УПП

Цитата момента



Если все прочитают книги Козлова, то все станут эгоистами. И тогда мне ничего не достанется.
Одна сердитая мама

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Помни, что этот мир - не реальность. Это площадка для игры в кажущееся. Здесь ты практикуешься побеждать кажущееся знанием истинного.

Ричард Бах. «Карманный справочник Мессии»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d4123/
Мещера-2008

Первый шаг — активного эмпатического слушания — вербального выражения взрослым чувств, желаний, потребностей ребенка, необходимого для установления взаимопонимания и диалога. Нужно дать ребенку обратную связь о том, что вы знаете о его чувствах и желаниях, понимаете и признаете их. В противном случае ребенок будет продолжать настаивать на своем, повторяя вновь и вновь о своих желаниях и справедливо полагая, что взрослый просто не понимает его намерений и нуждается в дополнительных разъяснениях. Признание чувств и желаний ребенка как проявление уважения его личности и его права на собственный внутренний мир переживаний способствует укреплению доверия и сотрудничества с родителем. Речевое объективирование чувств ребенка позволяет ему лучше осознать их, уточняет действительное значение эмоциональных переживаний, позволяет снять или ослабить эмоциональную напряженность. Однако все эти позитивные эффекты возможны лишь в случае аккуратного и точного отражения в речи взрослого чувств и намерений ребенка.

Второй шаг — введение ограничения-запрета в ясной, понятной ребенку безличной форме, как тотальное безусловное ограничение.

Третий шаг — предложение альтернативы запрещенному действию. Значение этого шага состоит в том, что он раскрывает перед ребенком принципиально новую возможность: альтернативу исследования проблемной ситуации и поиска новых путей ее разрешения вместо настаивания на неприемлемом и негативно оцениваемом поведении. Этот шаг — своего рода обучение ребенка эффективному способу разрешения конфликтных ситуаций, где «нет победителей и нет побежденных» (Т. Гордон). Такой способ поведения в конфликте основан на генерировании различных альтернативных вариантов, исследовании их возможных последствий и осознанном выборе оптимального способа выхода из конфликта. Значение этого шага состоит не просто в переключении активности ребенка на другой вид деятельности, а в том, что закладывается основа новой позиции ребенка в проблемной ситуации, в определенной степени преодолевается его эгоцентризм в понимании возможностей разрешения проблемы.

Успешность третьего шага зависит от того, насколько привлекательным для ребенка окажется предлагаемое альтернативное действие. Необходимо учитывать интенсивность мотивов и чувств ребенка, степень осознанности им собственных намерений и желаний. Как правило, для большинства детей дошкольного и младшего школьного возраста особую значимость имеет общение и совместная деятельность со взрослым, в силу чего предложение родителем совместной деятельности обычно приветствуется ребенком и принимается «на ура». Иногда бывает необходимо предложить ему на выбор несколько альтернатив. Вместе с тем нельзя излишне увлекаться придумыванием множества альтернативных вариантов, поскольку задача выбора может оказаться для ребенка непосильной даже в интеллектуальном плане.

Во втором случае запрет фактически нарушен — и последовательность шагов родителя меняется по сравнению с описанным выше вариантом.

Первый шаг — необходимо немедленно блокировать социально неадекватное поведение ребенка. Способами такого блокирования являются: прерывание действия, ребенка путем лишения его объекта, принудительное ограничение активности ребенка (обнять и прижать руки к телу), временная его изоляция. Такое поведение родителя нередко воспринимается ребенком как насильственное, поэтому при необходимости должно сопровождаться предоставлением ребенку возможностей для эмоционального отреагирования. Для прерывания нежелательных действий ребенка дошкольного или младшего школьного возраста уместны игровые приемы.

Второй шаг — нужно обеспечить эмоциональное отреагирование. Как правило, ситуация нарушения запретов и ограничений чрезвычайно аффектогенна и характеризуется высокой степенью эмоциональной напряженности. Поэтому сразу же после блокирования неадекватных форм поведения необходимо предоставить «нарушителю» возможность эмоциональной разрядки в социально приемлемом варианте. Эмоциональное отреагирование может осуществляться в действенной и в игровой форме. .

Последующие шаги — с третьего по пятый — соответствуют логике предъявления ограничений и запретов в условиях, когда поведение ребенка еще находится в рамках социально приемлемого. Эти шаги — вербализация, т.е. словесное объективирование чувств, желаний и потребностей ребенка; формулирование запрета или ограничения и предложение альтернативного действия — являются необходимыми на пути формирования у ребенка способности к регуляции собственной деятельности.

