УПП

Цитата момента



Граница между светом и тенью — ты.
Добрый вечер!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Прежде чем заговорить, проанализируйте голос и настроение вашего собеседника, чтобы выяснить его или ее настроение. Оцените его или ее состояние, чтобы понять, как себя чувствует ваш собеседник: оживлен, скучает или спешит. Если вы хотите, чтобы окружающие прислушались к вашему мнению, вы должны подстроиться под их настроение и перенять тон и ритм их голоса, хотя бы на некоторое время.

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://old.nkozlov.ru/library/fotogalereya/d542/
Сахалин и Камчатка

Доверие к бессознательному функционированию: транс как естественная форма бессознательного функционирования

[Обращаясь к С.]: Мы рано узнаем, что для того, чтобы что-то видеть, нам нужно держать глаза открытыми.

Но для того, чтобы восстановить сцену, которую вы видели, вам достаточно воспоминаний.

[Обращаясь к Р.]: Всю жизнь человек учится, что глаза надо держать открытыми, и потому вы им говорите, что можно открыть глаза, поскольку это им, возможно, поможет.

Вы даете им возможность

открыть глаза.

Они также знают, что могут

пользоваться носом, чтобы ощущать запахи,

ушами, чтобы слышать,

пальцами, чтобы осязать.

Р: Они узнают все это путем импликаций.

Э: Да, путем импликаций. Можно учиться через чтение,

через видение,

через осязание,

когда вам что-то сообщают,

когда вы что-то переживаете,

и наилучший способ учиться, как говорят в просторечии,

это прочувствовать на своей шкуре.

Р: Если вы хотите, чтобы человек вошел в транс, сделайте так, чтобы он доверял своему бессознательному, потому что транс — это естественная форма бессознательного функционирования.

Э: Совершенно верно.

Р: Наша точка зрения такова, что транс есть измененное состояние сознания. Вы согласны с тем, что он является палеологической системой психического функционирования — более палеокортикальной, чем неокортикальной?

Э: Транс есть более простой и менее сложный способ функционировать.

(Здесь Эриксон приводит примеры того, как ребенок учится предпочитать те или иные виды пищи и т.д., наблюдая за реакцией своих родителей, братьев и сестер на пищу. Это рано приобретенное знание базируется на более простых и более прямых способах наблюдения, а не на более сложных формах обучения, включающих промежуточное использование слов и мыслительных процессов, которые приходят позже. Эриксон, однако, не верит, что транс есть атавистическое достояние).

Пантомима и невербальная коммуникация с целью достичь более простых уровней поведения

Вы чувствуете стихи,

чувствуете картину,

чувствуете статую.

Чувство — это очень значимое слово.

Мы осязаем не просто пальцами,

но своим сердцем,

разумом.

Вы чувствуете при помощи знаний, обретенных в прошлом.

Вы чувствуете при помощи надежд на будущее.

Вы чувствуете настоящее.

Р: Вам нравится использовать пантомиму и невербальные подходы к трансу, потому что они активизируют и достигают более глубоких и более простых уровней функционирования.

Э: Да. Вы тем самым обходите насильственно внедренные жесткие формы более поздних приобретений сознания. Становится не обязательно выражать все словами.

(Эриксон приводит пример ухаживания за девушкой. Девушка может приподнять голову, чтобы ее поцеловали, но все будет испорчено, если она вербализует свое желание).

То, чему вы учитесь потом, просто все портит. Приподнятая голова значительно более значима, чем слова.

Р: Как мы можем обобщить это относительно трансового поведения в целом? Транс — это не столько регрессивное поведение, сколько более простая форма поведения — поведение, которое не обязательно зависит от слов и взрослых паттернов понимания?

Э: Да, это очень простое поведение.

Характеристики идеомоторного сигналинга головой в трансе

[С. делает головой легкие кивки “да”. Движения настолько легкие и медленные, что Эриксону пришлось указать на них, а Росси пришлось тщательно изучать С. минуту или две, пока он убедился, что они действительно имеют место. Эти легкие отклики “да”, очевидно, выражают согласие С. с тем, что говорил Эриксон].

(Эриксон приводит примеры экономии движений в трансе. Кивки головой “да” в трансе очень легкие и медленные, это резко отличается от сильных и определенных кивков, которыми мы выражаем “да”, когда бодрствуем).

Р: Вы можете дифференцировать сознательные движения от бессознательных, поскольку последние всегда более медленные и краткие.

