УПП

Цитата момента



Человек никогда не бывает так близок к совершенству, как при заполнении анкеты на работу.
Мое резюме, ты — прекрасно!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Скорее всего вынашивать и рожать ребенка женщины рано или поздно перестанут. Просто потому, что ходить с пузом и блевать от токсикоза неудобно. Некомфортно. Мешает профессиональной самореализации. И, стало быть, это будет преодолено, как преодолевается человечеством любая некомфортность. Вы заметили, что в последние годы даже настенные выключатели, которые раньше ставили на уровне плеча, теперь стали делать на уровне пояса? Это чтобы, включая свет, руку лишний раз не поднимать…

Александр Никонов. «Апгрейд обезьяны»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d3651/
Весенний Всесинтоновский Слет

Глава 10. ПОЧЕМУ ЖЕ МУЖЧИНЫ ЖЕНЯТСЯ?

Когда романтический брак заменил брак по расчету, появилось предположение, что люди женятся по любви. Это совершенно не так.

Любой брачный союз может перерасти во взаимную любовь по мере того, как партнеры изучают друг друга. Но первые брачные союзы — это дань долгу двадцатилетнего возраста. До недавних пор лишь некоторые мужчины этого возраста не были женаты. Мои выводы основаны на анализе ста пятнадцати интервью. Когда я спросила, почему они женились, ответы мужчин, создавших семью в двадцать лет (теперь им от тридцати до пятидесяти пяти), были очень последовательными.

“Мне казалось это важным. У меня не было глубокого желания жениться, но я думал, что должен это сделать. Дорис приняла мое объяснение”, — сообщил писатель. В настоящее время он достиг среднего возраста и разведен.

Адвокат, который также автоматически принял решение жениться, чувствовал себя неловко, расставаясь со своими романтическими иллюзиями: “За полгода до окончания юридического факультета или через полгода после окончания все мои друзья женились. Я не думаю, что каждый встретил свою девушку случайно. Наверное, это просто произошло в нужное время. Как и у нас с Дженни”.

Каждый мужчина считал, что это был долг по отношению к его религии, классу, поступая так, они следовали определенным традициям.

“Только женившись, вы могли войти в верхний слой среднего класса в Куперстоуне”.

“Если вы выросли на востоке страны, окончили католическую школу и относились к среднему классу, вы должны были жениться и иметь детей”.

“Для юноши из еврейской семьи родом из Филадельфии, принадлежавшего к среднему классу, жениться была делом естественным”.

К женитьбе молодых мужчин побуждали также стремление к безопасности, потребность заполнить некоторый вакуум в самом себе, необходимость уехать из дома, желание приобрести престиж и практичность.

Безопасность

Снова и снова как от мужчин, так и от женщин можно услышать: “Я хотел, чтобы кто-то позаботился обо мне”. Это желание, очевидно, осталось в нас с детства. Те из нас, кто вырос в американском доме среднего класса, где ребенок постоянно находится в центре внимания, не страдали от недостатка заботы. Уход из дома, учеба в школе, служба в армии, болезнь, переезд в незнакомое место, разрушение брака ваших родителей у вас на глазах — все это сопровождается усилением чувства одиночества и ощущением потери безопасности. У вас возникает желание вернуть обратно чувство абсолютной безопасности, которое вы ощущали дома.

Но наши проблемы, связанные с зависимостью, значительно сильнее, чем указанные выше. За последнюю четверть века чувство зависимости стало систематической болезнью в Америке. Все классы населения разделяли мнение о том, что человек имеет право на пожизненную заботу. Начиная с получения стипендии от фондов для продолжения образования, льготных займов на покупку дома и т. д., о человеке заботятся различные фонды, корпорации, чиновники (как часть многочисленной армии государственных служащих), система социального обеспечения — до тех пор, пока не придет время воспользоваться преимуществами социальной защищенности и получить пенсию.

Брачный союз воспринимается как своеобразный “островок безопасности” в нашем бурном мире. Так считают не только женщины, но и мужчины. Поэтому Джеб “невидимыми цепями” прикован к Серене. Он наделил ее волшебными качествами, которых не хватало его родителям. Он не может представить себе какую-либо неудачу, которую они с Сереной не смогли бы преодолеть, пока она будет находиться с ним рядом. Но если Серены не будет…

“Думаешь, вы переживете любые возможные трудности'” — спросила я в конце нашей беседы.

“Я думаю, да”, — ответил он. Пока мы говорили, Серена готовила обед.

“Что, если бы тебя не приняли на юридический факультет?” “Я бы свернул профессору шею”, — смеется Джеб. “Предположим, тебя ограбили или на Серену напали”. “Если бы у нас совершили кражу со взломом, я бы воспользовался своим страховым полисом и не беспокоился об этом. Если мы останемся без денег, эта задача в конце концов решится сама собой. Ну а что касается нападения на Серену, — он потрогал свои мокасины. — Я думаю, было бы лучше, если бы это случилось со мной”.

“А если бы умер твой отец?”

“Я продолжу вашу мысль, — Джеб насупился. (Задавая этот вопрос, я внедрилась в его чувство безопасности.) — Если бы умерла Серена… Это единственное, к чему я не готов. Я не готов жить без нее”, — он застыл на некоторое время, углубившись в размышления.

Вероятно, если Джеб захочет разобраться с чувством безопасности в своей душе, он должен будет признать, что источником его выдуманной защиты является мать. Но он не готов отстаивать право на чувство безопасности в борьбе со своим “внутренним сторожем”. Лишь некоторые из нас решают эту проблему в двадцатилетнем возрасте. Джебу легче поверить, что все эти защитные силы имеются у его партнера. До тех пор пока Серена здорова и способна поддерживать сильное чувство своей индивидуальности, она может подпитывать эту иллюзию.

