УПП

Цитата момента



Описание жизни человека, выдуманное им самим, является подлинным.
Станислав Ежи Лец

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Человек боится вечности, потому что не знает, чем занять себя. Конструкция, которую мы из себя представляем рассчитана на работу. Все время жизни занято поиском пищи, размножением, игровым обучением… Если животному нечем заняться, психика, словно двигатель без нагрузки, идет вразнос. Онегина охватывает сплин. Орангутан в клетке начинает раскачиваться взад-вперед, медведь тупо ходит из угла в угол, попугай рвет перья на груди…

Александр Никонов. «Апгрейд обезьяны»

Читать далее >>


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d542/
Сахалин и Камчатка

Во время наших «репетиций» мы преследовали одну цель: достижение независимости от родительского влияния. При этом, по возможности, не надо было «сбегать» от общения с ними и не отчуждаться от них. После основательной подготовки Поль смог решительно отреагировать на манипуляции своего отца. Приводимый ниже диалог представляет собой укороченную версию дискуссии, развернувшейся в один из дней между Полем и его отцом.

ДИАЛОГ 29

Поль, не дожидаясь того, что родители свяжутся с ним, едет к ним домой, чтобы сказать отцу о своем решении расстаться с Конни. Поль заходит в гостиную, его отец встает со стула и холодно с ним здоровается.

Отец: Мне было интересно, объявишься ли ты. Приходила Конни и сказала нам, что ты хочешь развестись. Иногда я думаю, что у тебя действительно не все в порядке с головой.

Поль: Я тоже так думаю, папа (Негативное заявление).

Отец: Ты это серьезно, по поводу развода?

Поль: По поводу развода не знаю, а о том, чтобы жить отдельно от Конни — да (Самораскрытие).

Отец: Это глупость. Я ожидал от тебя лучшего.

Поль: Ты прав, папа, это глупость, и ты, конечно, другого от меня ожидал, но я решился на это (Игра в туман, Заигранная пластинка).

Отец: Ты уже дважды говорил о подобной чепухе, и, к счастью, я смог убедить тебя этого не делать.

Поль: И в этом ты прав, я уже дважды пытался развестись, а ты отговаривал меня. Но теперь у тебя ничего не получится. Я решил развестись с Конни (Игра в туман, Заигранная пластинка, Самораскрытие).

Отец: Ты не хочешь развода.

Поль: Это правда, отец, я его не хочу, но я расстаюсь с Конни. Что бы это ни было — разъезд, развод, или что-то еще (Игра в туман, Самораскрытие, Заигранная пластинка).

Отец: Послушай, она действительно довела тебя до безумия, иначе ты бы не запустил в нее маминым тортом. Если бы ты не был смертельно пьян, ты бы этого не сделал. Но это пройдет. Ты должен быть терпимым, как и раньше.

Поль: Папа, она действительно вывела меня из себя. Ты прав, я бы не натворил всего этого с тортом, если бы не был так пьян. Это было глупо, я испортил вечер. Но что я могу сказать? Мне не жаль, что я это сделал. Только не хотелось вас расстраивать (Игра в туман, Негативное заявление).

Отец: Не волнуйся за нас. Твоя мама, правда, много плакала. У Конни была истерика, и она набросилась на маленького Джеми только за то, что он засмеялся, увидев ее лицо в остатках торта Мне пришлось остановить ее, иначе ему пришлось бы плохо.

П о л ь: Я этого не знал (Самораскрытие).

О т е ц: Я так и думал. Вот почему я рассказал тебе об этом. Конни в порядке, но она в истерическом состоянии. Это одна из причин, почему ты не можешь развестись с ней. Кто знает, как это отразится на детях?

П о л ь: Я не знаю. Я думаю, нам нужно поговорить обо всем этом с Конни и моим адвокатом (Самораскрытие, Разумный компромисс).

Отец: Послушай, сынок, и поверь мне. Развод — это плохо! Ты не хочешь развода! Ты совершишь большую ошибку!

Поль: Возможно, я совершу ошибку, но что плохого в разводе? (Игра в туман, Негативные расспросы).

Отец: Дети не должны от этого страдать.

Поль: Я согласен, но мне кажется, гораздо больше вреда причинит им наша совместная жизнь с Конни — с постоянной руганью и спорами и с пониманием того, что мы не можем жить вместе (Игра в туман, Негативное заявление).

Отец: Ты не хочешь, чтобы твои дети проходили через это?