Э: Если что-нибудь очень важно, тогда движение [например, кивки головой] будет повторяющимся, а не просто однократным, — по-прежнему медленным и кратким, но повторяющимся, так, чтобы вы в самом деле все поняли. Они будут продолжать кивать головой, пока вы не покажете каким-нибудь способом, что поняли. Повторяющиеся движения в трансе означают, что есть что-то важное.

Передача проблем бессознательному

Теперь я оставлю

обучение по неврозам в первую очередь вашему бессознательному.

(Пауза)

И я хочу, чтобы вы знали,

что в жизни каждого человека

бывают вещи,

которые нам нравятся, а знать о них мы не хотим.

Впечатление от искусства фокусника будет испорчено,

если вы узнаете,

как он делает свои фокусы.

Как он достал этого кролика из шляпы?

Конечно, есть какое-то объяснение,

но вы охотнее смотрите его представление,

чем узнаете, как он это сделал.

Все фокусники хранят свои секреты,

и все они уважают секреты друг друга.

[Эриксон приводит несколько примеров того, как он и другие получали удовольствие от того, что не знали, как фокусники совершают свои таинственные подвиги].

И еще одна вещь, которую все пациенты

должны держать в памяти.

Взрослые — это дети, только высокого роста.

Р: Кажется странным внезапно выскочить с этим дидактическим утверждением: “Теперь я оставлю обучение по неврозам в первую очередь вашему бессознательному”. Почему вы выдали это именно здесь?

Э: Потому что [я подготовил ее к этому предшествующим контекстом, где давал много указаний о большей свободе бессознательного функционирования]. Так что это утверждение будет означать: “Оставьте все обучение, касающегося вашего невроза, вашему бессознательному; давайте отдадим эту проблему бессознательному”.

Р: Поскольку ваш сознательный разум не знает, как с ней справиться?

Э: Совершенно верно. Но вы не говорите им, что они не могут справиться с этим сознательно.

Р: Снова вы взяли что-то из самого центра полного жестких предрассудков и установок сознания и передали это в более гибкую систему бессознательного.

Э: Впечатление от искусства фокусника было бы испорчено, если бы вы знали, как он сделал свой фокус. Если вы хотите получить удовольствие от плавания, не анализируйте свои движения. Если вы хотите заниматься любовью, не пытайтесь анализировать процесс.

Р: Ну да, Мастерс и Джонсон даже пишут о том, как в сексе человек может застрять в роли “наблюдателя”, что мешает сексуальному опыту (Masters and Johnson, 1970; Rossi, 1972).

Способствование творческому восприятию

Бессознательное — это нечто

значительно более детское,

в том смысле, что оно прямолинейно,

и свободно.

Дети расспрашивали меня,

почему я так смешно хожу,

когда их родители даже не замечали, что я хромаю.

Они были в ужасе от того, что дети привлекли внимание к моей хромоте.

Дети увидели что-то, что хотели бы понять.

Они стремились к пониманию.

Когда у вас пациент в трансе, этот пациент думает, как ребенок, и стремится к пониманию.

Э: Пациенты обычно говорят о себе осуждающе, что они ведут себя по-детски во время транса, но не позволяйте им осуждать себя за это. Ваша задача — отнять у них это прибежище невроза.

Р: Самоосуждение — это прибежище невроза. То есть вы подчеркиваете творческие аспекты свежего детского восприятия и любопытства к миру, чтобы высвободить пациента из его негативных взрослых предрассудков против естественного свободного поиска в трансе. Это один из характерных способов способствовать отношению, которое поможет им посмотреть свежим взглядом на свои проблемы с новых точек зрения.

Э: Ювенильное мышление — это много лучше, чем сенильное.

Защита субъекта

Ваша задача защитить его.

Р: Защитить его?

Э: Защитить его, чтобы он не испугался того,

что ему открывается.

Э: Когда пациенты приходят, чтобы бросить курить, они в трансе могут сказать: “Я на самом деле не хочу бросать курить”. В этот момент терапевт видит физические признаки страха; они теперь знают правду о себе. Поэтому вы им говорите: “Я не думаю, что вам следует это знать, пока вы в состоянии бодрствования”. Вы защищаете своего пациента. Вы защищаете сознательный разум, сохраняя это самопонимание неосознанным.

Р: Поскольку не нужно, чтобы установки сознательного разума разрушались слишком быстро.