Сотрудничество ребенка со взрослым, обеспечивающее организацию необходимых условий для того, чтобы требования были приняты, осмыслены и выполнены ребенком, является оптимальной формой профилактики нарушения родительских требований и запретов. Лишь после того, как ребенок уяснит их содержание, сам убедится в необходимости их выполнения, лишь по мере того, как у него будут сформированы для этого психологические предпосылки, а именно способность к произвольной регуляции поведения и воля, — лишь тогда ответственность за выполнение требований и соблюдение запретов может быть в полной мере возложена на самого ребенка. До этого момента ответственность в равной мере должна быть разделена между ребенком и родителями. Запрет, предъявляемый в момент его фактического нарушения, ни в коем случае не должен подвергаться дискуссии или сопровождаться солидной аргументацией и разъяснением, почему, например, нельзя драться. Обсуждение и дискутирована запрета в этом случае «зашумляет» само содержание вводимого ограничения; вызывает у ребенка подозрения, что вы сами не слишком уверены в справедливости вводимого запрета, и поэтому вселяет сомнения в необходимости обращать на него внимание; оказывается просто недоступным для ребенка младшего возраста, не способного проследить логику вашего рассуждения, и тем самым становится излишним. Обсуждение оснований, определяющих содержание того или иного запрета, может быть уместно вне ситуации нарушения запрета.

Требования и запреты не должны противоречить друг другу- Как правило, ребенок в семье является объектом воспитательных воздействий со стороны нескольких взрослых — матери, отца, бабушек, дедушек и т.д., поэтому крайне желательным является согласованная позиция всех воспитателей относительно количества и содержания требований и запретов. Однако единство позиций не должно быть результатом отказа кого-то из родителей от своих воспитательных ценностей. Лучшим вариантом является случай, когда каждый из родителей реализует систему требований, отвечающую его установкам. Непротиворечивость системы требований и запретов является безусловным благом, но лишь в случае ее достижения по взаимному согласию и убеждению. Если же единство позиций есть результат «кровопролитной, бескомпромиссной борьбы» и навязывания родителями друг другу своей точки зрения, то это единство вряд ли может быть полезным в воспитании ребенка. Итогом такой борьбы часто становится фактический уход родителя, потерпевшего «поражение», из участия в процессе воспитания. Если же родитель все-таки принимает навязанную, чуждую ему точку зрения на цели и методы воспитания и даже пытается реализовать ее в воспитании, то ребенок, остро чувствуя фальшь и формализм требований, отвергает и нарушает их. Тем самым ребенок провоцирует родителя на открытое выражение своего отношения к заданным нормам, исследуя действительную позицию родителя в отношении необходимости их выполнения.

Способ контроля исполнения требований и запретов

В зависимости от широты сферы приложения контроль может быть тотальным, систематическим, ситуативным и может отсутствовать (попустительство).

Тотальный контроль охватывает фактически все сферы жизнедеятельности ребенка до мелочей. Родитель стремится быть в курсе всех мыслей, чувств и переживаний ребенка, а не только его поступков и поведения. Под контролем находится все. Я вижу тебя насквозь — вот девиз родителя — поборника тотального контроля, результатом которого становятся утрата ребенком чувства безопасности и интимности собственного внутреннего мира, рождение тревоги, потеря чувства свободы, переживание зависимости от родителя, чувство подчинения, собственной беспомощности и бессилия.

Систематический контроль дифференцирует сферы жизнедеятельности на зоны, подлежащие контролю со стороны родителя, и зоны самостоятельности и полной ответственности ребенка. Систематический контроль — это контроль, признающий право ребенка на самостоятельность и автономию при сохранении содержательного и стабильного наблюдения родителя за его поведением и деятельностью. Безусловно, систематический контроль представляет собой оптимальную форму контроля. Однако при его осуществлении необходимо учитывать возрастные возможности ребенка. В идеале родитель должен стремиться к постепенной передаче функций контроля самому ребенку через этапы их совместного и совместно-разделенного контроля к самоконтролю. Й. Раншбург и К. Поппер [1983] считают, что целью воспитания является уменьшение внешних ограничений, необходимых на ранних этапах развития личности, и замещение их внутренними ограничениями, т.е. переход от внешнего контроля к самоконтролю.

Ситуативный (несистематический) контроль является случайным как по сферам приложения, так и по своему содержанию и систематичности. Это непоследовательный, непродуманный, не обоснованный возрастно-психологическими и индивидуально-личностными особенностями ребенка контроль. Несистематичность контроля зачастую приводит к формированию у ребенка стратегии выполнения требований родителя лишь при условии внешнего контроля и большой вероятности проверки. Например, ребенок выполняет домашнее задание лишь тогда, когда знает наверняка, что родитель проверит выполнение задания, и не садится за уроки, если уверен, что родитель занят и ему сейчас не до проверки. Случайный характер родительского контроля находит отражение в низкой эффективности самоконтроля ребенка.

Отсутствие контроля и попустительство крайне негативно влияют на развитие у ребенка чувства ответственности, способности к произвольной регуляции деятельности и воли. Для детей, воспитывающихся в атмосфере бесконтрольности и попустительства, характерны импульсивность, низкий уровень развития просоциальных форм поведения, трудности саморегуляции, низкая самоэффективность.

Контроль может осуществляться по результату действия (его продукту) и по способу действия. В случае контроля по результату родитель не уделяет должного внимания причинам неуспешности ребенка, выяснению того, почему поведение ребенка не отвечает заданным требованиям и ожиданиям. Контроль по способу действия отличается тем, что первоочередное внимание родитель уделяет именно причинам неудач ребенка и несоответствия его поведения социальным требованиям. Центральным становится вопрос о том, какая дополнительная помощь и сотрудничество необходимы ребенку для организации его деятельности, для достижения успеха. Контроль по результату не имеет смысла, если ребенок не владеет способом действия.