Если партнеры постоянно обмениваются волшебной мантией Сильной Личности, как мы видели это на примере счастливой супружеской пары Джеба и Серены, то налицо будет их развитие в плане разделения эмоций и обретения независимости. Только эта комбинация позволяет расцветать настоящему чувству взаимопонимания. Но люди, которые заключают контракты типа “позаботься обо мне”, как правило, не достигают такого взаимопонимания. Динамика может развиваться следующим образом: паника — брачный союз для обретения чувства безопасности — неожиданный обратный результат.

Возьмем для примера Эла, молодого человека двадцати трех лет. Он получил весьма посредственное образование и был не готов к осуществлению своей смутной мечты стать профессором колледжа. “Я опасался, что у меня ничего не получится. Один я боялся во что-то ввязываться и поэтому женился на крупной, красивой, амбициозной и практичной девушке. Она знала, чего хочет добиться в жизни. Я знал, что вместе мы выживем в этом мире. А одному мне было бы не выжить. Через год у нее случился нервный срыв. Оказалось, что я женился на "матери", которая затем превратилась в "ребенка"”.

К счастью, подобные превращения происходят не так уж часто. Однако в молодости многим кажется, что это вообще невозможно. Нас воодушевляют рекомендации авторов бестселлера “Как стать своим лучшим другом” Бернарда Беркови-ча и Милдред Ньюман:

“Берни: Вы не возражаете, если мы всем скажем, что принимаем простое, но замечательное решение вступить в брак? Мы решили заботиться друг о друге. Вряд ли есть более хорошая основа для брачного союза.

Милдред: Забота друг о друге включает много моментов. Нам всем иногда хочется, чтобы нас понянчили”.

Так мы и делаем. Но на пути к усвоению этой обычной мудрости нас ожидает множество ловушек. В двадцать лет мы склонны оценивать супруга (или супругу) в соответствии с тем, насколько хорошо он (или она) сможет заместить родителя. Такой подход может привести как к разочарованию, так и, в конечном счете, к потере чувства безопасности. Он заставляет нас оставаться детьми, которые ждут разрешения и просьб о прощении (“Он не разрешает мне” или “Если бы это было не для нее”) и которые ожидают, что кто-то даст им чувство защищенности, вместо того чтобы развивать его в самих себе.

Ожидая, что партнер заменит родителей, мы не разрушаем власть нашего “внутреннего сторожа”. Очень часто он наполняет нас страхами, которые, как описывает Роджер Гоулд, представляют собой ряд отождествлений, запертых в нашем подсознании. Страхи связаны с сексом, взаимопониманием, конкуренцией, сохранением моральных ценностей, а также со всеми другими вопросами, которые находятся еще вне нашей власти. Демоны страха останутся в нас до тех пор, пока мы будем придерживаться предупреждений нашего внутреннего тирана (как говорит об этом Гоулд): “Если вы не сломаете мои табу и останетесь там, где вы находитесь сейчас, и не внедритесь на территорию, которой владею я как объект (другой), вы будете в безопасности, о вас будут заботиться, и вы будете верить в иллюзии, и все у вас будет хорошо”.

Все будет хорошо до тех пор, пока у вас будет партнер, на которого вы сможете спроецировать этих демонов. И до тех пор, пока в его (или ее) жизни не произойдет никаких изменении, ничто не помешает партнеру заботиться о нас.

Желание иметь супруга, который взял бы на себя функции успокоения, выполнявшиеся когда-то родителями, не исчезает при переходе к тридцатилетнему возрасту. В действительности, это одна из тех вещей, которые злят и беспокоят людей при переходе к сорокалетию. Каждый партнер тяготится зависимостью от другого, который заменяет ему родителя, и в то же время опасается получить доказательство того, что остался в одиночестве.

Давайте забежим вперед и послушаем горькую исповедь сорокатрехлетнего художника. Успех, собственная фирма не спасли его от обычной человеческой проблемы. Только теперь, пережив хаос при переходе к среднему возрасту, он смог увидеть проблему в истинном свете.

“Мишель всегда рассчитывала на мои родительские качества, мою поддержку, мою силу, уверенность. Любое проявление слабости с моей стороны отрицательно сказывалось на наших взаимоотношениях. Когда я был не уверен в себе или проявлял слабость, боялся чего-то, страх Мишель, которая от меня зависела. приводил ее к панике. Из-за этого, естественно, усиливалось мое беспокойство. Ситуация становилась опасной для нас. Любое проявление слабости с моей стороны усиливало чувство опасности в Мишель. Наша жизнь начала разрушаться”.

Отказ мужа-отца исполнять роль всемогущего защитника, взросление жены-ребенка и ее дерзость в середине жизни приводит к резкому шоку. Или предположим обратное: он уже не хочет, чтобы жена относилась к нему по-матерински, или она уже не хочет быть ему матерью. Разрушение сложившейся модели ведет к полному развитию взрослого человека, но партнер, у которого все еще сохранились прежние представления, чувствует себя преданным.

Реакцией с его стороны может стать отказ от сексуальной близости, лишение денег на карманные расходы, придирки и едкие замечания при посторонних. Но за всем этим стоит невысказанная просьба: “Позаботься обо мне”.

Иррациональность наших романтических контрактов типа “позаботься обо мне” побудила социолога Филиппа Слэтера сделать поразительное предсказание:

“По отношению к женщинам мужчины усвоили то, что было у рыцарей-аристократов по отношению к крестьянам: “Если вы меня будете кормить, то я буду защищать вас”. С какого-то момента, однако, контракт на защиту превращался в рэкет: „Дай мне то, что я хочу, и я буду защищать тебя от себя"”.



Страница сформирована за 0.6 сек
SQL запросов: 191