П о л ь: Не хочу, но с Конни у меня все (Игра в туман, Заигранная пластинка).

Отец: Как ты собираешься сказать об этом детям?

Поль: Я пока не знаю. Но я что-нибудь придумаю (Самораскрытие).

Отец: Ты знаешь, что будет с твоей мамой, если ты уйдешь из семьи?

Поль: Нет, но полагаю, ей это не понравится (Самораскрытие).

Отец: Поль… Твоя мама и я отказались от многого ради тебя и Конни. Особенно ради внуков. Не делай этого.

Поль: Ты и мама многое для меня сделали, папа, я вам очень благодарен (Игра в туман).

Отец: Родители для того и предназначены, сынок, чтобы помогать, когда мы видим, что что-то не так. Я и сейчас пытаюсь это сделать.

Поль: Я понимаю, отец. Но я сделаю то, что считаю лучшим на данный момент, даже если это неприятно тебе и маме (Игра в туман, Негативное заявление).

Отец: Ладно, я попытался тебя отговорить. Я знаю, как мама это воспримет. Очень плохо, я думаю.

П о л ь: Я не знаю, но, вероятно, ты прав. Я еще кое о чем хочу поговорить с тобой (Самораскрытие, Игра в туман).

О т е ц: О чем?

Поль: О магазине. Я хочу продать его и вернуть тебе деньги, которые ты вложил в него (Самораскрытие).

Отец: Ты хочешь это сделать после всех трудов по его созданию? Ты получаешь от него хорошие доходы. Тебе не нужно отдавать мне эти деньги.

Поль: Ты прав, я знаю, я не должен возвращать тебе деньги, но я хочу это сделать, это важно для меня (Игра в туман, Заигранная пластинка).

Отец: Это самое глупое из того, что я когда-либо от тебя слышал! Все, что у нас есть, рано или поздно перейдет к тебе и твоим детям.

П о л ь: Я на все 100 процентов согласен с тобой. Это глупо и лишено смысла, но я всегда чувствую себя неуютно от того, что работаю не на себя, а на вас (Негативное заявление, Самораскрытие).

Отец: Это бред. Я никогда не указывал тебе, как вести дела. Без сомнений, тебе нужно обратиться к психиатру.

Поль: Это бред, но я так это чувствую. Ты никогда не давил на меня по поводу ведения дел, но у меня всегда было такое ощущение, что ты беспокоишься, что я снова сделаю какую-нибудь глупость и потеряю деньги (Негативное заявление, Игра в туман, Заигранная пластинка).

Отец: Если у тебя не очень получалось, это не страшно. Мы с мамой были рады помочь тебе деньгами.

Поль: Ты уверен, что у тебя не было сомнений в отношении моих способностей вести дела! (Негативное заявление).

Отец (обороняясь): Может быть, небольшие сомнения были, а что ты хотел после твоего банкротства и всего остального?

Поль: Я действительно провалил несколько дел до этого и не упрекаю тебя за то, что ты так это воспринимаешь. Но мне все время кажется, что я должен постоянно обращаться к тебе по каждому поводу, чтобы убедиться, что все в порядке (Негативное заявление, Самораскрытие).

Отец (возражая): Но…

Поль (прерывает его): Я знаю, что ты хочешь сказать, и согласен с тобой. Глупо так относиться к этому, но я не могу иначе! Назови это неврастенией. Я собираюсь поговорить об этом с психотерапевтом, но пока я хочу изменить положение дел так, чтобы перестать чувствовать себя маленьким мальчиком, который должен советоваться во всем со своим папой (Негативное заявление, Самораскрытие).

Отец: Тебе не придется продавать магазин и отдавать мне деньги (некоторое время молчит и задумчиво смотрит на Поля). Я никогда не думал, что мое стремление помочь тебе — это плохо.

Поль (молча смотрит на отца): Я не думаю, что это плохо, и признателен тебе за стремление помочь мне, но из-за этого я чувствую себя некомпетентным человеком, возможно, я такой и есть, но я не хочу быть таким (Игра в туман, Самораскрытие, Негативное заявление).

Отец: Если для тебя это так важно, почему бы тебе не вернуть мне деньги чуть позже, но не продавать магазин.

Поль: Почему продажа магазина так тебя беспокоит? (Негативные расспросы).