Система санкций (наказания и поощрения)

Психологическое значение и смысл поощрений и наказаний состоит в предоставлении ребенку обратной связи о соответствии его поведения и поступков социальным ожиданиям и принятым в обществе нормам и правилам. Функция поощрений и наказаний — регуляция поведения ребенка посредством положительного или отрицательного подкрепления его действий. Современная гуманистически-ориентированная педагогика провозглашает принцип отказа от наказаний как метода воспитания ребенка, указывая на негативный эффект наказаний для развития его личности, недопустимость построения отношений в системе родитель—ребенок с позиции силы, неограниченной власти и принуждения. Полностью солидаризируясь с указанным подходом, трудно отрицать необходимость в процессе воспитания предоставления ребенку негативной обратной связи о его поступке. Встает вопрос о психологическом содержании понятия наказания и правомерности его использования. В наказаниях и поощрениях отражены определенные требования к деятельности и личности ребенка, модель социально желательного, предпочтительного поведения. Интериоризация требований и моделей, норм и правил обязательно требует организации ориентировки субъекта в различных моделях поведения, и с этой точки зрения наказание и поощрение как способы предоставления ребенку информации о социальной оценке его действий выступают как условия интериоризации социальных моделей поведения.

Психологический анализ проблемы наказаний и поощрений представлен в психоанализе (З. Фрейд), индивидуальной психологии (А. Адлер), поведенческом подходе (Б.Ф. Скиннер, А. Бандура), гештальтпсихологии (К. Левин), гуманистическом направлении (К. Роджерс, Т. Гордон, Я. Корчак, Р. Дрейкурс).

Проблема наказаний и поощрений рассматривалась Фрейдом в контексте его теории психосексуального развития личности. Основополагающим тезисом Фрейда являлось положение о противостоянии и враждебности двух миров: социального — мира взрослых и мира ребенка. Родители, являясь носителями социальных норм, ограничивающих врожденные эротические влечения ребенка, подчиненного принципу удовольствия, прибегают в процессе его воспитания к различного рода репрессивным мерам и наказаниям. Впервые к использованию наказаний родители обращаются на анальной стадии психосексуального развития ребенка (1—3 года), когда впервые возникает открытое его противостояние обществу. На фаллической стадии в ходе преодоления эдипова комплекса средствами воздействия на поведение ребенка становятся инициирование у него чувства страха перед наказанием (комплекс кастрации), чувства вины, процесс идентификации с родителем (подражание его поведению и личностным особенностям). На последующих стадиях развития по мере формирования структуры Супер-Эго и интроекции социальных норм, запретов и правил, выступающих в форме родительских требований, внешняя регуляция поведения ребенка преобразуется в саморегуляцию, когда основным механизмом становится моральная тревога, чувство вины, стыда, самообвинение.

Согласно Адлеру, основной целью развития личности является преодоление чувства неполноценности и упрочение чувства превосходства [1990]. Источниками формирования комплекса неполноценности в детстве являются неполноценность органов, чрезмерная опека (потворствование) и отвержение со стороны родителей. Таким образом, по мнению Адлера, решающую роль в формировании гармоничной здоровой личности играют родительское отношение и тип семейного воспитания. Анализируя методы родительского воспитания, Адлер делает акцент на системе поощрений и положительных подкреплений, справедливо полагая, что любое наказание подкрепляет чувство неполноценности и ведет к формированию устойчивого ее комплекса. Наказания порождают озлобленность, равно как и метод принуждения и метод командования ребенком. Родительский авторитаризм в применении наказаний приводит к борьбе ребенка за власть и личное превосходство. Такое воспитание не обеспечивает у него формирования социального интереса и направленности на социальные цели. Взаимоуважение членов семьи является, по мнению Адлера, главным принципом семейного воспитания. Следование ему ведет к отказу от «силовых» методов воспитания, признанию необходимости учета интересов и потребностей ребенка и приоритетности стратегии поддержки и поощрений. Функция поощрения обеспечивает ребенку переживание чувства собственного достоинства и уважения к своей личности. Одним из важнейших методов воспитания Адлер считает метод использования естественных логических рассуждений, помогающий ребенку на практике осознать или прочувствовать последствия и результаты своих действий.

