен дарить и притягивать любовь! Однако клинические обследования относительно здоровых людей, удовлетворивших свою потребность в любви, показали, что хотя они сами меньше нуждаются в чьей-то любви, они больше способны любить. В этом смысле, они всегда более любящие люди.

Уже само по себе это открытие указывает на ограниченность обычной теории мотивации (сосредоточенной на удовлетворении основных потребностей) и на необходимость "метамотивационной теории" (или теории мотивации развития и самоактуализации).

Я уже сделал несколько предварительных набросков относительно разницы в динамике бытийной любви (Б-любви), обращенной к Бытию другого индивида, бескорыстной и неэгоистичной), и обусловленной дефицитом любви (Д-любви), корыстной и эгоистичной, сводящейся к жажде ликвидации дефицита. Здесь я только хочу указать на эти противоположные феномены как подтверждающие некоторые вышеизложенные положения.

1. Сознание радуется появлению Б-любви и полноценно наслаждается ею. Поскольку такая любовь свободна от собственнических чувств и несет в себе, скорее, уважение, чем претензии, постольку она не может причинить какие бы то ни было огорчения и практически всегда доставляет радость.

2. Такая любовь не ведает пресыщения, ею можно наслаждаться бесконечно. Она, как правило, со временем только разгорается, а не затухает. Она изначально призвана радовать. Такая любовь - это цель, а не средство.

3. Связанные с Б-любовью ощущения зачастую определяются как идентичные (и имеющие идентичные последствия) эстетическому и мистическому ощущениям.

4. Б-любовь оказывает очень глубокое терапевтическое и психогогическое воздействие на всю личность. Сходное характерологическое воздействие оказывает относительно чистая от всяческих "примесей" любовь любой здоровой матери к своему ребенку или совершенная божественная любовь описываемая некоторыми мистиками.

5. Б-любовь, вне всякого сомнения, является более насыщенным, более "возвышенным", более ценным субъективным ощущением, чем Д-любовь (которую уже некогда испытали все те, кто теперь испытывает Б-любовь). Об этом мне говорили мои респонденты старшего возраста, большинство из которых отмечали присутствие в их жизни в той или иной мере двоякого рода любви.

6. Д-любовь можно удовлетворить. Но вряд ли уместно говорить об удовлетворении в случае любви и преклонения перед тем в самой природе другого человека, что поистине достойно преклонения и любви - Б-любви.

7. В Б-любви присутствует крайне мало тревоги и враждебности. С практической точки зрения можно даже сказать, что они здесь вовсе отсутствуют. Разумеется, и здесь может присутствовать тревога за другого человека. Однако в Д-любви всегда можно обнаружить известную толику тревоги и враждебности.

8. Б-любящие более независимы друг от друга, более автономны, менее ревнивы и одержимы страхами, менее корыстны, более индивидуальны, менее заинтересованы и, в то же время, более расположены помогать друг другу в самоактуализации, больше гордятся успехами партнера, проявляя куда больше альтруизма, щедрости и заботы о другом человеке.

9. Б-любовь создает возможность для наиболее адекватного и глубокого восприятия другого человека. Она так экогнитивна, как эмоционально-волевая реакция, о чем я уже говорил. Это ее свойство настолько впечатляюще и так часто подтверждается последующим опытом общения с другим человеком, что я не только не могу согласиться с банальным утверждением, что любовь, дескать, слепа, но все больше и больше склоняюсь к противоположной мысли о том, что именно отсутствие любви делает нас слепцами.

10. И наконец, я могу сказать, что Б-любовь, неявным, но вполне верифицируемым образом, творит партнера. Она дает ему представление о самом себе, позволяет ему примириться с самим собой, почувствовать, что он достоин любви. Все это создает предпосылки для его дальнейшего развития. И вот в чем вопрос: возможно ли без этого полноценное развитие человеческого существа?

4. САМОЗАЩИТА И РАЗВИТИЕ

Эта глава представляет собой попытку некоторой систематизации в области теории развития. Как только мы соглашаемся с обоснованностью такой теории, сразу же возникает множество вопросов относительно ее деталей. Как именно происходит развитие? Почему дети развиваются и почему они не развиваются? Откуда они знают, в каком направлении развиваться? Почему их развитие отклоняется в сторону патологии?

В конце концов, понятия самоактуализации, развития и самости - все это абстракции высокого уровня. Нам же нужно подобраться ближе к реальным процессам, голым фактам, конкретным жизненным ситуациям.

Самоактуализация - это далекая цель. Нормально растущие дети живут не ради достижения какой-то далекой цели и не во имя какого-то далекого будущего; их слишком занимает непосредственное получение удовольствия и спонтанная сиюминутность жизни. Они живут, а не готовятся к жизни. Но если они просто, спонтанно живут, не пытаясь развиваться, хотят только наслаждаться тем, что делают в данный конкретный момент, тогда каким образом они, тем не менее, умудряются шаг за шагом двигаться вперед? То есть - нормально развиваться? Открывать свою подлинную самость? Как нам примирить факты Бытия с фактами Становления? Развитие - это не цель в буквальном понимании этого слова. Не являются ею ни самоактуализация, ни открытие Самости (с большой буквы). Что касается ребенка, его развитие не особо целенаправленно; скорее, оно просто происходит. Ребенок не столько ищет, сколько находит. Мотивационные законы "ликвидации дефицита" и "целенаправленного подражания" не распространяются на сферу развития, спонтанности, творчества.