Отец: Пока у тебя есть магазин, я знаю, что у тебя хороший стабильный доход. Если со мной что-то случится, и я не смогу больше работать, я знаю, что смогу рассчитывать на твою помощь маме и мне. Пенсия не за горами, и, когда я уйду на пенсию, возможно, я мог бы помогать тебе там, чтобы продолжать что-то делать.

Поль: Отец, если с тобой когда-нибудь что-нибудь случится, я постараюсь помочь вам, чем только смогу. Это странно звучит из моих уст: «Я помогу тебе». (Недолго молчит.) Мы напишем закладную на все, что я тебе должен, на твое имя в банке, и я буду регулярно переводить проценты на твой счет. Тогда я буду чувствовать себя немного лучше (Разумный компромисс).

Отец: А как насчет раздела имущества с Конни при разводе?

Поль: Адвокаты найдут выход. Она будет получать определенные проценты.

Отец: Тебе не придется продать магазин и отдать ей половину суммы?

Поль: Мы сделаем так, чтобы этого не произошло. Договоримся.

О т е ц: Я не против.

П о л ь: Я согласен со всем, кроме одного. Если случится, что ты придешь работать в магазин, я — босс! Тебя это устроит?

Отец (протягивает руку, чтобы пожать руку Поля): Согласен!

Когда мы с Полем позднее обсуждали этот разговор, я пришел к выводу, что, хотя он смог достичь значительного улучшения своего положения, у него все еще, как мне казалось, оставались проблемы в общении с отцом. Я близко к сердцу принял все, что происходило, и мне было жаль и Поля, и его отца. Я совершил «классический» грех психотерапевта: слишком отождествил себя с проблемами пациента. Хуже того, я рассказал Полю о своих чувствах.

Я: Я думаю, Поль, ты вел себя великолепно, но твой разговор с отцом опечалил меня. А что чувствуешь ты по этому поводу?

П о л ь: Я чувствовал себя подавленно. Не из-за развода. А из-за папы и себя.

Я: Ты можешь объяснить почему?

П о л ь: И да и нет. Вначале я чувствовал себя хорошо, оттого что пойду своей дорогой. Затем я сердился на отца. А потом вдруг почувствовал себя несчастным.

Я: Просто « отходняк » после конфликта?

Поль: Нет. Я полагаю, это потому, что он всегда был молодцом. Когда он сказал, что ждет от меня поддержки, если с ним что-нибудь случится, мне захотелось плакать.

Я: Ты знаешь почему?

Поль: Нет.

Я: Хочешь рискнуть? Возможно, тебе будет больно узнать почему.

Поль: Давайте попробуем.

Я: Как ты считаешь, почему твой отец не хотел признать тот факт, что ты в беде и хочешь развода?

Поль: Не знаю. Я уже сам думал об этом. Он никогда не признавал этого.

Я: Что бы ему стоило просто сказать: «Мне бы очень хотелось, чтобы вы были вместе с Конни, но, если ты считаешь, что не можешь, поступай, как считаешь нужным. Мне жаль. Если я смогу чем-то помочь, скажи мне».

Поль: Я не знаю, почему он не сказал так. Жаль, что он не сделал этого.

Я: Отчего ты чуть не заплакал?

Поль: Когда он сказал, что хочет, чтобы я помог ему.

Я: Он говорил об этом раньше?

Поль: Нет.

Я: Когда он это сказал?

Поль: Когда я спросил, почему его так встревожило то, что я продаю магазин и хочу быть независимым от него.

Я: И почему тебе захотелось плакать?

П о л ь: Я почувствовал, что готов заплакать — не знаю, почему.

Я: Ты не хочешь прекратить этот разговор?

Поль: Нет.

Я: Почему он забеспокоился, когда ты сказал, что продаешь магазин?

Поль смотрит на меня с тревогой.

Я: У тебя есть какие-нибудь предположения о внутренних причинах?

Поль: Да, но я не хочу думать об этом.

Я: Так почему твой отец заволновался?

Поль: Он рассчитывал на меня на случай, если с ним что-нибудь случится.

Я: Он когда-нибудь говорил об этом?

Поль: Нет, никогда.

Я: А ты не знаешь, почему он об этом никогда не говорил?

Поль: Нет.

Я: Почему он не хотел твоего развода?

Поль: Если бы я развелся с Конни, семья бы распалась и он не смог бы на меня рассчитывать.

Я: Как так?

П о л ь: Я мог бы уехать и жить в другом месте.

Я: Что бы тебе пришлось сделать, прежде чем уехать?