В поведенческом (бихевиоральном) подходе проблема наказаний и поощрений рассматривается в контексте теорий научения как вопрос об организации эффективной системы положительных и отрицательных подкреплений для формирования социально желательного поведения. Б.Ф. Скиннер рассматривает проблему наказаний и поощрений в рамках созданной им теории оперантного научения [1954]. Оперантное поведение — это поведение, судьба которого — закрепление или торможение — полностью определяется его последствиями. Если последствия благоприятны для организма, то вероятность повторения поведения увеличивается, если нет — уменьшается. Оперантное поведение, таким образом, контролируется последствиями. Существуют негативное (аверсивное) и позитивное подкрепления. Первое способствует ослаблению и подавлению нежелательных форм поведения, второе усиливает социально желательное поведение. Скиннер выявил условия эффективности подкрепления. Во-первых, оно должно немедленно следовать за поведением, отсрочка во времени снижает эффективность подкрепления. Причем чем младше ребенок, тем более важным становится выполнение этого требования. Во-вторых, контроль должен быть систематическим и постоянным ни один поступок, ни одна реакция ребенка не должны остаться без подкрепления, положительного или отрицательного. В-третьих, подкрепление должно соответствовать интересам и потребностям контролируемого человека. Скиннер, характеризуя аверсивные (негативные) подкрепления, выделял два основных метода аверсивного контроля: наказание и негативное подкрепление. Под наказанием понимается аверсивное последствие нежелательного поведения, уменьшающее вероятность его повторения. Наказание может быть «позитивным» и «негативным». Позитивное предполагает актуализацию аверсивного события всякий раз, когда ребенок осуществляет нежелательное поведение. Например, когда ребенок плохо себя ведет, его шлепают и бранят. Негативное наказание предполагает устранение возможного позитивного подкрепляющего стимула после нежелательного поведения. Например, если ребенок не выучил уроки, его лишают сладкого, не разрешают смотреть телевизор, лишают прогулки и т.д. Оказалось, что применять негативные наказания (ограничения) эффективнее, чем позитивные (аверсивное подкрепление). Негативное подкрепление, согласно Скиннеру, — это устранение, избегание или ограничение аверсивного стимула.

Скиннер решительно выступал против использования форм контроля, основанных на аверсивных стимулах, считая их неэффективными. Во-первых, наказания нежелательного поведения могут вызывать страх, тревогу, эмоциональные расстройства, антисоциальные действия, потерю уверенности, самоуважения. Например, ученик, наказанный родителями за плохую оценку, может начать прогуливать уроки, портить школьное имущество, вести себя агрессивно в отношении учителя и одноклассников, т.е. аверсивное подкрепление, ставящее целью избежать нежелательного поведения, может вызвать поведение еще более неадекватное и социально опасное. Во-вторых, в случае использования аверсивного подкрепления отсутствие контроля, как правило, приводит к возобновлению нежелательного поведения. С точки зрения Скиннера, значительно более эффективным является использование позитивных подкреплений по причине отсутствия негативных побочных явлений.

Разработанные на основе оперантной теории научения Скиннера методы поведенческой терапии широко используются в практике воспитания детей и подростков в образовательных учреждениях и в семье. Наиболее интересной в репертуаре методов оперантного научения представляется «техника жетонной экономики», построенная на систематическом контроле и положительном подкреплении материальными благами и привилегиями желательного поведения. При хорошей, психологически продуманной организации эта техника оказывается достаточно эффективной для инициации и закрепления желательного поведения. Вместе с тем использование метода «жетонов» почти неминуемо приводит к нежелательному побочному эффекту — формированию прагматической ценностной ориентации субъекта, морали «выгодного обмена» по принципу: ты — мне, я — тебе. Примером использования техники «жетонов» в семейном воспитании может быть метод материального вознаграждения ребенка за выполнение домашних обязанностей или хорошую учебу в школе. Некоторые родители даже разрабатывают специальный «прейскурант» оценки успехов и «добрых дел» ребенка: получил «пятерку» — получи пять рублей, получил «двойку» — отдай десять рублей и т.д.

Проблема формирования саморегуляции на основе самонаказания и самоподкрепления разрабатывалась в теории социального научения А. Бандуры. Подражание социальным моделям поведения, получающим позитивное подкрепление, является в теории социального научения основным путем приобретения ребенком новых форм поведения, которые, таким образом, можно приобрести и в отсутствие внешнего подкрепления. Для саморегуляции поведения особенно важно, чтобы субъект мог предвидеть возможные последствия и результаты действия и учитывать их при построении собственного поведения. Внешнее подкрепление, согласно Бандуре, имеет три функции: 1) функцию собственно подкрепления, 2) информативную и 3) побудительную. Информативная функция подкрепления позволяет человеку составить представление о том, какое поведение является желательным, сформировать его образ. Иначе говоря, указывает на то, «что такое хорошо и что такое плохо». Благодаря информативной функции подкрепления человек может понять, каковы последствия того или иного поведения. Наблюдая за поведением других людей и получая косвенное подкрепление, ребенок получает возможность «учиться на ошибках других». Побудительная функция подкрепления состоит в том, что регуляция собственного поведения осуществляется людьми с опорой на образ возможных последствий. В процессе развития человек переходит от внешних форм регуляции поведения к саморегуляции, основанной уже не на внешних подкреплениях, а на внутренних ограничениях, самонаказании и самопоощрении. Для обеспечения процесса саморегуляции необходимы следующие условия: наличие у субъекта образа модели правильного поведения, осуществление самоконтроля на основе плана контроля своих действий, оценка соответствия своих действий модели желательного поведения, самоподкрепление в форме самопоощрения или самонаказания. Примером самоподкрепления могут быть такие действия, как похвала самого себя, разрешение себе самому съесть леденец из коробочки, вознаграждение себя просмотром фильма или телевизионной передачи. Говоря о самонаказании, Бандура указывает на то, что в процессе социализации ребенок обычно переживает такую последовательность событий: проступок — состояние внутреннего дискомфорта и тревоги — наказание — облегчение. Наказание является событием, снимающим тяжелое эмоциональное состояние, связанное с переживанием нарушения принятых норм поведения. Именно поэтому зачастую наказание воспринимается человеком как определенное благо, избавляющее от тревожных чувств и самоосуждения. Реакции самонаказания в форме самоосуждения и самокритики за недостойные поступки в значительной степени позволяют человеку разрешить аффектогенную ситуацию и уменьшить негативные реакции других. Например, если родители видят, что ребенок сам осуждает себя за плохую отметку или недостойный поступок, вряд ли они станут его наказывать. Напротив, они постараются ободрить ребенка и выразить уверенность в том, что подобный проступок больше не повторится. Итак, поощрения и наказания в теории социального научения Бандуры выступают не просто как внешняя детерминанта, определяющая поведение ребенка, но как форма внутреннего контроля и саморегуляции на основе самоподкрепления.