Э: Да, это может быть разрушающим переживанием, если пациент не в силах его стерпеть.

Ложь в трансеc "Ложь в трансе"

Пример тому — ложь. Дети имеют право лгать. Они имеют право видеть вещи такими, какие они есть, не пугаясь.

Э: Когда человек в трансе говорит что-то, что, как вы знаете, является ложью, вам лучше присмотреться к этому еще раз, так как у него может быть другое значение.

Р: Оно имеет еще другое значение, помимо того, что является ложью?

Э: Да, в каком-то отношении человек говорит правду. Правду, как она видится с совершенно иной точки зрения. И держите в уме, что вы как терапевт тоже имеете свою точку зрения и жесткие установки, с которыми нужно справляться.

Р: Будет ли ложь в трансе также показателем развития регрессивного детского состояния?

Э: Это регрессия до более простого способа функционирования. Человек может рассказать вам о том, как он ходил в цирк в Висконсине, а в этом городе он никогда не был. Это может означать, что человек идентифицирует себя с кем-то из Висконсина. Таким способом они рассказывают вам об этой идентификации, когда запаса слов им не хватает, чтобы сказать: “Я идентифицируюсь с таким-то и таким-то”.

Р: Они выражают идентификацию, приписывая что-то, связанное с тем человеком, себе. Такой психологический язык объясняет многие так называемые ложные утверждения и искажения, выраженные в трансе.

Сознательное и бессознательное как отдельные системы

Ребенок может уронить стакан на пол и сказать с удивлением: “Он разбился!”

И не обязательно он должен реагировать с учетом взрослого понимания того, что это ценный антиквариат.

(Пауза)

Каждому пациенту нужно знать, что эмоциональное содержание чего-либо может быть испытано без осознания того, чем вызвана эмоция.

(Пауза)

Пациент также может вспомнить интеллектуальные детали события так, как будто оно произошли с кем-то другим.

Многие другие вещи не имеют никакого значения для нашего “я”, и затем, позже, интеллектуально-эмоциональное содержание

собирается вместе,

кусочек за кусочком,

как головоломка.

Э: Хорошо бывает позволить им пережить это состояние удивления в трансе.

Р: Это значило бы, что в состоянии транса их бессознательное свободно от предрассудков сознательного разума?

Э: Да, это подсказка, что бессознательное может забыть то, что знает сознательный разум. Оно может оставить часть знания в сознательном разуме.

Р: Понял. Значит, сознательное и бессознательное на самом деле отдельные системы?

Э: Да, две отдельные системы.

Р: У вас есть какая-нибудь терапевтическая цель в плане идеального способа психологического функционирования? Определенное количество взаимообмена между сознанием и бессознательным, например?

Э: Идеальная личность находится в состоянии готовности принять взаимообмен между сознанием и бессознательным. Дети не закрепощены жесткими сознательными установками, и поэтому они могут видеть такие вещи, которых не видят взрослые.

Право- и левополушарное функционирование в трансе

Я научил своих сыновей, как лучше всего вскапывать огород.

Берете квадратный метр

в северо-восточном углу,

квадратный метр в северо-западном углу,

и затем в юго-восточном и юго-западном.

И вот, как вскопаете один квадратный метр в каждом углу, вскапывайте один квадратный метр в центре. Затем вскопайте по прямой линию от центра к углу.

Так вы из огорода делаете узор.

Это очень интересный способ делать нудную работу. Вы так увлечены плетением узоров, что получится удовольствие.

Решая затруднительную задачу, попытайтесь превратить процесс решения в интересный узор.

Так и получите ответ на сложную задачу.

Увлекитесь узором и не замечайте нелегкого труда.

В терапии это часто очаровательное занятие.

(Пауза)

Когда вы работаете свободно и охотно,

вы можете взять и передохнуть в любой момент.

Вы свободны вновь взяться за работу в любой момент.

Свободны изменить узор и технологию, согласно которой делаете работу.

Можно писать автоматически справа налево или слева направо.

[Эриксон приводит детальный клинический пример с ребенком, который писал наоборот, и вверх ногами, и справа налево, а общепринятым способом писать не умел. Не исправляя умения ребенка путем запретов писать необычными способами, Эриксон указал ему на его превосходство, что он умеет писать тремя разными способами, тогда как сам Эриксон знает только один — общепринятый. Затем Эриксон принялся учиться писать одним из способов, которыми владел ребенок, а ребенок, чтобы сохранить свое превосходство, теперь захотел научиться писать и еще одним способом — общепринятым. Теперь он учился писать уже четвертым способом, пока Эриксон все еще мучился только со вторым.]