Поль: Продать магазин. А я как раз это и собирался сделать.

Я: Так что так обеспокоило его, когда ты высказал желание продать магазин?

Поль: Мое пребывание здесь и доход от магазина являются для него «страховкой» на случай, если он не сможет работать.

Я: Почему, как ты думаешь, он не позволял тебе поступать так, как ты хотел?

П о л ь: Я был его «страховкой». Я обязан ему! Негодяй! Он все эти годы держал меня на поводке!

Я: Ты считаешь, что твой отец — плохой человек?

Поль: Нет.

Я: Почему же ты назвал его негодяем?

Поль: Потому что он использовал меня! Я дважды пытался развестись, и он останавливал меня ради самого себя!

Я: Тогда почему тебе захотелось плакать, когда он сказал, что ждет от тебя помощи?

Поль: Он сказал, что беспокоится о том, что может случиться, если он уйдет с работы.

Я: Он контролировал тебя, потому что он негодяй или потому, что он испытывал беспокойство?

П о л ь: Я никогда подобным образом не думал о будущем. Я провалил много дел, но никогда не волновался о том, что случится, когда я состарюсь.

Я: Теперь ты понимаешь, почему он манипулирует тобой?

Поль: Да. Мне это не нравится, но я знаю почему.

Я: Ты теперь понимаешь, почему мне жаль твоего отца?

Поль: Мне тоже очень жаль. Бедняга.

Я: Ты все еще чувствуешь себя маленьким мальчиком, которого должен контролировать его отец?

Поль: Нет.

Я: Ты знаешь, что сказать, если почувствуешь, что он регулирует твое поведение?

Поль: Я думаю, да.

Я: Например?

Поль: Папа, перестань волноваться об этом. Я справлюсь сам.

Я: Ты все еще чувствуешь себя несчастным в этой ситуации?

Поль: Да.

Я: Реальность не всегда прекрасна.

Поль: Особенно для меня.

Я (торжественно): Что бы ты предпочел: быть несчастным и находиться под контролем отца или несчастным, но самому решать свою судьбу и быть в состоянии изменить то, что хочешь?

П о л ь (с сарказмом): А вы как думаете?

Я (очень серьезно): Я надеюсь, что ты научишься всему, чему я пытался обучить тебя.

Поль: Вы говорите, как мой отец!

Я (улыбаясь): Ты быстро все схватываешь Можно совет?

Поль: Конечно.

Я: Не позволяй никому принимать решения за тебя, включая и меня.

В следующей серии диалогов представлены другие повседневные ситуации, затрагивающие сферу наиболее близких человеческих отношений — отношений между мужчиной и женщиной.

Главные героини — две молодые женщины Дана и Бет. Они успешно справляются со своими собственными смешанными чувствами по поводу постели и брака.

В первом диалоге женщина учится говорить «нет» мужчине.

Во втором диалоге психолог показывает, как спокойно, но твердо сказать «нет» (если хочешь сказать «нет») возможному сексуальному партнеру, уговаривающему вас переспать с ним.

Дане 27 лет. Она произвела на меня впечатление очень неглупой молодой женщины, которую нельзя назвать ни красивой, ни невзрачной; она была интересной и привлекательной. Себя она считала свободной женщиной, которой были нужны энергичные свободные мужчины, проявляющие к ней интерес — к ее личности, а не только к внешности. Как вы можете предположить, Дана часто проводила вечера одна или в барах для одиноких людей. Как-то на занятиях Дана рассказала о недавно произошедшем с ней случае, огорчившем ее. Она познакомилась с мужчиной, который «победил» ее сексуально и который вообще очень ей понравился. Джон был внимателен к ней, умен, приятен внешне. Она ощутила робость и явную симпатию к нему и потому в первое же свидание легла с ним в постель (они познакомились в баре), хотя, как сама она говорила позднее, ей, в общем-то, не хотелось спать с ним.

Дана не отнеслась к этому, как к смертному греху, но у нее остался неприятный осадок после той ночи. Она переспала с человеком, которого едва знала; лучше было бы этого не делать. Неудивительно, что радости ей это не доставило, хотя ее партнер, казалось, был доволен.

Дана, как и многие одинокие женщины, относится к сексу в подобных ситуациях, как к «пропуску» в дальнейшие отношения с мужчинами. Это плата за то, чтобы не быть одинокими. Даной руководило одно из древних манипулятивных представлений: «Все так поступают», или «Если женщина не согласится, она, должно быть, „неврастеничка"», или «Ей больше не назначат свидания». Со временем Дана осознала, что подобные представления ложны и позволяют другим манипулировать ею.