В гештальтпсихологии психологический анализ поощрений и наказаний представлен в работе К. Левина «О поощрении и наказании» (1931). Поощрения и наказания рассматриваются там как способы структурирования поля [см.: Зейгарник, 1981]. Согласно Левину, ситуацию наказания составляют три главных элемента: задача (неприятная или неинтересная для ребенка), угроза наказания, барьеры (физические и психологические), которые ставит взрослый, считая, что ребенок постарается уклониться и от решения задачи, и от наказания. Например, поставив перед ребенком непривлекательную и сложную для него задачу уборки комнаты, взрослый может запереть его в комнате (физический барьер) и прочитать нотацию, отругать за лень и безответственность (психологические барьеры). Однако, по мнению Левина, в ситуации угрозы наказания у ребенка не возникает положительного отношения к задаче и стремления к ее решению. Напротив, в ситуации угрозы наказания создающаяся отрицательная валентность приводит к формированию у ребенка устойчивого нежелания выполнять задачу, негативизму как в отношении задачи, так и в отношении взрослого. Поощрение также интерпретируется Л евином с позиций теории «поля». Необходимость поощрения определяется наличием барьеров в решении ребенком поставленной задачи. Для преодоления этого барьера взрослый с помощью поощрения придает этой задаче дополнительную положительную валентность, чтобы переструктурировать поле и облегчить ребенку преодоление барьера. Таким образом взрослый объединяет неприятную для ребенка (выполнение поставленной задачи) и приятную (получение поощрения) ситуацию единым барьером и создает условия для выполнения задачи.

В гуманистической психологии исходным положением является утверждение самоценности личности ребенка и принципа равноправия и уважения как основополагающего в воспитании. Базовой установкой гуманистической психологии является эмпатическое принятие ребенка, безоценочность и уважение права ребенка на выбор собственного пути развития. В гуманистическом подходе подчеркивается недопустимость наказаний в его воспитании. Напротив, основой воспитания должны стать любовь, взаимопонимание, уважение к ребенку, поощрение его активности, самостоятельности, инициативы и творчества. Поощрения и равноправное сотрудничество со взрослым являются основными способами воспитания в ребенке Личности. Р. Дрейкурс писал о том, что ребенку для развития необходимы поощрения так же, как растениям для их роста необходима вода. Я. Корчак [1990] утверждал, что чем больше у ребенка свободы, тем меньше необходимости в наказаниях; чем больше поощрений, тем меньше наказаний. Свобода и поощрения должны составить основу методов воспитания ребенка. Спектр негативных последствий наказаний для развития личности ребенка включает чувство отверженности, страх потери родительской любви, детскую ревность, амбивалентное отношение к родителям, детскую ложь, социальные провокации [Фромм, 1991].

Выбор тех или иных способов поощрений и наказаний в воспитании ребенка должен определяться четким осознанием того, что косвенным результатом использования любого метода становится формирование у ребенка определенных личностных качеств. Вопрос состоит в том, каким мы хотим видеть нашего ребенка? Что хотим получить в результате воспитательного воздействия методом наказаний или поощрений? Удобное для родителя поведение ребенка или автономию личности с обоснованной системой ценностей? В каждом наказании или поощрении заключен определенный стандарт отношения к миру, людям и самому себе, кристаллизована определенная жизненная ценность. В физическом наказании — ценность грубой силы и власти, в похвале — ценность достижений и социального признания. Р. Сире считал, что все способы наказаний и поощрений подразделяются на наказания и поощрения, ориентированные на объектно-предметные последствия, на предметный мир (объектно-ориентированные), и ориентированные на социальное значение поступка ребенка (субъектно-ориентированные). В современной психологии приоритетность второй группы поощрений и наказаний для воспитания личности ребенка признается несомненной.

Виды наказаний

Арсенал наказаний достаточно широк и включает такие виды, как физические наказания (физическая агрессия), вербальная агрессия, аффективное воздействие на ребенка, лишение родительской любви, ограничение активности ребенка, лишение благ и привилегий, инициирование чувства вины, принуждение к действию, наказание естественными последствиями, отложенный конфликт, блокирование нежелательного действия, логическое объяснение и обоснование (Р. Кэмпбелл, X. Джайнотт, Д. Лешли, П. Лич, Й. Раншбург, П. Поппер, Э. Лешан, Д. Нельсен, Л. Лот, С. Глен, А.С. Спиваковская и др.).