Э: Еще один простой способ отвлечь сознание от нудной работы.

Р: Так что здесь, в этом длинном объяснении, вы снова говорите С., чтобы она оставила свои сознательные установки и ориентации, поскольку они такие трудоемкие. Вы предлагаете ей заменить их творческой, эстетической игрой с узорами вместо тяжкой работы по вскапыванию трудоемких прямых грядок.

На протяжении всего этого и предыдущих сеансов многие из ваших усилий можно понимать как отвлекающие маневры или депотенциализацию языкового, рационального, линейного и направляемого модуса левополушарного функционирования в пользу спонтанного, перцептивно-эстетического, кинестетического и синтетического правополушарного функционирования. Сновидение, задумчивость и транс в последнее время характеризуются как правополушарные функции. Когда вы подчеркиваете необходимость доверять естественным, бессознательным паттернам функционирования в трансе, вы фактически подчеркиваете паралогические и противополагаемые (Bogen, 1969) характеристики правого полушария. Не исключено, что будущие исследования установят: многое из того, что мы до сих пор обозначали как дихотомию между сознательным и бессознательным (вторичные и первичные процессы мышления), на нейропсихологическом уровне являются дихотомией между право- и левополушарным функционированием. С этой точки зрения многие психологические проблемы можно понимать как ошибочное навязывание левополушарных подходов в ситуациях, с которыми легче справилось бы правое полушарие.

Обучение современного разума c "Обучение современного разума "полагаться на бессознательноеc "полагаться на бессознательное"

Вслед за этим я хотел бы сказать вам вот что: нет необходимости помнить свои ночные сны на следующий день.

Можно видеть сон

сегодня,

и подождать год, прежде чем вы вспомните

этот сон.

Вы можете вспомнить кусочек этого сна

завтра, и кусочек через неделю.

Ваше припоминание сна

должно согласовываться

с тем, что вам нужно.

Вам нет надобности помнить.

Важно

иметь

определенные переживания

записанными у вас в мозгу.

Когда-нибудь их присутствие вам пригодится.

Вам необходимо сознавать,

что вы знаете, что они там есть.

Важно всегда

делать нужные вещи

в нужное время.

Знать, что вы можете на себя рассчитывать.

Позволить своему бессознательному выдавать вам

нужную информацию,

которая вам позволит

делать нужные вещи в нужное время.

Это может случиться в этом году

или в следующем,

или два года спустя.

(Пауза)

Р: Вы вновь иллюстрируете незначительность сознания по сравнению с бессознательным в трансе. При помощи всех этих примеров вы сообщаете С., что она может полагаться на свое бессознательное. Этот подход необходим в работе с С., потому что она относительно высоко интеллектуализированный человек с докторской степенью. Такое переобучение пациента, чтобы он умел полагаться на бессознательное, в будущем приобретет все большую значимость, по мере того, как все больше и больше людей становятся высоко интеллектуализированными. Прямые авторитарные внушения могли быть пригодны сто лет назад, когда таким образом можно было войти в контакт с бессознательным, но современный гипнотерапевт должен помогать людям переучиваться на естественный способ функционирования, в котором все оставляется на волю бессознательного.

Косвенное постгипнотическое внушение

Примером этого может служить ваше пробуждение. Одна из самых приятных вещей, которые вам приходится испытывать, это когда вы выходите из транса,

думая, что вы готовы войти в транс

в первый раз.

И затем осознаете, что вы, должно быть, были в трансе.

Может быть, изменившийся свет за окном указывает на это.

Указание идет извне.

Вы можете оценить это

как прекрасное обучающее переживание.

(Пауза)

Р: Это пример косвенного постгипнотического внушения. Сначала вы тщательно закладываете основу разговором о снах, которые забываются, пока не наступает нужное время их вспомнить. Вы тем самым надеетесь активировать механизмы забывания. Так же как она может забыть сон, пока не станет важным его вспомнить, так она может, предположительно, забыть, что была в трансе, пока не станет важным вспомнить это. Затем вы вводите косвенное постгипнотическое внушение. Вы не говорите ей прямо забыть, что она была в трансе. Это могло бы только вызвать типичную реакцию сознания: “но я не знаю, как?”. Вместо этого вы описываете разновидность приятного переживания, которое у нее может появиться, — “при выходе из транса думать, что она готова войти в транс в первый раз”. Вместо того чтобы дать прямое внушение сделать что-то, что сознание нашло бы трудным, вы просто мотивируете ее для получения “приятного” переживания. Вы говорите об изменении освещения за окном, как показателе уходящего времени. Возможно, это будет единственным знаком, который позволит ей признать, что она какое-то время была в трансе. Вы также готовились к этому раньше, когда говорили о том, как бессознательное использует сигналы, и о том, как ценно умение полагаться на работу бессознательного.