В клинике я видел женщин всех возрастов и положений — одиноких, разведенных, вдов; как правило, они считают, что новые отношения с новыми мужчинами надо начинать с секса. С этого легче всего начинать. Единственная проблема в том, что подобные отношения (в основе которых лежит только секс) не продолжаются долго, по крайней мере, так было с женщинами (и мужчинами), которых я лечил. Многие из них хотели, чтобы близкие отношения возникли тут же, и не желали тратить силы на медленное, а иногда и болезненное «строительство» более близких отношений, проходить через неуверенность и сомнения. Когда Дана осознала, в чем ее проблема, она решила вести себя более уверенно с мужчинами. На втором свидании с Джоном она уже очень хорошо держалась.

ДИАЛОГ 30

Дана разговаривает со своей старой подругой Джейн, которую она не видела несколько лет. Они сидят в баре, в который Дана часто заходила последнее время, и оживленно болтают о прежних временах и друзьях. Входит Джон, видит Дану, подходит к женщинам, наклоняется над их столом и говорит:

Джон: Привет, Дана. Как дела?

Дана: Привет. У меня все прекрасно. А у тебя?

Джон (смотрит на Джейн): Хорошо. Как зовут твою очаровательную подругу? Мне кажется, мы раньше не встречались.

Дана (Джейн): Джейн, это Джонни. (Джону): Это Джейн, моя подруга, мы очень давно не виделись и только что встретились, несколько минут назад.

Джейн: Очень приятно.

Джон (не обращаясь ни к одной из дам персонально): У меня появилась прекрасная идея. Почему бы нам не посидеть втроем, а после я позвоню одному моему другу и приглашу его присоединиться к нам.

Дана (не советуясь с Джейн): Это было бы очень мило, Джонни, но я бы хотела немного поговорить с Джейн наедине (Игра в туман, Заигранная пластинка).

Джон: Мой друг, о котором я говорю, классный парень, Джейн было бы приятно познакомиться с ним.

Дана: Я понимаю тебя, но я бы хотела поболтать с Джейн. Может быть, потом… (Самораскрытие, Заигранная пластинка, Разумный компромисс).

Джон: Было так здорово в прошлый раз, Дана. Я думаю, Джейн поняла бы нас, и вы смогли бы поговорить как-нибудь потом.

Дана (улыбаясь): Замечательно, что ты помнишь, и я все понимаю, но я хочу остаться здесь и разговаривать с Джейн (Самораскрытие, Заигранная пластинка).

Джон: Дана, неужели ты думаешь, что я смогу оставить в одиночестве двух очаровательных дам!

Дана: Я представляю, что ты сейчас чувствуешь, Джонни, но я хочу просто остаться здесь с Джейн на какое-то время (Самораскрытие, Заигранная пластинка).

Джон: Но здесь нет никого, достойного внимания, кроме вас. Неужели ты хочешь испортить мне вечер? Ты откажешь в глотке воды умирающему от жажды?

Дана: Может быть, ты и прав, но я все-таки хочу пообщаться с Джейн (Игра в туман, Заигранная пластинка).

Джон: В прошлый раз было так прекрасно. Я очень надеялся на новую встречу.

Дана (снова улыбается): Я понимаю, о чем ты, но я все-таки очень хочу поговорить с Джейн. А знаешь что — я свободна в пятницу вечером. Может быть, тогда и встретимся? (Самораскрытие, Заигранная пластинка, Разумный компромисс).

Джон (на секунду приходит в замешательство): Хорошо. Здесь?

Дана: Может, сначала поужинаем, а там посмотрим?

Джон: Хорошо. Что если я заеду за тобой в семь?

Дана: Может быть, ты позвонишь мне на работу до пятницы, и мы обсудим детали. (Пишет номер рабочего телефона на салфетке.)

Джон: Хорошо…

Джейн: Приятно было познакомиться, Джонни.

Джон: Мне тоже.

Дана сумела уверенно держать себя и не раздражалась на Джона (тем более, что ее, а не его терзали сомнения по поводу их отношений). Она смогла преодолеть напор Джона, не «посылая» его при этом, и тем самым предложила строить их будущие отношения на другой основе. Я поинтересовался у Даны, что произошло после и что она обо всем этом думает.