Опасность чисто бытийного подхода заключается в том, что психология Бытия скорее статична и не принимает в расчет феномены движения, направленности и развития. Мы склонны описывать состояния Бытия, самоактуализации, так, словно это состояния полного совершенства, нирваны. Раз ты достиг этого, тебе остается только удовлетворенно покоиться в своем совершенстве. Ответ, который я нахожу удовлетворительным, довольно прост: развитие происходит тогда, когда следующий шаг вперед объективно доставляет больше радости, больше наслаждения, больше внутреннего удовлетворения, чем предыдущая победа, которая стала чем-то привычным для рас и даже наскучила нам; единственное, что определяет нечто как хорошее для нас, - это субъективно большее удовольствие от этого нечто, чем от чего-либо другого. Смысл нового ощущения, скорее, в нем самом, чем в каком-либо внешнем критерии. В этом состоит самообоснование ощущения.

Мы делаем это не потому, что это хорошо для нас, или так нам посоветовал наш психолог, и не потому что кто-то нам так сказал, и не потому, что благодаря этому мы проживем дольше, и не потому, что это хорошо для всего вида, и не потому что это принесет нам вознаграждение извне, и не потому что это логично. Мы делаем это по той же причине, по какой мы выбираем именно этот десерт, а не другой. Я уже описывал это как основной механизм, в результате действия которого мы влюбляемся или выбираем себе друга. То есть целовать одного человека гораздо приятнее, чем целовать другого, дружба с х субъективно - приносит гораздо больше удовлетворения, чем дружба с у.

Таким образом мы узнаем, что нам подходит, что мы на самом деле любим или не любим, каковы наши вкусы, установки и способности. Короче говоря, это способ раскрыть свою Самость и ответить на главные вопросы: "Кто есть я?" и "Что есть я".

Мы совершаем и выбор чисто спонтанно, так сказать, делаем шаг "изнутри наружу". Здоровому ребенку, который есть просто Существо, как часть его Бытия, свойственен спонтанный и неупорядоченный интерес, любопытство. Даже когда у ребенка нет никакой цели, желания приспособиться, выразить себя, когда им не движет какой бы то ни было дефицит, он все равно стремится попробовать свои силы, идти дальше, познавать, участвовать, играть, удивляться, воздействовать на окружающий мир. Изучение, предметное действие, опыт, заинтересованность, выбор и, отсюда, наслаждение - все это можно считать атрибутами чистого Бытия, и в то же время, это может вести к Становлению, пусть даже случайно, наугад, незапланированно, неожиданно. Спонтанное, творческое переживание, конечно же посещает человека тогда, когда он этого не ждет, не планирует, не предвидит и не ставит себе задачей*.

Только когда ребенок пресыщается и начинает скучать, он готов обратиться к другим, возможно "более возвышенным", наслаждениям.

Тогда неизбежно встают следующие вопросы. Что же его удерживает? Что мешает росту? В чем конфликт? Какова альтернатива движению вперед? Почему некоторым людям движение вперед дается так трудно и мучительно? Здесь мы должны как можно лучше осознать тормозящую и регрессивную силу неудовлетворенных основных потребностей, привлекательности безопасности и покоя, функций защиты от боли, страхов, потерь и опасностей. необходимости известной отваги для движения вперед.

В каждом человеческом существе есть те и другие силы. Первые обеспечивают безопасность и защищенность от страхов обусловливая тенденцию к регрессу, склонность цепляться за прошлое, когда человек боится вырасти из примитивной связи с материнской утробой, боится рисковать тем, что у него уже есть, боится независимости, свободы и самостоятельности. Вторая группа сил подталкивает человека к постижению целостности и уникальности его самости, к полной реализации всех его способностей, к уверенности перед лицом внешнего мира и, в то же время, к способности принять свою глубинную, истинную, бессознательную самость.

"Но вот парадокс - переживание искусства не может быть эффективно использовано ни с этой, ни с какой-либо другой целью Это должна быть бесцельная деятельность, в том смысле, в каком мы понимаем "цель" Оно может быть только переживанием бытия - бытия человеческим организмом, делающим то, что он должен и вправе делать, - остро и полнокровно ощущающим жизнь, затрачивающим энергию и создающими красоту по своему усмотрению. - а обострение чувств, цельность, получение результата и хорошее самоощущение являются лишь побочными продуктами".

Я могу изобразить все это схемой, очень простой, но выразительной, как с эвристической, так и с теоретической точки зрения. Основную дилемму, или конфликт между силами самосохранения и силами развития я считаю экзистенциальным, коренящимся в самых глубинах человеческой природы, изначально и неизбывно. Если мы изобразим этот конфликт в виде такой вот диаграммы:

Безопасность → ЛИЧНОСТЬ → Развитие

Мы очень легко сможем классифицировать различные механизмы роста следующим образом:

(а) Усиление векторов развития, например, увеличение привлекательности и "приятности" развития.

(б) Минимизация страха перед развитием.

(в) Минимизация векторов безопасности, то есть ослабление их привлекательности.

(г) Максимизация страха перед безопасностью и защищенностью, грозящими патологией и регрессом.

Теперь мы можем ввести в нашу схему эти валентности:

Увеличение → Увеличение опасности привлекательности

Безопасность → ЛИЧНОСТЬ → Развитие

Минимизация → Минимизация привлекательности опасности

Стало быть, мы можем рассматривать процесс здорового развития как бесконечную цепочку ситуаций свободного выбора, в которой человек пребывает в каждый момент своей жизни, будучи вынужден выбирать между безопасностью и развитием, зависимостью и независимостью, регрессом и прогрессом, незрелостью и зрелостью. У безопасности есть как плохие, так и хорошие стороны; у развития также есть как плохие, так и хорошие стороны. Мы двигаемся вперед, когда преимущества развития и недостатки безопасности перевешивают все, что составляют недостатки развития и преимущества безопасности.



Страница сформирована за 0.15 сек
SQL запросов: 191