Охарактеризуем кратко каждый из перечисленных видов наказаний.

Физические наказания, по сути, представляют собой вариант физической агрессии — намеренное причинение вреда, нанесение физического и психологического ущерба ребенку, связанное с переживанием боли, страхом перед болью, низведение и унижение личности ребенка. Физические наказания представляют реальную угрозу жизни и здоровью ребенка и являются абсолютно недопустимыми, будь то реальное действие или угроза физического наказания. Применение физических наказаний приводит к формированию морали «власти, силы и принуждения», низкому уровню усвоения норм про- социального поведения, развитию безынициативности, покорности, зависимости, тревожности, особой житейской изворотливости, лжи, агрессивности. Р. Кэмпбелл считает, что частые и суровые физические наказания приводят к снижению чувства вины у ребенка и тем самым препятствуют формированию у него моральной саморегуляции и здорового самосознания. Физические наказания становятся причиной значительного роста агрессивности, склонности к насилию и жестокости в отношении к другим людям.

Вербальная агрессия представляет собой достаточно распространенный вид наказания, проявляющийся в различных формах: порицаниях, упреках, ворчливости, осуждении, прямой и косвенной негативной оценке личности ребенка. Основное негативное последствие — нарушение личностного развития, связанное с формированием у ребенка низкого самопринятия и самооценки, зависимости, тревожности, неуверенности в себе, мотивации избегания, скрытности, зависти. Оценивая эффект вербальной агрессии в отношении ребенка следует иметь в виду, что все высказывания родителя интерпретируются ребенком с точки зрения получения информации о себе (какой я есть); о родителе (какой человек отец/мать); об отношении родителя к ребенку («любит — не любит»). Частое проявление вербальной агрессии, негативная оценка ребенка, «навешивание ярлыков» приводят к переживанию им чувства отверженности и нелюбви со стороны родителей.

Аффективное воздействие (гнев, ярость, крик). Неконтролируемые аффективные вспышки родителя ведут к потере ребенком чувствительности, способности к эмпатии, вызывают чувство страха. Теряется авторитет родителя. Защитная реакция приводит к потере чувствительности к крику, повышенному тону, родительским окрикам. К данному виду способов воздействия на ребенка мы не относим выражение чувств как способ ориентации ребенка в аффективном состоянии родителя. Здесь подразумевается крайняя форма эмоционального воздействия на ребенка.

Лишение родительской любви. Родитель в случае нарушения ребенком его требований демонстрирует в открытой форме свое отвержение: «Я тебя больше не люблю», «Ты мне не нужен». Поведенческая форма этого вида наказаний представляет собой избегание контактов с ребенком (физического, перцептивного, деятельностного), стремление уйти, покинуть помещение, в котором находится ребенок, демонстративную от него изоляцию. Исследования показывают неприемлемость в большинстве случаев такой формы наказания, вызывающей у ребенка переживание эмоционального отвержения, страх, тревогу, потерю чувства безопасности. Вместе с тем иногда подобная форма воздействия оказывается весьма эффективной, если для ребенка становится очевидным преходящий, ситуативный характер родительского гнева, не выражающего устойчивого чувства и эмоционального отношения к ребенку, т.е. относящегося не к его личности, а к конкретному поступку.

При такой форме воздействия родитель использует технику «Я-сообщений» («Мне очень неприятен твой поступок, мне обидно») [Гордон, 1997]. Поскольку лишение родительской любви оказывает значительное воздействие на поведение и аффективное состояние ребенка, ею нельзя злоупотреблять.

Ограничение активности ребенка как вид наказания предполагает действия родителя, ограничивающие возможности деятельности и занятий ребенка: поставить в «угол», запереть в комнате, посадить дошкольника на стульчик и не разрешить вставать, лишить прогулки, запретить играть и т.п. Ограничение активности ребенка вызывает чувство обиды, переживание беспомощности и зависимости о взрослого, провоцирует развитие пассивности или безынициативности либо негативизма и протестных реакций. В случае систематического использования такой вид наказания негативно отразится на развитии ребенка в целом. Запирание ребенка в темных помещениях может вызвать возникновение страхов, фобий, усилить тревожность.

Лишение благ и привилегий (материальных благ, сладкого, просмотра Передач, привлекательных занятий, отказ в покупке игрушек, интересной поездке). Этот вид наказаний включает введение временного запрета на права, которыми уже обладал ребенок. Например, подростку запрещается приходить домой позже 20 часов, хотя ранее он обладал привилегией возвращаться в 21 час. Действенность такого наказания определяется степенью значимости для ребенка того блага или той привилегии, которой он лишается вследствие проступка. Отрицательные стороны такого вида наказаний обусловлены жестко заданной позицией власти и доминирования родителя.