Таким образом, в течение первой части этого сеанса вы закладывали важный фундамент для этого, словно бы небрежного, постгипнотического внушения. Вы строили ассоциативную сетку и активировали психические механизмы, которые могут быть использованы, для того чтобы способствовать забыванию абсолютно автономным и диссоциированным образом.

Э: Да. Всегда нужно строить одно на другом и увязывать то, что вы говорите сейчас, с тем, что вы говорили раньше.

Депотенциализация сознания: аналогии с провалами в сознанииc "аналогии с провалами в сознании"

В повседневной жизни

вы слышите, как люди говорят себе:

“А как же я это сделал?”

Они имеют в виду,

что не знают, как они это сделали.

У них есть только неполная картина того, как они это сделали.

Затем они восстанавливают

шаг за шагом

то, как они это сделали.

Р: Переживание и обучение идут впереди понимания.

[Эриксон приводит несколько клинических примеров того, как он заметил минимальные сигналы руки, глаз или губ, которые показали, что те или иные пациенты на самом деле не хотели отказываться от курения, несмотря на то, что пришли на терапию именно с этой целью. Эти примеры иллюстрировали разницу между сознательной целью и более глубоким пониманием мотивации].

Р: Здесь вы приводите примеры провалов в сознании в повседневной жизни. Просто упомянув эти возможности, вы надеетесь способствовать появлению их у С., как средству депотенциализации ее сознания, чтобы она могла научиться больше полагаться на свое бессознательное.

Приятие спонтанного пробужденияc "Приятие спонтанного пробуждения"

[Значительная часть сказанного выше на самом деле представляла собой разговор между Эриксоном и Росси. С. явно почувствовала себя брошенной и начала спонтанно пробуждаться, что проявилось в минимальных движениях ее губ, носа, сморщивании лба и некоторых движениях пальцев. Эриксон отмечает это и говорит, что она пробуждается и готовится с нами заговорить.]

С: Что вы хотите знать?

Э: Только то, что вы хотите нам сказать.

С: Ну, я прыгала туда-сюда. Когда вы говорили, что я пытаюсь проснуться, я на самом деле уже оставила эту мысль, потому что мои руки были такими тяжелыми, что я не могла их сдвинуть. Но когда вы сказали, что я пробуждаюсь, я снова попыталась проснуться. Но мне как-то любопытно, почему вы не продолжаете работу с кем-то, кто в трансе. Скажем, когда я провожу гипнотерапию, я остаюсь с пациентом все время, а затем, когда мне кажется, что наступил нужный момент, я говорю: “Вы можете сосчитать, чтобы проснуться, или что там”. Почему вы не делаете чего-нибудь подобного?

Р: Да, доктор Эриксон, почему вы не ведете себя так, как должен вести себя настоящий гипнотерапевт?

Р: Здесь вы приняли ее спонтанное пробуждение и использовали его как часть гипнотического внушения, просто упомянув о нем и тем самым помогая ему произойти. Люди постоянно входят и выходят из транса, поэтому, когда они выходят, с таким же успехом можно использовать их поведение, чтобы укрепить гипнотические отношения, вместо того чтобы спорить с ними и затевать борьбу между терапевтом и пациентом. Вы можете быть с ними, независимо от того, в трансе они или нет.

Э: Можно с таким же успехом присоединиться к ним, когда они выйдут, а потом они присоединятся к вам, легче подчинившись вашему внушению. Всегда одобряйте все, что делает пациент.

Р: Начинающему гипнотерапевту не стоит паниковать, если пациенты спонтанно пробуждаются. Это просто их естественное функционирование, и его следует принять как способ укрепить гипнотические отношения.

Э: Если таково их естественное функционирование, лучше к нему подстраиваться.

Р: Терапевт на самом деле никого не контролирует.

Э: Совершенно верно!



Страница сформирована за 0.65 сек
SQL запросов: 191