Я: Почему вы захотели, чтобы он позвонил?

Д а н а: Я хотела, чтобы мы назначали свидания, а не просто сталкивались в баре.

Я: Ну и как?

Дана: Он позвонил мне в четверг и спросил, хочу ли я завтра с ним поужинать?

Я: И?

Д а н а: Я сказала «да», и мы стали договариваться конкретно. Он спросил, предпочитаю ли я какой-нибудь ресторан, и я ответила, что не люблю рестораны Чезена и Фраматти, они слишком дорогие.

Я (улыбаясь): И раздался вздох облегчения!

Дана: Нет. Он был настроен пойти непременно в один из шикарных ресторанов. Так что я согласилась.

Я: И?

Д а н а: И мы пошли в ресторан и очень хорошо посидели.

Я: И?

Дана: Потом мы отправились в бар немного выпить, разговаривали.

Я: Ну и?

Д а н а: И ничего! У вас все мысли только в одну сторону направлены?

Я: Возможно, вы правы, Дана, но что было после? Повторилось ли то, что было в первый раз?

Дана: Нет. После ужина я сказала Джону, что он мне очень нравится, но я спала с ним только потому, что мне показалось, что без этого между нами ничего бы не было. И я не люблю себя за то, что это сделала.

Я: И как он это воспринял?

Дана: Спокойно. Сказал, что ему жаль, что мне это не доставило радости.

Я: И дальше?

Дана: Дальше я сказала ему, что мне было слишком не по себе, хотя нам и было хорошо вместе… возможно, потому, что он мне очень понравился.

Я: Вы назначили новое свидание?

Д а н а: Он обещал на днях позвонить.

Я: Что это значит? Вы ему нравитесь… или все кончено?

Дана: Не знаю. Зависит от него. Если он не позвонит на следующей неделе, я сама позвоню ему и предложу пообедать вместе. Посмотрим, что он скажет.

Я: А как вы себя в отношении всего этого чувствуете?

Дана: Очень хорошо.

Я: Несмотря на то, что «закрыли на замок» свое тело?

Дана: Такой парень, как Джон, может всегда найти себе кого-то на ночь. Я не хочу строить наши отношения на этом. Если ему интересна я, Дана, как личность, и он хочет, чтобы наши встречи продолжались, мне этого вполне достаточно.

Как впоследствии рассказывала Дана, она периодически встречалась с Джоном. У нее были и другие поклонники, но, что наиболее важно, она чувствовала большую уверенность в себе в общении с мужчинами. (У нее уже не возникало ощущения, что она только товар на прилавке, и остается только договориться о цене).

Дана поделилась с Джоном своими сомнениями. Он согласился, что ей нужно разобраться в своих чувствах по поводу их отношений. Однако, если бы Джон не был достаточно уверен в себе как мужчина, он, возможно, проигнорировал бы просьбу Даны строить отношения на какой-нибудь другой основе — на общих интересах, интеллекте и т. п. Неуверенный в себе стал бы словесно манипулировать Даной и, не обращая внимания на ее смешанные чувства, уговаривал бы ее спать с ним. Научившись решительно вести себя в отношении с мужчинами, Дана смогла увереннее проявлять себя и в других сферах.

Следующий диалог мы разыгрывали с моей коллегой Сью, чтобы продемонстрировать, как можно избавиться от привлекательного, но назойливого ухажера.

Сью и я сидим на диване в гостиной. Мы только что зашли к ней в квартиру. Мы ходили в кино и зашли к ней, чтобы выпить. Слегка захмелев, я наклоняюсь к ней, чтобы поцеловать ее, но Сью отстраняется.

Я: Что-то не так?

Сью (по-дружески улыбаясь): Я не хочу сегодня этим заниматься.

Я: Но, мне казалось, мы замечательно провели сегодня вечер.

Сью: Ты прав. Я действительно хорошо провела время сегодня (Игра в туман).

Я: Тогда в чем дело?

Сью: Я не понимаю, что такого в том, что я не хочу этого сегодня? (Негативные расспросы).

Я: Но почему нет? По-моему, я тебе нравлюсь.

Сью: Да, но это не значит, что я непременно должна спать с тобой сегодня (Игра в туман, Заигранная пластинка).

Я: На мой взгляд, это было бы здорово.

Сью: Да, возможно, но я не хочу сегодня спать с тобой (Игра в туман, Заигранная пластинка).



Страница сформирована за 0.85 сек
SQL запросов: 190