Инициирование чувства вины. Этот вид наказания выступает в форме внушения ребенку представления о том, что он совершил недостойный в моральном отношении поступок, с целью вызвать у него переживание чувства вины и стыда. Чувство вины может рассматриваться как показатель интериоризации моральных ценностей. Инициирование чувства вины может быть оправданно, когда система моральных норм и правил ребенком еще не присвоена. Однако даже в этом случае переживание вины не должно быть чрезмерным, не должно приводить к формированию наказующего самосознания и низкого самопринятия и самоуважения. Главное — не превратить ребенка в маленького неудачника, избегающего малейших трудностей и любой активности, где, как ему представляется, он может оказаться неуспешным. Если система нравственных норм и требований уже присвоена ребенком и чувство вины является ответной реакцией на собственный проступок, инициирование чувства вины может быть вредно и опасно. Наказание ребенка в ситуации, когда он сам испытывает угрызения совести и чувство вины, может вызвать защитную реакцию и обесценивание тяжести проступка. При использовании такого способа воздействия на ребенка следует учитывать, что чувство вины возникает уже в дошкольном возрасте.

Принуждение к действию. Родитель любыми способами заставляет ребенка совершить желаемое действие, не объясняя при этом причин и не обосновывая необходимости его совершения. Например, принудительное мытье рук без объяснения причин воспринимается ребенком как проявление насилия и произвола со стороны родителя. Здесь возможно два негативных следствия для личностного развития ребенка — формирование негативизма в отношении родителей и социальных требований и стандартов вообще или пассивная покорность и подчинение власти. К тому же постоянное принуждение ребенка к действию отрицательно влияет на развитие его самостоятельности и способности к саморегуляции.

Наказание естественными последствиями основывается на личном опыте ребенка, сталкивающегося с непосредственными результатами своих поступков [Нельсен, Лот, Глен, 1997]. Так, в случае причинения какого- либо ущерба ребенок обязан сам справиться с ситуацией (разлил — убрал, получил двойку — исправил, разорвал что-то — сам зашил и т.п.). Этот вид предоставления обратной связи представляется весьма эффективным, поскольку помогает найти конструктивный выход из ситуации ущерба. Такое поведение ребенка лучше всего воспитывается в совместной деятельности со взрослым, демонстрирующим модели желательного поведения личным примером. Трудность его внедрения состоит для родителя в том, что, как правило, ему трудно отказаться от варианта немедленного реагирования на проступок ребенка. Наиболее продуктивной здесь будет выжидательная позиция родителя, подразумевающая, например выдерживание паузы (просчитать до 15—30), предоставление ребенку возможности проявить инициативу, отказ от требования немедленных действий. Наказание естественными последствиями «дозируется» в зависимости от возраста ребенка и его компетентности. Его следует отличать от наказания трудом. В первом случае сам ребенок усматривает связь между трудовыми операциями и следствиями своих действий и труд для него — самостоятельный выбор пути устранения их нежелательных последствий; во втором случае труд рассматривается как принуждение, сопровождается переживанием стыда и вины и приобретает негативную эмоциональную окраску.

Отложенный конфликт предполагает наличие паузы между проступком ребенка и ответной реакцией взрослого. Этот вид воздействия может быть полезен, когда родитель чувствует, что в силу негативного эмоционального состояния он неспособен контролировать ситуацию.

Блокирование нежелательного действия применяется в ситуации, когда поведение ребенка представляет угрозу для него самого, окружающих людей, для сохранности материальных или духовных ценностей. Блокирование выступает в форме прерывания действия ребенка. Важно немедленно физически остановить действие и, если ситуация высокоаффективно заряжена, подождать с объяснениями и анализом ситуации до момента аффективной «разрядки». Объяснения, анализ и ориентировка в проблемной ситуации должны быть вынесены за пределы ситуации конфликта.

Логическоеобъяснение и обоснование направлено на организацию ориентировки ребенка в последствиях его поступка для окружающих людей. Этот метод включает предупреждение ребенка о возможных последствиях его действий для других людей. Конструктивность данного метода обусловлена формированием у ребенка сенситивности к результатам своей деятельности, развитием эмпатии. По образному выражению М. Хоффмана, это дисциплина, ориентированная на других [Hoffman, 1975]. Такой воспитательный метод благоприятствует моральному развитию ребенка.

Итак, очевидно, что, за исключением таких способов воздействия на ребенка, как наказание естественными последствиями, блокирование нежелательного действия и логическое объяснение, наказаний в процессе воспитания следует избегать. Для того чтобы наказание было продуктивным, необходимо соблюдать ряд рекомендаций. Важно соотнести наказание с возрастом ребенка и тяжестью проступка. Наказание не должно быть отложенным, поскольку отложенное наказание порождает страх, тревогу, депрессию. Нельзя наказывать, будучи в состоянии аффекта. Родители не должны объединяться единым фронтом против ребенка. Каждый из них должен вести себя естественно и сообразно своим представлениям о нормах и правилах поведения и деятельности, хотя, безусловно, следует стремиться к выработке единой системы воспитания. В случае расхождения позиций супругов в отношении воспитания не следует открыто конфронтировать и спорить в присутствии ребенка, критично оценивать супруга, «навешивать ярлыки». Не стоит делать проступок ребенка достоянием общественности, обсуждать его с друзьями и знакомыми. Соблюдение тайны скорее будет способствовать тому, что проступок больше не повторится, потому что коммуницирует веру родителя в ребенка и случайность им содеянного.

Поощрения

Известны такие виды поощрений, как похвала, ласка, совместная деятельность, материальное поощрение, разрешение активности с расширением прав ребенка.

Похвала является самым популярным методом поощрения, используемым родителями. Однако далеко не всякая похвала продуктивна с точки зрения формирования у ребенка личностных качеств. В похвале следует различать два аспекта: то, что родители говорят ребенку, и те выводы, которые делает из похвалы он сам. Второй аспект, безусловно, более важен. Если родительская похвала объективна и реалистична, т.е. адекватно отражает успехи и достижения ребенка в отношении его объективных возможностей и самооценки, то выводы ребенка оказывают позитивный эффект на развитие у него способности к саморегуляции. Продуктивная похвала представляет собой описание результатов действий ребенка и их значения для окружающих.

Неоправданная похвала содержит прямые оценки личности ребенка, сравнения, не адекватна его реальным достижениям и возможностям. Критерии оценки поступка формируются у ребенка достаточно рано. Похвала необходима тогда, когда у ребенка еще их нет. Если они уже сформированы, то может возникнуть ситуация несовпадения критериев родителей и критериев ребенка, поэтому необоснованная похвала будет восприниматься как насмешка. Чтобы избежать этого, необходимо стремиться к тому, чтобы похвала содержала максимально развернутое и обоснованное описание поступка ребенка, в котором надо выделить и вынести на передний план позитивные моменты.

Если ребенка слишком часто хвалят, у него складывается представление о своей зависимости от власти взрослого («он(а) обладает правом меня хвалить»), возникает переживание неравноценности позиций, чувство зависимости, подчиненности (особенно у подростков). Появляется тревога и страх лишиться позитивной оценки взрослого, неуверенность в своих силах либо, наоборот, теряется критичность, возникает комплекс «сверхполноценности». Ребенок может подумать, что его хвалят из намерения заставить сделать то, что хочет родитель, что он является объектом манипуляций.

Если похвала неадекватна представлениям ребенка о себе и своих возможностях, то он решит, что его не понимают. Когда хвалят много, дети могут стать крайне зависимыми от похвалы — нет своего мнения, постоянная опора на взрослых. Сравнительная похвала ставит ребенка на ступеньку ниже лица, с которым его сравнивают, что порождает конкуренцию, зависть, ревность в отношениях со сверстниками. Сравнительная похвала не признает самоценности и уникальности личности ребенка, не учитывает в должной мере его индивидуальные особенности. Крайне вредной может оказаться такая похвала в присутствии третьих лиц, особенно группы сверстников в том случае, когда оценка поступка ребенка не совпадает с оценкой группы.

Ласка представляет собой эмоциональный позитивный контакт ребенка с родителем в вербальной и невербальной (перцептивной, тактильной) форме. Ласка является для ребенка убедительным свидетельством положительной оценки родителем его поступка, повышает уверенность в себе, чувство безопасности и принятия, самооценку и самоуважение. Однако нельзя использовать ласку как единственный способ подкрепления. Необходимо также, чтобы ласка и выражение любви родителей к ребенку не были жестко привязаны к его успехам и достижениям.

Совместная деятельность включает такие способы поощрения, как совместная игра с ребенком, предложение принять участие в привлекательном общем занятии. Это очень продуктивный вид поощрения, однако недопустимо, чтобы практика совместной деятельности со взрослым в жизни ребенка выступала лишь как средство поощрения. Совместная деятельность со взрослым как важный источник развития познавательных процессов и личности ребенка должна стать непременным компонентом его повседневной жизни.

Материальное поощрение (подарки, награды) может быть эффективно. Однако такие поощрения не следует связывать с конкретными достижениями ребенка, послушанием, выполнением требований взрослых. Обещание награды за хорошее поведение или за определенный результат может с большой вероятностью привести к формированию прагматического отношения ребенка к выполнению требований и запретов взрослых, причем ребенок начнет ставить условия. Подарки, как и ласка, не должны быть жестко связаны с достижениями ребенка, они должны выступать как подтверждение его значимости и выражение любви и принятия его родителем.

Разрешение активности с расширением прав ребенка. Желательно, чтобы такое разрешение выступало не как награда за конкретное действие, а как оценка взрослости, самостоятельности ребенка. Другими словами, расширение прав ребенка не должно быть следствием произвола и решения взрослого, облеченного родительской властью, но признанием высокого уровня компетентности ребенка, доказанной его поступками и достижениями.

Поощрений в воспитании ребенка должно быть больше, чем наказаний. Поощрений не бывает слишком много. Просто они должны быть адекватно психологически встроены в воспитательную систему родителя: с одной стороны, поощрения должны быть связаны с поступком ребенка, а с другой — нельзя использовать награды, подарки, ласку и т.п. только как подкрепления. Поощрения должны создавать особую атмосферу стимулирования ребенка к самостоятельности и творчеству, принятия ребенка и подтверждения его значимости и самоценности как личности. Поощрения могут оказывать значительное положительное влияние на развитие личности ребенка. Как правило, родители владеют весьма широким репертуаром средств воздействия на ребенка, однако используется он далеко не всегда достаточно эффективно.



Страница сформирована за 0.61 сек
SQL запросов: 191